АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-18065/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2022 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Жирных О.В.,

судей                                                                  Бедериной М.Ю.,

ФИО1 -

при ведении протокола помощником судьи Рахмеевой Д.Р. рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи кассационную жалобу ФИО2 (далее – кредитор, ответчик) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.11.2021 (судья Агеева Ю.М.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2022 (судьи Сбитнев А.Ю., Кудряшева Е.В., Фролова Н.Н.) по делу № А45-18065/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>, далее - ФИО3, должник), принятые по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего имуществом должника ФИО4 о признании недействительными сделок, совершенных между ФИО2 и должником.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: Межрегиональное Управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Сибирскому Федеральному округу, ФИО5.

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новосибирской области (судья Лихачев М.В.) в судебном заседании приняли участие представители: финансового управляющего - ФИО6 по доверенности от 29.04.2022, ФИО2 - ФИО7 по доверенности от 01.02.2022, ФИО8 - ФИО9 по доверенности от 11.11.2021.

Суд установил:

должник 29.07.2020 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о собственном банкротстве.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.12.2020 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее – финансовый управляющий).

ФИО2 17.12.2020 обратился в Арбитражный суд Новосибирской областис заявлением о включении требования в размере 40 000 000 руб., в том числе 20 000 000 руб. основной долг, 20 000 000 руб. проценты за пользование суммой займа, в реестр требований кредиторов ФИО3

Финансовый управляющий ФИО4 21.01.2021 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными договоров займа, заключенных между ФИО2 и должником от 14.07.2017 (представленного к первоначальному требованию), от 14.07.2017 (представленного в судебном заседании 21.04.2021), а также расписки от 14.07.2017.

Указанные заявления приняты к производству Арбитражного суда Новосибирской области и объединены для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 26.11.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2022, отказано в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров займа от 14.07.2017 представленных к первоначальному требованию, а также в судебном заседании 21.04.2021; признана недействительной расписка от 14.07.2017, выданная ФИО3 ФИО2 на сумму 20 000 000 руб.; в удовлетворении требования ФИО2 о включении требования в размере 40 000 000 руб. в реестр требований кредиторов должника отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.11.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2022, направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

В кассационной жалобе ФИО2 ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права. Суды неправомерно применили повышенный стандарт доказывания в отношении ответчика, который не относится к аффилированным лицам должника. Указывает на ошибочный вывод судов об отсутствии доказательств финансовой возможности кредитора предоставить должнику займ на сумму 20 000 000 руб. При этом кассатор ссылается на подлинную расписку от 14.07.2017, подтверждающую факт получения должником от кредитора 20 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 15.04.2022 финансовым управляющим имуществом должника утвержден Ёлгин Александр Владимирович (далее – управляющий).

От управляющего поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие, просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты.

В приобщении отзывов кредиторов - ФИО10 и ФИО11 на кассационную жалобу отказано ввиду отсутствия доказательств их заблаговременного направления участвующим в деле лицам (статья 279 АПК РФ).

В судебном заседании представитель кассатора поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме, представители управляющего, кредитора ФИО8 просят оставить без изменения обжалуемые судебные акты.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как предусмотрено частью 1 статьи 286 АПК РФ, арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО2 (заимодавец) и ФИО3 (заемщик) 14.07.2017 подписан договор займа, согласно условиям которого займодавец передает заемщику денежные средства в размере 20 000 000 руб. со сроком возврата 01.06.2020 с начислением процентов 2,5% от суммы займа ежемесячно.

В подтверждение передачи денежных средств представлена расписка от 14.07.2017.

В процессе рассмотрения дела ФИО2 представлен иной договор займа от 14.07.2017, согласно условиям которого займодавец передает заемщику денежные средства в размере 20 000 000 руб. со сроком возврата до 01.02.2018.

Неисполнение должником обязательства по договору займа от 14.07.2017, послужило основанием для обращения ФИО2 в арбитражный суд с требованием о включении задолженности в размере 40 000 000 руб., в том числе: 20 000 000 руб. основного долга и 20 000 000 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами в реестр требований кредиторов ФИО3

Полагая, что договор займа является недействительным по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

В ходе рассмотрения дела, финансовым управляющим заявлено о фальсификации договоров займа от 14.07.2017, предусматривающих срок возврата 01.06.2020 и 01.02.2018, а также расписки от 14.07.2017. В соответствии со статьей 161 АПК РФ, судом с согласия ФИО2 исключены из числа доказательств оба договора займа от 14.07.2017.

В связи с отказом кредитора от исключения из числа доказательств расписки от 14.07.2017, судом назначена судебно-техническая экспертиза, которая не смогла установить фактический период изготовления расписки; фактов интенсивного светового или термического воздействия на документ, не выявлено.

Учитывая результаты судебной экспертизы, расписка не исключена судом из числа доказательств на основании статьи 161 АПК РФ.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суды исходили из отсутствия достаточных и достоверных доказательств реальности заемных правоотношений между должником и ответчиком (мнимости договора), отсутствия экономической целесообразности заключения спорной сделки и финансовой возможности предоставления заимодавцем суммы займа, противоречивости доказательств исполнения сделки ее сторонами. Руководствуясь статьей 10 ГК РФ, пришли к выводу о том, что заявление о включении в реестр подано исключительно с противоправной целью.

Суд кассационной инстанции считает, что судами приняты правильные судебные акта.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер обязательства, не исполненных должником.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях и тематических обзорах судебной практики, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

При этом целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Так, от заимодавца суд вправе истребовать документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

При наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права потребовать и от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими денежными средствами, в том числе об их расходовании.

В ходе проверки обоснованности заявленных требований суды установили фактическую аффилированность заявителя и должника, которые по заявлению самого ФИО2 находились в доверительных отношениях в том числе отцом должника. Кредитором производилось погашение за должника обязательств перед налоговым органом и банком, что обоснованно расценено судами как признак фактической аффилированности.

Поскольку тесная экономическая связь позволяет аффилированным лицам настолько внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство, что их процессуальный оппонент в принципе не в состоянии опровергнуть это представлением иных документов, поэтому суд должен провести тщательную проверку соответствия действительности обстоятельств, основанных на договорных связях аффилированных лиц, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности (реальности) соответствующих хозяйственных операций, когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.

Исследовав представленные в материалы обособленного спора доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, применив более высокий стандарт доказывания, в условиях банкротства должника, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что расписка от 14.07.2017 о получении ФИО3 от ФИО2 денежных средств в размере 20 000 000 руб. не подтверждает реальности выдачи займа, правоотношения носят мнимый характер (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

При этом суды двух инстанций исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств, свидетельствующих о том, что документы о реализации недвижимого имущества, банковские выписки, сведения из налогового органа подтверждают состоятельность ФИО2, однако не подтверждают наличие реальной выдачи денежных средств в размере 20 000 000 руб., поскольку в указанный временной промежуток ФИО2 приобреталось иное недвижимое имущество, автомобили.

Оценивая имущественное положение ФИО2, суды правомерно руководствовались отсутствием документов об официальных источниках дохода кредитора и его супруги, непредставлением допустимых доказательств получения дохода от сдачи квартиры в аренду.

Согласно выводу финансового управляющего, отраженному в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должника, выявлены признаки фиктивного ФИО3

Совокупность перечисленных обстоятельств свидетельствует о том, что кредитором не представлены ясные и убедительные доказательства обоснованности заявленных требований. Напротив, предъявление ФИО2 своих требований в рамках настоящего обособленного спора и отсутствие возражений по этому поводу со стороны должника явно указывают на наличие между ФИО2 и ФИО3 неформальных недобросовестных договоренностей, согласно которым первый способствует освобождению последнего от кредиторской задолженности перед иными, независимыми кредиторами посредством установления в реестре требования на значительную сумму и блокирования иным кредиторам возможности реализовать их права в деле о банкротстве, а также существенного снижения процента удовлетворения требований иных кредиторов от суммы вырученных в результате продажи имущества должника средств.

Отклоняя довод ФИО2 о предоставлении займа под обеспечение залогом имущества - автозаправочной станции в городе Бердске, судами учтено, что в государственной регистрации договора залога отказано, о чем 03.05.2018 было получено уведомление о прекращении государственной регистрации.

Вопреки доводам кассатора доказательств погашения обязательств должника передФИО5 по расписке от 17.02.2014 и доказательств погашения этих обязательств именно денежными средствами, полученными в заем по расписке от 14.07.2017, в материалы дела не представлено.

Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, по существу, выражают несогласие с выводами судов, направлены на иную оценку имеющихся в деле доказательств и не указывают на неправильное применение норм права, в связи с чем подлежат отклонению. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции в силу предоставленных ему полномочий не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.11.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2022 по делу № А45-18065/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                       О.В. Жирных

 

Судьи                                                                                    М.Ю. Бедерина

ФИО1