ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-28519/2020

г. Красноярск

28 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2022 года. 

Полный текст постановления изготовлен 28 апреля 2022 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Белоглазовой Е.В.,

судей: Белан Н.Н., Морозовой Н.А., 

при секретаре судебного заседания Таракановой О.М.,

при участии в судебном заседании:

от ответчика - публичного акционерного общества «Сбербанк России»: ФИО1, представителя по доверенности от 11.03.2022 № 8646/63-Д, паспорт, диплом, справка о заключении брака от 23.11.2011 № 269;

от истца - общества с ограниченной ответственностью «Ангас+»: ФИО2, представителя по доверенности от 30.12.2021, диплом, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» на решение Арбитражного суда Красноярского края от  20 сентября 2021 года по делу № А33-28519/2020,  

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ангас +» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – истец, ООО «Ангас +») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ответчик, ПАО «Сбербанк России») о взыскании:

неосновательного обогащения в виде неосновательного сбережения ПАО «Сбербанк России» денежных средств за использование общедомового имущества (фасад здания), под размещение ПАО «Сбербанк России» двух вывесок над правым крыльцом в период с 09.04.2018 года по 19.10.2019, из расчета 10 000 рублей в месяц за каждую, в общей сумме 366 924 рублей 73 копеек; 

неосновательного обогащения в виде неосновательно сбереженных ПАО «Сбербанк России» денежных средств за использование общедомового имущества (фасада здания), под размещение ПАО «Сбербанк России» двух коробов, из расчета: 3 000 рублей в месяц за правый в период с 09.04.2018 по 03.03.2020, 3 000 рублей в месяц за левый в период с 03.12.2019 по 03.03.2020, в общей сумме 77 587 рублей 09 копеек (68 490 рублей 32 копеек - правый короб, 9 096 рублей 77 копеек - левый короб);

процентов за пользование чужими денежными средствами в общей сумме 52 569 рублей 93 копеек за период с 01.05.2018 по 05.02.2021;

убытков в виде затрат, понесенных ООО «Ангас+» на демонтаж незаконных вывесок и коробов в сумме 22 000 рублей;

убытков в виде затрат, понесенных ООО «Ангас+» за ответственное хранение демонтированных вывесок в размере 262 709 рублей 67 копеек;

процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму основного долга 444 511, 82 рублей, с 06.02.2021 по день фактического исполнения решения суда.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 20.09.2021 исковые требования ООО «Ангас +» удовлетворены: с ПАО «Сбербанк России» в пользу ООО «Ангас +» взыскано 781 791 рубль 42 копейки, из них: 729 221 рубль 49 копеек основного долга, 52 569 рублей 93 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами по 05.02.2021, а также проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму долга в размере 444 511 рублей 82 копеек, начиная с 06.02.2021, рассчитанные по ключевой ставке Банка России, действующей в соответствующие периоды просрочки, по день фактической оплаты долга, а также 15 664 рублей расходов по оплате государственной пошлины. Взыскано с ПАО «Сбербанк России» 2 972 рублей государственной пошлины в доход федерального бюджета.  

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении требований ООО «Ангас+» отказать в полном объеме.

В апелляционной жалобе, с учетом дополнений, заявитель указал, что исходя из содержания спорных конструкций, места их размещения непосредственно у входа в помещение, где ответчик осуществляет деятельность, достаточных оснований для квалификации сведений, размещенных на соответствующих конструкциях в качестве рекламы не имеется. Считает, что конструкции подобного рода служат целям идентификации организации, обозначения места ее нахождения и входа в помещение, представляют собой указание на услугу, относящееся к деятельности ПАО «Сбербанк России» в целях доведения ее до сведения потребителей. По мнению ответчика, то обстоятельство, что информация, обязательная к размещению в силу закона или размещенная в силу обычая делового оборота, приведена не в полном объеме, само по себе не влечет признания этой информации рекламой. Полагает, что управляющая организация ограничена в пределах реализации своих прав по пользованию и распоряжению общим имуществом многоквартирного дома и не вправе самостоятельно принимать решение о размере и порядке определения платы за использование общего имущества многоквартирного дома. Указывает на то, что протоколом от 09.04.20218 размер платы по договорам аренды общего имущества или порядок формирования ее размера не установлен, полномочиями по определению размера платы собственники управляющую организацию ООО «Ангас+» не наделили. Считает, что истцом документально не подтверждены и не обоснованы заявленные требования, а именно: размер неосновательного обогащения в виде неосновательно сбереженных ПАО «Сбербанк России» денежных средств за использование общедомового имущества (фасад здания), под размещение двух вывесок над правым крыльцом за период с 09.04.2018  по 19.10.2019, из расчета 10 000 рублей в месяц за каждую, в общей сумме 366 924 рублей 73 копеек; размер неосновательного обогащения в виде неосновательно сбереженных ПАО «Сбербанк России» денежных средств за использование общедомового имущества (фасад здания), под размещение двух коробов из расчета 3 000 рублей в месяц за каждый, в общей сумме 77 587 рублей 09 копеек; а также размер убытков за демонтаж и ответственное хранений конструкций. Судом не дана оценка представленным ответчиком доказательствам: отчёту об оценке № 2030/21 от 12.03.2021, акту экспертизы № 015-05-00092 от 15.07.2020. Полагает, что законных оснований для демонтажа спорных конструкций как объектов, размещенных без согласия собственников помещений в доме, у истца не имелось. Ответчик также сослался на злоупотребление правом со стороны истца, выразившееся в непредставлении банку длительное время запрашиваемых документов, ведении длительной переписки, что способствовало затягиванию срока хранения имущества банка в арендуемом помещении.

Истец в материалы дела представил отзыв на апелляционную жалобу с дополнениями к нему, в котором доводы апелляционной жалобы не признал, настаивая на законности и обоснованности судебного акта. В отзыве на апелляционную жалобу, с учетом дополнений, указал на то, что использование ответчиком общего имущества многоквартирного жилого дома в собственных (коммерческих) целях свидетельствует о необходимости согласования порядка использования фасада здания (участка стены) с собственниками общего имущества многоквартирного дома в лице управляющей компании. Считает, что истец на протяжении долгого времени уведомлял ответчика в ходе различных встреч и переговоров о необходимости прекратить нарушение. По мнению истца, в связи с получением уведомления от 08.10.2019 Администрации г. Красноярска, выданным в адрес ООО «Ангас +», истец обратился к ответчику с предписанием об устранении нарушений путем демонтажа незаконных конструкций. Указывает на то, что в связи с тем обстоятельством, что ответчик отказался в добровольном порядке демонтировать незаконные конструкции, управляющая организация была вынуждена демонтировать их во исполнение уведомления от 08.10.2019. Размер неосновательного обогащения  подтверждён и обоснован  имеющимися в материалах дела доказательствами: приказом от 09.04.2018 «Об установлении стоимости размещения информационных конструкций на фасаде здания ДЦ «Вертикали», аналогичными договорами аренды, в том числе действующим договором с ответчиком ПАО «Сбербанк России»; удовлетворенная судом сумма в 12 раз ниже стоимости, которую по действующему идентичному договору платит ПАО «Сбербанк России». Полагает, что конструкции, в отношении которых период незаконного размещения начинает исчисляться 09.04.2018, были размещены до указанной даты, но период незаконного размещения начался 09.04.2018 в связи с избранием в эту дату ООО «Ангас +» в качестве управляющей организации ДЦ «Вертикали» на основании протокола внеочередного общего собрания от 09.04.2018. Указывает на то, что дата демонтажа двух вывесок над правым крыльцом подтверждается актом приемки-сдачи выполненных работ по договору с ИП ФИО3 от 20.10.2019, дата демонтажа 03.03.2020 подтверждается перепиской сторон, в том числе, предписанием ООО «Ангас +» в адрес ПАО «Сбербанк России» № 17.02.2020 №200; письмом №398 от 06.03.2020. Даты демонтажа ответчиком не оспорены  и не опровергнуты.

В судебном заседании председательствующим объявлено, что в суд апелляционной инстанции 19.04.2022 от истца поступили: договор субаренды помещения от 18.10.2019, договор подряда от 18.10.2019, договор от 02.09.2021 № 56 с приложениями №№ 1,2; договор от 07.06.2021 № 54 с приложением к нему, с приложением протокола разногласий от 30.04.2021, дополнительное соглашение к указанному договору от 01.04.2022 № 2 с приложениями №№ 1,2; акт об установлении информационных табличек от 19.07.2021, протокол разногласий от 07.06.2021 с приложением к нему №№ 1,2.

Судом установлено, что в материалах дела уже имеются все указанные выше документы, кроме дополнительного соглашения от 01.04.2022 № 2 с приложениями №№ 1,2.

Представитель истца на вопрос суда пояснил, что не настаивает на повторном приобщении к материалам дела уже имеющихся в материалах дела, документов. Настаивал на приобщении к материалам дела дополнительного соглашения от 01.04.2022 № 2 с приложениями №№ 1,2.

Представитель ответчика возразил относительно возможности удовлетворения заявленного ходатайства.

В соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства истца о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: дополнительного соглашения от 01.04.2022 № 2 с приложениями №№ 1,2, поскольку представленные истцом документы (с учётом указанной в них даты) отсутствовали на момент рассмотрения спора.

Представитель ответчика изложил доводы апелляционной жалобы. Просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель истца изложил возражения на апелляционную жалобу. Просил суд оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Согласно протоколу внеочередного общего собрания собственников нежилых помещений в ДЦ «Вертикали», расположенном по адресу: 660077, 

<

...>, проводимого в форме заочного голосования от 09.04.2018, собственниками помещений принято решение выбрать для управления ДЦ «Вертикали» управляющую организацию – ООО «Ангас+» (5 вопрос), на основании чего было решено утвердить и подписать договоры между собственниками ДЦ «Вертикали» и ООО «Ангас+» (вопрос 6).

Пунктом 4.2.6 договора управления управляющая компания уполномочена заключать договоры аренды общего имущества.

Сторонами заключен договор управления № 117 от 19.10.2018 в отношении помещения № 2, площадью 406,50 кв.м.

Проектной организацией по заказу управляющей организации разработан и согласован с управлением архитектуры администрации г. Красноярска паспорт фасада (копия приложена ответчиком к отзыву на исковое заявление от 05.11.2020).

Приказом от 09.04.2018 управляющая компания установила стоимость размещения  информационных конструкций на фасаде здания в размере 10 000 рублей за одно место размещения.

Ответчик разместил на фасаде здания ДЦ «Вертикали» конструкции, не соответствующие габаритным размерам, материалу изготовления, наличия подсветки, цветового решения, условий размещения, установленным паспортом фасада: две информационные вывески на козырьке крыльца в правом крыле здания; световой короб, размещенный на фасаде здания возле входа в правом крыле здания в период с 09.04.2018 по 03.03.2020; световой короб, размещенный на фасаде здания возле входа в левом крыле здания с период с 03.12.2018 по 03.03.2020; оборудование (три камеры наружного видеонаблюдения).

Уведомлением от 08.10.2019 Администрацией г. Красноярска предложено устранить нарушения правил благоустройства, выраженное в самовольном размещении рекламных конструкций, информационных вывесок, размещенных с нарушением границ согласно паспорта фасада, до 20.10.2019.

Истец в свою очередь уведомил ответчика о необходимости устранить нарушения правил благоустройства письмом от 10.10.2019 № 3315.

19.10.2019 истец демонтировал оборудование ответчика – старт-панель с логотипом, фризовую панель, панель-кронштейн.

Письмом от 27.01.2020 № 183 истец сообщил ответчику о демонтаже, просил возместить затраты за демонтаж и заключить договор аренды под размещение информационных конструкций.

Письмом от 17.02.2020 № 200 истец просил ответчика демонтировать видеокамеры, вывески и провода до 01.03.2020.

03.03.2020 истец демонтировал световую формованную табличку, вкладыш в световой короб, световой короб услуги банка и камеры видеонаблюдения.

Претензией от 20.08.2020 № 1307, от 25.06.2020 № 997 истец обратился к ответчику с требованием об оплате долга за использование общедомового имущества, убытков. Ответчик запросил у истца документы в обоснование. 

В связи с тем, что требование истца не было удовлетворено ответчиком, истец обратился в суд с вышеуказанным иском.

23.06.2021 истец представил в обоснование требований протокол от 09.04.2018 № 1, акт приемки-сдачи работ между ИП ФИО3 и истцом об оказании услуги по хранению за период с 18.10.2019 по 11.02.2021 на сумму 262 709 рублей 67 копеек, акт приёмки-сдачи работ № 1 от 20.10.2019 между ООО «Реклама+» и истцом за демонтаж конструкций на сумму 22 000 рублей, договор № 40 от 11.09.2020 на предоставление мест для размещения рекламных конструкций с ФИО4, договор о размещении оборудования № 7 от 01.10.2018 с ООО «КрасПромСтрой», договор на размещение оборудования связи № 9 от 01.10.2018 с ООО «Игра-сервис».

07.06.2021 стороны заключили договор № 54 на предоставление мест для размещения информационных конструкций на фасаде здания ДЦ Вертикали в редакции протокола разногласий, стоимость размещения информационной конструкции определена в размере 3000 рублей в месяц.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта неосновательного обогащения на стороне ответчика, нарушения ответчиком прав собственников ДЦ Вертикали на объекты общего пользования путем использования в спорный период общего имущества собственников в результате размещения рекламных конструкций без согласования с собственниками помещений дома и заключения соответствующего договора, доказанности наличия убытков у истца в связи с несением истцом расходов по демонтажу и хранению незаконно установленных ответчиком конструкций, причинно-следственной связи между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика, вины ответчика.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего. 

В силу пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу пункта 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.

В силу пункта 4 статьи 244 Гражданского кодекса Российской Федерации общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или более лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в общей долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.

На основании пункта 2 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации собственники помещений в многоквартирном доме владеют, пользуются и в установленных настоящим Кодексом и гражданским законодательством пределах распоряжаются общим имуществом в многоквартирном доме.

В соответствии с пунктом 4 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, по решению собственников помещений в многоквартирном доме, принятому на общем собрании таких собственников, объекты общего имущества в многоквартирном доме могут быть переданы в пользование иным лицам в случае, если это не нарушает права и законные интересы граждан и юридических лиц.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 44 Жилищного кодекса Российской Федерации, принятие решений о пользовании общим имуществом собственников помещений в многоквартирном доме иными лицами, в том числе о заключении договоров на установку и эксплуатацию рекламных конструкций, если для их установки и эксплуатации предполагается использовать общее имущество собственников помещений в многоквартирном доме относится к компетенции общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме.

Таким образом, решение вопроса относительно использования третьими лицами общего имущества собственников помещений в доме относится к исключительной компетенции общего собрания таких собственников.

В соответствии со статьями 161, 162 Жилищного кодекса Российской Федерации управление многоквартирным жилым домом может осуществляться управляющей компанией на основании договора управления многоквартирным домом.

Пунктом 4.2.6 договора управления управляющая компания уполномочена заключать договоры аренды общего имущества. 

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции правомерно сделан вывод о наделении собственниками нежилых помещений в ДЦ «Вертикали» управляющей компании полномочиями по заключению договоров об использовании общего имущества собственников, в том числе на установку и размещение вывесок, информационных, рекламных конструкций, а также по обращению в судебные органы с исками в защиту прав собственников.

Приказом от 09.04.2018 управляющая компания установила стоимость размещения  информационных конструкций на фасаде здания ДЦ «Вертикали» в размере 10 000 рублей за одно место размещения.

Как следует из пояснений истца, ответчик разместил на фасаде здания ДЦ «Вертикали» конструкции не соответствующие габаритным размерам, материалу изготовления, наличия подсветки, цветового решения, условий размещения, установленным паспортом фасада: две информационные вывески на козырьке крыльца в правом крыле здания; световой короб, размещенный на фасаде здания возле входа в правом крыле здания в период с 09.04.2018 по 03.03.2020; световой короб, размещенный на фасаде здания возле входа в левом крыле здания с период с 03.12.2018 по 03.03.2020.

Факт размещения вышеуказанных конструкций и использования фасада здания в указанный период ответчиком не оспаривается. 

Согласно уточненным исковым требованиям, истец обратился в суд с требованием о взыскании 781 791 рубля 42 копеек, в том числе:  366 924 рубля 73 копеек неосновательного обогащения за период с 09.04.2018 по 19.10.2019 из расчета 10 000 рублей в месяц за каждую вывеску над правым крыльцом; 77 587 рублей 09 копеек неосновательного обогащения за период с 09.04.2018 по 03.03.2020 и с 03.12.2019 по 03.03.2020 из расчета 3000 рублей в месяц за каждый короб; 52 569 рублей 93 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами; 22 000 рублей убытков за демонтаж; 262 709 рублей 67 копеек убытков в виде затрат на хранение демонтированного имущества.

Как верно установлено судом и следует из материалов дела, в спорный период конструкции ответчика располагались на фасаде здания ДЦ Вертикали, договор на использование общего имущества ответчиком с управляющей компанией в спорный период заключен не был.

07.06.2021 стороны заключили договор № 54 на предоставление мест для размещения информационных конструкций на фасаде здания ДЦ Вертикали в редакции протокола разногласий, стоимость размещения информационной конструкции определена в размере 3000 рублей в месяц. 

Ответчиком в материалы дела представлен отчет об оценке № 2030-21 от 12.03.2021,  в соответствии с которым услуги по предоставлению права пользования частью фасада офисного здания, расположенного по адресу 

<

...> (деловой центр «Вертикали») для размещения оборудования (2 информационные конструкции с наименованием «Сбербанк»), единица измерения – месяц (плата за услуги за 1 месяц) – составляют 1 333 рублей.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы, в том числе заключение эксперта. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Таким образом, представленный ответчиком отчет об оценке № 2030-21 от 12.03.2021 не обладает заранее установленной силой для суда и не может предрешать итоговые выводы суда по делу, суд наделен правом оценивать его как одно из доказательств и наряду с другими.

В соответствии с пунктом 2.13 Правил благоустройства изменение внешнего вида зданий территории города Красноярска, утвержденных решением Красноярского городского Совета депутатов от 25.06.2013 3 В-378 запрещается самовольно размещать объявления, афиши, плакаты, графические изображения, иные информационные материалы на фасадах зданий, сооружений, а также наносить надписи на фасады зданий, сооружений, самовольно изменять внешний вид зданий, строений (абзац 7).

Уведомлением от 08.10.2019 Администрацией г. Красноярска предложено устранить нарушение правил благоустройства по адресу: 

<

...>, выраженное в самовольном размещении рекламных конструкций, информационных вывесок, размещенных с нарушением границ согласно паспорта фасада, до 20.10.2019.

Возражая относительно исковых требований, ответчик указал, что размещенные конструкции не являются рекламными, а носят информационный характер.

Отношения в сфере рекламы независимо от места ее производства, если распространение рекламы осуществляется на территории Российской Федерации, урегулированы Федеральным законом от 13.03.2006 № 38-ФЗ «О рекламе» (далее - Закон о рекламе).

В соответствии со статьей 3 Закона о рекламе, под рекламой понимается информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке.

При этом объект рекламирования - это товар, средства индивидуализации юридического лица и (или) товара, изготовитель или продавец товара, результаты интеллектуальной деятельности либо мероприятие (в том числе спортивное соревнование, концерт, конкурс, фестиваль, основанные на риске игры, пари), на привлечение внимания к которым направлена реклама (пункт 2 указанной статьи).

Таким образом, средство индивидуализации лица может являться объектом рекламирования.

Согласно положениям подпункта 5 пункта 2 статьи 2 Закона о рекламе, его действие не распространяется на вывески и указатели, не содержащие сведений рекламного характера.

Таким образом, при решении вопроса о том, относится ли спорная конструкция к рекламной, суду необходимо выяснить, можно ли данные конструкции считать вывеской.

Под вывеской понимается информационное средство при входе в помещение, занимаемое лицом, которое имеет своей целью извещение неопределенного круга лиц о фактическом местонахождении владельца вывески и (или) обозначении места входа.

В отличие от рекламы указание лицом своего наименования на вывеске (табличке), а равно реализуемого товара (услуги) по месту своего нахождения преследует иные цели, а потому и не обладает основными квалифицирующими признаками рекламы.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 № 58 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О рекламе» (далее – Постановление № 58) следует, что согласно пункту 1 статьи 3 Закона о рекламе информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке, является рекламой и должна в связи с этим отвечать требованиям, предъявляемым Законом о рекламе.

При применении данной нормы судам следует исходить из того, что не может быть квалифицирована в качестве рекламы информация, которая хотя и отвечает перечисленным критериям, однако обязательна к размещению в силу закона или размещается в силу обычая делового оборота.

То обстоятельство, что информация, обязательная к размещению в силу закона или размещенная в силу обычая делового оборота, приведена не в полном объеме, само по себе не влечет признания этой информации рекламой.

Не следует рассматривать в качестве рекламы и размещение наименования (коммерческого обозначения) организации в месте ее нахождения, а также иной информации для потребителей непосредственно в месте реализации товара, оказания услуг (например, информации о режиме работы, реализуемом товаре), поскольку размещение такой информации в указанном месте не преследует целей, связанных с рекламой.

В силу пункта 2 Постановления № 58, при анализе информации на предмет наличия в ней признаков рекламы судам необходимо учитывать, что размещение отдельных сведений, очевидно вызывающих у потребителя ассоциацию с определенным товаром, имеющее своей целью привлечение внимания к объекту рекламирования, должно рассматриваться как реклама этого товара, поскольку в названных случаях для привлечения внимания и поддержания интереса к товару достаточно изображения части сведений о товаре (в том числе товарного знака).

В этом случае данная информация должна быть исследована судом на предмет соответствия требованиям, предъявляемым Законом о рекламе к рекламе, в том числе установленным главой 3 Закона о рекламе в отношении отдельных видов товаров.

Таким образом, разграничение рекламной конструкции и вывески может быть осуществлено с учетом целевого назначения содержащихся в них сведений, которое выявляется в результате оценки обстоятельств размещения таких сведений, в том числе внешнего вида, характера, размера и места расположения указанной конструкции.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 2 Закона о рекламе, закон не распространяется на информацию, раскрытие или распространение либо доведение до потребителя которой является обязательным в соответствии с федеральным законом.

Перечень информации об изготовителе (исполнителе, продавце), подлежащей размещению на вывеске, приведен в пункте 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», согласно которому к таким сведениям относятся: фирменное наименование (наименование) своей организации, место ее нахождения (адрес) и режим ее работы.

Согласно пункту 15 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.1998 № 37 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением законодательства о рекламе», вопрос о наличии в информации признаков рекламы решается с учетом конкретных обстоятельств дела.

Как следует из материалов дела, ответчик разместил на фасаде здания ДЦ «Вертикали» конструкции, не соответствующие габаритным размерам, материалу изготовления, наличия подсветки, цветового решения, условий размещения, установленным паспортом фасада: две информационные вывески на козырьке крыльца в правом крыле здания; световой короб, размещенный на фасаде здания возле входа в правом крыле здания в период с 09.04.2018 по 03.03.2020; световой короб, размещенный на фасаде здания возле входа в левом крыле здания с период с 03.12.2018 по 03.03.2020.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к верному выводу о том, что спорные конструкции способствуют привлечению внимания неопределенного круга лиц (граждан), формированию и поддержанию интереса к объекту рекламирования, в том числе содержат сведения о предлагаемых ответчиком услугах и коммерческих предложениях, размещенные в целях привлечения внимания, в силу чего, размещенные ответчиком конструкции являются рекламными. Кроме того, как верно указано судом, конструкция, не отвечающая требованиям, предъявляемым к вывескам, предназначенным для доведения до сведения потребителей обязательной в силу закона информации, в том числе сведения о режиме работы и об организационной форме, имеющая значительный размер, является конструкцией рекламного характера.

Доводы ответчика о том, что размещенные им конструкции не являются рекламными, со ссылкой на акт экспертизы № 015-05-00092 от 15.07.2020 (подготовлен экспертом Союза «Центрально-сибирской Торгово-Промышленной палаты») отклоняются судом апелляционной инстанции на основании следующего.

В пункте 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из абзаца 2 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», перед экспертом не могут быть поставлены вопросы права и правовых последствий оценки доказательств. 

В рассматриваемом случае, вопрос об определении того, являются ли конструкции ПАО «Сбербанк России» информационными или носят рекламный характер, поставленный ответчиком перед экспертом согласно акту экспертизы № 015-05-00092 от 15.07.2020, носит правовой характер. Выяснение указанных вопросов находится в исключительной компетенции суда, рассматривающего дело, а мнение эксперта по правовым вопросам не может рассматриваться как результат экспертизы.

С учетом вышеизложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о нарушении ответчиком прав собственников нежилых помещений в ДЦ «Вертикали», расположенном по адресу: 

<

...>, на объекты общего пользования, выразившемся в использовании общего имущества в результате размещения рекламных конструкций без согласования с собственниками помещений и заключения соответствующего договора, а также о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика неосновательного обогащения в виде неосновательно сбереженных ПАО «Сбербанк России» денежных средств за использование общедомового имущества (фасада здания) под размещение рекламных конструкций в испрашиваемом истцом размере.

Как следует из материалов дела, истец начислил ответчику 52 569 рублей 93 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму долга 444 511, 82 рублей за период с 01.05.2018 по 05.02.2021.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Расчет процентов судом апелляционной инстанции проверен и признан верным.

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции считает требования истца о взыскании процентов в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Кроме того, истцом также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами до полного погашения долга.

Указанное требование суд апелляционной инстанции также считает подлежащим удовлетворению.

Как разъяснено в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Как следует из материалов дела, истец также просит суд взыскать с ответчика 22 000 рублей убытков за демонтаж рекламных конструкций и 262 709 рублей 67 копеек убытков в виде затрат на хранение демонтированного имущества.

В статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя.

Таким образом, нарушенное право субъекта гражданских правоотношений (истца) может быть восстановлено путем полного возмещения причиненных убытков (реального ущерба и упущенной выгоды). Возмещение убытков является универсальным способом защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных отношениях, независимо от того, предусмотрена ли законом такая возможность применительно к конкретной ситуации или нет. Убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его личного неимущественного или имущественного права.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу входит установление следующих обстоятельств: факт причинения убытков; установление причин и виновности ответчика; противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) и наступившими последствиями, размер причиненного ущерба.

Как следует из материалов дела, 23.06.2021 истец представил в обоснование требований протокол от 09.04.2018 № 1, акт приемки-сдачи работ между ИП ФИО3 и истцом об оказании услуг по хранению за период с 18.10.2019 по 11.02.2021 на сумму 262 709 рублей 67 копеек, акт приёмки-сдачи работ № 1 от 20.10.2019 между ООО «Реклама+» и истцом за демонтаж конструкций на 22 000 рублей.

В судебном заседании 13.04.2022 истцом в обоснование своих возражений относительно апелляционной жалобы также представлены: копия договора субаренды от 18.10.2019 с ИП ФИО3, копия договора подряда от 18.10.2019 с ООО «Реклама+», которые приобщены судом к материалам дела. Оригиналы указанных документов обозрены судом в судебном заседании.

Документы, представленные для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаются и рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции по существу.

Расчёт убытков, определённый истцом, проверен судом, признан документально подтверждённым.

С учетом вышеприведённого нормативно-правового регулирования, эксплуатация рекламной конструкции без разрешительной документации представляет собой заведомо противоправные действия, в связи с чем, лицо ее осуществляющее, несет риск наступления неблагоприятных последствий.

Поскольку факт размещения ответчиком в спорный период рекламных конструкций на фасаде здания ДЦ Вертикали, без установленных законом оснований, согласования с собственниками помещений и заключения соответствующего договора, подтвержден материалами дела, и ответчиком по существу не опровергнут, при этом демонтаж конструкций в добровольном порядке в срок, установленный в предписании, ответчиком не был произведён, что повлекло причинение истцу убытков в виде расходов, связанных с демонтажем незаконно размещенных рекламных конструкций, а также с хранением демонтированного имущества, суд первой инстанции правомерно признал заявленные истцом требования обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При установленных по делу фактических обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о доказанности причинения убытков истцу в результате противоправных действий ответчика, о наличии вины ответчика в причинении истцу убытков, а также о наличии причинной связи между понесенными истцом убытками и действиями ответчика.

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что исковые требования правомерно удовлетворены судом в полном объеме.

Доводы заявителя апелляционной жалобы были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, получили надлежащую оценку суда, при этом не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются необоснованными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от  20 сентября 2021 года по делу № А33-28519/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

Е.В. Белоглазова

Судьи:

Н.А. Морозова

 

Н.Н. Белан