ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 

<

***>

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-14687/2019

г. Киров

23 июня 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 июня 2025 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Калининой А.С.,

судейХорошевой Е.Н., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Половниковой Е.А.,

без участия в судебном заседании представителей,

рассмотрев в судебном заседании по правилам, установленным для арбитражного суда первой инстанции, 

заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» ФИО1

о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5

к субсидиарной ответственности в солидарном порядке в сумме 28 237 749,84 руб. и взыскании с них в солидарном порядке в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 28 237 749,84 руб.

по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» 

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО6, ФИО7, ФИО8

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» (далее ‒ должник, ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг») конкурсный управляющий ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» ФИО1 (далее ‒ заявитель, конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о привлечении ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО5 (далее – ответчик, ФИО5) к субсидиарной ответственности.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, ФИО7.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 17.08.2024 с ФИО5 в пользу ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» взысканы убытки в сумме 8 960 814 рублей, в удовлетворении остальной части требований заявителя отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО5 обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит оспариваемое определение в части взыскания с него убытков отменить.

В обоснование жалобы ФИО5 указывает, что задолженность, включенная в реестр, противопоставляемая ответчику, возникла задолго до назначения ФИО5 на должность руководителя должника. Кредитные договоры, из которых возникла задолженность, со стороны должника ФИО5 не подписывались. Все кредитные обязательства перед ПАО Банк «ВВБ» возникли до назначения ФИО5 на должность генерального директора должника. Как отмечает ответчик, сведения о контроле ФИО8 над должником представлены суду ФИО5, который фактически участником и директором должника выступал номинально и фактически выполнял указания ФИО8, который сопровождал его при поездке в банк и получил от него флеш-карту с электронной подписью для допуска к системе «Клиент-банк» для управления расчетным счетом должника. ФИО8 являлся руководителем по работе с непрофильными активами ПАО Банк «ВВБ». Данный факт подтвердили свидетели ФИО9 допрошенный в судебном заседании 04 октября 2023 года, и ФИО10, допрошенный в судебном заседании 01 августа 2023 года. ФИО5 в жалобе настаивает на аффилированности конкурсного управляющего должника ФИО1 к бенефициарам Банка через ФИО8 (финансовый управляющий в деле о банкротстве самого ФИО8, по инициативе ФИО8 назначался в процедурах банкротства АО «Ярославский ликеро-водочный завод», АО УК «Развитие бизнеса»). Конкурсный управляющий, аффилированный с должником, в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности указал не всех контролировавших лиц, подлежащих привлечению к ответственности, нарушив права кредиторов на погашение реестра требований кредиторов. Конкурсным управляющим должника ФИО1 нарушена обязанность по привлечению контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности и не заявлены требования к ФИО11, ФИО8. ФИО12 По мнению ответчика, банкротство в отношении должника ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» было введено на основании сфальсифицированного ФИО8 решения третейского суда. ФИО1 в нарушении указанного положения требование ООО «УК «Сфера» не проверил. Более того, из открытых источников (http://kad.arbitr.ru/) усматривается, что ООО «УК «Сфера» использовалось в схемных операциях по формированию мнимой задолженности третьих лиц перед ООО «УК «Сфера». В действительности споры между указанными копаниями и ООО «Сфера» в Хельсинском международном коммерческом арбитраже (ХМКАС) не рассматривались, подпись арбитров на решениях третейского суда сфальсифицированы, никаких заседаний в реальности в третейских судах не проводились, представители не участвовали, третейские сборы не оплачивались.

В апелляционной жалобе ФИО5 обращает внимание на то, что факт заключения и подписания ФИО5 договоров поставки на общую сумму перечислений в счет оплаты по договорам 8 960 814 рублей заявителем не доказан. ФИО5 никаких договоров поставки не заключал, банковским счетом не управлял. Конкурсным управляющим не представлены договоры (ни в оригиналах, ни в копиях) с ООО «Корона-М», ООО «Азалия», ООО «Фронда», ООО «Артхустальный», ООО «Сигма», ООО «Ермак-М» на общую сумму 8 960 814 рублей. При таких обстоятельствах, действия ФИО5 вопреки утверждениям конкурсного управляющего должника не могли привести необоснованному списанию денежных средств. В жалобе ФИО5, настаивая на своем номинальном статусе, указывает на раскрытие им фактического руководства деятельностью должника со стороны бенефициаров ПАО Банк «ВВБ» и наличии оснований для уменьшения размера его ответственности.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 16.10.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 17.10.2024.

Конкурсный управляющий в отзыве на жалобу отмечает, что обоснованность требований кредитора проверяется судом, который вводит процедуру банкротства должника, а также включает требование в реестр требований кредиторов определениями суда. Заявитель жалобы, как бывший генеральный директор и участник общества обязан был явиться в судебное заседание и заявить свои возражения на поданное заявление кредитора. Однако, он этого не сделал. На основании имеющихся у конкурсного управляющего документов, фактов, определяется круг лиц, которые по мнению конкурсного управляющего могут быть привлечены к субсидиарной ответственности. Указанные в жалобе лица, не имеют отношения к должнику, в связи с чем, у конкурсного управляющего отсутствует основание для привлечения их к субсидиарной ответственности. Участие ФИО13 в судебных заседаниях по оспариванию сделок должника, как представителя конкурсного управляющего было обусловлено тем, что ликвидатор владела большей информацией по сделкам должника, у конкурсного управляющего отсутствует юридическое образование. Закон о несостоятельности (банкротстве) не содержит запрета на участие в судебных заседаниях представителя конкурсного управляющего.

Из отзыва конкурсного управляющего от 17.01.2025 следует, что им не установлены основания для того, чтобы считать ФИО5 номинальным руководителем должника. Согласно ответу от 19.01.2023 исх. №П-11-0032/2023, письму от 04.07.2023 №ЗС-05.1-000021/2023, поступивших от ООО ИКБР «Яринтербанк», банк полностью подтвердил, что именно ФИО5 был в банке, представил свои полномочия, расписывался в договоре банковского счета от 10.04.2018, проставлял подпись на банковской карточке, более того получил ЭЦП по системе «Банк-Клиент», расписался в правилах безопасности хранения и использования ключей ЭП, а также, согласно запросу конкурсного управляющего, банк сообщил о том, что генеральный директор ФИО5 либо иное лицо по доверенности за период с 10.04.2018 по 14.02.2020 не отзывали и не заявляли о порче, ЭЦП по системе «Банк-Клиент», дубликат ЭЦП не выдавался. Более того, конкурсным управляющим была запрошена информация в налоговом органе в отношении ФИО5, согласно ответу МИФНС № 11 по Московской области от 19.06.2023 исх. № 12-17/13072дсп следует, что у ФИО5 имеется в собственности: гараж, земельный участок, транспортные средства (марки Мерседес-бенц). Кроме того, ФИО5 являлся и является руководителем (учредителем); ряда организаций. С 2009 года по настоящее время ФИО5 является руководителем (учредителем) в таких организациях как: ООО «Гостиница «Арт-отель» (2009-2018), ООО «Дорисс-Восток» (с 2016 по настоящее время), ООО Ж «ЯрТехЛизинг» (2018 по настоящее время), ООО «Перспектива» (2011-2019), ООО «Сахаинвестгрупп» (2016-2020), ООО «Северный Альянс» (с 2018 по настоящее время), ООО «Стройпроект» (2011-2018), ООО «Управление гостиничным хозяйством» (с 2014 по настоящее время) (согласно ответу МИФНС № 11 по МО от 19.06.2023). Соответственно, конкурсный управляющий считает доказанным доводы, указанные в заявлении о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, касаемо ФИО5 солидарно с остальными контролирующими должника лицами.

Протокольными определениями Второго арбитражного апелляционного суда от 20.11.2024, 26.12.2024 рассмотрение жалобы откладывалось до 26.12.2024 и 30.01.2025 соответственно.

Определением Второго арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 в связи с нахождением в отпуске судьи Хорошевой Е.Н. в составе суда произведена её замена на судью Шаклеину Е.В., рассмотрение жалобы начато сначала.

Определением от 30.01.2025 Второй арбитражный апелляционный суд, установив, что суд первой инстанции пришел к выводу, что доводы о номинальном характере руководства ответчика не опровергают факта перечисления денежных средств по недействительным сделкам, счел, что судебный акт затрагивает права и обязанности лица, не привлеченного к участию в деле и указанного ФИО5 в качестве реального руководителя должника, в связи с чем перешел к рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по правилам, установленным для арбитражного суда первой инстанции, привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8.

В дополнениях от 20.02.2025 конкурсный управляющий сослался на то, что в уточнении своих исковых требований от 09 ноября 2023 года указал на мнимые сделки, исполненные ФИО5, по которым были перечислены денежные средства в сумме 8 960 814,00 руб. на счета третьих лиц, являющихся организациями-однодневками. Спорные сделки были совершены после возникновения просроченной задолженности перед мажоритарным кредитором ПАО Банк «ВВБ». Таком образом, вместо погашения задолженности ПАО Банк «ВВБ» и иных кредиторов денежные средства перечислялись организациям, перед которыми задолженности не было, то есть совершались действия по безвозмездному выводу активов. Конкурсный управляющий доказал, что в результате перечисления денежных средств в сумме 8 960 814,00 должник лишился актива на указанную сумму, которая могла быть направлена на погашение обязательств перед кредиторами. Конкурсный управляющий предоставил документы, свидетельствующие о том, что ФИО5 лично подписывал договор банковского счета и договоры купли-продажи с лизингополучателями. Судебная экспертиза подтвердила подлинность его подписи на указанных документах. Яринтербанк подтвердил, что ФИО5 лично совершал действия по открытию счета и получению идентификатора удаленного доступа (ключа) к расчетному счету. Конкурсный управляющий не располагает документами, которые могли бы подтвердить показания ФИО5 о том, что в качестве директора должника он выполнял чьи-либо указания или действовал под влиянием угроз или обмана. 

ФИО8 в отзыве отразил, что не знаком с ответчиком ФИО5, не встречался и не общался с ним лично. Также не ездил с ним куда-либо, не посещал офисы банков или нотариальных контор. ФИО8 не давал ему никаких распоряжений о деятельности каких-либо предприятий, учреждений, организаций. ФИО8 был принят на работу в ООО «Сфера» с июня 2017 по март 2018 года. ООО «Сфера» оказывало юридические услуги, не обладало никакими активами и не участвовало в чьем-либо уставном капитале. За время работы в ООО «Сфера» ФИО8 никому не давал каких-либо обязательных указаний, связанных с деятельностью предприятий – клиентов. Между ООО «Сфера» и ПАО Банк «ВВБ» был заключен агентский договор, согласно условиям которого ООО «Сфера» обязалось принять все возможные законные меры для реализации имущества ПАО Банк «ВВБ». В марте 2018 года ФИО8 прекратил трудовые отношения с этой фирмой по собственному желанию. Согласно записям в ЕГРЮЛ с 27 марта 2018 года директором ООО «Сфера» являлся ФИО7, а единственным участником с 22.03.2018 являлось ООО «ГОСТИНИЦА «АРТ-ОТЕЛЬ» ОГРН 

<

***>, единственным участником которой является ФИО9. Данные факты подтверждают, что единственным конечным бенефициаром ООО «Сфера» с марта 2018 года являлся ФИО9 Никаких юридически значимых действий от имени ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» ФИО8 не совершал. По поводу деятельности ФИО5 в качестве директора ООО «Яртехлизинг» ничего не известно. В Хельсинском третейском суде никогда не был.

Определением Второго арбитражного апелляционного суда от 04.03.2025 в связи с нахождением в отпуске судьи Шаклеиной Е.В. в составе суда произведена её замена на судью Кормщикову Н.А., рассмотрение дела начато сначала.

Определениями суда рассмотрение дела откладывалось до 16.04.2025, 22.05.2025, 23.06.2025 на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 15.04.2025 в составе суда произведена замена судьи Дьяконовой Т.М. на судью Кормщикову Н.А. на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

ФИО2 в дополнении указал, что в материалах дела имеются доказательства отсутствия возможности распоряжения счетом должника у ФИО3 вплоть до 24.06.2021.

Определением от 20.06.2025 в составе суда произведена замена судьи Кормщиковой Н.А. на судью Хорошеву Е.Н. на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем рассмотрение дела начато сначала.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.  

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее ‒ АПК РФ) РФ дело рассматривается в отсутствие представителей неявившихся лиц.

Как следует из материалов дела, ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» было создано 27.05.2013. Основным видом деятельности должника является деятельность по финансовой аренде (лизингу/сублизингу); дополнительным ‒ деятельность по предоставлению займов промышленности.

ООО «Управляющая компания «Сфера» обратилось Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» как ликвидируемого должника.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 08.10.2019 (резолютивная часть от 02.10.2019) ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» признано несостоятельным (банкротом) как ликвидируемый должник, введена процедура конкурсного производства.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 08.10.2019 (резолютивная часть от 02.10.2019) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1.

Согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 13.11.2024 имущество, подлежащее включению в конкурсную массу должника, выявлено не было.

Реестр требований кредиторов сформирован на сумму 27 486 129 рублей, погашения задолженности перед конкурсными кредиторами не производилось.

Размер непогашенных текущих обязательств на дату составления отчету управляющего составлял 1 703 885 рублей.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Исследовав материалы дела, изучив доводы сторон, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ‒ Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с приведенными в пунктах 1, 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее ‒ Постановление №53) разъяснениями, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в рамках которых суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда (утвержденный Президиумом ВС РФ 20.12.2016 Обзор судебной практики ВС РФ №4 (2016)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФИО4 являлся директором должника в период с 14.05.2014 по 15.11.2017 (согласно решению участника), сведения о прекращении полномочий внесены в ЕГРЮЛ 08.12.2017.

ФИО2 являлся единственным участником должника в период с 07.11.2017 по 21.02.2018.

ФИО3 являлась руководителем должника в период с 15.11.2017 (с 08.12.2017 по ЕГРЮЛ) по 21.02.2018.

ФИО5 являлся руководителем должника в период с 21.02.2018 по 02.11.2018, является единственным участником должника с 21.02.2018 по настоящее время.

Следовательно, применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО4, ФИО2, ФИО3, ФИО5 следует признать контролирующими должника лицами в соответствующие периоды.

Конкурсным управляющим в рамках настоящего обособленного спора приведено несколько оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. 

1. По основанию нарушения срока на подачу заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 названной статьи).

При неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 упомянутой статьи бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Размер ответственности в соответствии с положениями статьи 61.12 Закона о банкротстве равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В силу пункта 9 Постановления № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, при разрешении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности. Этот момент определяется тем, когда разумный и добросовестный руководитель, оказавшийся в той же ситуации, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

В силу вышеуказанных положений лицо, настаивающее на привлечении к субсидиарной ответственности, должно доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

По названному основанию конкурсным управляющим предъявлены требования к ФИО2, ФИО3, ФИО5

Возникновение признаков объективного банкротства конкурсный управляющий связывает с прекращением исполнения ООО «ЛК «Яртехлизинг» кредитных обязательств перед Банком ВВБ.

Последние платежи по кредитам осуществлены должником в декабре 2017 года.

Таким образом, конкурсный управляющий считает, что с 01.01.2018 ФИО3 и ФИО2 должна была быть очевидна неплатежеспособность должника и с указанной даты необходимо исчислять установленные статьей 9 Закона о банкротстве сроки.

Для ФИО5 конкурсный управляющий исчисляет данный срок с 21.02.2018 и обязанность должна была быть исполнена до 21.03.2018.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ярославской области от 08.10.2019 по делу №А82-14687/2019 в реестр требований кредиторов должника включена задолженность перед ООО «УК «Сфера» в размере 500 000 рублей.

Данная задолженность возникла на основании договора возмездного оказания услуг от 01.10.2017.

Согласно пункту 4.3 названного договора заказчик производит оплату услуг исполнителя в течение пяти дней после подписания сторонами акта сдачи-приема оказанных услуг.

Исходя из даты подписания имеющихся в материалах дела актов, на 01.01.2018 размер непогашенной в срок задолженности составлял 400 000 рублей, на 21.02.2018 ‒ 400 000 рублей.

Также определением Арбитражного суда Ярославской области от 09.10.2020 по делу № А82-14687/2019 в реестр требований кредиторов должника включена задолженность перед ПАО Банк «ВВБ» в размере 26 563 133 рубля 46 копеек, возникшая из 19 кредитных договоров, заключенных должником в период с 20.07.2015 по 22.03.2017.

Согласно графикам погашения задолженности совокупно платеж по приведенным кредитным договорам в январе 2018 года составлял порядка 1,1 млн. рублей.

Как отмечалось ранее, основным видом деятельности должника является деятельность по финансовой аренде (лизингу/сублизингу).

Из материалов дела следует, что погашение задолженности по кредитам предполагалось за счет поступления лизинговых платежей.

Из выписки по счету должника в ИКБР «Яринтербанк» № 4070***0049 усматривается, что ООО «ЛК «Яртехлизинг» поступали лизинговые платежи от контрагентов.

Так за апрель 2018 года на счет должника поступили денежные средства в сумме 4 729 819 рублей; за май 2018 года ‒ 1 444 039 рублей; за июнь 2018 года ‒ 2 413 615 рублей; за июль 2018 года ‒ 1 896 035 рублей; за август 2018 года ‒ 1 144 152 рубля.

Таким образом, исходя из объема поступавших на счет должника денежных средств, оснований считать, что для ФИО2, ФИО3 по состоянию на 01.01.2018, для ФИО5 по состоянию на 21.02.2018 конкурсным управляющим с необходимой очевидностью не доказано наличие признаков объективного банкротства у должника на указанные им даты.

Как уже отмечал суд, размер ответственности в соответствии с положениями статьи 61.12 Закона о банкротстве равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что после установленных конкурсным управляющим дат у должника возникли обязательства перед уполномоченным органом в размере 6 900 рублей (определение Арбитражного суда Ярославской области от 05.06.2020) и задолженность по оплате тепловой энергии за январь-май 2018 года, сентябрь 2018 года – январь 2019 года перед ПАО «ТГК № 2» в размере 394 095 рублей 04 копейки (определение Арбитражного суда Ярославской области от 20.03.2020).

Исходя из природы возникновения обязательств перед названными кредиторами, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания считать, что более ранее обращение с заявлением о признании ООО «ЛК «Яртехлизинг» банкротом позволило бы избежать их возникновения.

Иных дат, с которыми закон связывает возникновение предусмотренной пунктами 1 и 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве обязанности, лицами, участвующими в деле не заявлено.

Проанализировав приведенные выше обстоятельства в их совокупности, судом апелляционной инстанции не установлено оснований для привлечения ФИО2, ФИО3 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по вменяемому основанию.

2. Не передача документации должника.

На основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротства, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 указанной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное требование в числе прочего обусловлено тем, что в случае отсутствия необходимых документов бухгалтерского учета конкурсный управляющий не может иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Согласно разъяснениям абзаца шестого пункта 24 постановления № 53) под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась (абзац пятый пункта 24 постановления № 53).

Непредставление бывшим руководителем должника конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности само по себе не образует состав правонарушения, предусмотренного подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Из разъяснений пункта 2 постановления№ 53 следует, что при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Таким образом, при привлечении к субсидиарной ответственности необходимо установить вину бывшего руководителя должника и наличие причинно-следственной связи между фактом неисполнения им обязанности по передаче документации и затрудненностью формирования и реализации конкурсной массы.

Согласно пункту 10 статьи 61.11. Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Требования по приведенному основанию также предъявлены конкурсным управляющим к ФИО2, ФИО3, ФИО5

Как установлено судом, до ФИО2 учредителем должника являлась ФИО14

В материалы дела представлены акта приема-передачи от 09.11.2017, 14.11.2017, 27.10.2017, согласно которым в связи с продажей доли в уставном капитале ФИО14 передала ФИО7, действующему на основании доверенности от имени ФИО2, документацию должника.

ФИО2, в свою очередь, настаивает на том, что спорные документы ему ФИО7 фактически переданы не были.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 04.10.2023 ФИО7 привлечен к участию в обособленном споре в качестве третьего лица.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В случае непредставления стороной доказательств, необходимых для правильного рассмотрения спора, в том числе если предложение об их представлении было указано в определении суда, арбитражный суд рассматривает дело по имеющимся в материалах дела доказательствам с учетом установленного частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации распределения бремени доказывания (часть 1 статьи 165 АПК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в ряде определений Верховного Суда Российской Федерации, доказывание отрицательных фактов в большинстве случаев либо невозможно, так как несостоявшиеся события и деяния не оставляют следов, либо крайне затруднительно (определение Верховного Суда РФ от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470); бремя доказывания отрицательного факта недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения (Определение Верховного Суда РФ от 28.02.2018 № 308-ЭС17-12100).

В данном случае, принимая невозможность для ФИО2 доказывания факта не передачи ему ФИО7 документации должника, процессуальное поведение ФИО7, не возражавшего против доводов ФИО2, суд апелляционной инстанции считает факт отсутствия у ФИО2 документации не опровергнутым.

Таким образом, ФИО2 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу руководителям должника документов, которые у него фактически отсутствовали.

Аналогично отсутствуют доказательства наличия данных документов у ФИО3 и ФИО5

Как следует из материалов дела, ранее уже конкурсный управляющий обращался в арбитражный суд с заявлением об обязании органов управления должника ООО «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» в лице бывшего генерального директора ФИО5 передать конкурсному управляющему ФИО1 в трехдневный срок следующие документы: сведения о дебиторах и кредиторах должника; копии кадровой документации; сведения о составе имущества должника; сведения о лизингополучателях.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 18.03.2022 по делу № А14687/2019 в удовлетворении заявления отказано.

В названном судебном акте отражено следующее.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлены акты приема-передачи от 25.10.2018, согласно которым ликвидатор ФИО13 передала, а конкурсный управляющий ФИО1 принял документы.

Так, по утверждению конкурсного управляющего, ФИО5 исполнял обязанности руководителя должника в период с 21.02.2018 по 02.11.2018. При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства, что при вступлении в должность ФИО5 прежним руководителем должника были переданы документы, относящиеся к хозяйственной деятельности Общества, наличие какой-либо документации в распоряжении ФИО5

ФИО13 в пояснениях, данных в ходе судебных заседаний, сообщила суду о том, что при назначении ее ликвидатором Общества в ее адрес почтовым отправлением от неизвестного лица поступили документы Общества.

Конкурсный управляющий в своих пояснениях от 24.02.2022 также указывает на то, что при смене руководителей произошла утрата документации должника. Полагает, что у ФИО5 истребуемые документы отсутствуют.

Кроме того, в материалы дела о банкротстве кредитором публичным акционерным обществом Банк «ВВБ» представлены договоры лизинга, содержащие сведения о лизингополучателях и предметах лизинга. Сведения о составе имущества должника могут быть запрошены конкурсным управляющим самостоятельно в регистрирующих органах.

Указанные обстоятельства послужили основанием для отказа судом в определении от 18.03.2022 конкурсному управляющему в удовлетворении заявления об истребовании документации.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности за не передачу документов может быть лишь отсутствие документов, наличие которых способствовало бы формированию конкурсной массы должника.

Конкурсный управляющий не указывает, отсутствие какой именно документации, в том числе сформированной уже при ФИО2, ФИО3 и ФИО5, создало препятствия для осуществления процедуры банкротства ООО «ЛК «Яртехлизинг» и позволило бы пополнить конкурсную массу.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не установил оснований для привлечения ФИО2, ФИО3 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за не передачу документации.

3. Совершение сделок, нанесших существенный вред имущественным правам кредиторов.

На основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 23 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

3.1. Договор купли-продажи № 14-10/2017 от 14.10.2017.

Как следует из материалов дела, 14.10.2017 между ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» (продавец) и ФИО4 (покупатель) был заключен договор купли-продажи №14-10/2017 автомобиля с пробегом – SUZUKI GRAND VITARA, 2014 года выпуска, VIN 

<

***>, цвет кузова коричневый, паспорт транспортного средства 78 УУ 178158 выдан 21.04.2014 Центральной акцизной таможней 

<

...>.

Согласно пунктам 1.2., 3.1. договора стоимость товара составляет 50 000 руб., которую покупатель обязался уплатить в течение пяти календарных дней со дня заключения настоящего договора.

14.10.2017 сторонами подписан акт приема-передачи транспортного средства.

При этом стороны установили, что претензий стороны друг к другу не имеют, расчеты по договору проведены в полном объеме.

Оплата по договору произведена ответчиком путем перечисления денежных средств в сумме 50 000 руб. по платежному поручению от 16.10.2017 №1128 на банковский счет должника.

Конкурсный управляющий настаивает на том, что рыночная стоимость имущества составляет порядка 1 000 000 рублей.

Отчуждение имущества по цене в 20 раз ниже рыночной свидетельствует о выводе активов должника.

Конкурсный управляющий вменяет ФИО4 совершение данной сделки, ФИО2 ‒ не принятие мер по её оспариванию.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ранее, полагая, что вышеуказанный договор купли-продажи от 14.10.2017 является недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий уже обращался в суд с заявлением о признании сделки недействительной.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 30.09.2022, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано. В ходе рассмотрения обособленного спора судами не установлено неравноценности сделки.

Надлежащих доказательств, позволяющих бы при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности прийти к иным выводам, конкурсным управляющим не представлено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не установил оснований для привлечения ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по названному эпизоду.

3.2. Заключение договоров лизинга на невыгодных для должника условиях.

Требования по данному основанию предъявлены конкурсным управляющим к ФИО4 Заявитель указывает, что лизинговые платежи по договорам лизинга не покрывали сумму платежей по кредитным договорам, заключенным в целях финансирования данных сделок, то есть были убыточными для должника.

ФИО4 в своих пояснениях неоднократно указывал на ошибки в представленном конкурсным управляющим расчете, который исчислял проценты на первоначальную сумму долга без учета периодического его погашения и соответственно уменьшения суммы начисляемых процентов.

Согласно расчету, представленному ответчиком, все рассматриваемые договоры лизинга, заключение которых вменяется в вину ФИО4, не являлись убыточными, доходы от указанных сделок позволяли не только погашать кредитные обязательства, но и текущие расходы, связанные с деятельностью должника.

Представленный ответчиком расчет конкурсным управляющим не оспорен, признается судом обоснованным.

Оснований для удовлетворения требований по названному эпизоду судом апелляционной инстанции не установлено.

3.3. Заключение договора купли-продажи недвижимости от 16.10.2017, кредитного договора 

<

***> от 16.10.2017, договора аренды от 14.11.2017.

Как следует из материалов дела, 16.10.2017 между ПАО Банк «ВВБ» и ООО «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» был заключен договор купли-продажи недвижимости, в соответствии с которым ПАО Банк «ВВБ» продает, а ООО «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» покупает недвижимое имущество:

- помещение, кадастровый номер 76:23:031003:31, назначение: нежилое, общая площадь 287,5 кв.м., этаж 1, номер на поэтажном плане 19-25, 61-69, адрес (местоположение) объекта: 

<

...>;

- помещение, кадастровый номер 76:23:031003:34, назначение: нежилое, общая площадь 382,7 кв.м., этаж 1, номер на поэтажном плане 26-60, адрес (местоположение) объекта: 

<

...>.

В соответствии с п. 2.1. договора купли-продажи покупатель оплачивает Банку 232 224 300 руб., из которых: 99 618 750 руб. стоимость помещения с кадастровым номером 76:23:031003:31; 132 605 550 руб. стоимость помещения с кадастровым номером 76:23:031003:34.

Пунктом 2.2. договора установлено, что недвижимость приобретается за счет кредитных средств, представленных по кредитному договору 

<

***> от 16.10.2017 сроком погашения 16.10.2020. По условиям данного договора Банк предоставляет ООО «Лизинговая компания «Яртехлизинг» денежные средства в размере 232 224 300 руб. на приобретение указанного недвижимого имущества. Согласно банковской выписке, указанное обязательство Банк исполнил, перечислив на расчетный счет ООО «Лизинговая компания «Яртехлизинг» 232 224 300 руб.

16.10.2017 объекты недвижимого имущества переданы ООО «Лизинговая компания «Яртехлизинг» по акту приема-передачи, оплата цены договора произведена в полном объеме в тот же день путем перечисления денежных средств на расчетный счет Банка.

14.11.2017 между ПАО Банк «ВВБ» и ООО «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» заключен договор аренды нежилых помещений, в соответствии с которым ООО «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» передает в аренду Банку недвижимое имущество: помещение, кадастровый номер 76:23:031003:31, назначение: нежилое, общая площадь 287,5 кв.м., этаж 1, номер на поэтажном плане 19-25, 61-69, адрес (местоположение) объекта: 

<

...>; помещение, кадастровый номер 76:23:031003:34, назначение: нежилое, общая площадь 382,7 кв.м., этаж 1, номер на поэтажном плане 26-60, адрес (местоположение) объекта: 

<

...>.

Пунктом 1.5. договора аренды определено, что помещения передается согласно акту приема-передачи и обязанность по оплате и срок аренды начинается исчисляться с даты подписания акта приема-передачи помещения в аренду.

По акту, датированным ноябрем 2017 года, имущество передано Банку.

Пунктом 2.1. установлено, что помещение сдается в аренду сроком на 10 лет с 17 ноября 2017 года по 14 ноября 2027 года. В связи с тем, что срок договора аренды составляет более года, договор аренды подлежит государственной регистрации.

Государственная регистрация договора аренды сторонами не производилась.

Пунктом 3.1. установлена ежемесячная арендная плата за арендуемые помещения в размере 469 140 рублей (включая НДС), из расчета 700 рублей за квадратный метр.

Пунктом 3.4. установлено, что арендные платежи (оплата) производятся Арендатором посредством ежемесячных перечислений денежных средств в безналичном порядке на счет Арендодателя не позднее 10 числа каждого месяца за предыдущий месячный период пользования помещениями. Счета на оплату Арендатору Арендодателем не выставляются.

Приказом Центрального Банка России от 12.12.2017 № ОД-3474 введена временная администрация по управлению кредитной организацией ПАО Банк «ВВБ» (Банк, должник).

Решением Арбитражного суда города Севастополя от 17.05.2018 (резолютивная часть от 16.05.2018) Банк признан банкротом, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

В Арбитражный суд Ярославской области 30.03.2018 обратился руководитель временной администрации ПАО Банк «ВВБ» с заявлением о признании недействительными сделок, заключенных между ПАО Банк «ВВБ» и ООО «Лизинговая компания «Яртехлизинг» - договора купли-продажи недвижимости от 16.10.2017, кредитного договора 

<

***> от 16.10.2017. Определением Арбитражного суда Ярославской области от 26.10.2018 дело передано на рассмотрение в Арбитражный суд города Севастополя в деле о банкротстве ПАО Банк «ВВБ».

Определением Арбитражного суда города Севастополя от 21.06.2019 заявление удовлетворено. Вынося указанный судебный акт, суд первой инстанции пришел к выводу, что кредитный договор – мнимая сделка, а договор купли-продажи – притворная, прикрывающая договор дарения. Так, фактически Банк передал ООО «Лизинговая компания «Яртехлизинг» свое ликвидное имущество, а последнее не понесло расходов на его приобретение, фактически состоялась формальная смена собственника недвижимости, а фактическим владельцем остался Банк. Указанным способом Банк сохранил свое имущество от кредиторских требований, что и явилось действительной целью оспариваемых сделок, совершенных для придания ее легального характера. Суд установил совокупность обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 ГК РФ.

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 10.09.2020 оставил определение Арбитражного суда города Севастополя от 21.06.2019 без изменения.

Вместе с тем, оценивая указанные обстоятельства, апелляционный суд отмечает, что кредитный договор, договор купли-продажи, договор аренды были подписаны не ФИО4, а лицом, которое стало единственным участником должника в период с 07.11.2017. 

ФИО4 являлся лишь директором должника и статусом учредителя не обладал.

Все предыдущие кредитные договоры и договоры залога были подписаны самим ФИО4, он же предоставлял поручительство в обеспечение надлежащего исполнения кредитных договоров, чего не имелось в рамках договора от 16.10.2017.

Как следует из решения единственного участника ООО «Яртехлизинг» от 13.11.2017 №5 полномочия ФИО4 прекращены с 15.11.2017, с указанной даты ФИО3 согласно приказу от 15.11.2017 вступила в должность директора.

Спорные перечисления состоялись 31.10.2017, 02.11.20217, 15.11.2017.

Согласно отзыву банка, представленному при рассмотрении дела №А84-1175/2018, Прокуратурой Ярославской области проводилась проверка о подозрительных операциях с участием банка и должника. 

В ходе указанной проверки ФИО4 даны пояснения, что с мая 2017 года ООО «ЛК «Яртехлизинг» стали продавать, поскольку банк перестал кредитовать организацию, а новые инвесторы не нашлись. С целью осуществления деятельности ФИО4 выдана доверенность на имя ФИО2 (который и подписал кредитный договор, договор купли-продажи, договор аренды). В дальнейшем ФИО4 узнал о заключении договора купли-продажи и кредитного договора, при этом оплата была направлена банку без подписи ФИО4

По запросу суда банк копии платежных поручений не представил, указав на их отсутствие; Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ярославской области в материалы дела представлены копии платежных поручений от 02.11.2017 об оплате государственной пошлины действительно не содержащие подпись ФИО4, отметку об электронном характере платежа, но имеющие отметку банка об их исполнении.

При этом с 15.11.2017 (дата последнего платежа) полномочия ФИО4 были прекращены.

При указанных обстоятельствах, исходя из совокупности имеющихся доказательств, апелляционный суд полагает обоснованными возражения ФИО4 об отсутствии оснований для взыскания с него денежных средств.

Представленная совокупность доказательств вопреки позиции конкурсного управляющего не позволяет сделать вывод о том, что ФИО4 действительно был осведомлен о цели заключения кредитного договора, договора купли-продажи, договора аренды.

Доказательств того, что в результате именно его виновных и противоправных действий должнику причинены убытки, в деле не имеется.

3.4. Заключение договоров поставок с заведомо неспособными исполнить обязательства лицами.

Как отмечалось выше, ФИО5 занимал должность руководителя – генерального директора должника в период с 21.02.2018 по 02.11.2018, является единственным участником ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» в период с 21.08.2018 по настоящее время.

Согласно полученным выпискам из ИКБР «Яринтербанк» (ООО) № П-05.1-0271/2022 от 25.08.2022, должником со ссылкой произведены перечисления на сумму 8 960 811,00 рублей:

ООО «Корона-М» (ИНН 

<

***>):

- платеж 03.05.2018 п/п № 3 на сумму 2 500 430,00 руб. –аванс по договору поставки № 7-КТ/2018 от 02.04.2018,

- платеж 04.05.2018 п/п № 4 на сумму 1 136 370,00 рублей. ООО «Азалия» (ИНН 

<

***>):

- платеж 14.05.2018 п/п №5 на сумму 1 034 091,00 руб. – по договору поставки № 37 от 16.04.2018. 

ООО «Фронда» (ИНН 

<

***>):

- платеж 29.05.2018 п/п № 6 на сумму 603 469,00 руб. – оплата по договору поставки № 46-02/2018 от 14.05.2018.

ООО «Артхрустальстрой» (ИНН 

<

***>): 

 платеж 14.06.2018 п/п № 7 на сумму 1 657 804,00 руб. – оплата по договору поставки № 011/06 от 28.05.2018.

ООО «Сигма» (ИНН 

<

***>):

- платеж 13.07.2018 п/п № 9 на сумму 1 289 367,00 руб. – оплата согласно договору № Л27-03/2018 от 04.07.2018.

ООО «Ермак» (ИНН 

<

***>):

- платеж 22.08.2018 п/п № 15 на сумму 739 280,00 руб. – предоплата согласно договору поставки № 3401-18 от 23.07.2018.

Спорные перечисления, вменяемые ФИО5, совершены в период май-август 2018 года, то есть в период, когда ответчик являлся и руководителем и единственным участником ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг».

Как указывает заявитель, должником внесены платежи за оборудование, которое фактически отсутствует.

Данные действия генерального директора ФИО5, по мнению конкурсного управляющего, привели к необоснованному списанию денежных средств, фактически были направлены на вывод денежных средств.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что сумма данных перечислений в три раза меньше размера реестра требований кредиторов, не может являться основанием для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Между тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым руководствоваться следующим.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзацах третьем и четвертом пункта 20 Постановления № 53, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Пунктом 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве установлено, что требование, предусмотренное пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа перед самим юридическим лицом, предусмотрена статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российского Федерального лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российского Федерального, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

При этом согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российского Федерального вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (в том числе единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российского Федерального). 

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 Постановления №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В пунктах 4 и 5 Постановления №62 установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу, входит установление наличия у ответчика статуса единоличного исполнительного органа; недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица и непосредственно размер убытков.

ФИО5 указывает на номинальный характер своего статуса.

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Оценив доводы ФИО5, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в нарушение приведенных положений части 1 статьи 65 АПК РФ ответчик не представил достаточных доказательств номинальности своего статуса как руководителя и участника должника.

При этом ответчик в ходе рассмотрения настоящего дела не содействовал активно установлению действительных обстоятельств, не раскрывал подлинные мотивы, цели и бенефициаров совершения оспариваемых действий от имени должника, не представил доказательств, которые бы позволили установить ответственное за причинение вреда лицо и обнаружить имущество, за счет которого могли быть удовлетворены требования общества.

При указанных обстоятельствах возможность возложения ответственности на иных лиц зависит установления обстоятельств, которые бы подтверждали наличие отношений фактической подконтрольности им (или одному из них) должника в период осуществления ФИО5 полномочий руководителя общества.

Исходя из сложившейся на уровне Верховного Суда Российской Федерации устойчивой практики, аффилированность лиц может быть доказана в отсутствие формально-юридических связей между ними (фактическая аффилированность), например, когда корпоративные связи имеют сложный, непрозрачный характер и их трудно выявить, либо в совершение сделок намеренно вовлечены лица, формально не входящие в корпоративную структуру, но подконтрольные одному из участников конфликта.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать, например, заключение сделок и последующее их исполнение на условиях, которые недоступны обычным (независимым) участникам оборота или существенно отличаются от рыночных. В упомянутых случаях судом на лицо, в отношении которого представлена достаточная совокупность доказательств фактической аффилированности, может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Судебной коллегии по экономическим спорам от 16 июня 2023 г. №305-ЭС22-29647, от 28 сентября 2020 г. №310-ЭС20-7837, от 06 августа 2018 г. №308-ЭС17-6757(2,3), от 28 мая 2018 г. №301-ЭС17-22652(3), от 26 мая 2017 г. №306-ЭС16-20056(6), от 15 июня 2016 г. №308-ЭС16-1475 и др.).

Как следует из материалов дела, ФИО5 в период осуществления полномочий руководителя организации осуществлены действия по открытию счета должника в ином банке с целью предотвращения списания поступающих денежных средств от лизингополучателей по обязательствам должника перед ПАО Банк «ВВБ», а также подписывались договоры купли-продажи с лизингополучателями после выплаты последними всех сумм лизинговых обязательств перед должником.

По результатам проведенной судебной экспертизы указанные обстоятельства не опровергнуты.

ФИО5 ссылается на показания, данные свидетелем ФИО9 (протокол судебного заседания от 04.10.2023).

Как указал ФИО9, ФИО8 управлял непрофильными активами Банка ВВБ, в том числе ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг». ФИО8 обратился к ФИО9 с целью поиска себе помощника для выполнения технических поручений (курьера) в г. Ярославле. ФИО9 познакомил ФИО8 с ФИО5 При этом, согласно показаниям ФИО9 о том, что ФИО5 является руководителем ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг», ФИО9 узнал от ответчика в период рассмотрения настоящего обособленного спора. 

Все показания ФИО9 о распределении ролей в управлении ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» известны ему лишь со слов самого ФИО15, самостоятельными сведениями в указанной части ФИО9 не обладает.

Из показаний ФИО9 не представляется возможным сделать вывод о том, что, став руководителем, а затем и единственным участником ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг», ФИО15 фактически не осуществлял свои полномочия.

Также ответчик ссылается на показания свидетеля ФИО16, допрошенного в судебном заседании 01.08.2022.

В указанной части суд апелляционной инстанции отмечает, что по техническим причинам, не зависящим от Арбитражного суда Ярославской области, аудиозапись протокола судебного заседания, размещенная в Картотеке арбитражных дел 01.08.2022, не доступна для ознакомления.

При этом, суд апелляционной инстанции считает возможным исследовать показания ФИО16, заверенные нотариусом ФИО17 08.09.2021.

Данный документ представлен в материалы дела 02.08.2022 (на следующий день после допроса в судебном заседании) самим ФИО5 и не расценивается им как противоречащий показаниям ФИО16, данным в судебном заседании.

Из названных показаний от 08.09.2021 установлено, что ФИО16 работал ИКО «Анвест», которое, как и должник, по его утверждению, было подконтрольно ФИО18 При этом, период работы ФИО16 в ИКО «Анвест» составлял с апреля 2017 года по март 2018 года.

Таким образом, в период, когда ФИО5 приобрел контроль над ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» (конец февраля 2018 года), ФИО16 прекратил трудовую деятельность в ИКО «Анвест».

Показания ФИО16 от 08.09.2021 не содержат каких-либо сведений, позволяющих оценить реальность фактического осуществления руководства должником со стороны ФИО5

В апелляционной жалобе ответчик приводит выдержки из протокола допроса ФИО16 от 05.08.2021 в рамках уголовного дела, которые также не отражают статус самого ФИО5

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции делает вывод о том, что показания свидетелей ФИО9 и ФИО16, на которые ссылается ответчик, сами по себе номинальность статуса ФИО5 не подтверждают.

ФИО8 в своих пояснениях наличие какого-либо контроля над должником отрицал.

В рамках дела №А84-1175/2018, в судебных актах, принятых при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующих банк лиц к субсидиарной ответственности отказано в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО11 по основании одобрения заключения одной сделки по выдаче технической суды ООО «Вехневолжская строительная компания» на заключение кредитного договора от 20.07.2017 на сумму 22 млн.руб. на пополнение оборотных средств.

Ссылка ответчика на аффилированность Банка ВВБ, ФИО18, ФИО8, ООО «УК «Сфера», ООО «ВСК», ФИО7 не характеризует деятельность ООО «ЛК «ЯрТехЛизинг» и роль самого ФИО5 при управлении должником.

Из ответа Межрайонной ИФНС России № 11 по Московской области следует, что ФИО5, помимо должника, в разные периоды, в том числе в настоящее время, являлся руководителем/учредителем порядка 11 юридических лиц.

При этом, согласно сведениям ЕГРЮЛ учредителем ООО УК «Сфера» (ОГРН 

<

***>) являлось ООО «Гостиница «Арт-Отель» (ОГРН: 

<

***>), учредителем ООО «Гостиница «Арт-Отель» являлись ФИО9 и ФИО5, директором до 02.08.2018 являлся ФИО5

В указанных обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствуют доказательства, позволяющие сделать однозначный вывод о номинальном статусе ФИО5

В свою очередь, ФИО5, не опровергнувшим факт реального руководства деятельностью должника, не представлено какого-либо обоснования спорных перечислений в адрес ООО «Корона-М», ООО «Азалия», ООО «Фронда», ООО «Артхурстальстрой», ООО «Сигма», ООО «Ермак-М».

Суд апелляционной инстанции учитывает, что в 2018-2020 годах в отношении ООО «Корона-М», ООО «Азалия», ООО «Фронда», ООО «Артхурстальстрой», ООО «Сигма», ООО «Ермак-М» в ЕГРЮЛ были внесены сведения о недостоверности.

Доказательств получения должником оплаченного имущества не представлено. Обстоятельства совершения сделок, выбора контрагентов нераскрыты; иные доказательства в обоснование перечислений не представлены ФИО5 На даты спорных перечислений у должника уже имелась задолженность перед кредиторами.

Судом апелляционной инстанции не могут быть приняты доводы ФИО5 о не предоставлении конкурсным управляющим копий договоров с названными обществами.

Согласно назначениям платежа они осуществлены во исполнение договоров, заключенных в период, когда генеральным директором должника являлся ФИО5

Доказательств передачи спорных договоров последующим руководителям должника ответчиком не представлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО5 убытков в размере 8 960 811 рублей.

ФИО5 ставит под сомнение независимость конкурсного управляющего ФИО1

При этом, указанные ответчиком обстоятельства являются предметом самостоятельного обособленного спора по жалобе ФИО5 на действия (бездействия) управляющего ФИО1

В рамках настоящего обособленного спора подлежат оценке действия непосредственно ФИО5

С процессуальной стороны в рамках настоящего обособленного спора суд апелляционной инстанции отмечает, что круг ответчиков по предъявленному иску определяется самим заявителем, за исключением случаев обязательного процессуального соучастия.

В данном случае иные лица, которые в соответствии с положениями статьи 61.14 Закона о банкротстве обладают правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, конкурсные кредиторы), требований к иным лицам также не предъявили.

В части доводов о фальсификации задолженности перед ООО «УК «Сфера» Второй арбитражный апелляционный суд отмечает, что каких-либо конкретных доказательств фальсификации задолженности суду не представлено.

Более того, определением Арбитражного суда Ярославской области от 04.02.2019 по делу №А82-23126/2018 выдан исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда, образованного сторонами для разрешения конкретного спора при Хельсинском международном коммерческом арбитраже от 28.03.2018 по делу № 190318/3-Х.

Арбитром Хельсинского международного коммерческого арбитража в рамках указанного дела представлены пояснения, информация о данном арбитре имеется на сайте арбитража.

Определение Арбитражного суда Ярославской области от 04.02.2019 по делу № А82-23126/2018 не обжаловалось, вступило в законную силу.

В силу части 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Возражения в рамках спора по привлечению к субсидиарной ответственности не могут являться способом преодоления обязательной силы определения Арбитражного суда Ярославской области от 04.02.2019 по делу № А82-23126/2018 и его пересмотра в нарушение установленного процессуальным законодательством порядка. С учетом изложенного, доводы о фальсификации задолженности перед ОО «УК «Сфера» подлежат отклонению.

С учетом изложенного, поскольку апелляционным судом установлены основания для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, определение суда подлежит отмене с принятием нового судебного акта.

В соответствии с частью 4 статьи 96 АПК РФ в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу. 

В силу части 5 статьи 96 АПК РФ в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

С учетом того, что в удовлетворении требований к ФИО3, ФИО2, ФИО4 отказано, оснований для сохранения обеспечительных мер в указанной части не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 268–271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 17.08.2024 по делу № А82-14687/2019 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Взыскать с ФИО5 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 8 690 811 рублей 00 копеек убытков.

В остальной части заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «ЯрТехЛизинг» ФИО1 оставить без удовлетворения.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Ярославской области от 22.12.2023 (резолютивная часть от 18.12.2023) в виде наложения ареста на недвижимое и движимое имущество, денежные средства (в том числе, которые будут поступать) на банковские счета ФИО4, ФИО2, ФИО3 в пределах суммы заявленных требований.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

А.С. Калинина

Е.Н. Хорошева

Е.В. Шаклеина