ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-10013/18

08 июля 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  03 июля 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  04 июля 2019 года

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Гараевой Н.Я., Катькиной Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ИП ФИО2 – лично, паспорт; ФИО3, доверенность от 03.12.18,

от остальных лиц – не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО2 на определение  Арбитражного суда Московской области от 29 апреля 2019 года по делу №А41-10013/18, принятое судьей  Политовым Д.В., 

по заявлению ИП ФИО2 о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Дубрава» несостоятельным (банкротом), 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 13.11.2018 г. по делу № А41-10013/18 ООО «Дубрава» (141254, 

<

...>; ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), далее «Должник», признанно несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утверждена ФИО4, ИНН 

<

***>.

            ИП ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 55 046 690,70 рублей (т.1, л.д. 2-7).

            Заявление подано в соответствии со статьями 201.9, 137 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

            Определением Арбитражного суда Московской области от 29 апреля 2019 года в удовлетворении заявленных требований отказано (т.1, л.д. 180-184).

            Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела и нарушение судом норм материального и процессуального права (т.2, л.д. 2-9).

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей остальных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

   Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

   В судебном заседании представитель ИП ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Заслушав пояснения представителя ИП ФИО2, участвующего в судебном заседании, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

            Как следует из заявления кредитора, между ИП ФИО2 (займодавец) и ООО «Дубрава» (заемщик) был заключен договор процентного денежного займа №Д-04-2015 от 20.10.15 с учетом дополнительных соглашений к нему.

            В отношении заёмщика введена процедура банкротства. 

До настоящего времени сумма займа должником не возвращена.

Неисполнение обязательств по указанным выше договорам послужило основанием для обращения кредитора в порядке, предусмотренном действующим законодательством в арбитражный суд с заявленными требованиями.

            Отказывая в удовлетворении требований кредитора, арбитражный суд первой инстанции указал, что ФИО2 является участником должника с размером доли в уставном капитале 50% в связи с чем, учредители (участники) юридического лица (должника) по правоотношениям, связанным с таким участием, не могут являться кредиторами в деле о банкротстве.

   Обжалуя принятый судебный, ФИО2 сослалась на доказанность фактического предоставления денежных средств должнику для погашения задолженности по обязательным платежам в бюджет РФ, иных денежных обязательств задолго до введения процедуры банкротства в отношении должника, денежные средств предоставлялись должнику для целей строительства, соответственно, переданные должнику денежные средства не являются финансовой помощью участника.

   Апелляционная коллегия находит правильным вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения требований ИП ФИО2 по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 2 Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору.

            На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

            При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В силу названных норм права в круг доказывания по спорам об установлении размера требований кредиторов в обязательном порядке входят обстоятельства возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве, установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Между тем, в силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы - кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

То есть, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы кредитор не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства. 

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника. 

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. 

            Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 является участником должника с размером доли в уставном капитале 50%.

Кроме того, ФИО2 в ООО «Дубрава» занимала должность заместителя генерального директора. 

Таким образом, ФИО2 входила в состав руководства должника и имела фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания, что говорит о существенной степени аффилированности между должником и ФИО2

В соответствии с п.2.1 договора за пользование займом заемщик выплачивает заимодавцу проценты (Размер процентов изменялся в соответствии с условиями дополнительных соглашений к договору). Проценты начисляются со дня, следующего за днем предоставления суммы займа до дня возврата суммы займа включительно (п.2.2 договора).

Однако, заключив договор займа № Д-04-2015 от 20.10.2015, должник, за исключением периода времени предшествовавшего банкротству, за весь период договорных отношений не выплачивал ФИО2 начисляемые на сумму займа проценты, не осуществлял возврата предоставленных в заем денежных средств.

           Кроме того, заем выдан на значительный срок (до 31.12.2020), в отсутствие обеспечения, отсутствуют санкции за просрочку исполнения требования со стороны должника.

          Как следует из материалов дела, денежные средства, выданные должнику, получены от него же: платежным поручением № 158 от 22.01.2015 должник перечислил в пользу Цветковой Л.10. денежные средства в сумме 10 200 000,00 руб. с назначением платежа «Оплата по дог. процентного займа 8,5% №Д-Ц/2015 от 22.01.2015г. Сумма 10200000.00»; платежным поручением № 37 от 13.05.2015 должник перечислил в пользу ФИО2 денежные средства в сумме 10 007 640,69 руб. с назначением платежа «Дивиденды согласно Протоколу № 01/2015 от 01 мая 2015г»;платежным поручением № 547 от 28.09.2016 должник перечислил ФИО2 денежные средства в размере 780 000 руб. с назначением платежа «частичный возврат по договору процентного займа № Д-04-2015 от 20.10.2015».

       В то же время платежными поручениями № 123 от 10.11.2015, № 129 от 16.11.2015, № 132 от 23.11.2015, № 138 от 01.12.2015, № 146 от 10.12.2015, 3 147 от 11.12.2015, № 148 от 14.12.2015, № 4 от 21.01.2016,  № 21 от 26.02.2016, № 45 от 27.04.2016, № 116 от 14.10.2016, 3 124 от 21.10.2016, № 128 от 26.10.2016 заемщик осуществил перечисление денежных средств по рассматриваемому договору займа, то есть сразу после перечисления денежных средств самим должником.

Как следует из материалов дела, денежные средства, полученные от кредитора, были направлены должником аффилированному третьему лицу, то есть деньги остались внутри группы компаний.

Из банковской выписки по счету должника в АО «Альфа-банк» следует, что часть полученных денежных средств должник направляет на расчеты с подрядными организациями (в основном в пользу ЗАО «Лакистрой»),

Однако полученные от заявителя суммы в размере 7 500 000,00 руб. и 3 000 000,00 руб. должник перенаправляет в пользу аффилированных лиц: платежным поручением № 669 от 24.11.2015 должник перечислил в пользу ООО «Престижцентр-2000» (ИНН 

<

***>) денежные средства в сумме 7 512 226,03 руб. с назначением платежа «Возврат по договору займа № Д/З-П/2015 от 17.11.2015, в том числе проценты 12 226 руб. 03 коп. Сумма 7512226-03»; платежным поручением № 678 от 01.12.2015 должник перечислил в пользу ЗАО «МКК-Центр-2000» (ИНН 

<

***>) денежные средства в сумме 1 500 000,00 руб. с назначением платежа «Возврат процентного займа по договору № Д-04-2015 от 20.10.2015г. Сумма 1500000-00»; платежным поручением № 688 от 02.12.2015 должник перечислил в пользу ООО «Компания Центр-2000» (ИНН 

<

***>) денежные средства в сумме 1 500 000,00 руб. с назначением платежа «Возврат по договору процентного (8,5%) займа № Д-КУ2015 от 02.11.2015 Сумма 1500000-00».

Распределение прибыли в пользу участника, предоставление участнику займа и последующее предоставление должнику финансирования за счет этой прибыли и займа, перечисление должником этих денежных средств в пользу аффилированных лиц свидетельствует об искусственном кругообороте денежных средств и позволяет сделать вывод о злоупотреблении участником своими правами во вред остальным кредиторам и заемных сделок.

Таким образом, суд, исследовав представленные доказательства, приходит к выводу, что  заявителем не представлены доказательства, раскрывающие разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, выдача займа аффилированному лицу, предоставление финансирования в отсутствии обеспечения. 

Не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника требование участника должника, основанное на притворной сделке, прикрывающей обязательства, вытекающие из факта участия заявителя в хозяйственном обществе, признанном банкротом (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.18 N 310-ЭС17-17994).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства, вместе с тем исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о несостоятельности (банкротстве)), признав за спорным требованием статус корпоративного.

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов, либо иным образом.

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами.

Таким образом, заключение договора займа с лицом являющимся участником/руководителем должника может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

По смыслу пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" на суде, рассматривающем вопрос о включении требований в реестр, лежит самостоятельная обязанность более тщательной проверки данных требований, в первую очередь, в целях предотвращения "попадания в реестр" недобросовестных кредиторов либо кредиторов с фиктивной задолженностью, что в итоге приводит к негативным последствиям в виде уменьшения процента голосов на собрании и снижению доли удовлетворения независимых добросовестных кредиторов с реальными требованиями.

В связи с установленными судом обстоятельстввами, суд пришел к верному выводу, что предоставление денежных средств вытекает их факта участия.

В силу пункта 8 статьи 63 ГК РФ оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество юридического лица передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество или корпоративные права в отношении юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительным документом юридического лица.

Как разъяснено в п. 2 Определения Конституционного Суда РФ от 27.01.2011 N 75-О-О,  соответствии с абзацем восьмым статьи 2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" конкурсными кредиторами являются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, морального вреда, имеет обязательства по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Данная норма, исключающая из числа конкурсных кредиторов учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер этих обязательств непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей, - при том, что закон не лишает их права претендовать на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами, - сама по себе не может рассматриваться как нарушающая права заявителя.

При этом вопреки доводам апелляционной жалобы, материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО5 осуществлялось именно соинвестирование строительства. Договор займа не предусматривает цели его  предоставление на инвестирование строительства.

 

С учетом установленных по делу обстоятельств, апелляционный суд считает верным вывод суда первой об отсутствии оснований для включения требований ФИО2  в реестр требований кредиторов должника.

Доводы заявителя апелляционной жалобы направлены на несогласие с выводами суда первой инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, а также на неверном толковании норм права.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 29 апреля 2019 года по делу № А41-10013/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа  через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

 

В.А. Мурина

Судьи:

 

Н.Я. Гараева

Н.Н. Катькина