ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-8629/2024)

 

24 сентября 2024 года                                                                         Дело № А65-5106/2023

 

Резолютивная часть постановления оглашена 18 сентября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 24 сентября 2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бондаревой Ю.А., судей Поповой Г.О., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ильясовой Э.М.,

с участием в судебном заседании:

ФИО1 – паспорт, лично,

от ФИО1 - представитель ФИО2, паспорт, по устному ходатайству,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №4 апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 мая 2024 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Портер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства №4 от 06 октября 2020 г., заключенного между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Портер», и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 денежных средств в размере 1 808 085 рублей (вх.59877), 

 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан 27 февраля 2023 года поступило заявление Управления Федеральной налоговой службы по Республике Татарстан о признании общества с ограниченной ответственностью «Портер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 марта 2023 года заявление было оставлено без движения сроком до 27 марта 2023 года для устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения.

Обстоятельства, послужившие основанием для оставления заявления без движения, устранены.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 марта 2023 года заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) гражданина, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности заявления на 08 час. 10 мин. 03 мая 2023 г.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 мая 2023 года общество с ограниченной ответственностью «Портер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, и открыто в отношении него процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (ИНН 

<

***>), являющаяся членом Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 07 ноября 2023 года поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Портер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства №4 от 06 октября 2020 г., заключенного между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Портер», и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 денежных средств в размере 1 808 085 рублей (вх.59877).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 ноября 2023 года заявление принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.01.2024 суд в порядке ст. 51 АПК РФ привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО4, ФИО5

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.02.2024 суд в порядке ст. 49 АПК РФ принял уточнение требования в части применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника 651 000 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 153 553,34 рубля за период с 14.10.2020 по 14.02.2024.

От конкурсного управляющего в суд поступило ходатайство об уточнении требования в части применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника 851 000 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 224 165,33 рубля за период с 14.10.2020 по 17.04.2024.

Суд определил в порядке ст. 49 АПК РФ принять уточнение требования в части применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника 851 000 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 224 165,33 рубля за период с 14.10.2020 по 17.04.2024.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 мая 2024 года заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Портер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства №4 от 06 октября 2020 г., заключенного между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Портер», и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 денежных средств в размере 851 000 рублей, процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 224 165,33 рубля за период с 14.10.2020 по 17.04.2024, удовлетворено.

Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства №4 от 06.10.2020, заключенный между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Портер».

Применены последствия недействительности сделки.

Взысканы с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Портер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 851 000 рублей, проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 224 165,33 рубля за период с 14.10.2020 по 17.04.2024.

Восстановлено ФИО1 право требования к обществу с ограниченной ответственностью «Портер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по договору купли-продажи транспортного средства №4 от 06.10.2020 в размере 200 000 рублей.

Взыскано с ФИО1 в доход федерального бюджета 6 000 рублей госпошлины.

Выданы исполнительные листы.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.04.2024 г. по делу № А65-5106/2023 отменить полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2024 ходатайство ФИО1, о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы удовлетворено. Восстановлен пропущенный срок на подачу апелляционной жалобы.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2024 апелляционная жалоба принята к производству. Назначено судебное заседание.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании представитель ФИО1 ходатайствовал об объявлении перерыва в судебном заседании на 15 минут для предоставления возможности ознакомления с материалами дела.

От конкурсного управляющего ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, а также ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в ее отсутствие. Судом отзыв на апелляционную жалобу приобщен к материалам дела, удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ФИО6 о рассмотрении апелляционной жалобы в ее отсутствие.

Суд, совещаясь на месте, удовлетворил ходатайство представителя ФИО1, объявил перерыв в судебном заседании в пределах судебного дня (на 15 минут) на 18 сентября 2024года на 11 час. 33 мин. для предоставления сторонами возможности ознакомления с материалами дела. После перерыва судебное заседание было продолжено.

В  судебном заседании, после перерыва, ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 06 октября 2020 года между ООО «Портер» и ФИО1 был заключен договор купли-продажи транспортного средства №4, по условиям которого, должник (продавец) продал, а ответчик (покупатель) приобрел бывшее в эксплуатации транспортное средство: полуприцеп с бортовой платформой KASSBOHRER XS, 2012 г.в.

Согласно п.3.1.1 договора цена транспортного средства составляет 200 000 рублей.

Оплата со стороны ответчика была произведена в размере 200 000 рублей, что подтверждается материалами дела.

Однако, как указал конкурсный управляющий, согласно справке об определении рыночной стоимости имущества №1 от 17.10.2023, рыночная стоимость спорного транспортного средства составляла – 2 008 000 рублей.

Полагая, что  договор купли-продажи транспортного средства №4 от 06.10.2020,  заключенный в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, в отсутствие равноценного встречного исполнения, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании их недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего с учетом уточнения заявленных требований в части применения последствий и расчета процентов за пользование чужими денежными средствами, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении требований.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены обжалуемого судебного акта на основании следующего.

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника. 

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В силу положений статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд,  рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.03.2023 возбуждено дело о банкротстве должника.

В данном случае оспариваемый договор был заключен 06.10.2020.

Таким образом,  сделка  была совершена  за три года до возбуждения дела о банкротстве, то есть в пределах  периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Так, согласно статье 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При этом в Определении Верховного суда Российской Федерации от 12.02.2018 г.            № 305-ЭС17-11710(3) судебная коллегия указала, что показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности должника не имеют решающего значения для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий указывал, что на момент совершения сделок по перечислению ответчику денежных средств у должника имелись неисполненные обязательства перед бюджетом в размере 22 379 233, 33 рубля. Данная задолженность возникла в результате доначисления  недоимки по налогам, в том числе НДС,  за налоговый период 2017-2018 г.г. Материалами дела подтверждается, что недоимка по налогам была выявлена в результате налоговой проверки: дата начала налоговой проверки – 30.09.2019, дата окончания – 22.10.2020. По результатам проверки,  налоговым органом была принято решение о доначислении суммы НДС в размере 13 627 472 рубля. Указанная задолженность до настоящего времени не погашена, требование уполномоченного органа включено в реестр. 

Признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества имеют объективный характер и применительно к задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий. Данный правовой подход сформулирован в п. 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Таким образом, довод о том, что задолженность по обязательным платежам образовалась в результате неуплаты доначисления налогов в ходе выездной налоговой проверки, в период после совершения оспариваемых сделок, по мнению суда первой инстанции, является необоснованным, поскольку возникновение обязанности по уплате налогов определяется согласно пункту 1 статьи 38, пункту 1 статьи 44 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) наличием объекта налогообложения и налоговой базы, а моментом возникновения обязательства по уплате налога является дата окончания налогового периода, установленного для уплаты налога в соответствии с законодательством о налогах и сборах. 

Дата выявления недоимки налоговым органом для определения момента возникновения обязанности по уплате налогов правового значения не имеет.

Дата принимаемого налоговым органом по результатам выездной налоговой проверки решения и дата оспариваемой сделки объективно могут не совпадать.

В данном случае обязанность по уплате налогов возникла у должника на основании законодательства о налогах и сборах и существовала на момент совершения сделки, а в последующем подтверждена принятым по результатам выездной проверки решением уполномоченного органа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 НК РФ налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах.

Пунктом 2 статьи 45 НК РФ установлено, если иное не предусмотрено пунктом 2.1 данной статьи, что в случае неуплаты или неполной уплаты налога в установленный срок производится взыскание налога в порядке, предусмотренном названным Кодексом.

Конкурсный управляющий и ФНС России ссылались на то, что оспариваемая сделка совершена должником в предбанкротном состоянии с целью вывода имущества.

При определении признаков неплатежеспособности должника имеет значение не только размер активов, но и размер его обязательств.

Проанализировав материалы дела, суд первой инстанции установил, что в период совершения оспариваемой сделки на стороне должника уже была сформирована налоговая база и возникла обязанность по уплате налога на добавленную стоимость в общей сумме 13  627 472 руб., которая перед бюджетом не была погашена и требование уполномоченного органа включено в реестр требований кредиторов должника. 

При этом, даже сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной; в частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (Определение  Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Судом первой инстанции указано, что конкурсный управляющий не представил доказательств того, что ответчик являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Однако,  получая от должника дорогостоящую технику с оплатой незначительной стоимости, ответчик не мог не осознавать, что причиняется вред имущественным правам кредиторов и должника.

Отчуждение имущества в отсутствие равноценного встречного исполнения обязательства свидетельствует о недобросовестном поведении не только должника, но и ответчика, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемая сделка по существу направлена на выведение активов должника, что свидетельствует о злоупотреблении сторонами правом при заключении оспариваемого договора.

Кроме того, положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 6 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, не содержат исчерпывающего перечня всех случаев, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а только устанавливают отдельные опровержимые презумпции.

Из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

В Определении Верховного суда РФ от 12 марта 2019 года № 305-ЭС17-11710 (4) судебная коллегия отразила следующую позицию относительно применения положений п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве по такого рода спорам: из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. 

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. 

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В данном случае, суд первой инстанции пришел к выводу, что не представляется  невозможным  проверить сам факт предоставления должнику равноценного встречного исполнения.

Как следует из материалов дела, согласно п.3.1.1 договора цена транспортного средства составляет 200 000 рублей.

Оплата со стороны ответчика была произведена в размере 200 000 рублей, что подтверждается выпиской по расчетному счету должника. Платеж №7208 от 07.10.2020 был  внесен в кассу банка с назначением платежа: «денежные средства по договору купли-продажи ТС №4 от 06.10.2020». Указанное обстоятельство сторонами не оспаривается.

Однако, как указал конкурсный управляющий, согласно справке об определении рыночной стоимости имущества №1 от 17.10.2023, рыночная стоимость спорного транспортного средства составляла – 2 008 000 рублей.

Ответчик, в свою очередь, представил в материалы дела отчет №2-24, согласно которому, рыночная стоимости полуприцепа с бортовой платформой KASSBOHRER XS, 2012 г.в., на момент совершения сделки 06.10.2020 составила – 851 000 рублей.

Указанный отчет составлен в соответствии с положениями Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации».

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Закона об оценочной деятельности итоговым документом, составленным по результатам определения стоимости объекта оценки независимо от вида определенной стоимости является, отчет об оценке объекта оценки.

Пунктом 12 Федерального закона от 29 июля 1998  г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» определено, что итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Законом об оценочной деятельности, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2005 № 92 «О рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании оценки имущества, произведенной независимым оценщиком», в силу статьи 12 Закона об оценочной деятельности, отчет независимого оценщика, составленный по основаниям и в порядке, которые предусмотрены названным Законом, признается документом, содержащим сведения доказательственного значения, а итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в таком отчете, - достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если законодательством Российской Федерации не определено или в судебном порядке не установлено иное.

Если самостоятельное оспаривание величины стоимости объекта оценки, определенной независимым оценщиком, путем предъявления отдельного иска невозможно, вопрос о достоверности этой величины может рассматриваться в рамках рассмотрения конкретного спора по поводу сделки, изданного акта или принятого решения (в том числе дела о признании сделки недействительной и др.).

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Ходатайство о проведении по настоящему делу судебной экспертизы с целью установления действительной стоимости спорного автомобиля, при наличии к тому объективной возможности, лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что представленная конкурсным управляющим справка №1 о рыночной стоимости транспортного средства от 17.10.2023  не может быть признана надлежащим доказательством по делу, так как в соответствии со статьей 11 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» документом, составленным по результатам определения стоимости объекта оценки, является отчет об оценке объекта оценки, к которому справка отнесена быть не может, поскольку она не соответствует предъявляемым к отчету требованиям (в частности, не содержатся такие обязательные сведения, как стандарты оценки для определения стоимости объекта оценки, перечень использованных при проведении оценки объекта оценки данных с указанием источников их получения, принятые при проведении оценки объекта допущения).

В ходе судебного заседания конкурсным управляющим возражений относительно представленного ответчиком отчета №2-24 об оценке рыночной стоимости транспортного средства не заявила. 

Возражая против заявленного требования, ответчик указал, что оплата стоимости отчужденного транспортного средства была произведена в размере 850 000 рублей, что подтверждается письменной распиской о получении должником от ответчика денежных средств  наличной форме. Копия расписки была представлена суду первой инстанции вместе с отчетом об оценке. В последующем, ответчик представил в суд первой инстанции оригинал расписки о получении должником от ответчика денежных средств в размере 850 000 рублей.   

В свою очередь, конкурсный управляющий заявляла возражения относительно представленных ответчиком доказательств, а именно оригинал  расписки  не соответствует копии расписки из отчета, денежные средства в размере 850 000 рублей на расчетный счет должника не поступали. 

В качестве доказательств наличия у ответчика дохода, позволяющего произвести оплату по  договору купли-продажи за спорное транспортное средство, ответчик представил копию гражданско-правового договора №132-12/Б от 01.09.2019 на оказание услуг в подтверждение своего дохода. 

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в материалах дела отсутствует какая-либо первичная документация, подтверждающая оказание ответчиком услуг.

Кроме того, отсутствуют доказательства оплаты оказанных ответчиком услуг, аккумулирования денежных средств в достаточном размере на дату предшествующую заключению оспариваемого договора, снятие денежных средств со счета и т.п..   

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчик не доказал факт оплаты в размере 851 000 рублей по оспариваемому договору купли-продажи №4 от 06.10.2020. 

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Суд первой инстанции установил, что после совершения сделки 06.10.2020, последующая сделка купли-продажи ответчиком была совершена в короткий промежуток времени – 28.10.2020. Кроме того, ответчик  не совершил действия  по постановке на учет спорного транспортного средства. 

Таким образом, быстрое отчуждение спорного полуприцепа с бортовой платформой в пользу третьего лица ФИО4 суд первой инстанции посчитал свидетельством того, что воля сторон (ООО «Портер» и ФИО1) не была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из заключенного ими договора.

В результате совершенной сделки должник лишился ликвидного актива.

Учитывая, что ответчик, получив имущество, должен был знать о необходимости исполнения встречного обязательства. Следовательно, другая сторона сделки знала о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов к моменту совершения сделок.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания сделки по продаже транспортного средства недействительной.

В соответствии с пунктом 29 Постановления Пленума ВАС № 63 если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 61.6 Закона о банкротстве, согласно которым возвращение полученного носит двусторонний характер.

В соответствии с пунктами 1 и 2 ст.61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

Согласно ответу ГИБДД от 26.12.2023 исх. 3№33/5503, в настоящий момент ответчик не является собственником спорного транспортного средства.

В связи с чем, суд первой инстанции посчитал необходимым в качестве применения последствия недействительности сделки взыскать с ответчика в пользу должника рыночную стоимость спорного транспортного средства в  размере 851 000 рублей. Восстановить ФИО1 право требования к обществу с ограниченной ответственностью «Портер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по договору купли-продажи транспортного средства №4 от 06.10.2020 в размере 200 000 рублей.

В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2017 № 305-ЭС17-3817 по делу № А40-214329/2014, требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами является частью реституционного требования и подлежит рассмотрению с ним в рамках одного спора, поскольку в условиях признания платежа недействительным нормы о неосновательном обогащении (кондикции) применяются дополнительно (субсидиарно) по отношению к правилам о реституции, что, в частности, следует из подпункта 1 статьи 1103 ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 29.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63), если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом

Таким образом, суд первой инстанции, приняв во внимание осведомленность ответчика в момент совершения сделок о противоправной цели причинения вреда кредиторам (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), требование о  выплате процентов с момента совершения сделки, посчитал правомерным. 

Согласно  представленному конкурсным управляющим расчету, сумма процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 14.10.2020 по 17.04.2024 включительно составляет 224 165,33 рубля.

Расчет процентов проверен судом первой инстанции и признан верным.

Также, судом первой инстанции распределены судебные расходы.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта норм ст.270 АПК РФ.

Апеллянт указывает, что профессионально занимается перепродажей автомобилей.

Спорное транспортное средство было приобретено для последующей перепродажи. Реальная цена по договору купли-продажи транспортного средства №4 от 06.10.2020 составила 850 000 рублей, что подтверждается распиской.

На основании вышеизложенного, по мнению апеллянта, оспариваемое определение суда первой инстанции подлежит отмене.

Судом апелляционной инстанции предложено заявителю жалобы, в целях проверки доводов, предоставить доказательства финансовой возможности передать денежные средства в размере 850 000,00 руб. руководителю должника. Доказательства в деле представлены лишь в отношении суммы 200 000,00 руб., которые внесены на счет должника.

Заявителем апелляционной жалобы предоставлены копии договоров в простой письменной форме о продаже иных автомобилей от 15.08.2020, от 21.08.2020. При этом, указанные автомобили за ответчиком зарегистрированы не были, денежные средства за указанные транспортные средства якобы передавались ему покупателями наличными.

При этом, судебная коллегия отмечает, что лицо, занимающееся перепродажей транспортных средств, осуществляет не только куплю-продажу транспортных средств, но и их ремонт, закупку запасных частей, кузовных элементов, размещает объявления о продаже на сайтах для привлечения покупателей.

Однако, заявителем апелляционной жалобы указанные сведения в подтверждение своей деятельности не предоставлены.

Иные доказательства наличия финансовой возможности ответчиком не представлены.

Судебная коллегия относится критически к указанным доказательствам, так как ФИО1 доказательств аккумулирования денежных средств в заявленном размере не предоставил. Представленные копии договоров в простой письменной форме о продаже иных автомобилей от 15.08.2020, от 21.08.2020 такими доказательствами не являются. Ответчик не предоставил доказательства приобретения ранее указанных транспортных средств, доказательств наличия денежных средств на их приобретение

Доказательства передачи денежных средств должнику в заявленном размере  также отсутствуют.

При этом, судебная коллегия исходит из следующего.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 93 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Из материалов дела следует, что цена сделки является заниженной в кратном размере к рыночной стоимости транспортного средства, установленной в отчете об оценке.

Таким образом, заявитель апелляционной жалобы не опроверг вывод суда первой инстанции о том, что сделка совершена с неравноценным встречным предоставлением, с целью причинения вреда кредиторам должника и причинила такой вред при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Довод заявителя апелляционной жалобы о неправомерности начисления процентов за пользование чужими денежными средствами, также подлежит отклонению, так как расчет произведен на неоплаченную сумму с 14.10.2020 (через семь дней с даты заключения договора), что является правомерным.

Основания для начисления процентов за пользования чужими денежными средствами установлены судом первой инстанции правомерно.

Суд апелляционной инстанции отклоняет приведенные доводы в апелляционной жалобе, поскольку, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 мая 2024 года по делу А65-5106/2023, следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 мая 2024 года о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по делу № А65-5106/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            Ю.А. Бондарева 

 

Судьи                                                                                                          Г.О. Попова

 

Е.А. Серова