АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-55/2017

г. Краснодар

25 января 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 января 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Герасименко А.Н., судей Калашниковой М.Г. и Сороколетовой Н.А., в отсутствие  ФИО1, ФИО2, ФИО3, представителей акционерного общества «Экспортное гарантийное и страховое общество», конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Избербашнефть» – ФИО4, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 30.07.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2021 по делу № А15-55/2017, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Избербашнефть» (далее – должник) АО «Экспортное гарантийное и страховое общество» в лице представителя ООО «Агентство по взысканию долгов в Чешской республике» обратилось с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 1 396 662 894 рублей 87 копеек с ФИО1, ФИО5, ФИО3, ФИО2

К участию в деле на стороне ответчика ФИО5 привлечены его наследники – ФИО6 и ФИО6 

Определением суда от 30.07.2021 ФИО1, ФИО3, ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; в пользу должника в порядке привлечения к субсидиарной ответственности солидарно с ФИО1 и ФИО2 взыскано 122 031 768 рублей 93 копейки, с ФИО1 сверх того – 1 538 743 рубля 66 копеек (за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом)); с контролирующих должника лиц ФИО1, ФИО3, ФИО2 взыскано 1 396 662 894 рубля 87 копеек. Производство по обособленному спору в части требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 прекращено. В удовлетворении остальной части требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО1, ФИО2, ФИО3 просят отменить судебные акты в части привлечения  их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. По мнению подателей жалоб, судебные акты приняты с нарушением норм материального права, выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела. АО «Экспортное гарантийное и страховое общество» не представило доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителей и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредитором, включенной в реестр требований должника. Конкурсный кредитор не указал конкретные даты возникновения на стороне каждого ответчика обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, а также даты истечения таких сроков. Согласно заключению временного управляющего должника ФИО4 от 25.09.2017 признаки преднамеренного банкротства у должника отсутствуют. ФИО3 никогда не была руководителем должника, а являлась его учредителем, следовательно, у нее отсутствовала обязанность по принятию решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом. Оснований для применения  абзаца третьего пункта 11 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не имелось. Кроме того, срок исковой давности, установленный статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, пропущен.

Отзыв на жалобу в суд не поступил.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 13.06.2017 (резолютивная часть от 08.06.2017) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4 

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «КоммерсантЪ» 24.06.2017. 

Решением суда от 16.11.2017 (резолютивная часть от  15.11.2017) должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

АО «Экспобанк ЧЗ» обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 869 692 564 рублей 90 копеек основного долга, 104 749 327 рублей 16 копеек процентов за пользование кредитом, 299 711 298 рублей 22 копеек неустойки как обеспеченных залогом имущества должника. 

Определением суда от 11.04.2019 заявление АО «Экспобанк ЧЗ»  о процессуальном правопреемстве удовлетворено. Кредитор (АО «Экспобанк ЧЗ») заменен на его правопреемника – АО «Экспортное гарантийное и страховое общество» по требованию, включенному в третью очередь реестра требований кредиторов должника в общем размере 1 274 153 190 рублей 28 копеек, из которых 974 441 892 рубля 06 копеек основного  долга и процентов за пользование кредитом, 299 711 298 рублей 22 копеек неустойки с удовлетворением после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов как обеспеченных залогом имущества, поименованного в определении суда от 12.09.2017, в количестве и характеристиках согласно перечню заложенного имущества, а также 300 млн рублей основной суммы задолженности, не обеспеченных залогом имущества должника. 

3 сентября 2020 года АО «Экспортное гарантийное и страховое общество» в лице представителя ООО «Агентство по взысканию долгов в Чешской республике» обратилось с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 1 396 662 894 рублей 87 копеек с ФИО1, ФИО5, ФИО3, ФИО2 за неподачу заявления о признании должника банкротом, совершение сделок по отчуждению имущества должника по заниженной цене, непередачу бухгалтерской документации.

При принятии судебных актов суды руководствовалось статьями 9, 10 Закона о банкротстве в редакциях Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ и Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, разъяснениями, изложенными в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), правовой позицией, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801.

Суды исходили из следующего. 

Суды выяснили, что ФИО2 являлся руководителем должника с 20.05.2008 по 22.08.2012, ФИО5 – с 27.02.2013 по 30.06.2014, ФИО1 – с 30.06.2014 по 04.11.2014, ФИО5 – с 05.11.2014 по 12.08.2015, ФИО2 – с 13.08.2015 по 16.11.2017 (включая период после введения наблюдения с 13.06.2017). 

Кроме того, ФИО5 владел долей в уставном капитале должника в размере 5% (2 022 900 рублей), ФИО2 – долей в размере 62,5% (25 284 500 рублей), ФИО3 –  долей в размере 32,5% (13 150 700 рублей). 

ФИО1, ФИО2, ФИО3 являлись контролирующими лицами должника.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2. В новой главе содержатся материально-правовые нормы, регулирующие основания и условия для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также процессуальные положения, устанавливающие порядок подачи и правила рассмотрения соответствующих заявлений.

В силу пункта 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266.

В ситуации, когда контролирующее должника лицо совершило действия (бездействие) до 01.07.2017, а заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд после указанной даты, подлежат применению процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве. В то же время суду следует руководствоваться материально-правовыми правилами статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям, с учетом разъяснений пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 указанной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

В рассматриваемом случае контролирующим должника лицам вменяются действия (бездействие), совершенные в 2008 – 2017 годах, в связи с чем подлежат применению материально-правовые нормы статьи 10 Закона о банкротстве.

Конкурсное производство в отношении должника отрыто 16.11.2017, заявление конкурсным кредитором подано 03.09.2020, т. е. в пределах объективного срока, следовательно, доводы о пропуске срока основаны на ошибочном толковании норм права. 

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, не устранены и в настоящее время содержатся в статье 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу заявления о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления № 53 следует, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Обязательства перед АО «Экспобанк ЧЗ» по кредитному договору от 25.06.2009 должник перестал исполнять с июня 2012 года, проценты за пользование кредитом с 25.06.2012 по 27.06.2016 составили 1 643 954,48 евро. 

На основании данных финансового анализа должника судом установлен рост коэффициента убыточности деятельности должника с 2013 по 2017 год, существенный рост кредиторской задолженности с превышением над дебиторской задолженностью, критическое изменение основных показателей экономической деятельности должника имело место после 2012 года. 

Из материалов дела о банкротстве следует, что с 2014 года у должника начала увеличиваться кредиторская задолженность в условиях явной недостаточности активов и наличия притязаний кредиторов; руководители должника активно совершали сделки по отчуждению ликвидного имущества должника. 

10 сентября 2014 года – требование уполномоченного органа на основании постановления Астраханской таможни в размере 55 743 рублей 27 копеек, с 20.05.2016 в размере 31 222 473 рублей 93 копеек, с 13.10.2017 в размере 19 725 765 рублей 85 копеек исполнительского сбора. 21 января 2016 года возникло требование ООО «Техномаркет» из кредитных договоров от 05.08.2013 и 17.06.2014 в размере 34 443 827 рублей 72 копеек. 1 января 2017 года возникло требование ООО «Дагестан стекло тара» в размере 36 639 701 рубля 43 копеек. 27 сентября 2014 года возникло требование ООО «Фракойл» из договора от 26.07.2013 в размере 1 483 тыс. рублей 39 копеек.

Указанные требования включены в реестр требований кредиторов должника. 

Суды верно определили, что ФИО2 обязан был обратиться с заявлением о банкротстве должника, будучи его руководителем по 22.08.2012, поскольку к июню 2012 года у должника имелись признаки неплатежеспособности и объективного банкротства в связи с неисполнением обязательств по кредитным процентам из договора займа от 25.06.2009. ФИО1, являвшийся руководителем должника с 21.07.2014 по 11.12.2014, в месячный срок после назначения руководителем мог оценить и установить признаки неплатежеспособности и принять решение об обращении с заявлением о банкротстве должника, однако указанную обязанность не исполнил. 

Таким образом, размер субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО2 по правилам пункта 2 статьи 10 и пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве рассчитан верно, исходя из общего размера обязательств должника, образовавшихся в период руководства должником названными лицами. 

Доказательства того, что руководители должника несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывали на их преодоление в разумный срок, приложили максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, не представлены.

В названной части суд кассационной инстанции признает судебные акты законными и обоснованными.

Привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на весь размер задолженности по реестру за неисполнение обязанности по передаче арбитражному управляющему всей необходимой бухгалтерской и иной документации, суды сослались на общие положения действующего законодательства, закрепляющие соответствующую обязанность. 

Согласно пункту 24 постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее: заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Передача документов с нарушением трехдневного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, сама по себе не свидетельствует о наличии оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности. Согласно пункту 24 постановления № 53 к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности; однако такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям. Суды не установили наличие убытков, вызванных просрочкой передачи документации.

Суды не приняли во внимание, что в материалы дела представлены акты приема-передачи документации от 01.12.2017 и 04.12.2017 конкурсному управляющему, подписанные в двухстороннем порядке (т. 1, л. д. 128 – 142). Названное обстоятельство суды не оценили, не выяснили, какие конкретно документы должны были находиться у ФИО2 и не были им переданы.

С учетом изложенного выводы судебных инстанций в указанной части нельзя признать законными и обоснованными. 

В качестве основания для привлечения ФИО1, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсным кредитором указано на заключение с 20.01.2014 по 20.10.2014 11 сделок по заниженной цене, направленных на вывод имущества должника.

В рамках дела о банкротстве сделки, заключенные от имени должника с ФИО5 (2 транспортных средства) и ФИО1 (9 транспортных средств) с третьими лицами признаны недействительными, суд обязал возвратить в конкурсную массу должника имущество. 

При этом транспортные средства по 11 сделкам реализованы за  1 600 тыс. рублей. В качестве снования для признания сделок недействительными судом указано на отсутствие встречного предоставления (в отношении 10 транспортных средств ориентировочная стоимость на момент заключения оспариваемых договоров в судебных актах не отражена).

Сведения об исполнении определений суда от 21.03.2019 и 17.05.2019 в материалы дела не представлены. 

При изложенных обстоятельствах сделать вывод о том, привело ли отчуждение транспортных средств к банкротству должника или возникновению убытков в результате неправомерных действий руководителей должника, не представляется возможным.

Привлекая ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды не указали, какие конкретно действия, приведшие к банкротству должника, совершал один из участников. 

Привлекая ФИО1, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 396 662 894 рублей 87 копеек, суды не приняли во внимание следующего.

Из дополнения к отзыву конкурсного управляющего следует, что по состоянию на 09.03.2021 в конкурсной массе находится имущество (в том числе нереализованное после проведения торгов, выставленное на торги в настоящее время и еще не выставленное на торги в связи с непредоставлением залоговым кредитором положения о торгах) общей стоимостью  187 302 050 рублей 75 копеек (т. 2, л. д. 29 – 35). При этом согласно отчету конкурсного управляющего от 20.11.2021 им реализована незначительная часть имущества. Сведениями из ЕФРСБ (сообщения от 17.05.2021 № 6554134, от 16.12.2021 № 7856637) подтверждается, что реализация имущества осуществлялась и после обращения  АО «Экспортное гарантийное и страховое общество» в лице представителя ООО «Агентство по взысканию долгов в Чешской республике» в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 1 396 662 894 рублей 87 копеек с ФИО1, ФИО3, ФИО2

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

В пункте 41 постановления № 53 разъяснено, что по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Учитывая правовую природу субсидиарной ответственности, являющейся дополнительной по отношению к ответственности основного должника, для определения размера ответственности субсидиарных должников необходимо установить, какая часть требований кредиторов может быть погашена за счет имущества должника. До завершения реализации имущества должника данный вопрос не может быть разрешен с достаточной степенью достоверности.

Таким образом, поскольку в данном случае действия по формированию конкурсной массы на момент рассмотрения спора не были окончены, вывод судов первой и апелляционной инстанций о размере субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО3, ФИО2 является преждевременным.

В силу части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении суда первой инстанции или постановлении суда апелляционной инстанции.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит к выводу о том, что судебные акты по рассматриваемому обособленному спору вынесены по неполно исследованным обстоятельствам, в связи с чем обжалуемые судебные акты на основании статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене.

Поскольку для разрешения спора необходимо исследовать обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, а суд кассационной инстанции в силу требований статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации такими полномочиями не наделен, обособленный спор подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Дагестан.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, дать надлежащую оценку правовому поведению сторон, по результатам которой правомерно распределить бремя доказывания, выяснить вопрос о том, как непредставление конкретных документов повлияло на возможность формирования конкурсной массы должника, установить причинно-следственную связь между непередачей документации и невозможностью формирования конкурсной массы, предложить кредитору конкретизировать заявленные им основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, выяснить, привело ли отчуждение 11 транспортных средств в объективному банкротству должника или причинению ему убытков, при необходимости истребовать должным образом дополнительные доказательства, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, после чего разрешить спор в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права; при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пунктом 3 статьи 53 названного Кодекса (в ранее действовавшей редакции)), рассмотреть вопрос о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абзац четвертый пункта 20 постановления № 53, абзац первый пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 30.07.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2021 по делу № А15-55/2017 в части привлечения ФИО1, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Избербашнефть» и взыскания солидарно 1 396 662 894 рублей 87 копеек отменить.

            В указанной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Дагестан.

            В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                 А.Н. Герасименко

Судьи                                                                                                                М.Г. Калашникова

                                                                                                                           Н.А. Сороколетова