АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru   e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А60-35251/2017

21 сентября 2017 года

г. Екатеринбург

 

Резолютивная часть решения объявлена 20 сентября 2017 года

Полный текст решения изготовлен 21 сентября 2017 года

 

Арбитражный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи П.Б. Ванина при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Н.М. Ипполитовой рассмотрел в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Приоритет» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к публичному акционерному обществу «СКБ-банк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) третьи лица: ФИО1, Федеральная служба по финансовому мониторингу в лице Межрегионального Управления по Уральскому Федеральному округу о понуждении к исполнению обязательств и о взыскании 4 051 130 руб.

при участии в судебном заседании:

от истца ФИО2, директор, решение № 3 от 22.10.203г., 

от ответчика: ФИО3, представитель по доверенности № 581 от 09.06.2017г.

         Лица, участвующие в деле, о времени  и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены.  Отводов суду не заявлено.

Истец обратился в суд с исковым заявлением к ответчику с требованиями об обязании банк исполнить распоряжения о перечислении денежных средств на счет ФИО1 согласно платежным поручениям и взыскании 4051130 руб. убытков. 

Определением от 10.08.2017г. принято ходатайство истца об уточнении исковых требований, истец просил взыскать с ответчика убытки в размере 4051130 руб., на требовании об обязании исполнить распоряжения не настаивает. Уточнение предмета иска судом принято на основании ст. 49 АПК РФ.

 

Определением от 31.08.2017г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Федеральная служба по финансовому мониторингу в лице Межрегионального Управления по Уральскому Федеральному округу. 

В судебном заседании истец на требованиях настаивает, ответчик требования не признает по основаниям, указанным в отзыве. 

От третьего лица ФИО1 в суд поступил отзыв, в котором третье лицо поддерживает доводы истца.  

От третьего лица МРУ Росфинмониторинга по УФО в суд поступил отзыв, который приобщен к материалам дела.

   Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд   

 

установил:

В исковом заявлении истец ссылается на то, что Обществом с ограниченной ответственностью «Приоритет» (далее – общество «Приоритет»), действующим во взаимоотношениях с Публичным акционерным обществом «СКБ-банк» (далее – банк) на основании договора банковского счета                   от 24.09.2009, направлены 11.05.2017 в банк посредством интернет-банка для исполнения платежные поручения, на перечисление в пользу ФИО1 в общей сложности 1592000 руб. с дроблением этой суммы на суммы, не превышающие 50000 руб., в качестве исполнения обязательств перед ФИО1 по договорам  уступки от 12.01.2012. 

В договорах уступки права (требования) (в редакции дополнительных соглашений от 12.01.2012) предусмотрена обязанность нового кредитора по уплате выбывшему из обязательства кредитору неустойки в размере 0,2%                  от суммы неоплаченного права (требования). Срок оплаты за уступаемое право (требование) – не позднее 30.01.2012.

От банка клиенту поступил запрос от 11.05.2017 о предоставлении документов для проверки, 15.05.2017 запрошенные документы предоставлены банку, 19.05.2017 интернет банк перестал работать и  задолженность перед ФИО1 погасить не удалось, что, по мнению истца, повлекло за собой убытки в связи с взысканием с общества «Приоритет» в пользу ФИО1 3953000 руб. неустойки за просрочку выполнения обязательств по договорам уступки за период с 01.02.2012 по 31.12.2012, а также 98130 руб. понесенных судебных расходов согласно определению от 05.06.2017 Кировского районного суда г. Екатеринбурга по делу № 2-4068/17.

Рассмотрев материалы дела,  выслушав представителей истца и ответчика, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в связи со следующим.

  К числу требований банковского законодательства, предъявляемых к операциям по исполнению кредитными организациями платежных поручений, относятся требования Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее - Закон о противодействии легализации преступных доходов, Закон), которые возлагают на банки как на организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, ряд публично-правовых обязанностей, к числу которых относятся: идентификация клиента; документальное фиксирование информации об отдельных видах совершаемых банковских операций; а также отказ в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств, поступивших на счет физического или юридического лица, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями Закона о противодействии легализации преступных доходов.

Обязанность по документальному фиксированию информации об операциях с денежными средствами или иным имуществом возложена на кредитные организации пунктом 2 статьи 7 Закона о противодействии легализации преступных доходов, согласно которому кредитные организации должны разработать правила внутреннего контроля и программы его осуществления. При этом Закон не устанавливает перечень данных, подлежащих обязательному фиксированию, тем самым позволяя кредитной организации самостоятельно определять объем соответствующих сведений.

Основаниями для документального фиксирования информации о соответствующих операциях и сделках являются: запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели; несоответствие сделки целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации; выявление неоднократного совершения операций или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных Законом; иные обстоятельства, дающие основания полагать, что сделки осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

При реализации правил внутреннего контроля в случае, если операция, проводимая по банковскому счету клиента, квалифицируется банком в качестве операции, подпадающей под какой-либо из критериев, перечисленных в пункте 2 статьи 7 Закона о противодействии легализации преступных доходов и, соответственно, являющихся основаниями для документального фиксирования информации, банк вправе запросить у клиента представления не только документов, выступающих формальным основанием для совершения такой операции по счету, но и документов по всем связанным с ней операциям, а также иной необходимой информации, позволяющей банку уяснить цели и характер рассматриваемых операций, в том числе документов, подтверждающих источники поступления денежных средств на счет клиента, что согласуется с разъяснениями Центрального банка Российской Федерации, изложенными в письме от 03.09.2008 № 111-Т, и Сорока рекомендациями ФАТФ.

 

Согласно статье 866 Гражданского кодекса Российской Федерации банк может быть привлечен к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение поручения клиента. Однако такое неисполнение должно носить неправомерный характер.

В данном случае, отказывая обществу «Приоритет» в исполнении платежных поручений, банк действовал в рамках возложенных на него Законом о противодействии легализации преступных доходов публично-правовых обязанностей по осуществлению контроля за расчетными операциями. 

Согласно приложению № 5 к Положению Банка России № 375-П, банком установлено, что имело место совершение плательщиком дробления суммы платежа в пользу одного физического лица на мелкие суммы, превышающие в совокупности сумму в 600000 руб. и при этом невозможно было установить реальный экономический смысл проводимых операций.  

Согласно названным договорам уступки от 12.01.2012 суммы долга по договорам займа равны суммам оплат за уступленное право. 

При этом в результате совершения этих договоров  общество «Приоритет» приобрело право (требование) уплаты задолженности с ООО «УГР-инвест», признанного впоследствии несостоятельным (банкротом) в рамках дела № А60-26104/2012. 

Требования общества «Приоритет» на сумму 6019500 руб.   долга по займу, 545862 руб. 36 коп. долга по процентам включены в третью очередь реестра требований кредиторов общества «УГР-инвест» (определение                         от 29.01.2013 по делу № А60-26104/2012).

Из определения Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2016 по делу № А60-26104/2012 о завершении конкурсного производства следует, что требования кредиторов второй и третьей очереди не погашены. Настоящим определением конкурсное производство в отношении общества «УГР-инвест» (ИНН 

<

***>) завершено, что согласно ст. 149 Закона о банкротстве должно повлечь за собой исключение юридического лица из ЕГРЮЛ.

Согласно ч.ч. 1-3 ст. 149 Закона о банкротстве после рассмотрения арбитражным судом отчета конкурсного управляющего о результатах проведения конкурсного производства арбитражный суд выносит определение о завершении конкурсного производства, а в случае погашения требований кредиторов в соответствии со статьей 125 настоящего Федерального закона - определение о прекращении производства по делу о банкротстве.

Арбитражный суд по истечении тридцати, но не позднее шестидесяти дней с даты вынесения определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства направляет указанное определение в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заказным письмом с уведомлением о вручении.

Определение арбитражного суда о завершении конкурсного производства является основанием для внесения в единый государственный реестр юридических лиц записи о ликвидации должника.

Соответствующая запись должна быть внесена в этот реестр не позднее чем через пять дней с даты представления указанного определения арбитражного суда в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц.

Однако при рассмотрении 05.06.2017 в Кировском районном суде                   г. Екатеринбурга дела № 2-4068/17 о взыскании с общества «Приоритет» в пользу ФИО1 задолженности по договорам уступки, зная об определении Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2016 по делу № А60-26104/2012 о завершении конкурсного производства, посредством заключения мирового соглашения стороны договорились о погашении задолженности по оплате за право (требование), которое невозможно реализовать. 

С учетом того, что общество «Приоритет» не могло взыскать с общества «УГР-инвест» задолженность (как правопреемник ФИО1), но при этом стороны договорились по мировому соглашению об условиях оплаты за фактически несуществующее право (требование), банк правомерно отказал в исполнении распоряжений клиента, поскольку экономический смысл проведения таких платежей  отсутствует. 

Фактически, имеет место либо безвозмездная передача денежных средств ФИО1 под видом исполнения несуществующего обязательства об оплате, либо передача  ФИО1 денег по иному и, при этом, неизвестному основанию.

Помимо этого, срок исполнения обязательств по уплате за уступленное право (требование) – не позднее 30.01.2012. К моменту утверждения Кировским районным судом г. Екатеринбурга 05.06.2017 мирового соглашения срок исковой давности по указанному требованию истек. Вместе с тем, стороны договорились, что последствием неисполнения такого задавненного требования будет начисление меры ответственности в виде  неустойки в размере 3953000 руб.

К моменту утверждения 05.06.2017 судом указанного мирового соглашения между истцом и ответчиком уже существовали спорные правоотношения по исполнению  платежных поручений в пользу ФИО1, но при этом в п. 4 мирового соглашения стороны установили условие, согласно которому долг и неустойка должны быть уплачена 05.06.2017, то есть, в день утверждения судом мирового соглашения. Таким образом, на следующий день ФИО1 уже мог получить исполнительный лист на принудительное исполнение мирового соглашения.

Как следует из определения Кировского районного г. Екатеринбурга от 05.06.2017 (1 стр.) в мировое соглашение были включены п.п. 3.2., 3.3., согласно которым ФИО1 обращался к обществу «Приоритет» с целью досудебного урегулирования спора и предлагал ему в случае оплаты суммы основного долга в размере 3953000 руб. в срок до 20.05.2017 отказаться от взыскания неустоек по договору в полном объеме, но при этом ответчик не исполнил принятые на себя обязательства по оплате суммы основного долга в срок до 20.05.2017.

В текст мирового соглашения, утвержденного судом в определении                  от 05.06.2017, эти пункты не включены.  

Согласно п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

По мнению суда, регулирующее действие Закона о противодействии легализации преступных доходов направлено, в том числе, на контроль и предотвращение именно перечисленных  выше ситуаций по перечислению денежных средств на незначительные суммы, превышающие в совокупности сумму в 600000 руб. и невозможности установления реального  экономический смысла проводимых операций.  

При этом пунктом 12 статьи 7 Закона о противодействии легализации преступных доходов предусмотрено, что отказ от выполнения операций в соответствии с пунктом 11 этой статьи не является основанием для возникновения гражданско-правовой ответственности организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, за нарушение условий соответствующих договоров.

Таким образом, общество «Приоритет» и ФИО1 искусственно создали ситуацию, в которой неисполнение банком распоряжения клиента якобы послужило основанием для взыскания с общества «Приоритет» в пользу ФИО1 неустойки в сумме 3953000 руб. по мировому соглашению, утвержденному судом общей юрисдикции.

Вместе с тем, такие скоординированные действия общества «Приоритет» и ФИО1 не являются причиной возникновения убытков у этого общества.

Расходы по госпошлине возлагаются на истца (ст. 110 АПК РФ).

  На основании изложенного, руководствуясь ст. 167-170  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

1. В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Приоритет» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 43256 руб.

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

 

Судья                                                                П.Б. Ванин