АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

 

26 июля 2022 года

 

Дело № А33-13070/2021

Красноярск

 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 19 июля 2022 года.

В полном объёме решение изготовлено 26 июля 2022 года.

 

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дорониной Н.В., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Федеральной налоговой службы

к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО27, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО «Химлеспром», ИП ФИО12

о привлечении к субсидиарной ответственности,

 

в присутствии в судебном заседании до перерыва:

представителя заявителя – ФИО13 по доверенности от 28.12.2021

представителя заявителя – ФИО14 по доверенности от 28.12.2021

представителя ответчиков ФИО27 по доверенности от 25.06.2022, ФИО5 по доверенности от 25.06.2022 – ФИО15

представителя ФИО1 – ФИО16 по доверенности от 14.05.2019

представителя ответчика ФИО2 – ФИО17 по доверенности от 16.06.2021

представителя ответчиков ФИО10 по доверенности от 19.07.2021, ФИО6 по доверенности от 19.07.2021, ФИО7 по доверенности от 19.07.2021, ФИО8 по доверенности от 15.06.2021, - ФИО18

представителя ФИО9 – ФИО19 22.06.2021

 

в присутствии в судебном заседании после перерыва 15.07.2022:

представителя ФИО9 – ФИО19 22.06.2021

представителя ФИО1 – ФИО16 по доверенности от 14.05.2019

представителя ответчиков ФИО27 по доверенности от 25.06.2022, ФИО5 по доверенности от 25.06.2022 – ФИО15

представителя ответчика ФИО2 – ФИО17 по доверенности от 16.06.2021

представителя ответчиков ФИО10 по доверенности от 19.07.2021, ФИО6 по доверенности от 19.07.2021, ФИО7 по доверенности от 19.07.2021, ФИО8 по доверенности от 15.06.2021, - ФИО18

представителя Управления Федеральной налоговой службы – ФИО20 по доверенности от 28.12.2021

представителя Управления Федеральной налоговой службы по доверенности от 28.12.2021, Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району  г. Красноярска по доверенности от 15.01.2022– ФИО14

представителя Управления Федеральной налоговой службы по доверенности от 28.12.2021, Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району  г. Красноярска по доверенности от 15.01.2022 – ФИО21

представителя Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району  г. Красноярска – ФИО13 по доверенности от 15.01.2022

представителя Управления Федеральной налоговой службы по доверенности от 14.07.2022, Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району  г. Красноярска по доверенности от 15.01.2022 –  ФИО22

представителя ИП ФИО12 - ФИО23 по доверенности от 14.07.2022

 

в присутствии в судебном заседании после перерыва 19.07.2022:

представителя Управления Федеральной налоговой службы по доверенности от 28.12.2021 – ФИО14

представителя Управления Федеральной налоговой службы – ФИО20 по доверенности от 28.12.2021

представителя Управления Федеральной налоговой службы по доверенности от 28.12.2021 – ФИО21

представителя Управления Федеральной налоговой службы по доверенности от 14.07.2022, Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району  г. Красноярска по доверенности от 15.01.2022 –  ФИО22

представителя Управления Федеральной налоговой службы – ФИО13 по доверенности от 28.12.2021

представителя ответчиков ФИО27 по доверенности от 25.06.2022, ФИО5 по доверенности от 25.06.2022 – ФИО15

представителя ответчиков ФИО10 по доверенности от 19.07.2021, ФИО6 по доверенности от 19.07.2021, ФИО7 по доверенности от 19.07.2021, ФИО8 по доверенности от 15.06.2021, - ФИО18

представителя ответчика ФИО2 – ФИО17 по доверенности от 16.06.2021

представителя ФИО1 – ФИО16 по доверенности от 14.05.2019

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО24, 

 

установил:

Инспекция Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Красноярска обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО27, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании с ответчиков солидарно 64 868 039,50 руб., в том числе основной долг- 36 737 443,84 руб., пени- 27 344 051,76 руб.,  штрафы – 786 543,90 руб.

Заявление принято к производству суда. Определением от 27.05.20201 возбуждено производство по делу, назначено предварительное заседание.

Предварительное заседание откладывалось.

Определением от 08.11.2021 суд окончил подготовку дела к судебному разбирательству, завершил предварительное судебное заседание и  перешел к рассмотрению настоящего дела в судебном заседании.

Судебное заседание неоднократно откладывалось.

Определением от  27.05.2021 приняты обеспечительные меры  в виде наложения ареста на имущество ответчиков в пределах заявленной суммы, запрета осуществления регистрационных  действий  по переходу долей в юридических лицах; запрета совершения регистрационных действий в отношении объектов недвижимости; запрета открывать новые счета в кредитных  организациях.

Протокольным определением от 26.05.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Химлеспром», судебное заседание отложено на 08.07.2022.

Ответчиками представлены в материалы дела письменные отзывы с возражениями,  заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте Арбитражного суда Красноярского края. Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводится в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

В материалы дела поступили отзывы и дополнительные документы со стороны ответчиков, дополнительные документы со стороны заявителя.

В силу статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса РФ представленные документы приобщены к материалам дела.

Представитель заявителя поддержал заявление, привел доводы в обоснование позиции.

Представитель ответчиков ФИО27, ФИО5 возражал против удовлетворения заявления, заявил о пропуске срока взыскания задолженности по обязательным платежам,  заявлено о пропуске срока исковой давности.

Представитель ФИО9 поддержал возражения по основаниям,  изложенным в письменном отзыве, поддержал ранее заявленный довод о пропуске срока исковой давности.

Представитель заявителя возражал против довода о пропуске срока исковой давности, пропуска срока давности взыскания.

Представители заявителя дали пояснения относительно правовой квалификации сделок.

Протокольным определением от 08.07.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ИП ФИО12.

В судебном заседании, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлялся перерыв, о чем вынесено протокольное определение. Лицам, участвующим в деле, сообщено, что после перерыва судебное заседание будет продолжено в 11.20 , 15.07.2022, зал 546. Сведения о перерыве отражены в картотеке арбитражных дел.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание после перерыва не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте Арбитражного суда Красноярского края. Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводится в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Даны устные пояснения  представителей заявителя, представлена расшифровка расчетов по каждому из ответчиков.

В силу статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса РФ представленные документы приобщены к материалам дела.

Суд огласил письменные материалы и исследовал их.

Представитель ответчиков ФИО27, ФИО5 настаивал на истечении срока исковой давности, возражал против удовлетворения заявления, привел доводы в обоснование позиции.

Представитель ФИО9 настаивал на истечении срока исковой давности, возражал против удовлетворения заявления, привел доводы в обоснование позиции.

Представитель ИП ФИО12 дал суду пояснения по обстоятельствам дела.

В судебном заседании, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлялся перерыв, о чем вынесено протокольное определение. Лицам, участвующим в деле, сообщено, что после перерыва судебное заседание будет продолжено в 13.35, 19.07.2022, зал 546. Сведения о перерыве отражены в картотеке арбитражных дел.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание после перерыва не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте Арбитражного суда Красноярского края. Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводится в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

В материалы дела поступили документы со стороны заявителя, со стороны ответчиков ФИО27, ФИО5

Представитель ответчиков ФИО27, ФИО5 дал пояснение по делу пояснения по направленным в материалы дела документам.

Лицам, участвующим в заседании, не возражали против приобщения поступивших документов к материалам дела.

В силу статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса РФ представленные документы приобщены к материалам дела.

Представитель заявителя дал пояснения по обстоятельствам дела, передал суду и сторонам письменные пояснения.

Представитель ФИО27,  ФИО5 возражал против удовлетворения заявления, поддержал довод о пропуске срока исковой давности.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

ООО «ХимЛесПром» зарегистрировано 14.05.2009, состоит на учете в ИФНС России по Центральному району г. Красноярска, основной вид деятельности организации - «Производство основных химических веществ, удобрений и азотных соединений, пластмасс и синтетического каучука в первичных формах» (ОКВЭД 24.1).

Согласно  Выписке  из  ЕГРЮЛ руководителем  ликвидационной  комиссии  должника с 11.07.2016 по настоящее время является ФИО25 ИНН 

<

***>, учредителем ООО «ХимЛесПром» с 04.02.2010 с долей участия 100% является ФИО1 ИНН 

<

***>.

Согласно пунктам 9.1. 9.6 Устава общества (новая редакция утверждена 01.12.2009) единоличным исполнительным органом общества является директор, директор руководит текущей деятельностью общества.

В соответствии с пунктом 9.8 Устава директор без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

ФИО25 назначен на должность руководителя ликвидационной комиссии в соответствии с решением от 30.06.2016 единственного участника общества ФИО1

Ранее лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица, являлся ФИО1:

с 14.05.2009 по 11.05.2015 - директор, в соответствии с Протоколом собрания учредителей от 30.04.2009 №1, Приказом от 30.04.2009 №1 руководителем и главным бухгалтером ООО «Химлеспром» с 30.04.2009 назначен ФИО1 (Протокол №1 от 30.04.2009),

с 12.05.2015 по 10.07.2016 - руководитель ликвидационной комиссии (Решение единственного участника ООО «Химлеспром» от 28.04.2015 №4, лист записи ЕГРЮЛ от 12.05.2015).

На основании решения начальника Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Красноярска от 14.05.2015 № 29 в отношении общества «Химлеспром» проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и уплаты в бюджет налогов за период с 01.01.2012 по 31.03.2015 (по налогу на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент, с 01.01.2012 по 14.05.2015), результаты которой отражены в акте от 14.03.2016 № 15-03, врученном вместе с извещением о времени и месте рассмотрения материалов проверки 21.03.2016 ФИО1

Как установлено в ходе налоговой проверки в проверяемом периоде общество осуществляло деятельность по производству основных химических веществ: антисептика - жидкости нефтяной для пропитки древесины на территории Решотинского шпалопропиточного завода. С целью осуществления указанной деятельности в проверяемом периоде налогоплательщиком заключены договоры поставки и оказания услуг по перевозке грузов с обществом «СтройИнвест», филиалом «Красноярский» общества «СтройИнвест», обществом «Стройресурс», филиалом «Красноярский» общества «Стройресурс», обществом «СтройТорг».

Руководитель и учредитель общества «Химлеспром» ФИО1 являлся также директором филиала «Красноярский» общества «СтройИнвест», филиала «Красноярский» общества «Стройресурс», финансовым директором обществ «СтройИнвест» и «Стройресурс». Согласно информации представленной Новосибирским филиалом ПАО Банк «ФК Открытие», ПАО Банк ВТБ 24, ФИО1 единолично распоряжался расчетными счетами перечисленных организаций.

Операции по приобретению товаров, работ, услуг у указанных организаций отражены обществом в книгах покупок и регистрах налогового учета. На основании документов, составленных от имени названных контрагентов, обществом заявлено право на применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость за 2012, 2013, 2014, 1 квартал 2015 года в общей сумме 36 636 900 руб.

Инспекцией в ходе проверки установлена совокупность обстоятельств, позволяющих усомниться в добросовестности ООО «Химлеспром» и в правомерности заявленной им налоговой выгоды; результатами налоговой проверки подтверждается согласованность действий всех участвующих в сделках лиц в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

В частности, налоговым органом в ходе проверки установлено отсутствие спорных контрагентов по адресам государственной регистрации, что, по его мнению, свидетельствует недостоверности сведений, отраженных в первичных документах. Кроме того, спорные контрагенты не имеют соответствующих условий для выполнения обязательств по реализации в адрес заявителя товаров и услуг по перевозке грузов, а именно, имущества, транспортных средств, производственных активов, необходимого персонала. Отрицая факт осуществления перевозки грузов спорными контрагентами, инспекция установила, что таковые осуществлялись индивидуальным предпринимателем ФИО12

Кроме того в отношении общества «СтройТорг» установлено, что у названной организации имелись признаки «фирмы-однодневки», то есть организации, основным признаком которой является создание ее без цели ведения предпринимательской деятельности. Налоговым органом установлено, что движение денежных средств по расчетному счету названной фирмы носило транзитный характер, при значительных оборотах денежных средств – налог в бюджет уплачивался в минимальных размерах. Кроме того, инспекцией выявлено путем исследования общедоступных источников (картотека арбитражных дел в сети Интернет), что в отношении общества «СтройТорг» в судебном порядке установлен факт участия в схемах уклонения налогоплательщиков от налогообложения путем минимизации налоговых платежей и обналичивании денежных средств, что отражено постановлениях Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 25.12.2013 по делу           № А27-3077/2013, от 02.03.2015 № Ф04-15247/2015 по делу № А27-10385/2014.

 

По мнению налогового органа, несмотря на действительность перевозки товара, основной целью заключения ООО «Химлеспром» сделок со спорными контрагентами являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии. Между обществом и спорными контрагентами создан формальный документооборот посредством включения в цепочку отношений между обществом «Химлеспром» и ФИО12 подконтрольных, взаимозависимых организаций, с целью прикрытия реальных сделок по перевозке грузов, фактическим исполнителем которых является предприниматель, не являющийся плательщиком НДС. В соответствии с информацией, представленной в отношении ФИО12 Инспекцией Федерального налоговой службы Российской Федерации по Советскому району г. Красноярска письмом от 23.06.2015 № 2.12-16/04658 дсп @ предприниматель является плательщиком единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности. В силу прямых норм Налогового кодекса Российской Федерации он не может выставлять в адрес заявителя счета-фактуры с налогом на добавленную стоимость ввиду того, что плательщиком такового не является. В свою очередь, спорные контрагенты, являющиеся плательщиками налога на добавленную стоимость, но фактически не оказывающие услуги, выставляли в адрес общества «Химлеспром» уже счета-фактуры с налогом на добавленную стоимость, который и предъявлялся последним к вычету. При этом база для возврата сумм налога в бюджете сформирована не была, поскольку контрагенты налог на добавленную стоимость по спорным сделкам фактически не уплачивали. Так, размер уплаченных обществами «Стройресурс» и «СтройИнвест» сумм налогов несоизмеримо меньше сумм налоговых вычетов, предъявленных заявителем по сделкам с ними (120 698 руб. и 244 903 руб. в противовес 12 862 199,94 руб. и 14 632 834,74 руб.).

В указанном акте налоговым органом сделан, в том числе, вывод о том, что обществом при исчислении подлежащего уплате в бюджет налога на добавленную стоимость необоснованно применены вычеты по сделкам с обществами «СтройИнвест», «Стройресурс», «Стройторг», а также филиалами «Красноярский «СтройИнвест», «Красноярский «СтройРесурс» в общей сумме 36 636 900 руб.

14.02.2017 состоялось рассмотрение материалов выездной налоговой проверки, по итогам которого налоговый орган признал обоснованными выводы, отраженные в акте налоговой проверки, и вынес решение от 14.02.2017 № 15-02 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Названным решением обществу доначислено и предложено уплатить 36 636 900 руб. налога на добавленную стоимость, 33 712 руб. налога на доходы физических лиц (налоговый агент), начислено  10 485 491,72 руб. пени и 14 764 630,58 руб. штрафа на основании пункта 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации.

Не согласившись с указанным решением, общество «Химлеспром» обратилось в Управление Федеральной налоговой службы по Красноярскому краю с апелляционной жалобой. Решением от 24.05.2017 № 2.12-14/12459@ вышестоящий налоговый орган оставил решение от 14.02.2017 № 15-02 без изменения, а жалобу - без удовлетворения.

Налогоплательщик обратился в арбитражный суд с требованием о признании решения налогового органа от 14.02.2017 № 15-02 недействительным.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 27.12.2017 по делу № А33-14843/2017, оставленным без изменения Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 26.03.2018, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29.06.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

В указанном решении суд пришел к выводу об использовании обществом схемы снижения налоговых обязательств и получения необоснованной налоговой выгоды путем создания фиктивного документооборота между взаимозависимыми лицами с целью минимизации налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в бюджет, путем завышения налоговых вычетов.

Требованием об уплате налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, процентов по состоянию  на 30.05.2017 №2206  обществу «Химлеспром» предложено уплатить 36670612 руб. недоимки , 14764630,58 руб. пени, 779040,90 руб. штрафа в срок до 20.06.2017.

Решение о взыскании налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, процентов за счет денежных средств  на счетах налогоплательщика в банках № 13828 вынесено 21.06.2017.

Письмом от 18.12.2017 №  2.17-07/24285 уточненное требование налогового органа на сумму 55108404,55 руб. предъявлено для включения в реестр требований кредиторов ликвидируемого ООО «Химлеспром».

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 03.05.2019 по делу №А33-31436/2018 суд обязал ООО «Химлеспром» включить в промежуточный ликвидационный баланс сведения о наличии задолженности перед ИФНС в размере 52 214 283,48 руб.

Федеральная налоговая служба России в лице ИФНС России по Центральному району г.Красноярска 01.02.2021 обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании ООО «Химлеспром» несостоятельным (банкротом) и включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 64 868 039,50 руб., в том числе: основной долг - 36 737 443,84 руб., пени - 27 344 051,76 руб., штрафы - 786 543,90 руб.

Определением суда от 12.03.2021 заявление ФНС России принято к производству, делу присвоен №А33-2343/2021.

Определением арбитражного суда Красноярского края от 07.05.2021 (резолютивная часть объявлена 29.04.2021) производство по заявлению уполномоченного органа по делу №А33-2343/2021 о банкротстве ООО «Химлеспром» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Полагая, что непогашенная задолженность перед Федеральной налоговой службой России возникла в результате недобросовестных действий руководителя должника ФИО1, что установлено решением по результатам выездной налоговой проверки от 14.02.2017 № 15-02 и решением суда по делу № А33-14843/2017, и не была погашена должников вследствие недобросовестных действий ФИО1 и других ответчиков, направленных формирование бизнес модели, имеющей целью  получение необоснованной налоговой выгоды, на вывод имущества должника через цепочку сделок с взаимозависимыми лицами ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс», налоговый орган обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о привлечении  к субсидиарной ответственности  ФИО1 как контролирующего должника лица, а также ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО27, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11,  как  взаимозависимых лиц, получивших выгоду в результате действия подконтрольной ФИО1 схемы взаимодействия зависимых организаций.

В обоснование заявленных требований уполномоченный орган ссылается на факты перечисления с расчетных счетов ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс» денежных средств в пользу ответчиков на общую сумму 36 224 801,33 руб., полагая, что указанные перечисления осуществлялись по цепочке взаимосвязанных сделок за счет имущества должника, чем должнику и его кредиторам был причинен ущерб, что и привело к банкротству должника и невозможности последнего погасить задолженность по обязательным платежам, установленную выездной налоговой проверкой.

Ответчики, возражая против заявленного требования, выразили сходные позиции. Ссылались на действительность  правоотношений по грузоперевозкам, фактически оплаченным ИП ФИО12, оспаривали  принадлежность  денежных средств, перечислявшихся со  счетов контрагентов ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс» обществу «Химлеспром»; основания приобретения в личных  целях  услуг, транспортных средств и иных товарно-материальных  ценностей  мотивировали наличием заемных отношений с обществами  «СтройИнвест» и «СтройРесурс», экономическую целесообразность  указанных операций не обосновали,  отсутствие документального обоснования объяснено длительностью  истекшего  времени, истечением времени хранения документации, предусмотренного законодательством о бухгалтерском учете, в связи с чем заявлено о применении последствий пропуска  исковой давности. По мнению ответчиков,  основания для применения солидарной субсидиарной ответственности в отношении  всех  участников спора,  отсутствуют.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266 "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон № 266) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно новому законодательному регулированию конкурсные кредиторы вправе обратиться с заявлением о привлечении лица к субсидиарной ответственности в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, а также вне рамок дела о банкротстве в порядке искового производства (статьи 61.14, 61.19, 61.20 Закона о банкротстве).

Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве осуществляется в случае, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона (пункт 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, определением Арбитражного суда Красноярского края от 07.05.2021 (резолютивная часть объявлена 29.04.2021) производство по заявлению уполномоченного органа по делу №А33-2343/2021 о банкротстве ООО «Химлеспром» прекращено на основании пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве (отсутствие средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему).

Согласно статье 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Пунктом 5 статьи 61.19 Закона о банкротстве установлено, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом), по правилам искового производства.

Частью 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

При этом применимая к спорным правоотношениям редакция Закона о банкротстве определяется с учетом следующего.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 N 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 N 137 указано, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) и Закона о банкротстве банков в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статьи 4.2 и 14) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10), и Закона о банкротстве банков в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника. Вместе с тем, предусмотренные указанными Законами в редакции Закона N 73-ФЗ процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности (пункты 6 - 8 статьи 10 Закона о банкротстве и подпункт 2 пункта 1 статьи 50.10 Закона о банкротстве банков) подлежат применению судами после вступления в силу Закона N 73-ФЗ независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Приведенная правовая позиция свидетельствует о том, что в целях привлечения лица к субсидиарной ответственности применяются материально-правовые нормы, действовавшие в тот период времени, когда виновные действия были совершены таким лицом. При этом нормы процессуального права применяются в редакции, действующей на момент рассмотрения данного заявления.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями:

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 (N 73-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013);

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 (N 134-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Поскольку в качестве фактических обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника указывается на совершение неправомерных действий в период с 2012 года по 2016 год (период налоговой проверки, спорных перечислений и последующего прекращения деятельности должника ввиду добровольной ликвидации), то к спорным отношениям применимы нормы материального права, регламентированные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, в период, преимущественно выпадающий на действие указанного закона. Статья 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ о субсидиарной ответственности контролирующих лиц, вступила в силу 30.06.2013, следовательно, к неправомерным действиям, выпадающим после указанной даты применимы нормы материального права, регламентированные данным Законом о банкротстве. Глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017, вступила в силу 30.07.2017, к спорным правоотношениям  применимы нормы процессуального права, регламентированные данным Законом о банкротстве.

Правомерность указанного подхода подтверждается также, сложившейся судебной практикой, в том числе Определением Верховного суда Российской федерации №308- ЭС18-12844 от 24.10.2018; Определением Верховного суда Российской федерации №306- ЭС 18-5407 от 23.05.2018.

Пунктом 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об общества с ограниченной ответственностью) установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Предметом рассмотрения по настоящему делу является требование заявителя о привлечении руководителя и учредителя ООО «Химлеспром» ФИО1 к субсидиарной ответственности за совершение действий по созданию бизнес-модели деятельности  подконтрольного общества, обеспечивающей получение налоговых  вычетов с причинением вреда интересам федерального бюджета; избирательному осуществлению расчетов с взаимозависимыми лицами, исключая расчеты по обязательным платежам и прекращению деятельности предприятия при наличии предъявленных к оплате сумм обязательных платежей по результатам выездной налоговой проверки. В результате совершения сделок по выводу активов, перечисленных  должником на счета подконтрольных организаций обеспечено  получение выгоды в личных интересах взаимозависимых лиц   ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО27, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 в связи с чем заявлено о привлечении  к субсидиарной ответственности указанных  лиц как выгодоприобретателей по совершенным сделкам.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность по обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть возложена на контролирующих должника лиц, если признание должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или) бездействия указанных лиц.

При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В силу п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания, и т.п.

Из содержания приведенных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между действиями данных лиц и банкротством должника.

Применение норм права о привлечении к субсидиарной ответственности допустимо при доказанности следующих обстоятельств:

- надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

- факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;

- наличия причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника;

- вины контролирующего лица должника в несостоятельности (банкротстве) предприятия.

При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 401, пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьей 10 и пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, необходимо установить наличие причинно-следственной связи между совершенными контролируемым лицом сделками и наступлением банкротства должника.

Верховным Судом РФ в Определении № 305-ЭС18-13210 (2) от 07.10.2021 по делу № А40-252160/2015 сформирована позиция, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, следующее:

1)  наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2)  реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В дальнейшем вышеуказанное Определение Верховного Суда РФ включено в пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2021).

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Из материалов дела следует и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что учредителем ООО «Химлеспром» в период с 04.02.2010 с долей участия 100% являлся ФИО1, в период с 30.04.2009 по 11.05.2015 указанное лицо являлось директором и главным бухгалтером ООО «Химлеспром» (протокол собрания учредителей от 30.04.2009 № 1, приказ от 30.04.2009 № 1).

Как отражено в решении  арбитражного суда от 27.12.2017  по делу №А33-14343/2017,  руководитель и учредитель общества «Химлеспром» ФИО1 являлся также директором филиала «Красноярский» общества «СтройИнвест», филиала «Красноярский» общества «Стройресурс», финансовым директором обществ «СтройИнвест» и «Стройресурс». Согласно информации представленной Новосибирским филиалом ПАО Банк «ФК Открытие», ПАО Банк ВТБ 24, ФИО1 единолично распоряжался расчетными счетами перечисленных организаций.

Указанное свидетельствует о наличии оснований для отнесения ФИО1 к категории  контролирующих должника лиц как субъекта субсидиарной ответствености.

Как следует из материалов дела, ИФНС России по Центральному району г. Красноярска вынесено решение от 14.02.2017 № 15-02 по результатам выездной налоговой проверки о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «Химлеспром». Данным решением в связи с выявленными  налоговым органом обстоятельствами  совершения налогового  правонарушения доначислены к уплате в бюджет  суммы налогов, пеней и штрафов в общем размере 64 868 039,50 руб., в том числе: основной долг - 36 737 443,84 руб., пени - 27 344 051,76 руб., штрафы - 786 543,90 руб.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 27.12.2017 по делу № А33-14843/2017, оставленным без изменения Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 26.03.2018, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29.06.2018 решение ИФНС России по Центральному району г.Красноярска от 14.02.2017 № 15-02 признано законным и обоснованным.

Наличие задолженности, начисленной на основании решения ИФНС России по Центральному району г.Красноярска от 14.02.2017 № 15-02 послужило основанием для обращения уполномоченного органа в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании ООО «Химлеспром» несостоятельным (банкротом) и включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 64 868 039,50 руб., в том числе: основной долг - 36 737 443,84 руб., пени - 27 344 051,76 руб., штрафы - 786 543,90 руб.

Определением арбитражного суда Красноярского края от 07.05.2021 (резолютивная часть объявлена 29.04.2021) производство по заявлению уполномоченного органа по делу №А33-2343/2021 о банкротстве ООО «Химлеспром» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Согласно п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

В ходе проверки установлены (документально подтверждены) следующие обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестных действиях руководителя должника ФИО1, направленных на вывод имущества должника через цепочку сделок с взаимозависимыми лицами ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс», чем должнику и налоговому органу был причинен ущерб, что и привело к неплатежеспособности должника и невозможности последнего погасить задолженность по обязательным платежам, установленную выездной налоговой проверкой.

Так, установлено, что ООО «Химлеспром» в лице руководителя ФИО1 совместно с взаимозависимыми контрагентами ООО «СтройИнвест», ООО «СтройРесурс», ООО «Стройторг», фактически реальной предпринимательской деятельности не осуществляющими, была создана схема правоотношений с использованием фиктивного  документооборота с целью незаконного получения налоговых вычетов по НДС, выведению денежных средств со счетов организации ООО «Химлеспром» в целях исключения принудительного  обращения взыскания задолженности  по обязательным платежам.

Так, в проверяемом периоде (с 2012 по 2015 года), ООО «Химлеспром» были заключены договоры поставки и оказания услуг по перевозке грузов с ООО «СтройИнвест», Филиалом «Красноярский» ООО «СтройИнвест», ООО «Стройресурс», Филиалом «Красноярский» ООО «Стройресурс», ООО «СтройТорг». Операции по приобретению товаров, работ, услуг у указанных организаций в полном объеме отражены ООО «Химлеспром» в книгах покупок и регистрах налогового учета.На основании документов, составленных от имени указанных организаций, ООО «Химлеспром» заявлено право на применение налоговых вычетов по НДС за 2012, 2013, 2014, 1 квартал 2015 года в общей сумме 36 636 900 рублей.

Материалами налоговой проверки установлено, что руководитель и учредитель ООО «ХимЛесПром» ФИО1 являлся также директором Филиала «Красноярский» ООО «СтройИнвест», Филиала «Красноярский» ООО «Стройресурс», финансовым директором ООО «СтройИнвест», ООО «Стройресурс» (Выписка из ЕГРЮЛ и справки 2НДФЛ работников ООО «СтройИнвест» и Выписка из ЕГРЮЛ и справки 2НДФЛ работников ООО «СтройРесурс» представленные в материалы дела).

В качестве грузоперевозчика по сделкам между ООО «Химлеспром» и ООО «СтройТорг» указан Филиал «Красноярский» ООО «Стройресурс».

Согласно информации, представленной Новосибирским филиалом ПАО Банк «ФК Открытие», ПАО Банк ВТБ24, ФИО1 единолично распоряжался расчетными счетами ООО «СтройИнвест» и ООО «Стройресурс».

О подконтрольности и согласованности действий налогоплательщика и контрагентов свидетельствует совпадение IP-адресов с которых обществом осуществлялся доступ к системе «Банк-Клиент» контрагентов, случаи перечисления денежных средств с расчетных счетов контрагентов руководителю налогоплательщика, иным аффилированным лицам.

При этом, материалами проверки установлено наличие у ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс» признаков недобросовестных организаций, фактически не осуществлявших финансово-хозяйственную деятельность, и как следствие невозможность поставки в адрес ООО «Химлеспром» товаров, работ, услуг, операции по приобретению которых учтены ООО «ХимЛесПром» в регистрах бухгалтерского и налогового учета и заявлены вычеты НДС.

Учитывая вышеизложенное, ФИО1 должно было быть известно об отсутствии у ООО «СтройИнвест», Филиала «Красноярский» ООО «СтройИнвест», ООО «Стройресурс», Филиала «Красноярский» ООО «СтройРесурс», необходимых условий для осуществления финансово-хозяйственной деятельности и невозможности исполнения последними обязательств по договорам гражданско-правового характера.

Из изложенного следует, что между ООО «ХимЛесПром» в лице его директора ФИО1 и спорными контрагентами, в том числе, являющимися взаимозависимыми и подконтрольными ФИО1, создан формальный документооборот с целью прикрытия действительных  хозяйственных взаимоотношений с контрагентом, прямое взаимодействие с которым не давало права на получение налоговых вычетов.

Так из  материалов проверки следует, что  ООО «Стройинвест» и ООО «Стройресурс», являющие плательщиками НДС, выставляли в адрес ООО «Химлеспром» счета-фактуры с выделением указанного налога, выполняя функцию транзитного звена, тогда как фактически услуги по перевозке грузов выполнялись налогоплательщиком ИП ФИО12, не являющимся плательщиком НДС (счета-фактуры ООО «СтройИнвест», Счета-фактуры ООО «СтройИнвест»).

Наличие указанных обстоятельств свидетельствует о недобросовестности ООО «Химлеспром», в лице его директора ФИО1, в сфере налоговых правоотношений; совершении  сделок в целях причинения вреда публичным интересам.

Обстоятельства совершения сделок подтверждены решением №15-02 от 14.02.2017, правомерность  которого  проведена решением арбитражного  суда от 27.12.2017 по делу №А33-14343/2017, имеющего обязательную силу судебного  акта в соответствии со статьей 16  АПК РФ, а также первичными документами и материалами выездной налоговой проверки,  приобщенными в материалы настоящего дела.

ФИО1 заключались договоры с лицами (ФИО26, ФИО27), которых он сам же назначал и наделял соответствующими полномочиями.

В отношении руководителя ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс» ФИО28 налоговым органом установлено, что он являлся номинальным руководителем указанных организаций, что подтверждено показаниями ФИО28 (протоколы допроса от 10.10.2014 №447/12, от 10.10.2014 №448/12, от 24.09.2015 №541/11). При даче показаний свидетель не смог назвать поставщиков и покупателей ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс» и сообщил, что, в основном, деятельность велась на территории Красноярского края через филиалы.

О формальности руководства контрагентами ФИО28 свидетельствует факт владения ФИО1 ключом электронной подписи на платежных документах ООО «СтройИнвест» и ООО «Стройресурс» и правом первой подписи на финансовых документах указанных организаций.

Материалами проверки установлено, что между ООО «Химлеспром» и контрагентами создан формальной документооборот посредством включения в цепочку отношений между ООО «Химлеспром» и реальным перевозчиком ИП ФИО12 подконтрольных, взаимозависимых организаций с целью прикрытия реальных сделок по перевозке грузов предпринимателем, не являющимся плательщиком НДС.

При таких обстоятельствах оформление всех сделок от имени заказчика и исполнителей происходило при участии и с ведома одного и того же лица - ФИО1, оказывающего непосредственное влияние на деятельность практически всех участников спорных сделок.

Указанные обстоятельства исследованы и подтверждены судами первой, апелляционной и кассационной инстанции, Верховным судом Российской Федерации (решение Арбитражного суда от 27.12.2017 по делу А33-14843/2017, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 26.03.2018, постановление Арбитражного суда Восточно-сибирского округа от 29.06.2018, Определение Верховного суда Российской Федерации от 23.10.2018).

В отношении контрагента ООО «Стройторг» налоговым органом установлено, что указанная организация имела признаки «фирмы-однодневки», основным признаком которой являлось создание ее без цели ведения предпринимательской деятельности.

Так, между ООО «Химлеспром» (заказчик) в лице директора ФИО1 и ООО «СтройТорг» (поставщик) в лице директора ФИО29 заключен договор поставки продукции от 16.01.2012 №12. Предметом указанного договора является поставка СНО в общем количестве 10 000 тонн. В качестве документов, подтверждающих исполнение ООО «СтройТорг» условий договора, ООО «Химлеспром» представлены счета-фактуры за период с 31.10.2011 по 31.07.2012 на общую сумму 59 930 336,14 рублей, в том числе НДС - 9 141 868,86 рублей, соответствующие товарные и транспортные накладные на доставку товара.

Согласно представленным транспортным накладным, в качестве грузоперевозчика указан Филиал «Красноярский» ООО «СтройИнвест», то есть организация, на которую оказывает влияние ФИО1, как руководитель его филиала. Следовательно, сделки между ООО «Химлеспром» и ООО «СтройТорг», также подконтрольны ООО «Химлеспром» в лице директора ФИО1

Указанные документы со стороны ООО «ХимЛесПром» подписаны директором ФИО1, со стороны ООО «СтройТорг» - ФИО29, со стороны филиала ООО «СтройИнвест» - ФИО28

Кроме того, установлено, что в отношении ООО «СтройТорг» в судебном порядке установлен факт участия в схемах уклонения налогоплательщиков от налогообложения путем минимизации налоговых платежей и обналичивании денежных средств, что отражено в Постановлениях Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 25.12.2013 по делу №А27-3077/2013, от 02.03.2015 №Ф04-15247/2015 по делу №А27-10385/2014.

Указанные обстоятельства также исследованы и подтверждены судами первой, апелляционной и кассационной инстанции, Верховным судом Российской Федерации (решение Арбитражного суда от 27.12.2017 по делу А33-14843/2017, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 26.03.2018, постановление Арбитражного суда Восточно-сибирского округа от 29.06.2018, Определение Верховного суда Российской Федерации от 23.10.2018).

Налоговые декларации по НДС, с отражением сумм вычетов по НДС по сделкам с фиктивными контрагентами ООО «СтройИнвест», ООО «СтройРесурс», ООО «Стройторг», содержат подписи ФИО1

Руководитель ООО «ХимЛесПром» ФИО1 имел возможность  контроля за использованием средств, перечисляемых  на счета контрагентов.  С расчетных счетов ООО «ХимЛесПром» перечислено денежных средств в размере 208 772 784,77 рублей (в адрес ООО «Стройторг» - 55 665 771,56 рублей, в адрес ООО «СтройИнвест» - 46 035 624,21 рублей, в адрес ООО «СтройРесурс» - 107 071 389, 00 рублей), что подтверждается банковскими выписками.

Налоговый орган утверждает, что в ходе проверки расчетные счета ООО «СтройИнвест», ООО «СтройРесурс» использовались для следующих целей:

- для обналичивания через цепочки «проблемных» организаций: ООО «Сырная лига», ООО «Амакс», ООО «Стройград» и ООО «Дике», ООО «РегионТорг»;

- на покупку иностранной валюты с последующим выводом денежных средств в оффшорные зоны через организации ООО «СпецПроект». ООО «Промстройсервис», ООО «Полюсконтракт», ООО «Бизнес-Инвест», ООО «СанРей».

Согласно выпискам банка со счетов ООО «ХимЛесПром» перечислены денежные средства на счета подконтрольных организаций в размере 153 107013.21 рублей, в том числе: в сумме 46 035 624.21 рублей ООО «СтройИнвест», в сумме 107 071 389,00 рублей ООО «СтройРесурс».

Как установлено судом, расчетные счета ООО «СтройИнвест», ООО «СтройРесурс» использованы для перечисления денежных средств ответчикам (Концевому А.С, ФИО2., ФИО3, ФИО4, ФИО11, ФИО5, Концевому Ю.С, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10) в личных целях в виде заработной платы в размере, не сопоставимой с суммами, указанными в справках о доходах по форме 2-НДФЛ, на оказание материальной помощи, на оплату услуг,  на приобретение автомобилей и иных активов.

Так, с расчетных счетов ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс» в интересах ответчиков произведены следующие платежи на сумму: ФИО27 на общую сумму 2 101 377,71 руб.; ФИО5 на общую сумму 1 548 035,79 руб., ФИО2 на общую сумму 4 336 772,47 руб., ФИО3  на сумму 2 210 397,55 руб., ФИО4 на сумму 1 765 818 руб., ФИО11 на сумму 128 850 руб., ФИО8 на сумму 2 216 925 руб., ФИО7 на сумму 198 330 руб., ФИО6 на сумму 9 667 242,94руб., ФИО10 на сумму 628 200 руб., ФИО9 на сумму 3 623 800 руб.

Как поясняет налоговый орган о наличии взаимозависимости перечисленных  лиц указывают  установленные в ходе мероприятий налогового контроля следующие обстоятельства:

Организации ООО «Химлеспром», ООО «Громадский щебеночный карьер», ООО ТД «Громадский Щебеночный Завод», ООО «СибЛесПром», ООО «СтройИнвест», Филиал «Красноярский» ООО «СтройИнвест», Филиал «Красноярский» ООО «СтройРесурс» относятся к группе компаний, объединенных  деятельностью одного хозяйственного объекта.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц:

ФИО1 является руководителем и учредителем (с 03.06.2009 по 13.09.2019) ООО «Громадский щебеночный карьер», ООО «ХимЛесПром», учредителем ООО «СибЛесПром», финансовым директором ООО «СтройИнвест», ООО «СтройРесурс»; директором Филиала «Красноярский» ООО «СтройИнвест», Филиала «Красноярский» ООО «СтройРесурс»;

ФИО27 является руководителем и учредителем ООО ТД «ГЩЗ», учредителем ООО «ГЩК» (с 03.06.2009 по 13.09.2019), сотрудником ООО «СтройИнвест», Филиала «Красноярский» ООО «СтройИнвест», Филиала «Красноярский» ООО «СтройРесурс».

ФИО1 и ФИО27 являются родными братьями.

ФИО3 является учредителем ООО «Громадский щебеночный карьер» с 03.06.2009 по настоящее время;

ФИО2 является учредителем ООО «Громадский щебеночный карьер» с 03.06.2009 по настоящее время.

Взаимосвязанные лица ФИО1, ФИО27, ФИО2, ФИО3 ФИО26 совместно являлись совладельцами по 1/5 доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом по адресу: 

<

...>.

Налоговым органом установлено, что на ФИО3 и ФИО2 в период выездной налоговой проверки (07.08.2015 и 09.08.2019) переоформлены автомобили ООО «ХимЛесПром», что также подтверждается ответом МРЭО ГИБДД от 18.11.2019 № 112Р/18521. Так, автомобиль Renault kerax440/42, 2012 года, принадлежащий ООО «Химлеспром» был переоформлен на ФИО3 Автомобиль Газ-2217, 2010 года был переоформлен на ФИО2

ООО «ХимЛесПром» и ООО «СибЛесПром» зарегистрированы по одному и тому же адресу: 

<

...>.

ООО «Громадский щебеночный карьер», ООО ТД «Громадский щебеночный завод», Филиал «Красноярский» ООО «СтройИнвест» и Филиал «Красноярский» ООО «Стройресурс» также зарегистрированы одному по адресу: 

<

...>.

ФИО4, ФИО11, ФИО5 состоят в родственных отношениях с ФИО1, что подтверждается ответами органов ЗАГСа от 24.05.2019, от 18.02.202, от 06.11.2020.

ФИО11 является дочерью ФИО4, что подтверждается справкой о рождении №145 Нижнеингашского территориального отдела ЗАГС Красноярского края.

ФИО1 и ФИО4 состоят в браке и имеют двоих детей: ФИО30 и ФИО31.

ФИО11 (дочь ФИО4) и ФИО31 зарегистрированы по одному адресу 660125, 

<

...>.

ФИО5 является супругой ФИО27 (брата ФИО1). ФИО5 и ФИО27 зарегистрированы по одному адресу: 

<

...>.

Из показаний ФИО1 (протокол допроса от 23.06.2015 № 331) следует, что  ФИО9 является партнером по бизнесу.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Исходя из подходов, сформированных судебной практикой (определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475), о заинтересованности сторон сделки может свидетельствовать как аффилированность юридическая (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), так и фактическая. Заинтересованность не исключается и в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Согласно сформированным судебной практикой подходам (Определение Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2018 №302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу А333-1677/2013) судам следует проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника. О наличии подконтрольности, в  частности,   могли свидетельствовать  следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических  причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли  иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Исходя из  презумпций, определенных пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, применимой к спорным правоотношениям,  пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Оценив установленные налоговым органом и судебными актами (решение Арбитражного суда от 27.12.2017 по делу А33-14843/2017, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 26.03.2018, постановление Арбитражного суда Восточно-сибирского округа от 29.06.2018, Определение Верховного суда Российской Федерации от 23.10.2018) обстоятельства,  арбитражный суд приходит  к выводу, что  материалами дела подтвержден факт искажения ФИО1 данных бухгалтерской и налоговой отчетности ООО «Химлеспром» путем внесения в налоговые декларации недостоверных сведений о хозяйственных операциях с третьими лицами, что противоречит пункту 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учёте», статьям 171, 172 Налогового кодекса РФ, что повлекло  применение необоснованных  налоговых вычетов по НДС,  применение к организации мер налоговой ответственности  в виде начисления пени и штрафа.

Относительно начисленных  в результате примененных  ответчиком форм налоговой оптимизации, повлекших  получение необоснованной налоговой выгоды следует отметить.

Согласно статье 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы.

Конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы, по смыслу данной статьи, имеет публично-правовой, а не частноправовой (гражданско-правовой) характер. Ее реализация в соответствующих правоотношениях предполагает субординацию, властное подчинение одной стороны другой, а именно: налогоплательщику вменяется в обязанность своевременно и в полном объеме уплатить суммы налога, а налоговому органу, действующему от имени государства, принадлежит полномочие обеспечить ее исполнение налогоплательщиком. Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью принадлежащего ему имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, соответствующие же органы публичной власти наделены правомочием в односторонне-властном порядке, путем государственного принуждения взыскивать с лица причитающиеся налоговые суммы, - иначе нарушались бы воплощенный в статье 57 Конституции Российской Федерации конституционно защищаемый публичный интерес и связанные с ним права и законные интересы налогоплательщиков, публично-правовых образований, государства в целом.

В целях обеспечения исполнения налогоплательщиками конституционной обязанности платить налоги и возмещения ущерба, понесенного казной в случае ее неисполнения, федеральный законодатель - на основании статей 57, 71 (пункты "в", "ж", "з", "о"), 72 (пункты "б", "и" части 1), 75 (часть 3) и 76 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации - устанавливает систему налогов, взимаемых в бюджет, и общие принципы налогообложения, а также предусматривает меры государственного принуждения, которые могут быть как правовосстановительными, обеспечивающими исполнение налогоплательщиком его конституционной обязанности (погашение недоимки и возмещение ущерба от несвоевременной и неполной уплаты налога - пеня), так и штрафными, возлагающими на нарушителей в качестве меры ответственности дополнительные выплаты.

Приведенным положениям Конституции Российской Федерации корреспондирует положение Конвенции о защите прав человека и основных свобод о праве государства принимать такие законы, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов, других сборов и штрафов (статья 1 Протокола N 1).

В качестве правового механизма исполнения обязанности, закрепленной статьей 57 Конституции Российской Федерации, обеспечения полноты и своевременности взимания налогов и сборов с обязанных лиц, возмещения ущерба, понесенного казной в результате неисполнения данной обязанности, в Налоговом кодексе Российской Федерации предусмотрена система мер налогового контроля, а также ответственность за совершение налоговых правонарушений (понятие налогового правонарушения, составы налоговых правонарушений, налоговые санкции, порядок производства по делам о налоговых правонарушениях и т.д. - пункт 2 статьи 100, статья 101, статьи 106 - 142), с тем чтобы было гарантировано суверенное право государства получить с налогоплательщика в полном объеме соответствующие суммы - недоимку, пеню и штраф.

Указанная правовая позиция отражена в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2005 года N 9-П.

Положениями статей 6 (часть 2), 19 (часть 1), 55 (часть 3) и 57 Конституции Российской Федерации установлен принцип равенства всех перед законом и судом и несения гражданами Российской Федерации равных обязанностей, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, и вытекающие из них принципы налогообложения, такие как юридическое равенство налогоплательщиков, всеобщность и соразмерность налогообложения, равное налоговое бремя, - применительно к реализации мер юридической ответственности за невыполнение конституционной обязанности платить законно установленные налоги и сборы, выразившееся в совершении деяний, предусмотренных Налоговым кодексом Российской Федерации в качестве налоговых правонарушений.

 

Оценив вышеуказанные действия ФИО1 арбитражный суд отмечает, что  использование мер налоговой оптимизации, сопровождающееся созданием фиктивного  документооборота с использованием взаимозависимых  контрагентов, применения налоговых вычетов, не подтвержденных  действительными  хозяйственными  операциями, обеспеченными  внесением в бюджет сумм косвенного  налога, повлекли неблагоприятные финансовые последствия для общества в виде доначисления ему налогов, пеней и штрафов в сумме 64 868 039,50 руб. с установленным сроком добровольной уплаты до 20.06.2017 (требование №2206).

При этом 28.04.2015 (на момент проведения выездной налоговой проверки) руководителем должника принято решение о добровольной ликвидации, финансово-хозяйственная деятельность предприятия прекращена (последняя операция по счетам должника 30.06.2016).  Какие-либо активы у предприятия к моменту возбуждения дела о банкротстве не выявлены.

Указанная задолженность образовалась в результате виновных действий ответчика ФИО1, который являясь руководителем, не проявлял должной степени осторожности и осмотрительности при оценке налоговых рисков, оформлении первичных документов, что повлекло за собой привлечение к налоговой ответственности подконтрольного общества за необоснованное применение налоговых вычетов.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества и в иных предусмотренных названным Законом случаях.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества следует понимать превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 по делу N 307-ЭС19-18723(2,3), А56-26451/2016 при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1)  наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2)  реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям;

масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления N 53).»

Из пункта 2 раздела I «Практика применения положений законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 следует, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ и товариществ, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Как ранее указано судом, именно в период осуществления руководства деятельностью должника ФИО1 у возглавляемой им организации образовалась задолженность по уплате налогов в сумме более 64 868 039,50 руб. При этом именно на ФИО1 как на руководителя общества, законом возложена обязанность по организации бухгалтерского учета и отчетности с соблюдением правил учета доходов и расходов, правильной уплаты налогов в бюджет.

Совокупность действий (бездействия) руководителя, повлекших неуплату налогов в бюджет в существенном размере, вызывает объективные сомнения в том, что единственный учредитель и директор руководствовался интересами возглавляемой им организации.

Какие-либо первичные документы, в частности выписки по расчетным счетам, договоры, заключенные с контрагентами, при анализе которых возможно установить наличие у ООО «Химлеспром» в спорный период такого объема денежных средств или имущества, при котором можно прийти к выводу о том, что должник располагал достаточными финансовыми инструментами для ведения нормальной производственной и хозяйственной деятельности, а также для расчетов с кредиторами, не представлены.

При этом из вступившего в законную силу определения Арбитражного суда Красноярского края от 07.05.2021 по делу №А33-2343/2021 следует, что какие-либо, доказательства, фактического наличия активов должника (инвентаризационные описи, договоры, акты, накладные и иные первичные документы) в материалы дела не представлены. Доказательства платежеспособности дебиторов также отсутствуют. Какое-либо имущество должника на этапе рассмотрения обоснованности заявления о банкротстве должника  не выявлено.

Учитывая совокупность вышеуказанных обстоятельств, принимая во внимание несоразмерность  стоимости чистых активов по отношению к  кредиторской задолженности по НДФЛ и НДС, суд приходит к выводу, что совокупность данных обстоятельств подтверждает факт наступления признаков объективного банкротства уже в конце 2015 года. Данные обстоятельства, не опровергнуты лицами, участвующими в деле.

ФИО1 в материалы дела не представлены доказательства наличия экономически обоснованного плана по выходу должника из состояния кризиса, не доказано, что финансовые затруднения были временными и общество было способно преодолеть их, учитывая, что начиная с 2016 года прекратились операции по счетам общества. Кроме того ФИО1 28.04.2015 принято решение № 4 о ликвидации ООО «ХимЛесПром».

12.05.2015 в ЕГРЮЛ внесена запись в отношении ООО «ХимЛесПром» о принятии решении о ликвидации и формировании ликвидационной комиссии.

Доказательств того, что кто-то иной повлиял кардинально на финансовое состояние должника, и именно это привело к объективному банкротству, в материалах дела не имеется.

Таким образом, учитывая, что именно ФИО1 осуществлял руководство ООО «ХимЛесПром» и подконтрольными ему лицами – ООО «СтройРесурс» и ООО «СтройИнвест», то суд приходит к выводу, что вышеизложенные недобросовестные действия ответчика в совокупности (неправомерные действия, направленные на получение необоснованной налоговой выгоды и уклонение от уплаты налогов, направление денежных средств техническим организациям – ООО «СтройРесурс» и ООО «СтройИнвест») на протяжении длительного периода времени (2012 – 2015 года), привели к постепенному ухудшению финансового состояния должника и появлению у него признаков объективного банкротства.

Доказательства того, что данные действия ответчика не имели существенный характер, не повлекли значительного ухудшения финансового состояния должника, либо банкротство было обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.), материалы дела не содержат.

Действия руководителя должника по налоговой оптимизации, связанные с применением фиктивного  документооборота, вывод денежных средств из оборота компании в интересах заинтересованных лиц в течение 2012-2015 гг. и, при подведении итогов выездной налоговой проверки, фактическое прекращение деятельности компании в  2016 году    привели к наращиванию налоговой задолженности и невозможности восстановления платежеспособности должника и его фактическому банкротству.

Контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Таким образом, вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что имеется причинно-следственная связь между неправомерными действиями ФИО1 и невозможностью удовлетворения требований налогового органа вследствие действий руководителя должника ФИО1, и наступления несостоятельности ООО «Химлеспром».

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Согласно абз. 7 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Таким образом, по смыслу данной нормы права, вина руководителя должника презюмируется.

Следовательно, доказательства отсутствия вины должны быть представлены самим ФИО1, как лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ.

Вместе с тем, ФИО1 доказательства отсутствия вины в несостоятельности ООО «Химлеспром», не представлены. Совокупность вышеуказанных действий нельзя признать соответствующими стандартам добросовестного участника гражданских правоотношений.

При указанных обстоятельствах арбитражный суд пришел к выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Химлеспром» на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в размере имеющейся задолженности по обязательным платежам – 64 868 039,50 руб.

 

Как следует из материалов дела, уполномоченный орган, заявляя о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО27, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 к субсидиарной ответственности вменяет указанным лицам неправомерные действия (бездействие) по получению необоснованной выгоды в виде вывода денежных средств через цепочку взаимозависимых лиц: ООО «Химлеспром» - ООО «СтройИнвест»/ООО «СтройРесурс»- ответчики.

Указанные доводы подтверждены представленными в материалы дела выписками по банковским счетам ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс».

Так, с расчетных счетов ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс» в интересах ответчиков произведены следующие платежи на сумму: ФИО27 на общую сумму 2 101 377,71 руб.; ФИО5 на общую сумму 1 548 035,79 руб., ФИО2 на общую сумму 4 336 772,47 руб., ФИО3 на сумму 2 210 397,55 руб., ФИО4 на сумму 1 765 818 руб., ФИО11 на сумму 128 850 руб., ФИО8 на сумму 2 216 925 руб., ФИО7 на сумму 198 330 руб., ФИО6 на сумму 9 667 242,94руб., ФИО10 на сумму 628 200 руб., ФИО9 на сумму 3 623 800 руб.

Как указано выше (стр. 17 решения),  ответчики являются взаимозависимыми лицами по отношению  к контролирующему  должника лицу в силу участия в организациях  группы компаний «Громадский щебеночный карьер»  и их родственников.

Контролирующие лица отвечают перед кредиторами, как правило, солидарно. В частности, в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» сказано, что если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Перечень заинтересованных лиц по отношению к должнику – юридическому лицу содержится в пункте 2 статьи 19 Закона о банкротстве. Согласно пункту 7 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе  недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами. Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

В силу пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Таким образом, в случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации среди способов защиты гражданских прав называет возмещение убытков.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ч. 1. ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Таким образом, взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

В свою очередь, согласно пункту 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 года N 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Исходя из  разъяснений пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 привлекаемое к ответственности лицо обязано опровергнуть действие презумпций,  определенных  Законом о банкротстве,  доказывая добросовестность в рассматриваемых  отношениях.

Суд полагает необоснованной позицию  заявителя о наличии  оснований солидарной ответственности выгодоприобретателей и ФИО1

Как уже указывалось со ссылкой на данные выписок банка со счетов ООО «ХимЛесПром» перечислены денежные средства на счета подконтрольных организаций в размере 153 107013.21 рублей, в том числе: в сумме 46 035 624.21 рублей ООО «СтройИнвест», в сумме 107 071 389,00 рублей ООО «СтройРесурс».

Представленными в материалы дела документами подтверждено и ответчиками не опровергнуто, что в результате распоряжения контролирующим должника лицом ФИО1 денежными средствами ООО «Химлеспром», ООО «СтройИнвест», ООО «СтройРесурс» в течение 2012-2016 года были  перечислены на личные цели, не связанные с финансово-хозяйственной деятельностью организаций денежные средства в размере: ФИО27 на общую сумму 2 101 377,71 руб.; ФИО5 на общую сумму 1 548 035,79 руб., ФИО2 на общую сумму 4 336 772,47 руб., ФИО3 на сумму 2 210 397,55 руб., ФИО4 на сумму 1 765 818 руб., ФИО11 на сумму 128 850 руб., ФИО8 на сумму 2 216 925 руб., ФИО7 на сумму 198 330 руб., ФИО6 на сумму 9 667 242,94руб., ФИО10 на сумму 628 200 руб., ФИО9 на сумму 3 623 800 руб.

Вместе с тем,  исходя из  фактической роли каждого из ответчиков в рассматриваемой системе организации предпринимательской деятельности,  арбитражный суд не усматривает принятия выгодоприобретателями   управленческих  решений,  повлиявших  на финансовый результат деятельности группы компаний. Из материалов дела следует, что  выгода получена ответчика в силу фидуциарных, доверительных  отношений с участниками группы компаний, обусловленных  родственными связями, а также осуществлением трудовой деятельности.

В результате системы организации предпринимательской деятельности, организованной ФИО1 были созданы условия перераспределения дохода, получаемого от осуществления деятельности ООО «Химлеспром» в пользу подконтрольных  организаций,     из оборотных средств должника  ООО «Химлеспром» выведены денежные средства в совокупности  на сумму 36 202 229,33 руб. – соразмерную  сумме доначисленного  по результатам выездной налоговой проверки налога.

Ответчики, получившие выгоду в результате организованной ФИО1 системы перераспределения активов должника,  не обосновали  экономическую целесообразность  совершения платежей в личных  целях с расчетных  счетов ООО «СтройИнвест» и ООО «СтройРесурс»,  не подтверждено, что  подобные платежи  были  доступны независимым участникам хозяйственных правоотношений; документальное обоснование доводов,  мотивированных  наличием отношений займа, его  возврата организациям не представлено.

Оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд приходит к выводу о том, что имеется совокупность обстоятельств, необходимая для привлечения ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО27, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 к ответственности в виде возмещения выгоды, полученной ответчиками от  использования преимуществ взаимозависимых с контролирующим должника лиц и  неправомерно  созданной ими системы организации  предпринимательской деятельности, повлекшей доведение должника до банкротства.

 

Ответчиками в ходе рассмотрения дела заявлено о применении срока исковой давности к заявленным требованиям.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, при этом общий срок исковой давности составляет три года, а течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ст. 195, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции от 29.06.2004, действовавшей в период с 1999 года до 2013 года, в том числе на момент введения в отношении должника процедуры конкурсного производства).

Согласно п. 1, 2 ст. 196, ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции от 23.07.2013, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

В соответствии с п. 9 ст. 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ, сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года, а десятилетние сроки, предусмотренные п. 1 ст. 181, п. 2 ст. 196 и п. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

Институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 N 3-П "По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина ФИО32").

Исходя из позиции Европейского Суда по правам человека, установленные в законе сроки исковой давности защищают потенциальных ответчиков от просроченных требований и освобождают суды от необходимости выносить решения, основанные на доказательствах, которые со временем приобрели свойства неопределенности и неполноты; право на защиту своих прав в суде было бы скомпрометировано, если бы суды выносили решения, основываясь на неполной в силу истекшего времени доказательственной базе (Постановления от 22 июня 2000 года по делу "Коэм (Coeme) и другие против Бельгии" и от 7 июля 2009 года "Станьо (Stagno) против Бельгии").

В период с 05.06.2009 по 30.06.2013 действовал общий трехлетний срок исковой давности, поскольку Законом о банкротстве не был предусмотрен срок исковой давности по спорам о привлечении к субсидиарной ответственности (редакция Федерального закона N 73-ФЗ).

В период с 01.07.2013 по 27.06.2017 были установлены субъективный годичный срок исковой давности и объективный срок в три года (абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона N 134-ФЗ) в отношении действий, совершенных в период с 28.06.2017 по 29.07.2017, действовали трехлетние субъективный и объективный сроки (редакция Федерального закона N 488-ФЗ) в отношении действий (бездействия), совершенных после 30.07.2017, действуют субъективный годичный срок исковой давности и трехлетний объективный срок (редакция Федерального закона N 266-ФЗ).

В силу п. 59 постановления Пленума N 53, предусмотренный абз. 1 п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве, срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредиторы узнали или должны были узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абз. 8 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Согласно п. 62 постановления Пленума N 53, срок исковой давности может быть восстановлен лишь в исключительных случаях, когда он действительно был лишен возможности своевременно обратиться в суд по независящим от них причинам. При этом не подлежат восстановлению предельные объективные трехлетний и десятилетний сроки, исчисляемые со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или завершения конкурсного производства, совершения неправомерных действий (бездействия), причинивших вред кредиторам и влекущих субсидиарную ответственность.

Как установлено судом ООО «ХимЛесПром» 28.04.2015 принято решение № 4 о ликвидации и назначении добровольной ликвидационной комиссии в составе ФИО1 и ФИО33

12.05.2015 в ЕГРЮЛ внесена запись в отношении ООО «ХимЛесПром» о принятии решения о ликвидации и формировании ликвидационной комиссии (приложение № стр. 117 решения ВНП).

Налоговым органом в соответствии со статьей 89 НК РФ 14.05.2015 принято решение № 29 о проведении выездной налоговой проверки (период проверки с 01.01.2012 по 14.05.2015) в связи с ликвидацией юридического лица.

Акт по результатам выездной налоговой проверки от 14.03.2016 № 15-03 вручен руководителю ликвидационной комиссии ФИО1, который  30.06.2016 принимает решение об увольнении себя с должности руководителя ликвидационной комиссии и назначении на должность ФИО25.

11.07.2016 руководителем ликвидационной комиссии назначен ФИО25. При этом по сведениям ЕГРЮЛ ФИО25 ИНН 

<

***> включен в реестр дисквалифицированных лиц на основании двух постановлений СУ №79 в Советском районе г. Красноярска от 16.01.2017 и от 06.02.2017 за нарушение законодательства о государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (имеется запись о дисквалификации по части 5 статьи 14.25 КоАП РФ).

Согласно анализу движения денежных средств, операции по счетам ООО «ХимЛесПром» последняя операция произведена 11.04.2016.

Таким образом, после получения акта налоговой проверки от 14.03.2016 общество полностью прекратило свою финансово-хозяйственную деятельность.

В соответствии с положениями статей 61-64 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидация юридического лица по решению учредителей (участников) означает добровольное прекращение деятельности такого юридического лица. При этом прекращение деятельности одного лица не должно преследовать своей целью причинение вреда другому лицу (статьи 1,10 Гражданского кодекса Российской Федерации РФ). Ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана действовать добросовестно и разумно в интересах, как ликвидируемого юридического лица, так и его кредиторов.

14.02.2017 налоговым органом вынесено решение по результатом выездной налоговой проверки № 15-02. Не согласившись с выводами, изложенными по результатам выездной налоговой проверки ООО «Химлеспром», была подана апелляционная жалоба. В соответствии со статьей 140 НК РФ 24.05.2017 принято решение УФНС № 2.12-14/12459@ по жалобе ООО «ХимЛесПром». Не согласившись с решением ООО «Химлеспром» обжаловало его в арбитражном суде.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 27.12.2017 по делу № АЗЗ-14843/2017 отказано в удовлетворении заявления ООО «ХимЛесПром» о признании недействительным решения по ВНП № 15-02 от 14.02.2017. Указанное решение было обжаловано обществом в судах апелляционной, кассационной и надзорной инстанций.

Требование об уплате налога № 2206 выставлено налоговым органом 30.05.2017, срок исполнения - 20.06.2017.

Требование об уплате налога в соответствии со статьей 69 НК РФ может рассматриваться на предмет  субъективной осведомленности налогового органа о наличии непогашенной задолженности по истечении  установленного для оплаты срока. Но следует учитывать  имелась ли у налогового  органа возможность  реализовать  правомочия на взыскание задолженности, учитывая установленный порядок предъявления требований предприятию,  находящемуся в процедуре добровольной ликвидации.

Согласно статье 49 НК РФ обязанность по уплате налога (пеней, штрафов) ликвидируемой организации исполняется ликвидационной комиссией за счет денежных средств этой организации. Очередность исполнения такой обязанности определяется гражданским законодательством Российской Федерации. В соответствии с пунктом 1 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации при ликвидации юридического лица расчеты по обязательным платежам в бюджет осуществляются в третью очередь.

21.06.2017 налоговым органом принято решение № 13828 о взыскании задолженности за счет денежных средств на счетах в банках.

В целях включения задолженности в ликвидационный баланс налоговый орган обратился к должнику с письмом от  18.12.2017. В связи с разрешением разногласий вопрос о включении  требования в ликвидационный баланс разрешен в судебном порядке решением Арбитражного суда Красноярского края от 03.05.2019 по делу № А33-31436/2018 - суд обязал ООО «ХимЛесПром» включить в промежуточный ликвидационный баланс сведения о наличии задолженности перед ИФНС в размере 52 214 283 руб. 48 коп.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что налоговым органом приняты все предусмотренные законом  меры по взысканию задолженности, в установленные в законе сроки.

Судом отклоняется позиция ответчиков о пропуске налоговым органом 2хлетнего  срока взыскания задолженности в судебном порядке, поскольку в связи с добровольной ликвидацией должника предъявление требования к оплате производится путем включения в ликвидационный баланс, что  было  заявлено своевременно – в течение 2017 года.

По мнению суда, длительность  определения суммы задолженности, подлежащей включению  в ликвидационный баланс и отсутствие взыскания указанной задолженности являются следствием недобросовестного противодействия руководителя должника ФИО1 по инициированию процедуры добровольной ликвидации, с возложением обязанностей ликвидатора на номинального руководителя, и, не включение задолженности налогового органа в ликвидационный баланс ООО «Химлеспром».

Согласно пункта 2 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), нарушение установленного п. 2 Положения 90-дневного срока принятия уполномоченным органом решения о направлении в суд заявления о признании должника банкротом не влияет на возможность признания такого заявления обоснованным и введения процедуры банкротства. При этом заявление уполномоченного органа признается необоснованным, если на момент обращения в суд утрачена возможность принудительного исполнения требований, указанных в заявлении.

На дату обращения уполномоченного органа с заявлением о признании ООО «Химлеспром» банкротом процедура добровольной ликвидации завершена не была, установленная статьей 224 Закона о банкротстве обязанность по обращению в Арбитражный суд с заявлением о банкротстве, ликвидатором не исполнена. В данной ситуации подлежит применению общий срок исковой давности, установленный п. 1 ст. 196 ГК РФ который составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса, который в данном случае исчисляется с 03.05.2019 (дата решения Арбитражного суда Красноярского края по делу № А33-31436/2018).

Таким образом, не нарушены как установленные законодательством срок и процедура взыскания задолженности с основного должника, так общий срок исковой давности. В период нахождения ООО «Химлеспром» в стадии ликвидации (то есть после принятия решения о ликвидации от 12.05.2015 и внесении соответствующей записи в ЕГРЮЛ) у налогового органа в силу статей 49 Налогового кодекса РФ и 64 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствовало право бесспорного взыскания налога и пеней, поскольку это повлекло бы нарушение порядка и очередности удовлетворения требований остальных кредиторов налогоплательщика.

В соответствии со статьей 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В пункте 58 постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Федеральная налоговая служба России в лице ИФНС России по Центральному району г.Красноярска 01.02.2021 обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании ООО «Химлеспром» несостоятельным (банкротом) и включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 64 868 039,50 руб., в том числе: основной долг - 36 737 443,84 руб., пени - 27 344 051,76 руб., штрафы - 786 543,90 руб.

Определением суда от 12.03.2021 заявление ФНС России принято к производству, делу присвоен №А33-2343/2021.

Определением арбитражного суда Красноярского края от 07.05.2021 (резолютивная часть объявлена 29.04.2021) производство по заявлению уполномоченного органа по делу №А33-2343/2021 о банкротстве ООО «Химлеспром» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Заявление налогового органа о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности направлено в арбитражный суд по почте 18.05.2021.

Таким образом, суд приходит к выводу, что срок исковой давности на обращение в суд с настоящими требованиями налоговым органом не пропущен.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований налогового органа, привлечении ФИО1  к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «Химлеспром» и взыскании с него в пользу Российской Федерации задолженность в размере 64 868 039,50 руб., а также к привлечению ФИО2, ФИО3, ФИО27, ФИО5, ФИО4, ФИО11,  ФИО8,  ФИО7, ФИО6, ФИО10, ФИО9 к ответственности по обязательствам ООО «Химлеспром» в виде взыскания убытков, и взыскании с последних в пользу Российской Федерации:

с ФИО1 - 64 868 039,50 руб.

с ФИО2 - 4 336 772,47 руб.

с ФИО3  - 2 210 397,55 руб.

с ФИО27  - 2 101 377,71 руб.

с ФИО5 - 1 548 035,79 руб.

с ФИО4 - 1 765 818 руб.

с ФИО11 - 128 850 руб.

с ФИО8 - 2 216 925 руб.

с ФИО7 - 198 330 руб.

с ФИО6 - 9 667 242,94руб.

с ФИО10 - 628 200 руб.

с ФИО9 - 3 623 800 руб.

Пунктом 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» установлено что распределение судебных расходов в деле о банкротстве между лицами, участвующими в деле, осуществляется с учетом целей конкурсного производства и наличия в деле о банкротстве обособленных споров, стороны которых могут быть различны.

В соответствии с пунктом 4 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

Согласно части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

На основании изложенного арбитражный суд приходит к выводу, что принятые определением арбитражного суда от 27.05.2021 обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения ответчиками настоящего судебного акта в пределах взысканных сумм.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 61.16, 61.20 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края 

 

РЕШИЛ:

Заявление удовлетворить  частично.

Привлечь ФИО1  к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «Химлеспром», привлечь ФИО2, ФИО3, ФИО27, ФИО5, ФИО4, ФИО11,  ФИО8,  ФИО7, ФИО6, ФИО10, ФИО9 к ответственности по обязательствам ООО «Химлеспром» в виде взыскания убытков.

Взыскать с ФИО1  в пользу Российской Федерации задолженность в размере 64 868 039,50 руб.

Взыскать с ФИО2  в пользу Российской Федерации задолженность в размере 4 336 772,47 руб.

Взыскать с ФИО3  в пользу Российской Федерации задолженность в размере 2 210 397,55 руб.

Взыскать с ФИО27  в пользу Российской Федерации задолженность в размере 2 101 377,71 руб.

Взыскать с ФИО5 в пользу Российской Федерации задолженность в размере 1 548 035,79 руб.

Взыскать с ФИО4 в пользу Российской Федерации задолженность в размере 1 765 818 руб.

Взыскать с ФИО11 в пользу Российской Федерации задолженность в размере 128 850 руб.

Взыскать с ФИО8 в пользу Российской Федерации задолженность в размере 2 216 925 руб.

Взыскать с ФИО7 в пользу Российской Федерации задолженность в размере 198 330 руб.

Взыскать с ФИО6 в пользу Российской Федерации задолженность в размере 9 667 242,94руб.

Взыскать с ФИО10 в пользу Российской Федерации задолженность в размере 628 200 руб.

Взыскать с ФИО9 в пользу Российской Федерации задолженность в размере 3 623 800 руб.

В остальной части в удовлетворении заявления отказать.

 

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что меры по обеспечению иска, принятые определением от 27.05.2021, сохраняют действие до фактического исполнения настоящего решения.

 

Судья

Н.В. Доронина