АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-10239/2020

г. Краснодар

24 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июля 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Денека И.М. и Маркиной Т.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Уджуху Р.З. и участии в судебном заседании посредством веб-конференции от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 07.12.2020), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 19.07.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 07.02.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023 по делу № А63-10239/2020 (Ф08-6692/2023), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее – ФИО5, должник) ФИО1 (далее – кредитор) обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 1 500 тыс. рублей задолженности. 

Определением от 07.02.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, требования кредитора признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В кассационной жалобе ФИО3 (далее – заявитель) просит отменить определение суда первой и апелляционной инстанций, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований кредитора, ссылаясь на отсутствие оснований для включения заявленных требований в реестр и пропуск срока на обращение. Заявитель полагает, что кредитором пропущен срок на обращение с заявленными требованиями, ссылаясь на то, что договор купли-продажи от 10.02.2017, на котором основаны требования кредитора, признан судом ничтожной сделкой, соответственно требования полежали предъявлению с даты заключения договора купли-продажи, в связи с чем на дату предъявления срок давности по требованиям кредитора истек. Также указывает, что до возврата кредитором, полученного по недействительной сделке имущественного права (имущества) в конкурсную массу, требования кредитора не подлежали рассмотрению судами. Ссылается на то, что судами не был исследован вопрос мнимости договора купли-продажи от 10.02.2017, не установлены обстоятельства передачи и получения должником денежных средств по договору. 

В судебном заседании представитель заявителя настаивал на доводах кассационной жалобы, просил отменить судебные акты и принять новый судебный акт.

Представитель кредитора возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил оставить без изменения принятые по обособленному спору судебные акты. 

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 18.01.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО6 Сведения о введении процедуры реструктуризации опубликованы в газете «Коммерсантъ» 30.01.2021 № 16. Определением от 15.11.2021 финансовым управляющим утвержден ФИО7 

Решением суда от 05.03.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» 02.04.2022 № 57 (7258).

Как установлено судами и следует из материалов дела, 10.02.2017 ФИО5 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключили договор купли-продажи, по условиям которого продавец  передал, а ФИО1 приобрел в собственность 76% доли в уставном капитале ООО Межфермерское производственное объединение «Курсавское», номинальной стоимостью 1 180 461 рубль 61 копейка. Согласно пункту 5 договора стоимость 76% доли в уставном капитале ООО Межфермерское производственное объединение «Курсавское» составляет 1 500 тыс. рублей. Расчет по договору осуществляется в наличной форме до подписания договора (п.18 договора). 02.03.2017 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о том, что участником ООО Межфермерское производственное объединение «Курсавское» с 76% долей в уставном капитале общества является ФИО1

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 12.04.2022 по делу № 33-3-2434/2022, оставленным без изменения определением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 20.07.2022, договор купли-продажи доли в размере 76% в уставном капитале ООО Межфермерское производственное объединение «Курсавское» от 10.02.2017, признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить ФИО5 76% доли в уставном капитале ООО Межфермерское производственное объединение «Курсавское», а также обязания ФИО5 возвратить ФИО1 денежные средства, полученные по недействительной сделке, в размере 1 500 тыс. рублей.

Кредитор обратился в суд с требованием о включении  1 500 тыс. рублей задолженности в реестр требований кредиторов должника. 

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона.

В силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле лиц, суды установили наличие оснований для признания требований кредитора обоснованными и включении требований в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Довод заявителя, касающийся пропуска срока на обращение с заявленными требованиями, был предметом исследования суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонен, исходя из следующего. 

Как было указано выше, право требования к должнику возникло у кредитора в результате признания судом недействительной сделки договора купли-продажи от 10.02.2017.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29.5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), если сделка является ничтожной или оспоримая сделка признана недействительной, но не на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве либо других норм этого закона, а по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, судам необходимо исходить из следующего.

В таких случаях применяются предусмотренные пунктом 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве правила (с учетом толкования, данного в пункте 25 и абзаце втором пункта 27 настоящего постановления); пункты 2 и 3 этой статьи не применяются.

Если сделка является ничтожной, то, поскольку ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом, сроки для предъявления реституционного требования (пункт 1 статьи 71 и абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве) исчисляются по общим правилам (абзац 4 пункта 29.5 постановления № 63).

Согласно положениям пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, подлежащих применению в рассматриваемой ситуации,  В случае признания на основании статьи 61.3 настоящего Федерального закона недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также по совершению иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается возникшим с момента совершения недействительной сделки. При этом право требования кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения данной сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце втором пункта 27 постановления № 63, поскольку данное требование кредитор может предъявить должнику только после вступления в законную силу судебного акта, которым сделка была признана недействительной, такое требование считается заявленным в установленный абзацем третьим пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве срок, если оно будет предъявлено в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу указанного судебного акта. В таком случае пункт 4 статьи 142 Закона применяется с учетом названного порядка применения срока предъявления требования кредитором.

Поскольку судебный акт суда общей юрисдикции от 12.04.2022, которым договор купли-продажи от 10.02.2017 признан недействительной сделкой, вступил в законную силу 20.07.2022 (определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 20.07.2022), с заявлением о включении в реестр кредитор обратился 12.05.2022, апелляционный суд, установив, что кредитор предъявил свои требования в двухмесячный срок с даты признания сделки недействительной, правомерно заключил об отсутствии оснований для вывода о пропуске срока на обращение в суд с заявленными требованиями, в связи с чем, обоснованно отклонил довод заявителя о пропуске срока.

Довод кассационной жалобы о том, что апелляционным судом неправильно определен момент начала течения срока исковой давности, со ссылкой на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 12.04.2022, в котором, по мнению заявителя, судом сделан вывод о ничтожности договора купли-продажи от 10.02.2017, в связи с чем, срок для обращения с требованием в реестр подлежит исчислению с даты заключения ничтожной сделки (10.02.2017) и соответственно на дату обращения ФИО1 (12.05.2022), названный срок кредитором пропущен, судом округа рассмотрен и подлежит отклонению в связи со следующим.

Как следует из апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 12.04.2022, договор купли-продажи от 10.02.2017 признан недействительным на основании статей 166, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Довод ФИО8 о том, что сделка помимо противоправной посягающей на интересы истца, является еще и мнимой и притворной, судебная коллегия проанализировала и пришла к выводу, что он не обоснован в силу отсутствия установленных обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, как это требуют положения статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, суд округа отклоняет довод о ничтожности договора купли-продажи от 10.02.2017, поскольку названный довод противоречит выводам, изложенным в апелляционном определении суда общей юрисдикции, вступившим в законную силу.

Поскольку оспариваемый договор признан недействительной, а не ничтожной сделкой, положения абзаца 4 пункта 29.5 постановления № 63, в данном случае не подлежат применению.  

В связи с изложенным, суд округа также отклоняет доводы заявителя, связанные с мнимостью и отсутствием доказательств передачи кредитором должнику 1 500 тыс. рублей в счет уплаты за приобретенную долю в обществе, поскольку названные обстоятельства являлись предметом исследования при оспаривании договора купли-продажи от 10.02.2017. Как верно отмечено судом апелляционной инстанции, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Довод заявителя о необоснованном рассмотрении судами требования кредитора до возврата должнику имущества, полученного по договору купли-продажи, подлежит отклонению как основанный на неправильном применении норм материального права, в том числе положений абзацев 1, 2 пункта 29.5 постановления № 63 в системной взаимосвязи с положениями пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, согласно которым если оспоримая сделка признана недействительной по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, в таких случаях применяются предусмотренные пунктом 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве правила (с учетом толкования, данного в пункте 25 и абзаце втором пункта 27 настоящего постановления); пункты 2 и 3 этой статьи не применяются.

Как было указано выше, в соответствии пунктом 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве обязательство должника перед соответствующим кредитором считается возникшим с момента совершения недействительной сделки. При этом право требования кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения данной сделки. Пункты 2 и 3 названной нормы права, регулирующие момент возникновения у кредитора права требования к должнику по недействительной сделке (с момента возврата в конкурсную массу имущества, полученного по недействительной сделке), в данном конкретном случае не применяются, поскольку в рассматриваемом обособленном споре право требования кредитора к должнику возникло в результате признания сделки недействительной по общим основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации.

Довод заявителя о том, что суды, ссылаясь на пункт 3 статьи 137 Закона о банкротстве, включили заявленные требования не в состав финансовых санкций, а в третью очередь как основной долг, подлежит отклонению, поскольку, ошибочная ссылка судов на названное положение Закона  о банкротстве, не привело к принятию не правильного судебного акта, поскольку сделанные судами выводы относительно основания возникновения задолженности, не свидетельствуют о том, что заявленные кредитором требования могут быть квалифицированы как финансовые санкции, а не как основной долг. 

При таких обстоятельствах основания для отмены определения и постановления апелляционного суда по доводам кассационной жалобы отсутствуют. Правильность выводов судебных инстанций по существу спора подателем жалобы не опровергнута, несогласие с ними не может служить основанием, достаточным для отмены или изменения судебных актов. Переоценка исследованных судами доказательств и установленных по делу обстоятельств не входит в полномочия суда кассационной инстанции (статьи 286 и 287 Кодекса). Судебные инстанции полно и всесторонне исследовали и оценили представленные доказательства, правильно применили нормы материального права. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 07.02.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023 по делу № А63-10239/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий

Ю.О. Резник

 

Судьи

 

И.М. Денека

 

Т.Г. Маркина