ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А68-560/2023

20АП-446/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 06.06.2024

Постановление изготовлено в полном объеме  20.06.2024

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Егураевой Н.В., судей Грошева И.П. и Мосиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Фокиной О.С., при участии в судебном заседании от публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице Тульского отделения                      № 8604 (далее – ПАО Сбербанк, г. Москва, ИНН 

<

***>,                                         ОГРН 

<

***>) – представителя ФИО1 (доверенность от 08.10.2021), от общества с ограниченной ответственностью «Компания Тропик»                                       (далее – ООО «Компания Тропик», Тульская область, Ленинский район, п. Петровский, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – представителя ФИО2 (доверенность от 26.06.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на решение Арбитражного суда Тульской области от 29.12.2023 по делу № А68-560/2023 (судья Тажеева Л.Д.), 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «Окский берег» в лице участника ФИО3 обратился в Арбитражный суд Тульской области с исковым заявлением к ПАО Сбербанк о признании недействительным договора поручительства от 27.01.2021 № 7М-1-2Z0X0MNN–П4, заключенного между ООО «Окский берег» и ПАО Сбербанк, и о признании недействительным договора ипотеки от 21.06.2021 № 7M-1-2Z0X0MNN-И2, также заключенного между ООО «Окский берег» и ПАО Сбербанк.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) привлечено общество с ограниченной ответственностью «Компания Тропик»                                          (далее – ООО «Компания Тропик»).

Решением Арбитражного суда Тульской области от 29.12.2023 в удовлетворении исковых требований отказано, на участника отнесены расходы по уплате государственной пошлины.

Не согласившись с принятым решением, истец обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, просит отменить решение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об удовлетворении иска. По мнению апеллянта, ключевыми доказательствами в рамках настоящего спора являются нотариально удостоверенные протоколы осмотра письменных доказательств, а также акт аудиторской проверки организации по кредитованию ООО «Компания Тропик» в ПАО Сбербанк от 30.08.2021. Указывает, что представленные истцом переписки и акт однозначно позволяют понять и оценить поведение банка и ООО «Компания Тропик», нестандартность которого характеризуется как неправомерное. Истец утверждает, что соотнесение указанных доказательств с подлежащими применению нормами специального банковского законодательства определяет действия банка и заемщика как незаконные, свидетельствующие о ничтожности кредитного договора.

В суд от ПАО «Сбербанк» и ООО «Компания тропик» поступили письменные пояснения, от истца перечень вопросов, адресованных ПАО Сбербанк, которые приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представители ПАО Сбербанк и ООО «Компания Тропик» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Истец, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явился, представителей не направил, апелляционная жалоба рассмотрена в его отсутствие на основании статей 156, 266 АПК РФ.

В суд апелляционной инстанции от истца поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства ввиду невозможности явки в судебное заседание вследствие госпитализации представителя.

В соответствии с частью 4 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Из анализа указанной нормы следует, что отложение судебного разбирательства по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом суда, а не его обязанностью.

Рассмотрев заявленное ходатайство об отложении судебного заседания, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его удовлетворения.

Более того, заявителем не обоснована невозможность рассмотрения апелляционной жалобы в его отсутствие, а также не указано для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. При этом имеющие значение для рассмотрения дела доказательства должны быть представлены суду первой инстанции, позиция заявителя изложена в апелляционной жалобе, какие-либо ходатайства в ней не заявлены.

Кроме того, заявитель, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, мог обеспечить участие другого своего представителя в судебном заседании, однако не сделал этого, в связи с чем несет риск наступления связанных с этим последствий (часть 2 статьи 9 Кодекса).

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая отсутствие оснований для отложения судебного заседания, суд апелляционной инстанции отказал в отложении рассмотрения апелляционной жалобы, о чем вынес протокольное определение.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 АПК РПФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

Оценив представленные доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, Двадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в отношении ООО «Окский берег» по состоянию на дату подачи иска (20.01.2023) ФИО3 22.11.2019 зарегистрирован в качестве единственного участника общества, а 20.11.2019 в качестве исполнительного директора.

24.12.2020 между ПАО Сбербанк и ООО «Компания Тропик» заключен договор об открытии возобновляемой кредитной линии № 7M-1-2Z0X0MNN с лимитом в размере                             710 000 000 руб. Период действия лимита с 24.12.2020 по 16.06.2022.

В целях обеспечения исполнения кредитных обязательств, в том числе между                                 ПАО Сбербанк и ООО «Окский берег», заключены договор поручительства от 27.01.2021 № 7М-1-2Z0X0MNN–П4 и договор ипотеки от 21.06.2021                                                             № 7M-1-2Z0X0MNN-И2.

Спорные договоры поручительства и ипотеки от имени ООО «Окский берег» подписаны генеральным директором ФИО3

Согласно пункту 1.1 договора поручительства поручитель обязуется отвечать перед банком за исполнение ООО «Компания тропик» всех обязательств по договору об открытии возобновляемой кредитной линии от 24.12.2020 № 7M-1-2Z0X0MNN, именуемому далее «Основной договор», сторонами которого выступают банк (он же кредитор) и должник (он же заемщик). Поручитель отвечает в объеме и на условиях, установленных договором, независимо от утраты существовавшего на момент возникновения поручительства, иного обеспечения исполнения обязательств должника или ухудшения условий такого обеспечения по любым обстоятельствам.

В соответствии с пунктом 1.3 договора поручительства поручитель ознакомлен со всеми условиями основного договора и согласен отвечать за исполнение всех обязательств должника полностью по основному договору. 

Поручитель согласен с тем, что банк имеет право потребовать, как от должника, так и от поручителя досрочного возврата всей суммы кредита, процентов за пользование кредитом, неустоек и других платежей, начисленных на дату погашения по основному договору в случаях, предусмотренных основным договором (пункт 2.3 договора). 

В силу пункта 1.1 договора ипотеки залогодатель передает в залог залогодержателю принадлежащее залогодателю на праве собственности недвижимое имущество (именуемое далее «Предмет залога»). 

В соответствии с пунктом 2.1 договора ипотеки залогом предмета залога обеспечивается исполнение ООО «Компания тропик» всех обязательств по договору об открытии возобновляемой кредитной линии от 24.12.2020 № 7M-1-2Z0X0MNN, именуемому далее «Основной договор», сторонами которого выступают банк и должник. 

На основании пункта 2.3 договора ипотеки залогодатель ознакомлен со всеми условиями основного договора и согласен отвечать за исполнение всех обязательств должника полностью по основному договору. Залогодатель согласен отвечать предметом залога в случае предъявления залогодержателем требования о досрочном исполнении обеспеченного залогом обязательства должника, в том числе, если на момент регистрации ипотеки в пользу залогодержателя предмет залога обременен правами третьих лиц. 

Согласно представленному ПАО Сбербанк расчету задолженности заемщик вышел на просрочку по процентам 28.03.2022.

Согласно отметке на требовании о досрочном возврате кредита указанное требование получено ООО «Окский берег» 26.04.2022. 

18.10.2022 ПАО Сбербанк обратилось в Арбитражный суд Тульской области с заявлением о признании ООО «Окский берег» несостоятельным (банкротом). Определением арбитражного суда от 25.10.2022 указанное заявление принято к производству, возбуждено производству по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Истец полагает, что договоры поручительства и ипотеки заключены с множеством нарушений, свидетельствующих о недействительности сделок по основаниям ничтожности (статья 10, пункт 1 статьи 166, статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)). Истец считает оспариваемые договоры сделками, заключенными с целью, противной основам правопорядка, с намерением ПАО Сбербанк причинить ущерб обществу и преследовали цель завладения имуществом общества. Полагает, что договоры как взаимосвязанные крупные сделки совершены с нарушением порядка их одобрения. 

Возражая против удовлетворения предъявленных требований, ПАО Сбербанк заявило о пропуске срока исковой давности; полагало, что оспариваемые договоры заключены в пределах обычной хозяйственной деятельности общества, а действия банка являются добросовестными.

ООО «Компания Тропик» также возражало против удовлетворения иска, в том числе указывая, что для ООО «Окский берег» оспариваемые договоры совершены в пределах обычной хозяйственной деятельности, поскольку ООО «Окский берег» неоднократно оформлялось обеспечение по кредитам группы компаний ООО «ТРОПИК ИНТЕРНЕШНЛ» (участники на дату заключения договоров ФИО4 - 86% доли, ФИО5 - 14% доли). ООО «Окский берег» неоднократно предоставлялись поручительства, залоги в обеспечение исполнения обязательств ООО «Компания тропик» по кредитным договорам в других банках. Из анализа бухгалтерской отчетности ООО «ТРОПИК ИНТЕРНЕШНЛ» и ООО «Компания тропик» следует, что общий размер задолженности по группе компаний на протяжении пяти лет практически не менялся, несмотря на кредитование в разных банках (средний размер 838 738 600 руб.). В соответствии с пунктом 2.1 договора от 28.03.2019 № 672ВКЛ с ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» денежные средства представляются ООО «Компания тропик» для погашения задолженности по кредитному договору от 27.09.2017 № 01220017/5501ПООАСРМ, кредитному договору от 27.09.2017                               № 01230017/55011100АСРМ, кредитному договору от 11.12.2017 № 01710017/5501 ПООАСРМ с ООО «ТРОПИК ИНТЕРНЕШНЛ», заключенным с ПАО Сбербанк, корпоративное участие в ООО «Компания тропик».

На дату заключения договора об открытии возобновляемой кредитной линии                         № 7M-1-2Z0X0MNN с лимитом в размере 710 000 000 руб. ФИО6 являлся участником заемщика ООО «Компания Тропик» с долей участия в уставном капитале 84% (16% доли обладал сын ФИО6 - ФИО5 - генеральный директор                                 ООО «Компания Тропик»), фактически он являлся балансодержателем долей и других «участников общества», которые официально не фигурировали в документах:                         ФИО7 и ФИО3 (84/3 = 28% на каждого). То обстоятельство, что                           ФИО6, ФИО7, ФИО3 были фактическими бенефициарами ГК Тропик отражено в акте аудиторской проверки организации работы при кредитовании                           ООО «Компания Тропик» в Среднерусском банке ПАО Сбербанк от 30.08.2021. Более того, ООО «Окский берег» обособленной от ГК Тропик деятельности никогда не вело, было частью группы, занимающейся реализацией/продажей на комиссию овощей и фруктов в торговые сети, единственными поставщиками которого были иные компании, входящие в группу.

Рассматривая требования истца по существу, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, при этом суд руководствовался следующим.

В отношении довода истца о том, что оспариваемые сделки поручительства и ипотеки, являющиеся крупными, не получили одобрения ФИО3, как единственного участника ООО «Окский берег», судом области обоснованно учтено, что согласно пункту 7 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) положения об одобрении крупной сделки не применяются к обществам, состоящим из одного участника, который одновременно является единственным лицом, обладающим полномочиями единоличного исполнительного органа общества.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе, когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе, если оно непосредственно совершало данную сделку. 

Согласно абзацу 2 пункта 4 статьи 46 Закона об ООО срок исковой давности по требованию о признании крупной сделки недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит. 

Судом области правомерно признано обоснованным заявление ответчика о том, что по основанию крупности сделок, являющихся оспоримыми, истцом пропущен срок исковой давности, так как ФИО3, являющийся единственным участником и исполнительным директором общества, узнал об их заключении в момент подписания: договора поручительства № 7M-l-2Z0X0MNN-П4 - 27.01.2021, договора ипотеки                                      № 7M-1-2Z0X0MNN-И2 - 21.06.2021. Соответственно, срок исковой давности истек 27.01.2022 и 21.06.2022.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

В отношении договора поручительства суд пришел к верному выводу о необоснованности утверждения истца о том, что оспариваемая им сделка не содержит даты ее заключения. 

Протоколом подписания и передачи документа в электронном виде подтверждается, что датой заключения и подписания договора поручительства                                 № 7M-l-2Z0X0MNN-П4 является 27.01.2021. 

К доводу истца о том, что он не подписывал электронной подписью вышеназванный договор поручительства и не был осведомлен о его заключении, суд области правомерно отнесся критически. 

Довод истца о том, что электронная цифровая подпись (далее – ЭЦП) в распоряжении ФИО3 никогда не находилась, нотариально удостоверенной перепиской подтверждается, что ЭПЦ, адресованная директору ООО «Окский берег» ФИО3, была получена работавшей в указанный период главным бухгалтером                    ООО «Компания тропик» ФИО8, что якобы подтверждается протоколом № 637, правомерно отклонен судом области.

Как верно указано судом первой инстанции, указанный довод опровергается пояснениями ПАО Сбербанк о том, что согласно содержанию листов 68-71 вышеназванного протокола истца информируют не о направлении ЭЦП на электронную почту, а о факте ее выпуска.

В подтверждение обоснованности вышеприведенных пояснений ПАО Сбербанк представило выписку из адресованной ФИО3 информации о выпуске ЭЦП по его заявке. 

Более того, значимым обстоятельством является и то, что контроль за использованием выпущенной по организации истцом оформления ЭЦП лежал на самом ФИО3 

В соответствии с пунктом 1 статьи 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» информация в электронной форме, подписанная квалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, и может применяться в любых правоотношениях в соответствии с законодательством Российской Федерации, кроме случая, если федеральными законами или принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами установлено требование о необходимости составления документа исключительно на бумажном носителе.

Согласно пункту 1 статьи 10 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» при использовании усиленных электронных подписей участники электронного взаимодействия обязаны: обеспечивать конфиденциальность ключей электронных подписей, в частности, не допускать использование принадлежащих им ключей электронных подписей без их согласия; уведомлять удостоверяющий центр, выдавший сертификат ключа проверки электронной подписи, и иных участников электронного взаимодействия о нарушении конфиденциальности ключа электронной подписи в течение не более чем одного рабочего дня со дня получения информации о таком нарушении; не использовать ключ электронной подписи при наличии оснований полагать, что конфиденциальность данного ключа нарушена

Кроме того, в случае нарушения конфиденциальности ключа электронной подписи ее владелец обязан уведомить удостоверяющий центр, выдавший сертификат ключа проверки электронной подписи, и иных участников электронного взаимодействия в течение не более чем одного рабочего дня со дня получения информации о таком нарушении. Он также обязан не использовать ключ электронной подписи при наличии оснований полагать, что конфиденциальность данного ключа нарушена (пункты 2, 3 статьи 10 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи»). 

Истцом не представлено предусмотренных статьей 11 вышеназванного закона оснований для признания квалифицированной электронной подписи ФИО3 в договоре поручительства недействительной.

Более того, третьим лицом в суд апелляционной инстанции представлены платежные ордера от 29.03.2022 №№ 803157, 52547, 52547, выписки операций по лицевым счетам ПАО Сбербанк и ПАО Банка «Открытие», свидетельствующие о списании на основании, в том числе, спорного договора поручительства банком с поручителя –             ООО «Окский берег» денежных средств, которые истцом не обжалованы, что свидетельствует не только об осведомленности истца о заключенном договоре поручительства, но и о его исполнении последним.

Судом области правомерно не принято утверждение истца о том, что он не подписывал договор ипотеки от 21.06.2021 № 7M-1-2Z0X0MNN-И2 и не был осведомлен о его заключении.

Ссылка истца на выводы заключения эксперта № 4747 как на доказательство неподписания ФИО3 договора ипотеки от 21.06.2021 № 7M-1-2Z0X0MNN-И2 ООО «Окский берег» правомерно отклонена судом области, поскольку выводы эксперта в заключении сделаны под условием, что оригиналы исследуемых подписей выполнены без применения технических приемов и средств.

Судом правомерно отклонен довод ПАО Сбербанк о том, что заключение эксперта должно быть исключено из числа доказательств, в связи с тем, что экспертиза не назначалась судом, и не суд представлял эксперту на исследование копию договора. 

Вместе с тем, с учетом того, что экспертному исследованию подвергнута копия, а не оригинал договора и заключение в отношении подписи истца на этом договоре составлено под условием, то есть вероятное, а не категорическое, суд обоснованно указал на то, что довод ФИО3 о его неосведомленности о заключении договора ипотеки является недоказанным.

Одновременно судебная коллегия принимает во внимание то обстоятельство, что ФИО3, оспаривая свою подпись в договоре ипотеки, не оспорил печать общества, проставленную, как на договоре ипотеки, так и на приложениях к нему. О выбытии печати общества в правоохранительные органы истец не заявлял.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда области о том, что представленные истцом заключения эксперта по заявлениям о регистрации ПАО Сбербанк и ООО «Окский берег» на земельные участки, предоставленные в ипотеку, выполнены от имени ФИО3 не самим ФИО3, а иным лицом, с подражанием подлинным подписям ФИО3, свидетельствуют либо о намерении истца и находящегося под его управлением ООО «Окский берег» избежать исполнения оспариваемых договоров, либо об отсутствии должного контроля за деятельностью общества и его работников, так как заключив указанный договор, ФИО3 как единственный участник и руководитель общества должен был контролировать его исполнение. При этом перечень заложенного имущества был известен истцу на дату заключения договора ипотеки, так как перечень указан в приложении № 1 к этому договору, также подписанному истцом.

Довод истца о мнимости договора был предметом оценки суда области и правомерно отклонен, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о намерении ПАО Сбербанк заключить оспариваемые договоры для вида, а не в качестве обеспечения исполнения обязательств по кредиту. 

B материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о намерениях сторон причинить вред кому-либо.

Из содержания оспариваемых договоров не следует, что они заключены с намерением причинить вред обществу. 

Банк, не являющийся участником отношений внутри группы, не должен подтверждать собственную добросовестность строгими средствами доказывания, пытаясь опровергнуть неочевидные претензии поручителя (залогодателя). В отсутствие доказательств обратного нет оснований полагать, что банк, зная о заведомой неплатежеспособности группы лиц, объединяющей основного должника, поручителя (залогодателя) и иных лиц, подверг бы себя не имеющему экономического смысла риску и предоставил бы заемные средства.

Ссылка истца на финансовую несостоятельность ООО «Компания тропик», не соблюдение банком установленных ЦБ РФ стандартов проверки заемщика перед выдачей кредита, правомерно отклонены судом области, поскольку указанные обстоятельства не освобождают ни заемщика, ни поручителя от принятых ими в связи с выдачей заемщику кредита обязательств. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. 

Согласно статье 362 ГК РФ договор поручительства должен быть совершен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора поручительства. 

Иных оснований закон для признания договора поручительства недействительным не предусматривает. 

Поскольку простая письменная форма оспариваемого договора поручительства соблюдена, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о его действительности.

В соответствии с пунктом 4 статьи 334 ГК РФ к залогу недвижимого имущества (ипотеке) применяются правила настоящего Кодекса о вещных правах, а в части, не урегулированной указанными правилами и законом об ипотеке, общие положения о залоге. 

Согласно пункту 3 статьи 339 ГК РФ договор залога должен быть заключен в простой письменной форме, если законом или соглашением сторон не установлена нотариальная форма. Несоблюдение правил, содержащихся в настоящем пункте, влечет недействительность договора залога. 

Требования к содержанию договора ипотеки предусмотрены статьей 9 Закона об ипотеке. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона об ипотеке в договоре об ипотеке должны быть указаны предмет ипотеки, его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого ипотекой. 

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона об ипотеке предмет ипотеки определяется в договоре указанием его наименования, места нахождения и достаточным для идентификации этого предмета описанием. В договоре об ипотеке должны быть указаны право, в силу которого имущество, являющееся предметом ипотеки, принадлежит залогодателю, и наименование органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - орган, осуществляющий государственную регистрацию прав), зарегистрировавшего это право залогодателя. 

В силу пункта 2 статьи 10 Закона об ипотеке договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации. 

Несоблюдение правил о государственной регистрации договора об ипотеке влечет его недействительность. Такой договор считается ничтожным (пункт 1 статьи 10 Закона об ипотеке).

Спорный договор ипотеки зарегистрирован в органах государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним в установленном законом порядке, о чем имеется соответствующая отметка на договоре. 

Простая письменная форма оспариваемого договора ипотеки, требование о государственной регистрации соблюдены, следовательно, судом обоснованно указано на действительность договора. 

В пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2005 № 92 «О рассмотрении арбитражным судами дел об оспаривании оценки имущества, произведенной независимым оценщиком» разъяснено, что, если законом или иным нормативным актом установлено лишь обязательное привлечение независимого оценщика (обязательное проведение независимым оценщиком оценки объекта оценки), непривлечение независимого оценщика само по себе не является основанием для признания судом по мотивам нарушения требований закона сделки и акта государственного органа недействительными, решения должностного лица - незаконным, решения органа юридического лица - не имеющим юридической силы. 

В связи с этим, довод истца об отсутствии оценки, как основание для признания договора ипотеки недействительным, правомерно отклонен судом области.

Довод ответчика о том, что оспариваемые договоры заключены в отсутствие злоупотребления правом со стороны банка, в целях кредитования и обеспеченности возврата кредитных средств, а не в целях причинить обществу вред, истцом не опровергнуты. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда области о том, что представленные истцом протоколы нотариального осмотра доказательств: электронной переписки между сотрудниками банка и ООО «Компания тропик», не доказывают обоснованности заявления ФИО3 о злоупотреблении ПАО Сбербанк своими правами. 

Истцом представлены в материалы дела нотариальные протоколы осмотра доказательств, переписку по электронной почте сотрудников ООО «Компания Тропик» с сотрудниками ПАО Сбербанк, согласно которых нотариусу был предоставлен доступ к удаленному компьютеру для проведения осмотра писем. 

Однако из протокола не следует, к какому удаленному компьютеру был предоставлен доступ нотариусу для проведения осмотра. 

Исходя из того, что данный компьютер принадлежит ООО «Компания Тропик», из протокола не усматривается полномочий, как заявителя, так и его представителя на получение доступа к компьютеру, принадлежащему ООО «Компания Тропик», а также к электронной переписке сотрудников указанной компании, которая не является общедоступной информацией. 

Более того, в соответствии с Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» снятие информации с технических каналов связи, а также получение компьютерной информации является мероприятиями оперативно-розыскной деятельности, осуществляемой в рамках уголовного дела. 

Согласно статье 6 указанного Федерального закона запрещается проведение оперативно-розыскных мероприятий и использование специальных и иных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации, не уполномоченными на то настоящим Федеральным законом физическими и юридическими лицами. 

Поскольку генеральный директор ООО «Компания Тропик» ФИО5 не предоставлял каким-либо лицам доступа к компьютеру, принадлежащему указанной компании, а также к электронной переписке своих сотрудников, не передавал таких полномочий, как своим сотрудникам, равно так и иным лицам, соответственно протокол осмотра письменных доказательств, представленный истцом, составлен с нарушением действующего законодательства Российской Федерации. 

Как следует из отзыва ПАО Сбербанк России, последний также не предоставлял какого-либо доступа к электронным адресам своих сотрудников. 

В соответствии частью 2 статьи 50 Конституции Российской Федерации, частью 3 статьи 64 АПК РФ не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. В связи с чем, переписка между сотрудниками ООО «Компания Тропик» и сотрудниками ПАО Сбербанк России, закрепленная протоколами осмотра письменных доказательств, в силу статей 67, 68 АПК РФ не может являться относимым и допустимым доказательством по настоящему делу и не может быть принята судом в качестве надлежащих доказательств.

Кроме того, ссылки апеллянта на переписку между ПАО Сбербанк и                  ООО «Компания тропик» не имеют правового значения, поскольку указания банка на необходимое правильное оформление документов не свидетельствует о недействительности оспариваемых сделок.

Довод истца о превышении выданной суммы кредита условиям кредитного договора не соответствует фактическим обстоятельствам. 

В соответствии с пунктом 1.1 договора об открытии возобновляемой кредитной линии от 24.12.2020 № 7M-1-2Z0X0MNN кредитор обязуется открыть заемщику возобновляемую кредитную линию на цели, указанные в пункте 1.2 договора, на срок по 16.06.2022. Лимит кредитной линии открывается 24.12.2020 и действует в размере и в сроки, указанные в таблице: период действия лимита с 24.12.2020 по 16.06.2022. Сумма лимита 710 000 000 руб. 

Как следует из расчета задолженности, остаток основного долга никогда не превышал установленный лимит 710 000 000 руб.

В отношении утверждения истца о недостоверности финансовой отчетности                 ООО «Компания тропик», суд пришел к верному выводу, что законодательство не ставит возможность заключения договоров в зависимость от платежеспособности либо наличия имущества. Финансовая отчетность ООО «Компания тропик» является достоверной. 

ООО «Компания тропик» на общедоступном сайте fedresurs.ru размещены аудиторские заключения независимого аудитора ООО «РК-Аудит» в отношении годовой финансовой отчетности ООО «Компания тропик» за 2019, 2020 годы (на момент выдачи кредита). 

Аудитором сделан вывод о достоверности годовой финансовой отчетности.

ООО «Компания Тропик» пояснило, что для ООО «Окский берег» оспариваемые договоры совершены в пределах обычной хозяйственной деятельности, так как                                ООО «Окский берег» неоднократно оформляло обеспечение по кредитам группы компаний ООО «Тропик интернешнл». Перечень таких сделок ООО «Компания Тропик» в пояснениях приведен и истцом не опровергнут. 

Кроме того, судом обоснованно учтено, что банк не является участником ни                   ООО «Окский берег», ни ООО «Компания тропик», не входит в состав органов указанных обществ и не мог знать о нарушениях при совершении оспариваемых истцом сделок, в том случае, если такие нарушения были допущены. 

Действующее законодательство не содержит каких-либо обязанностей кредитной организации по дополнительной проверке достоверности представленных в надлежащей форме решений участников общества, а в силу статьи 10 ГК РФ добросовестность действий участников гражданского оборота предполагается.

Согласно судебной арбитражной практике, сложившейся при рассмотрении подобных дел, необходимо также учитывать, что суды не должны противопоставлять интересы собственника, передавшего свое имущество в залог, интересам добросовестного кредитора, надлежащим образом исполнившего обязанность по проверке полномочий органа управления контрагента на подписание договоров ипотеки, отдав приоритет первому из них. Российский правопорядок базируется, в том числе на необходимости защиты прав добросовестных лиц и поддержании стабильности гражданского оборота, что, в числе прочего, подразумевает направленность правового регулирования и правоприменительной практики на сохранение юридической силы заключенных сделок. Приоритет в рассматриваемом случае необходимо отдать лицу добросовестному, положившемуся на представленный генеральным директором, сведения о котором имелись в Едином государственном реестре юридических лиц, комплект документов. Само по себе обременение имущества ипотекой (даже направленное на обеспечение исполнения обязательств третьих лиц в отсутствие для залогодателя экономической целесообразности) не свидетельствует о наличии у одной из сторон сделки цели, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Напротив, договор ипотеки является одной из наиболее распространенных договорных конструкций, регулярно применяемых участниками гражданского оборота, так как залог во многом направлен на развитие кредитных отношений, которые являются одной из необходимых предпосылок экономического роста. Следовательно, заключение залоговых соглашений указывает на наличие у сторон целей, соответствующих как основам правопорядка, так и экономической политике государства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2016 N 308-ЭС15-18008 по делу № А32-35215/2014).

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Закон связывает ничтожность сделки с одновременным наличием двух критериев: нарушение требований закона и посягательство на интересы третьих лиц. 

Сторонами оспариваемых сделок являются ПАО Сбербанк и ООО «Окский берег». 

Требования предъявлены участником в интересах ООО «Окский берег», единственным участником которого он и является. ФИО3 не доказано, что оспариваемые им сделки посягают на интересы третьих лиц. 

Истец ссылается на пункт 1 статьи 10 ГК РФ, в соответствии с которым не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как верно указано судом области, кредитный договор заключен в соответствии с его обычным предназначением - выдача на возвратной основе денежных средств под проценты. Обратного истцом в нарушение статьи не доказано. 

Выдача кредита производилась при отсутствии непогашенной просроченной задолженности и только на цели, предусмотренные кредитным договором.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как верно указано судом области, материалы из уголовного дела не могут служить допустимыми доказательствами в рамках настоящего дела, поскольку расследование по уголовному делу еще не завершено, продолжаются допросы всех лиц, проводятся экспертизы и иные следственные действия, собранным доказательствам не дана правовая оценка, как следственным органом, так и судом, и не вынесен приговор, который в силу пункта 4 статьи 69 АПК РФ мог бы иметь преюдициальное значение по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда области об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают обоснованность и правомерность выводов суда первой инстанции, которым дана правильная правовая оценка спорным правоотношениям сторон, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы у судебной коллегии не имеется. Доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, влияли бы на законность и обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих по правилам части 4 статьи 270 Кодекса безусловную отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины следует отнести на апеллянта.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тульской области от 29.12.2023 по делу № А68-560/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

Судьи                                                                                                                                                                           

                Н.В. Егураева

                И.П. Грошев

                Е.В. Мосина