Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                          Дело № А75-11845/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 августа 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 09 августа 2023 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Доронина С.А.,

судей                                                         Кадниковой О.В.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств с использованием средств веб-конференций при ведении протокола помощником судьи Алдаевой М.А. кассационную жалобу ФИО2 на постановление от 12.04.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Брежнева О.Ю., Горбунова Е.А., Дубок О.В.) по делу № А75-11845/2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, принятое по иску закрытого акционерного общества «Меридиан» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «Меридиан») о привлечении солидарно ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Югра» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «Югра»).

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн заседания) приняла участие представитель ФИО2 - ФИО4 по доверенности от 29.09.2021.

Суд установил:

общество «Меридиан» обратилось в арбитражный суд с иском о солидарном привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Югра» в размере 6 088 291,60 руб.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 31.10.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2023 решение суда от 31.10.2022 отменено, принят новый судебный акт. ФИО2, ФИО3 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Югра»; с ответчиков в пользу общества «Меридиан» в порядке субсидиарной ответственности солидарно взыскано 6 088 291,60 руб.; в доход федерального бюджета взысканы расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления и апелляционной жалобы по 28 220,50 руб., с каждого.

В кассационной жалобе ФИО2 просит постановление апелляционного суда от 12.04.2023 отменить, оставить в силе решение суда от 31.10.2022.

Доводы кассационной жалобы сводятся к неправомерному применению апелляционным судом к спорным правоотношения положений Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Закона № 266-ФЗ, введённым в действие с 01.07.2017, в то время как деликт с которыми истец связывает основания для привлечения к субсидиарной ответственности совершён 13.06.2017, то есть в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, а также недоказанности обществом «Меридиан» обстоятельств наличия у ФИО2 статуса контролирующего лица и совершение им противоправных действий, приведших к банкротству общества «Югра».

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав объяснение лица, явившегося в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемого постановления, суд округа не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, бухгалтерская отчётность общества «Югра» содержала следующие сведения: в 2016 году - 16,77 млн. руб. при наличии кредиторской задолженности 44,35 млн. руб.; в 2017 году - 25,14 млн. руб. при наличии кредиторской задолженности 47,35 млн. руб.; в 2018 году - 31,32 млн. руб. при наличии кредиторской задолженности 33,09 млн. руб.; в 2019 году - 33,78 млн. руб. при наличии кредиторской задолженности 33,85 млн. руб.

Согласно бухгалтерскому балансу общества «Югра» на 2017 год прибыль составила 204 000 руб., на 2018 год – 211 000 руб., на 2017 год основные средства составляли 12 858 000 руб., на 2018 год – 0 и запасы - 291 000 руб., 2017 год – 1 796 000 руб.

В период с декабря 2014 года по ноябрь 2016 года в состав активов общества «Югра» входила дебиторская задолженность общества с ограниченной ответственностью «ТНК Проспера» (далее – общество «ТНК Проспера») в размере 7 035 152 руб.

ФИО5 исполнял обязанности директора общества «ТНК Проспера» в период с 07.08.2012 по 13.09.2019 и являлся его учредителем (91 % доли), а также исполнял обязанности директора общества «Югра» с 30.10.2014 по 18.02.2015 (до ФИО2) и являлся его учредителем в период с 18.07.2014 по 03.12.2015.

Действий по взысканию с общества «ТНК Проспера» дебиторской задолженности в пользу общества «Югра» руководителями последнего с 2014 года не осуществлялось.

Между обществом «ТНК Проспера» (цедент) и обществом «Югра» (цессионарий) заключён договор уступки требования (цессии) от 13.06.2017, по условиям которого общество «ТНК Проспера» передало (уступает) обществу «Югра» право требование к обществу с ограниченной ответственностью «СургутТранс» (далее – общество «СургутТранс»), подтверждённую вступившим в законную силу судебным актом в размере 7 035 152 руб. за счёт чего осуществлено уменьшение задолженности общества «ТНК Проспера» перед обществом «Югра» до 58 188 руб.

В вестнике государственной регистрации от 03.05.2018 опубликовано сообщение о принятии решения о ликвидации общества «СургутТранс».

Определением суда от 29.12.2018 возбуждено производство по делу № А40-311157/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества «СургутТранс».

Решением суда от 24.06.2019 по делу № А40- 311157/2018 общество «СургутТранс» признано несостоятельным (банкротом) по упрощённой процедуре ликвидируемого должника.

Действий по включению требований общества «Югра» в размере долга 6 932 490 руб. (по договору цессии) в реестр требований кредиторов общества «СургутТранс», ФИО2 не осуществлялись.

Вступившим в законную силу решением суда от 26.04.2018 по делу № А75-137/2018 с общества «Югра» в пользу общества с ограниченной ответственностью ТПЦ «Бизнес-Югра» взыскано 5 202 736,80 руб.

Определением суда от 28.07.2020 по делу № А75-137/2018 произведена процессуальная замена первоначального взыскателя – общества ТПФ «Бизнес-Югра» его правопреемником – обществом «Меридиан».

Вступившим в законную силу решением суда от 14.05.2018 по делу № А75-1758/2018 с общества «Югра» в пользу общества ТПЦ «Бизнес-Югра» взыскано 817 196,80 руб.

Определением суда от 23.07.2020 по делу № А75-1758/2018 произведено процессуальная замена первоначального взыскателя – общества ТПФ «Бизнес-Югра» его правопреемником – обществом «Меридиан».

В дальнейшем общество «Меридиан» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества «Югра» несостоятельным (банкротом), включении требований в размере 6 088 291,60 руб. в реестр требований последнего.

Определением суда от 11.01.2021 заявление общества «Меридиан» принято, возбуждено производство по делу № А75-18411/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества «Югра».

Определением суда от 17.03.2021 производство по делу № А75-18411/2020 прекращено в связи с недостаточностью имущества общества «Югра» для финансирования процедуры банкротства, а также отказом общества «Меридиан» от её финансирования.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Югра», общество «Меридиан» сослалось на то, что контролирующими лицами (ФИО2 и ФИО3) не предпринимались какие-либо действия по взысканию дебиторской задолженности, отсутствие у ответчиков действительных намерений осуществить погашение долгов за её счёт в пользу контрагентов.

В частности, общество «Меридиан» отметило, что на 2016-2017 годы общество «ТНК Проспера» являлось действующим платёжеспособным предприятием, заключение договора уступки требования (цессии) от 13.06.2017 не имело экономического эффекта для общества «Югра», эта сделка совершена не с целью получения имущественной выгоды и возможности расчёта с его кредиторами, а с целью извлечения выгоды обществом «ТНК Проспера», которое погасило свою задолженность перед обществом «Югра» зачётом, передав безнадёжную дебиторскую задолженность общества «СургутТранс» (ликвидируемое общество).

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств причинно-следственной связи между необращением обществом «Югра» за взысканием задолженности, заключением уступки прав (цессии) от 13.06.2017 и фактически наступившим объективным банкротством должника; у общества «Югра» имелось достаточно имущества для погашения долга перед обществом «Меридиан».

Удовлетворяя иск, апелляционный суд исходил из доказанности противоправного поведения ФИО2 по невзысканию дебиторской задолженности, заключению существенно убыточной сделки, не отвечающего интересам подконтрольного ему общества «Югра» и ставшего в конечном итоге причиной невозможности погашения требования общества «Меридиан».

Суд округа считает выводы суда апелляционной инстанции правильными.

1. Закон, подлежащий применению.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Совокупность юридически значимых действий, с которым конкурсный кредитор связывает наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, совершены в период с 2014 года по 13.06.2017.

В обозначенный период времени отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в период действия этого закона совершались действия, приведшие с позиции управляющего, к банкротству должника).

Таким образом, применение апелляционным судом положений статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ является правомерным, соответствующему общему принципу действия закона во времени (статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Учитывая тот факт, что предусмотренное статьёй 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьями 61.11, 61.12 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), может быть применён к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

2. Статус лиц, контролирующих должника.

Положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ не содержали дефиниции «контролирующих должника лиц».

Вместе с тем, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 Постановления № 53, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Указанные положения являются конкретизацией подпунктов 1, 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которым лицо предполагается контролирующим, если оно

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В рассматриваемом случае ФИО2 исполнял обязанности руководителя общества «Югра» с 18.02.2015 по 27.04.2020, а также являлся учредителем данного общества в период с 19.11.2015 по 03.12.2015 (9,09 % доли), в период с 03.12.2015 по 16.03.2020 (100 % доли), в период с 16.03.2020 по 27.04.2020 (91,67 % доли).

Тем самым ФИО2 осуществлял управление обществом «Югра» и, соответственно, извлекали из его деятельности выгоду. В этой связи, вопреки доводам кассационной жалобы, он обладает статусом контролирующего лица применительно к положениям пункта 3 Постановления № 53.

3. Привлечение к субсидиарной ответственности контролирующих лиц за признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц (невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц).

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Югра» общество «Меридиан» указывало на совершение ими сделок, приведших к утрате должником принадлежащих ему активов.

В частности, заявитель сослался на бездействие руководителя по невзысканию дебиторской задолженности, заключение существенной убыточной сделки (договора уступки прав (цессии) от 13.06.2017), не отвечающей интересам общества «Югра», после которой осуществление расчётов с кредиторами стало впринципе невозможно (доведение до банкротства).

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 ранее действующей редакции Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является формой ответственности контролирующего должника лица за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства.

Так, согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротствеесли должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо в случае недостаточности имущества должника несёт субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона, причинён вред имущественным правам кредиторов. Аналогичные правила в настоящее время закреплены в пунктах 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность и направленность на причинение вреда кредиторам путём, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) имущественной массы.

В рассматриваемом случае такие квалифицирующие признаки судом апелляционной инстанций установлены. Судом указано на то, что общества «Югра», «ТНК Проспера» являются фактически аффилированными лицами (следует из взаимоотношений данных лиц, их руководящего состава); обществом «Югра» не предпринималось действий по взысканию с общества «ТНК Проспера» дебиторской задолженности, ведущего активную хозяйственную деятельность и имеющую значительную прибыль; заключение договора уступки прав (цессии) от 13.06.2017 не отвечало интересам общества «Югра» как коммерческого предприятия, а преследовало цели прекращения обязательств общества «ТНК Проспера» перед ним за счёт предоставления последнему безнадёжной ко взысканию задолженности общества «СургутТранс» (возбуждено дело о банкротстве).

По итогу совершения таких действий общество «Югра» утратил возможность получить какое-либо исполнение от общества «ТНК Проспера», соответственно, по существу сделки по уступки права и зачёту полученной задолженности обуславлилась исключительно интересами конечных бенефициаров общества «Югра» и, по сути, не имели для последнего экономический смысл, эквивалентного встречного предоставления фактически предоставлено не было.

Более того, бухгалтерский баланс общества «Югра» в 2018 сводился к нулевым показателям основных средств, прибыли в размере 211 000 руб., запасов в размере 291 000 руб., при том, что на 2017 год имелись основные средства - 12 858 000 руб., запасы - 1 796 000 руб., прибыль - 204 000 руб.

Объяснений относительно экономической целесообразности для общества «Югра» в заключении договора уступки прав (цессии) от 13.06.2017 ФИО2 не дано, реальные мотивы заключения названной сделки не раскрыты, длительное бездействие по взысканию задолженности с общества «ТНК Проспера» и последующая замена данного актива на дебиторскую задолженность общества «СургутТранс» не мотивированы (статья 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, действия ФИО2 как руководителя общества «Югра» по выводу актива должника (дебиторской задолженности) в отсутствие иного имущества и наличия просроченной кредиторской задолженности привели к существенному ухудшению финансового положения должника, стали причиной невозможности погашения требований кредиторов должника за счёт выбывшего актива, в связи с чем суд апелляционной инстанции пришёл к правильному выводу о наличии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Югра».

С учётом изложенного, несмотря на то, что судом апелляционной инстанции неверно применены положения главы III.2 Закона о банкротстве, в конечном итоге обособленный спор разрешен правильно.

Доводы, приведённые кассатором в жалобе, касающиеся недоказанности обществом «Меридиан» совершения ФИО2 противоправных действий, приведших к банкротству общества «Югра», не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку  они направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств по делу, что находится за пределами полномочий судебной коллегии (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 12.04.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-11845/2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

 

Судьи                                                                                                                 О.В. Кадникова

 

ФИО1