﻿ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-39937/2018

29 марта 2021 года

г. Санкт-Петербург

/сд.3

Резолютивная часть постановления объявлена     18 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 марта 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей  Барминой И.Н., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Смирновой В.С.,

при участии:  

от УФНС России по Санкт-Петербургу: Михайлов Э.А. по доверенности от 08.02.2021,

от Великоборца А.П.: Шумков С.В. по доверенности от 20.08.2020,

финансового управляющего Захарова П.В. по паспорту,

от иных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-38576/2020) Ворошиловой Елены Анатольевны на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.12.2020 по делу № А56-39937/2018/сд.3 (судья  Голоузова О.В.), принятое по заявлению финансового управляющего должника к Ворошиловой Елене Анатольевне о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Варенцова Вадима Владимировича,

третье лицо: Ерофеева Наталья Николаевна 

 

установил:

Варенцов Вадим Владимирович (далее - должник) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 09.08.2018 заявление было принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Решением арбитражного суда от 28.08.2018, резолютивная часть которого объявлена 09.08.2018, в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должника утвержден Бородин Евгений Владимирович. 

Сведения о введении процедуры реализации имущества в отношении должника опубликованы 18.08.2018 года в газете «Коммерсантъ» №148. 

Определением арбитражного суда от 19.08.2020 по спору № А56-39937/2018/ж3,ж4 Бородин Евгений Владимирович отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего. 

Определением от 20.08.2020 новым финансовым управляющим должника утвержден Захаров Павел Владимирович. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Варенцова Вадима Владимировича в арбитражный суд обратился финансовый управляющий должника Бородин Е.В. с заявлением от 26.09.2018 о признании недействительной сделки должника, в котором просит: 

1. Признать недействительным договор купли-продажи от 10.06.2016 квартиры по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 58, кв. 16. 2. Наложить запрет на регистрационные действия на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 58, кв. 16. 3. 

Вынести определение на обеспечительные меры на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 58, кв. 16. 

10.01.2019 года в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление финансового управляющего Бородина Евгения Владимировича с заявлением о признании сделки недействительной, в котором просит: 

Признать договор купли-продажи квартиры по адресу: Санкт-Петербург, Садовая, д.58, кв.16, заключенный 10.06.2016 между должником и Ворошиловой Е.А. недействительным с применением последствий недействительности сделки в виде обязания Ворошиловой Е.А. возвратить должнику квартиру. 

Определением от 24.06.2019 суд объединил в одно производство указанные обособленные споры, с присвоением объединённому спору номера А56-39937/2018/сд3. 

Определением от 01.10.2019 суд привлек к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, Ерофееву Наталью Николаевну. 

Согласно последним уточнениям заявленных требований, представленным в суд финансовым управляющим в судебном заседании 02.07.2020, предмет заявления сформулирован следующим образом: 

- Признать договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 58, кв. 16, заключенный 10.06.2016, между Варенцовым В.В. и Ворошиловой Е.А., недействительным. 

- Применить последствия недействительности сделки в форме односторонней реституции в виде возврата в конкурсную массу должника квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 58, кв. 16.

Определением арбитражного суда от 01.12.2020 заявление финансового управляющего имуществом должника Варенцова Вадима Владимировича удовлетворено. Суд определил признать недействительной сделкой договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 58, кв. 16, заключенный 10.06.2016, между Варенцовым Вадимом Владимировичем и Ворошиловой Еленой Анатольевной. Тем же определением применил последствия недействительности сделки в виде обязания Ворошиловой Елены Анатольевны возвратить в конкурсную массу должника Варенцова Вадима Владимировича нежилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 58, кв. 16, кадастровый номер 78:32:0001063:473.

В апелляционной жалобе Ворошилова Е.А. просит определение арбитражного суда от 01.12.2020 отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных финансовым управляющим должника требований. Податель жалобы указывал, что доказательством платежеспособности ответчика служат сведения о совокупном доходе семьи, в связи с чем, вывод суда об отсутствии в материалах дела платежеспособности именно Ворошиловой Е.А. является ошибочным и не соответствует материалам дела. Кроме того, полагает, что у должника на дату совершения оспариваемой сделки признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества отсутствовали.  По мнению Ворошиловой Е.А., суд первой инстанции пришёл к ошибочному выводу о фактической аффилированности Ворошиловой Е.А. и Варенцова В.В., поскольку протокол от 12.10.2017 составлен на полтора года позже даты отчуждения спорного имущества и не может свидетельствовать о наличии аффилированности на 10.06.2016, тогда как сама Ворошилова Е.А. не являлась подписантом указанного документа и не знала о его существовании. Податель жалобы также полагал, что сделка с должником была совершена на рыночных условиях, при отсутствии какой-либо цели причинения вреда, при подтверждении факта осуществления сделки ее публичной регистрацией, и противоречивости действий должника, ранее признававшего правомерность сделки, что свидетельствует о его недобросовестности.  

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не направлен.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

В судебном заседании представитель Ворошиловой Е.А. поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Финансовый управляющий должника, представители УФНС России по Санкт-Петербургу, Великоборца А.П. просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Из материалов дела следует, что 15.07.2015 Варенцов В.В. по договору купли-продажи с Болдыревым В.А. приобрел квартиру по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 58, кв. 16, кадастровый номер 78:32:0001063:473 по цене 7 000 000 руб. 

Правомерность совершения указанной сделки и формирования ее условий никто не оспаривал.

 10.06.2016г. данное имущество отчуждено в пользу ответчика, по договору купли-продажи между Варенцовым Вадимом Владимировичем и Ворошиловой Еленой Анатольевной, по цене 7 000 000 руб. (пункт 3 договора).

 Согласно пункту 3 договора, данная сумма уплачена покупателем до подписания договора. Договор зарегистрирован в Росреестре 29.09.2016 № 78-78/030-78/048/007/2016-312/2. 

Согласно кадастровой выписке на объект недвижимости, его кадастровая стоимость составляла 12 117 042,65 руб. 

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

 Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

 Согласно пункту 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (абзац первый). Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно (абзац второй).

 В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в ред. Постановлений Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 36, от 02.07.2013 N 56, от 30.07.2013 N 59) (далее - Постановление N 63) пункт 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

 При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В соответствии с разъяснениями пункта 6 Постановления N 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Таким образом, исходя из вышеизложенных разъяснений Пленума ВАС РФ наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов является обязательным условием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве (пункт 5 Постановления N 63). 

В свою очередь, для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника и наличие хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления N 63).

Как следует из материалов дела и отражено в обжалуемом определении, оспариваемая сделка совершена 10.06.2016 (зарегистрирована 29.09.2016), в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (28.05.2018), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 Согласно п. 3 договора, стоимость объекта недвижимости 7 000 000 руб. оплачена до подписания договора.

 Суд первой инстанции в определении указал на то, что в материалы дела не представлено доказательств реальности оплаты денежных средств в указанном размере. Суд исходил из того, что ответчик, настаивая на совершении факта оплаты, представил суду незаверенные копии договора займа от 11.05.2015, расписки от 11.05.2015, акта о возврате денежных средств от 11.07.2016 и пояснения по оплате, указав, что Ворошилова Е.А. на основании договора займа от 11.05.2015 предоставила должнику Варенцову В.В. беспроцентный заем в сумме 7 000 000 руб. Передача денежных средств осуществлена на основании расписки должника от 11.05.2015. Заем был выдан на цели приобретения спорной квартиры. Впоследствии, после заключения спорного договора купли-продажи от 10.06.2016, между должником и ответчиком был подписан Акт о возврате денежных средств от 11.07.2016, о том, что заем возвращен (погашен) за счет передачи в собственность ответчика спорной квартиры по договору от 10.06.2016. 

 Суд первой инстанции критически отнесся к данным пояснениям и доказательствам ответчика, указав на то, что  должник Варенцов В.В. представил суду письменные пояснения, в которых указал, что договор займа от 11.05.2015, расписка от 11.05.2015, акт о возврате денежных средств от 11.07.2016 им не подписывались, а денежные средства ответчиком фактически ему не передавались, и передача денег не планировалась, договор заключен только с целью переоформления квартиры на супругу бизнес-партнера должника - Ворошилова А.К. 

Суд первой инстанции указал, что подлинники  подтверждающих оплату документов в материалы дела ответчиком не представлены, при этом суд отклонил заявление должника о фальсификации представленных ответчиком копий документов.

 Ответчик ссылался на то, что указанные им обстоятельства оплаты за квартиру исследовались Дзержинским районным судом Санкт-Петербурга при рассмотрении административного иска Варенцова В.В. об оспаривании решения налогового органа о привлечении его к административной ответственности за неуплату налогов. В связи с поступившим заявлением Блохина Н.Л. о пересмотре определения от 27.06.2019 суд первой инстанции запросил в Дзержинском районном суде копии материалов административного дела № 2а-75/18, которые были представлены по запросу суда в материалы дела о банкротстве. Из материалов административного дела № 2а-75/18, как указал суд первой инстанции,   усматривается, что Варенцов В.В. привлечен к административной ответственности за неуплату обязательных платежей в бюджет, связанных с фактическим ведением им предпринимательской деятельности. Данная предпринимательская деятельность, в том числе, была связана с фактами приобретения Варенцовым В.В. по поручению и за счет средств третьих лиц объектов недвижимости. При этом с целью уклонения от уплаты налогов за ведение предпринимательской деятельности, денежные средства на приобретение объектов недвижимости передавались Варенцову В.В. третьими лицами на основании договоров займа (в качестве заемных денежных средств); впоследствии приобретенные объекты недвижимости передавались Варенцовым В.В. третьим лицам (по поручению и за счет которых они покупались) по договорам купли-продажи, при этом обязательства покупателя по оплате стоимости объекта недвижимости считались погашенными путем зачета обязательств Варенцова В.В. по возврату займа. 

Суд первой инстанции в определении указал, что в материалах административного дела № 2а-75/18 не содержатся документы относительно рассматриваемой сделки с Ворошиловой Е.А., кроме ее личного одностороннего нотариального заявления о том, что она передавала должнику заемные денежные средства на приобретение спорной квартиры. Также указано на то, что доказательств наличия в административном деле № 2а-75/18 подлинников договора займа от 11.05.2015, расписки от 11.05.2015, акта о возврате денежных средств от 11.07.2016  не имеется.

 При этом, при оценке доказательства передачи наличных денег между физическими лицами (по договору купли-продажи, либо, как настаивает ответчик, по договору займа), судом первой инстанции применена правовая позиция, сформированная в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» относительно оценки требований к должнику, основанных на наличных расчетах.  Согласно данным разъяснениям, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

 В данном случае, как посчитал суд первой инстанции, представленные ответчиком доказательства, не подтверждают его реальную финансовую возможность единовременной уплаты в июне 2016 года денежной суммы 7 000 000 руб. Ответчик Ворошилова Е.А. представила налоговые декларации на своего супруга – Ворошилова А.К. с указанием в них дохода от предпринимательской деятельности за 2011 – 2014 год в сумме 21,4 млн., за 2015 год – 11,3 млн., договоры купли-продажи недвижимого имущества Ворошилова А.К. третьим лицам – от 02.11.2005 года за 399 000 руб., от 03.03.2008 за 700 000 руб., от 29.05.2009 за 400 000 руб., от 15.07.2013 за 5 000 000 руб., и договор купли-продажи квартиры, заключенный непосредственно Ворошиловой Е.А. от 02.11.2005 по цене 313 500 руб. 

Таким образом, как указал суд первой инстанции,  сведения о возможности приобретения спорной квартиры по цене 7 000 000 руб. в июне 2016 года, подтверждаются преимущественно декларациями о доходах и договорами купли-продажи супруга ответчицы, придя к выводу, что  представленные документы не подтверждают платежеспособности самой  Ворошиловой Е.А.

 Ворошиловой Е.А. также представлены пояснения, что все имущество и доходы, оформленные на супруга (полученные им) являются их совместной собственностью. Суд первой инстанции в этой связи указал, что  сам факт декларирования дохода не подтверждает реального наличия денежных средств, при этом  доказательств зачисления на счета ответчицы или ее супруга денежных средств за столь длительный период (с 2011 по 2015 годы) не представлено, также не представлено и иных доказательств аккумулирования и хранения денежных средств в предшествующий сделке период и их передачи в наличной форме единовременно должнику. 

Суд первой инстанции также сослался на то, что в рамках дела о банкротстве №А56-39937/2018 оспариваются и другие сделки, совершенные должником непосредственно с Ворошиловым А.К., где в подтверждение аналогичных обстоятельств (наличие возможности уплаты  денежных сумм наличными) Ворошилов А.К. предоставляет те же самые документы – налоговые декларации и договоры купли-продажи.

 Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что  представленные ответчиком в материалы дела документы не позволяют сделать вывод о совершении ответчиком приготовлений к совершению сделки в части исполнения своих обязательств – а именно, единовременной уплате наличных денежных средств в значительной для физического лица сумме 7 000 000 руб. 

Суд первой инстанции также сослался на то, что согласно кадастровой выписке на объект недвижимости, его кадастровая стоимость составляла 12 117 042,65 руб., тогда как цена сделки с ответчиком  ниже – 7 000 000 руб.

 Ответчик в ходе рассмотрения дела пояснил, что данные помещения куплены должником по такой же цене у предыдущего владельца Болдырева В.А. 

Суд первой инстанции сделал вывод о том, что  ответчиком не представлено пояснений по вопросу  существенных расхождений в кадастровой стоимости объекта недвижимости и его цены, указанной в спорном договоре, что также свидетельствует в пользу его осведомленности о совершении сделки с намерением причинить вред кредиторам.

Суд первой инстанции в определении указал на то, что доказательств, подтверждающих соответствие рыночной стоимости объекта недвижимости цене, указанной в договоре, в материалы дела не представлено. В этой связи судом учтено представленное заявителем информационное письмо-справка ООО «1Капитал» о рыночной стоимости квартиры на 01.06.2016, где указана рыночная стоимость спорной квартиры на 01.06.2016 – 12 914 000 руб., а также представленное ответчиком заключение специалиста от 12.09.2020 ООО «Центр оценки и консалтинга СПб», где рыночная цена спорной квартиры указана на 11.05.2015 в размере 6 959 544 руб.

  Суд первой инстанции  критически отнесся к данным документам, посчитав, что  указанная в заключении специалиста ООО «Центр оценки и консалтинга СПб» стоимость существенно превышает кадастровую стоимость квартиры, причем причин, по которым произошло такое удорожание стоимости и ее отличие от кадастровой стоимости специалист ООО «Центр оценки и консалтинга СПб» не привел. К справке  ООО «1Капитал», как указал суд первой инстанции, не приложены документы, подтверждающие указанные в ней сведения о стоимости и характеристиках объектов-аналогов.

 С учетом того, что  стороны не представили суду пояснений о расхождении продажной стоимости объекта и его кадастровой стоимости, суд первой инстанции принял во внимание кадастровую стоимость квартиры, которая, по мнению суда, существенно превышает цену квартиры, указанную в оспариваемом договоре купли-продажи от 10.06.2016.

Суд в определении сослался на то, что на дату заключения спорного договора - 10.06.2016, у должника  имелась задолженность перед уполномоченным органом по оплате в бюджет обязательных платежей. 

Решением Дзержинского районного суда СПб от 05.02.2018 по делу №2а75/18 было оставлено в силе решение МИФНС № 11 по Санкт-Петербургу от 29.12.2016 о начислении Варенцову В.В. недоимки по налогам, а также пени и штрафы в размере 37 067 899,96 руб. Согласно тексту решения Дзержинского районного суда СПб от 05.02.2018 по делу №2а-75/18, данная задолженность по уплате обязательных платежей образовалась в 2013 – 2015 году. Данная задолженность не погашена в настоящее время, требование ФНС России в размере 37 067 899,96 руб. включено в реестр требований кредиторов должника в соответствии с определением Арбитражного суда от 14.11.2018 по спору № А56-39937/2018/тр4. 

Кроме того, как указал суд первой инстанции, в настоящее время в реестр требований кредиторов включена задолженность должника по договорам займа с Локай Н.В. – на сумму 22 000 000 руб., срок возврата займа – до 01.02.2016 и 28.05.2016; Зарецким А.А. – на сумму 12 150 000 руб., срок возврата займа – до 31.10.2014. 

Таким образом, как указал суд первой инстанции,  на дату совершения спорной сделки, у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами на сумму более 71 млн.руб., которые не исполнены до настоящего времени. 

Ответчик и кредитор Блохин Н.Л., возражая в этой части, настаивали на отсутствии у должника на дату совершения сделок признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, ссылаясь на наличие у должника на тот момент в собственности иного недвижимого имущества, а также ведение им роскошного образа жизни, осуществления значительных бытовых трат.

Суд первой инстанции. исходя из определения признака неплатежеспособности, посчитал, что в материалах дела отсутствуют безусловные доказательства того, что на 10.06.2016 (дата совершения сделки) у должника имелась реальная финансовая возможность уплаты кредиторам суммы 71 млн.руб. Само по себе наличие у должника имущества, без определения его реальной рыночной стоимости и возможности его реализации (с учетом обременений, ограничений), как указал суд первой инстанции, не свидетельствует о платежеспособности должника, в условиях, когда действует презумпция недостаточности денежных средств в качестве причины неисполнения обязательств.

 Представленные по запросам суда документы из государственных органов и организаций (выписки по счетам должника из банков, выписки из ЕГРП о правах должника на объекты недвижимости, сведения из органов ГИБДД о наличии транспортных средств), как посчитал суд первой инстанции,  не подтверждают доводы ответчика об очевидной платежеспособности должника на 10.06.2016.  Доводы ответчика и кредитора Блохина Н.Л. о том, что фактически задолженность перед кредиторами Локай Н.В. и Зарецким А.А. погашена должником, суд первой инстанции отклонил, указав на то, что  в настоящее время данная задолженность подтверждена вступившими в законную силу судебными актами, которые в установленном порядке не отменены.

При оценке обстоятельств того, должна ли и могла ли Ворошилова Е.А. знать о наличии у должника указанной задолженности, судом первой инстанции  принял во внимание то обстоятельство, что должником представлен в дело подлинник протокола о распределении объектов недвижимости от 12.10.2017, в котором участвовали Варенцов В.В., Васянов А.О., Тунин В.Н., Ворошилов А.К., Зарецкий А.А., Варенцов А.В., из которого, по мнению должника,  следует, что указанные лица составляют между собой фактически компанию (взаимосвязанных бизнес-партнеров), созданную для совместной деловой деятельности, из которого усматривается, что спорную квартиру по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 58, кв.16, - участники протокола расценивают как принадлежащую Ворошилову А.К., и участники решили перерегистрировать данную квартиру на имя Зарецкого А.А. 

В соответствии с частью 1 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются, в том числе, лица, которое является аффилированными лицами должника. Понятие аффилированных лиц раскрывается в статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», согласно которой аффилированные лица - это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что  представленные в дело доказательства и пояснения лиц, в том числе, должника и ответчика, свидетельствуют о фактической аффилированности должника и Ворошиловой Е.А. (через своего супруга Ворошилова А.К.), поскольку указанные лица были давно знакомы, вместе участвовали в деятельности, связанной с извлечением прибыли, организации гостиничного бизнеса. При этом, Зарецкий А.А. и Локай Н.В., перед которыми у должника имелся на дату совершения сделки просроченный долг, также входили в эту группу лиц. В связи с чем, суд первой инстанции посчитал, что ответчик является аффилированным с должником лицом и в силу взаимоотношений должника, Ворошилова А.К, и его супруги Ворошиловой Е.А., последняя не могла не знать о наличии задолженности  перед Зарецким А.А., Локаем Н.В., а также и о формировании обязательств перед бюджетом в виде неуплаты налогов, за которые позже ответчик был привлечен к административной ответственности решением МИФНС № 11 по Санкт-Петербургу от 29.12.2016. 

Вышеуказанные выводы послужили основанием для вывода суда первой инстанции относительно квалификации оспариваемой сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, признанием спорной сделки недействительной.

Кроме того, суд также согласился  с доводами финансового управляющего о ничтожности спорной сделки по признаку ее притворности.

 В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Таким образом, в обоснование мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо доказать, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки. 

Притворной является сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу указанной нормы права признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих ее сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. 

Таким образом, для признания сделки недействительной на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, либо совершали ее с целью прикрыть другую сделку. При этом обязательным условием признания сделки мнимой либо притворной является порочность воли каждой из ее сторон.

 В данном случае, как посчитал суд первой инстанции,  из материалов дела усматривается, что ответчик не имел намерений уплатить за объект недвижимости денежные средства, а должник не имел намерений их истребовать, имущество переоформлено на ответчика безвозмездно для достижения иных целей. В данном случае, как указал суд первой инстанции, доказательств оплаты за имущество в деле не имеется, должник утверждает, что денежные средства он не получал и изначально оплата по сделке не планировалась, никаких действий, направленных на истребование оплаты за объект недвижимости у ответчика должником не предпринималось.

 Таким образом, суд расценил реальное намерение сторон при заключении договора купли-продажи как выведение высоколиквидного актива должника в пользу аффилированного лица в преддверии банкротства. 

Оценивая доводы подателя апелляционной жалобы, возражения иных лиц, а также фактические обстоятельства и доказательства, имеющиеся в материалах обособленного спора, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как полагает апелляционный суд, указанную в оспариваемом договоре купли-продажи объекта недвижимости стоимость (7 000 000 руб.), исходя из имеющихся в деле материалов, нельзя признать в качестве стоимости, не отвечающим рыночным условиям. Как полагает апелляционный суд, наличие кадастровой стоимости объекта не предопределяет невозможность совершения соответствующей сделки на иных условиях, притом, что кадастровая стоимость объекта предназначена, в первую очередь, для целей налогообложения и данная стоимость сама по себе может не учитывать конкретные характеристики самого объекта, а также в полной мере не может учитывать спрос на объект на соответствующем рынке. Суд апелляционной инстанции отмечает, что в ходе рассмотрения обособленного спора со стороны ответчика были представлены сведения о том, что установленная в договоре стоимость, во-первых, соответствовала стоимости данного объекта по предшествующей и аналогичной  сделке купли-продажи, совершенной Варенцовым В.В. с Болдыревым В.А. 15.07.2015, условия которой никем не оспаривались, а во-вторых, ответчиком было представлено заключение специалиста (ООО «Центр оценки и консалтинга» Санкт-Петербурга от 12.09.2020), согласно которому рыночная стоимость объекта, исходя из произведенных в нем перепланировок и изменений, технического состояния,  составляет, с учетом применения ряда корректировок,  6 963 329 руб. по состоянию на 10.06.2016. Следует отметить, что информационное письмо - справка ООО «1Капитьал» относительно определения рыночной стоимости объекта в сумме 12 914 000 руб. формировалось на основе ее определения как помещения, представляющего собой порядка семи выделенных отдельных помещений, и, как следствие, имело место арифметическое сложение отдельно подобранных аналогов по отдельных жилым помещениям, при отсутствии документально подтвержденных сведений относительно законности проведенных в  помещении перепланировок и правомерности расчета стоимости предложенным способом. Как полагает апелляционный суд, подобный расчет стоимости жилого помещения представляется недостаточно обоснованным, тогда как в суде первой инстанции не было заявлено ходатайств о необходимости проведения судебной экспертизы. Отчет, представленный со стороны Ворошиловой Е.А., оспорен в установленном порядке не был, выводы, содержащиеся в отчете, не опровергнуты, тогда как вывод суда первой инстанции о существенном занижении рыночной стоимости, со ссылкой на трехкратное расхождение данной стоимости с кадастровой стоимостью объекта, апелляционный суд не может в полной мере признать обоснованным. В том случае, если суд полагал необходимым установить явное несоответствие стоимости  отчуждаемого по спорной сделке объекта его рыночной стоимости, исходя из особенностей его использования, осуществленных перепланировок, то, как полагает апелляционный суд, суд первой инстанции был вправе поставить перед участвующими в деле лицами вопрос о возможности проведения судебной экспертизы. Между тем, ни финансовый управляющий должника, ни непосредственно должник, ни иные заинтересованные лица не инициировали перед судом вопрос о необходимости проведения судебной экспертизы на предмет установления рыночной стоимости объекта, притом, что Варенцов В.В. в своих доводах и возражениях также не ссылался на явное несоответствие указанной стоимости рыночной стоимости объекта.    

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции полагает ошибочным вывод суда первой инстанции  в части явного несоответствия стоимости объекта его рыночной стоимости на момент совершения оспариваемой сделки.

Оценивая доводы участвующих в деле лиц и выводы суда первой инстанции относительно доказательств фактической оплаты со стороны Ворошиловой Е.А. денежных средств Варенцову В.В. по оспариваемой сделке, так и платежеспособность ответчика, суд апелляционной инстанции исходит из того, что при совершении сделки физическими лицами (должником и ответчиком), формировании ее условий, последующей регистрации в Росреестре, указанные лица исходили из того, что договор в части оплаты покупателем денежных средств был  исполнен до подписания договора, что предполагало возможность учета условий договора в качестве одного из доказательств реальности исполнения обязательства со стороны ответчика, как покупателя. Кроме того, со стороны ответчика дополнительно были представлены доказательства в форме копий документов, указывающих на заключение договора займа от 11.05.2015, на составление расписки от 11.05.2015, акта о возврате денежных средств от 11.07.2016, наряду с указанием на ранее изложенную должником позицию при рассмотрении административного дела в Дзержинском районном суде Санкт-Петербурга относительно процедуры приобретения жилого помещения и порядка осуществления расчетов. Следует отметить, что судом первой инстанции было отклонено заявление должника относительно возможной фальсификации вышеуказанных документов и в данной части судебный акт ни должником, ни иными лицами не оспаривался, тогда как наличие вышеназванных документов, в том числе в виде копий документов, само по себе не лишает их силы  доказательств. Доводы должника относительно неподписания им вышеназванных документов, наряду с доводами относительно процедуры переоформления права собственности на оспариваемое жилое помещение на безвозмездных началах  на Ворошилову Е.А. как на супругу бизнес-партнера Ворошилова А.К., как полагает апелляционный суд, не нашли должного подтверждения и к данным доводам апелляционный суд полагает необходимым отнестись критически. Как полагает апелляционный суд, отсутствие подлинников договора займа и расписки, при наличии их копий, не признанных фальсифицированными, в совокупности с условиями самого договора купли-продажи между должником и ответчиком, при наличии сведений о государственной регистрации указанного договора, исходя из придания публичности соответствующим условиям, а также с учетом материалов административного дела №2а-75/18, рассмотренного Дзержинским районным судом Санкт-Петербурга, имеющихся в нем объяснений самого должника, имеются основания для постановки вывода о том, что Варенцов В.В. получил соответствующие денежные средства от Ворошиловой Е.А. при совершении спорной сделки. Как полагает апелляционный суд, именно должник в настоящее время посредством оспаривания условий совершенных ранее с его участием сделок и доведения данной информации до финансового управляющего, инициировавшего оспаривание в деле о банкротстве, по существу злоупотребляет своими правами, используя процедуру банкротства для целей оспаривания соответствующих обязательств, по которым он получал встречное удовлетворение, с целью возврата имущества, приобретенного по согласованной с должником возмездной сделке купли-продажи.  Указание должника на дачу несоответствующих и недостоверных (по сути ложных)  пояснений при рассмотрении дела в Дзержинском районном суде, как полагает апелляционный суд, не может учитываться при рассмотрении отдельных обособленных споров в деле о его банкротстве.

Кроме того, как полагает апелляционный суд, со стороны Ворошиловой Е.А. допустимыми и относимыми сведениями и доказательствами подтверждена ее платежеспособность при совершении спорной сделки с должником, с учетом того, что Ворошилова Е.А. имела возможность использовать денежные средства. и активы, находящиеся в общей совместной собственности супругов Ворошиловых Е.А. и А.К. В этой связи представление со стороны ответчика сведений об объеме получаемых супругом доходов, в том числе и законно декларируемых, наряду с информацией о заключенных договорах, доходы от которых также являлись совместной собственностью супругов Ворошиловых, указывает на то, что Ворошилова Е.А. могла реально обладать денежными средствами, в том числе и для единовременного исполнения обязательств по оплате 7 000 000 руб. Варенцову В.В. в момент заключения оспариваемого договора. В свою очередь, получение семьей Ворошиловых доходов за период с 2008 по 2015 г.г., как и публичное декларирование соответствующего объема доходов в декабре 2016 года (доход на указанную дату составлял более 17 млн. руб.), как полагает апелляционный суд, может свидетельствовать о легальных источниках доходов, за счет которых Ворошилова Е.А. имела финансовые возможности исполнить обязательства по уплате денежных средств по оспариваемой сделке. Суд апелляционной инстанции исходит из того, что  в рассматриваемой ситуации требовать от ответчика подтверждения факта хранения соответствующих денежных средств на счетах либо в ячейке, и их аккумулирования на момент совершения сделки представляется чрезмерным, как и доводы относительно того, что со стороны Ворошилова А.К. представляются сходные документы в обоснование платежеспособности в иных обособленных спорах. Следует отметить, что Ворошилов А.К. осуществлял  операции по снятию со своих расчетных счетов денежных средств в период, предшествующий сделке, тогда как в случае критичного отношения к совершаемым операциям и доводам ответчика суд первой инстанции был вправе запросить дополнительные сведения как у ответчика, так и непосредственно у Ворошилова А.К. Следует также отметить, что ни финансовый управляющий, ни должник, ни иные лица не ставили под сомнение платежеспособность супруга ответчика, как и возможность указанного лица передать необходимую денежную сумму для осуществления  расчетов Ворошиловой Е.В. по спорной сделке. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции полагает, что вывод суда первой инстанции в части невозможности осуществления Ворошиловой Е.А. расчетов по сделке вследствие не подтверждения платежеспособности, как и вывод об отсутствии достаточных сведений в части подтверждения порядка и факта расчетов представляется ошибочным и подлежащим отклонению.   

По вопросу оценки выводов суда первой инстанции в части неплатежеспособности должника и недостаточности имущества апелляционный суд отмечает, что по существу на момент совершения оспариваемой сделки Варенцов В.В. признаками недостаточности имущества для осуществления расчетов с потенциальными кредиторами не обладал, поскольку владел на праве собственности значительным объемом ликвидного имущества (земельным участком, жилыми и нежилыми помещениями, транспортными средствами), стоимость которых по состоянию на апрель 2016 года превышала сумму 94 млн.руб., исходя из кадастровой и рыночной стоимости соответствующего имущества. Кроме того, Варенцову В.В. в период совершения оспариваемой сделки также принадлежали доли в уставном капитале ряда юридических лиц, при наличии у данных лиц активов, включая активы, основанные на праве долгосрочной аренды коммерческих нежилых помещений, расположенных в г.Санкт-Петербурге. Ведение должником, как полагал ответчик, и на момент совершения спорной сделки, и в настоящее время роскошного образа жизни, предполагающего несение соответствующих затрат и расходов, свидетельствует об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

 Между тем, как полагает апелляционный суд, сам по себе признак неплатежеспособности, установленный статьей 2 Закона о банкротстве, предполагает прекращение должником исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, пока не доказано иное. В этой связи вывод суда первой инстанции, исходя из установления ряда фактических обстоятельств, указывающих на период возникновения у должника задолженности по обязательным платежам, а также период возникновения у должника задолженности перед рядом кредиторов по гражданско-правовым сделкам, относительно наличия у Варенцова В.В. признаков неплатежеспособности формально представляется правильным. Соответственно, вопросы достаточности у должника имущества и активов, которые могли быть использованы должником для погашения задолженности, могли быть предметом рассмотрения суда на стадии введения в отношении должника процедуры банкротства, а также могут быть учтены при формировании конкурсной массы должника, с последующим осуществлением мероприятий по инвентаризации имущества, его оценке и продаже в установленном Законом о банкротстве порядке.                        

Оценивая доводы управляющего, иных лиц, возражения ответчика и выводы суда в части установления факта заинтересованности Ворошиловой Е.А. по отношению к должнику, о направленности спорной сделки на причинение вреда и на ее притворный характер, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Оспариваемая сделка совершена в пределах трехлетнего срока до возбуждения дела о банкротстве Варенцова В.В., при этом, с учетом вышеизложенных выводов апелляционного суда, данная сделка не свидетельствует о том, что ее совершение обусловлено целями причинения вреда кредиторам должника, при отсутствии совокупности признаков и условий, свидетельствующих о ничтожном характере ее совершения. Как полагает апелляционный суд, достаточных оснований для постановки вывода о том, что Ворошилову Е.А. надлежит относить к кругу аффилированных по отношению к должнику лиц, в силу того, что она является супругой Ворошилова А.К., который, в свою очередь, являлся бизнес-партнером должника и его давним знакомым, не имеется. Непосредственной аффилированности должника и ответчика, как и должника с супругом ответчика, применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве не имеется, тогда как выявленная судом первой инстанции фактическая аффилированность между должником и супругом ответчика  посредством оценки только пояснений должника и содержания протокола от 12.07.2017, представленного также должником, как полагает апелляционный суд, не свидетельствует о порочности самой сделки и не подтверждает факт ее безвозмездного совершения. Апелляционный суд исходит из того, что документально подтвержденных сведений о том, что спорная сделка была направлена на реализацию совместного бизнес-проекта должника с непосредственным участием Ворошилова А.К. и его супруги, в материалах обособленного спора не имеется, как и не имеется сведений о том, что доходы от использования соответствующего помещения (помещений), применительно к их использованию под размещение мини-отеля, использовались для распределения непосредственно между должником и иными лицами для извлечения прибыли в интересах группы лиц, в которую входили должник и супруги Ворошиловы. Длительное знакомство должника с Ворошиловым А.К. сам по себе вывод о признаке  фактической заинтересованности хотя и может подтверждать, однако как полагает апелляционный суд, не является достаточным фактом, доказывающим цель причинения вреда и притворный характер самой сделки. Ссылки должника и выводы суда первой инстанции на протокол от 12.10.2017, как на подтверждение реализованного бизнес-проекта и в качестве основания участия в данном проекте Ворошилова А.К., как полагает апелляционный суд, также представляются недостаточными, поскольку данный протокол, применительно к его содержанию, указывает на потенциальное наличие  намерений совершения рядом лиц в 2017 году  определенных действий, однако не свидетельствует об их фактической реализации и не разрешает вопросы законного владения, пользования и распоряжения соответствующими объектами. Доводы должника о формальном переоформлении квартиры по ул.Садовой, 58-16 в 2016 году на Ворошилову Е.А. не нашли должного подтверждения, при отсутствии достаточных оснований полагать, что Ворошилова Е.А. при совершении спорной сделки знала либо должна была знать о неисполненных обязательствах должника, существующих на момент совершения сделки, при доказанности обстоятельств, указывающих на достаточность имущества и активов у Варенцова В.В.,  и отсутствии вступивших в силу  судебных актов о взыскании каких-либо сумм с должника по иным обязательствам, о которых должно было быть известно Ворошиловой Е.А. 

  Как полагает апелляционный суд, оспариваемая сделка носила реальный характер, исполнение сделки должником признавалось, в том числе посредством ее подписания и регистрации, наряду с фактическим составлением и подписанием иных документов, указывающих на порядок оплаты, при отсутствии со стороны должника к ответчику, вплоть до инициации должником процедуры собственного банкротства, имущественных притязаний по взысканию денежных средств в том случае, если должник, будучи продавцом, полагал сделку безденежной. Следует отметить, что рамках настоящего обособленного спора Ворошилов А.К. к участию в деле не привлекался, тогда как оценка соответствующих отношений между указанным лицом и должником была дана судом первой инстанции на основе пояснений самого должника, при отсутствии в материалах обособленного спора объема доказательств, подтверждающих с надлежащей достоверностью наличие между должником и указанным лицом правоотношений, обусловленных совершением оспариваемой сделки, как формы  реализации совместного бизнес-проекта, имеющего в своей основе безденежный характер ее совершения и направленный на причинение вреда кредиторам должника. Достаточных оснований полагать, что совершение сделки имело своей целью вывод ликвидного актива в преддверии банкротства должника, апелляционный суд, исходя из оценки соответствующих обстоятельств, не установил.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены определения суда первой инстанции, с принятием апелляционным судом иного судебного акта об отказе в удовлетворении заявления.                       

Расходы по уплате государственной пошлины по заявлению и  апелляционной жалобе в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ возлагаются на должника.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 01.12.2020 по делу №  А56-39937/2018/сд.3 отменить.

Принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с Варенцова В.В. в пользу Ворошиловой Е.А. 3000 руб. в счет возмещения расходов по апелляционной жалобе.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Ю. Тойвонен

Судьи

 

И.Н. Бармина

 Н.А. Морозова