АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

 

13 декабря 2023 года

 

Дело № А33-10967/2023

Красноярск

 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 06.12.2023 года.

В полном объёме решение изготовлено 13.12.2023 года.

 

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ГОСТ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Л.Л.Т.» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности;

в отсутствие лиц, участвующих в деле;

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1; 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ГОСТ» (далее – истец, исполнитель) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Л.Л.Т.» (далее – ответчик, заказчика) о взыскании задолженности по договору возмездного оказания услуг заготовки от 21.12.2020 № 15/12/20 в размере 664 092,70 руб. и неустойки в размере 33 204,64 руб. за период с 23.04.2021 по 07.03.2023 с просьбой о последующем её начислении по дату фактического исполнения обязательств.

Определением от 12.05.2023 возбуждено производство по делу. Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 06.12.2023. Лица, участвующих в деле, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте суда. Процессуальных препятствий для проведения заседания и рассмотрения спора по существу не установлено.

В ходе рассмотрения спора от ответчика поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с болезнью представителя. К ходатайству приложена справка общества с ограниченной ответственностью «Лотос». В удовлетворении ходатайства судом отказано.

Правомочие суда по отложению судебного разбирательства, предусмотренное частью 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса РФ, направлено на обеспечение права лиц, участвующих в деле, довести до суда свою позицию по делу. Наличие оснований для отложения судебного разбирательства устанавливается арбитражным судом в каждом конкретном деле, исходя из его фактических обстоятельств. Гарантией обеспечения при этом процессуальных прав лиц, участвующих в деле, являются предусмотренные процессуальным законодательством процедуры проверки судебных актов вышестоящими судебными инстанциями и основания для их отмены или изменения (определение Конституционного Суда РФ от 01.10.2019 № 2555-О).

В соответствии с положениями частей 3, 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса РФ отложение судебного разбирательства является правом суда, а не обязанностью. Суд вправе отклонить ходатайство, если сочтет возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие представителя одной из сторон (или самой стороны) по имеющимся в материалах дела доказательствам (определения Верховного Суда РФ от 08.04.2018 № 305-ЭС19-3506, от 01.06.2016 № 305-ЭС16-4873, определения ВАС РФ от 04.07.2014 № ВАС-8156/14, от 16.04.2012 № ВАС-3431/12). В указанных определениях отмечается, что занятость представителя или его болезнь не означают невозможности осуществления представительства через иного представителя, равно как и направление на лечение стороны по делу не мешает осуществлению явки в судебное заседание его уполномоченного представителя (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.11.2018 № Ф07-13746/2018 по делу № А05-11374/2017 и определение Верховного Суда РФ от 18.02.2019 № 307-ЭС19-1179 по этому же делу).

Вопрос о необходимости отложения судебного разбирательства должен разрешаться, исходя из достижения цели обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела. На дату проведения заседания в материалах дела имеется достаточная совокупность доказательств, позволяющая установить юридически значимые обстоятельства по делу и рассмотреть спор по существу.

Ответчик не ссылался на обстоятельства, которые свидетельствовали бы о том, что рассмотрение дела без его участия или его представителя будет не полным и не всесторонним, приведет к принятию неправильного судебного акта. Указывая на невозможность обеспечения явки, ответчик не ссылался на необходимость совершения каких-либо определенных процессуальных действий, препятствующих рассмотрению спора по существу в своё отсутствие (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.08.2021 № Ф04-7982/2020 по делу № А03-9312/2018). Ответчик не указывал, какие конкретно документы, возражения и объяснения по существу он хочет представить в суд и будет лишен такой возможности в случае проведения заседания без его участия (постановление Верховного Суда РФ от 07.04.2016 № 302-АД15-14055). Также он не указывал, какие именно существенные для рассмотрения дела обстоятельства он мог бы пояснить, явившись в судебное заседание (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29.10.2020 № Ф02-5327/2020).

Обращает на себя внимание тот факт, что ходатайство направлено в суд в электронном виде 04.12.2023, то есть в день заседания, тогда как предыдущее заседание состоялось 21.09.2023. Ответчик располагал достаточным количеством времени для представления в суд доказательств по делу в обоснование своих возражений. Однако невозможность представления возражений по существу заявленных истцом требований, дополнительных доказательств к очередному судебному заседанию не подтверждена (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 24.10.2018 № Ф02-4746/2018). Ответчик не лишен был возможности направить в суд возражения и соответствующие доказательства дистанционным способом через систему «Мой арбитр» – в таком же порядке, как он ранее направлял ходатайства, в том числе ходатайство об отложении. Заявленное ходатайство об отложении судебного заседания не содержит каких-либо доводов, возражений по существу рассматриваемого спора.

С учетом правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.02.2022 № 305-ЭС20-7883(3,4), ответчик не был лишен возможности доверить представление своих интересов иному лицу; он мог в лице директора лично участвовать в судебном разбирательстве путем использования системы веб-конференции (статья 153.2 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Ответчик, действительно полагающий себя правой стороной в споре, незамедлительно предпринял бы все меры для доведения до суда своих возражений со ссылкой на соответствующие факты и доказательства. Между тем никаких новых доводов по существу спора не заявлено. Ранее ответчик изложил свою позицию, суть которой сводилась к необходимости приостановления производства по настоящему делу в связи с рассмотрением Арбитражным судом Красноярского края другого спора между теми же сторонами (№ А33-11351/2023). Ответчик ссылался лишь на то, что в рамках исполнения вышеуказанного договора у него имеются претензии к истцу, которые стали предметом рассмотрения спора по обозначенному делу.

Кроме того, в представленной медицинской справке указано, что представитель находилась на приеме у врача-невролога. Однако не поясняется, в какой день осуществлялся прием. В справке имеется лишь дата составления данного документа (07.12.2023).

С учётом выводов, изложенных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), судом обращается внимание на то, что лица, желающие воспользоваться процессуальными правами в государственном суде должны вести себя по отношению к суду открыто и честно, в том числе раскрывая запрашиваемую судом информацию. В связи с неявкой в судебное заседание ответчика принципы равноправия и состязательности сторон, предусмотренные статьями 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ, не нарушаются. Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Принимая во внимание изложенное, суд не установил наличие оснований для отложения судебного разбирательства, предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Также судом отказано в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Данная норма направлена на устранение конкуренции между судебными актами по делам с пересекающимся предметом доказывания.

В деле № А33-11351/2023 предметом иска является неимущественное требование заказчика, направленное на принуждение исполнителя к исполнению обязательств в натуре по двум договорам, в том числе по договору от 21.12.2020 № 15/12/20. Требование заказчика состоит в проведении исполнителем работ по очистке от порубочных остатков лесосеки л3 по адресу: Красноярский край, Кежемский район, Кодинское лесничество, Проспихинское участковое лесничество, квартал 131, выдел 32,38.

В настоящем деле правопритязания истца основаны на том же договоре и обусловлены его ненадлежащим исполнением со стороны ответчика. Требования истца являются денежными. Претензии, положенные в основу иска по делу № А33-11351/2023, не могут опровергать правомерность требований, заявленных в настоящем деле. В указанном деле заказчик, позиционируя исполнителя нарушителем обязательств, избрал самостоятельный способ защиты своих интересов. Результат применения такого способа защиты будет заключаться в возложении на исполнителя натуральной обязанности, что не исключает возможность присуждения в пользу истца задолженности. Поэтому выводы суда по делу № А33-11351/2023 не будут иметь значения для разрешения настоящего спора.  Приостановление производства по делу безосновательно затянет судебное разбирательство.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Между сторонами заключен вышеуказанный договор, по условиям которого истец являлся исполнителем услуг (по заготовке пиловочника), а ответчик – заказчиком. В соответствии с договором 30% оплаты производится в течение 10 банковских дней с даты подписания акта предварительной сдачи-приемки. Окончательная оплата (оставшиеся 70%) производится в течение 10 банковских дней с даты подписания акта окончательной сдачи-приемки оказанных услуг.

За период с 30.12.2020 по 09.04.2021 в рамках сложившихся договорных отношений истец оказал услуги общей стоимостью 8 164 092,70 руб., что было задокументировано составлением и подписанием счет-фактур. Ответчик произвел частичную оплату на сумму 7 500 000 руб., в подтверждение чего представлены платежные поручения за период с 28.12.2020 по 28.04.2021. В результате у ответчика образовалась задолженность в размере 664 092,70 руб.

Пунктом 5.6 договора предусмотрена мера ответственности для заказчика за нарушение сроков оплаты в виде неустойки в размере 0,01% от суммы долга за каждый день просрочки, но не более 3% от размера долга.

В связи с образовавшейся задолженностью истец предъявил ответчику претензию, которая оставлена без удовлетворения. Изложенные обстоятельства стали поводом для обращения истца в суд.

Исследовав представленные доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779, пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) заказчик обязан оплатить услуги, которые ему оказаны.

Право исполнителя на оплату услуг вытекает из недопустимости нарушения эквивалентности встречных предоставлений (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.03.2023 № 307-ЭС22-22917, от 04.08.2022 № 306-ЭС22-8161, от 24.12.2020 № 306-ЭС20-14567, от 24.12.2020 № 306-ЭС20-14567, от 18.08.2020 № 309-ЭС20-9064, от 06.08.2020 № 301-ЭС19-25810, постановление Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 19371/13, пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 "О последствиях расторжения договора").

Обязанность по оплате является встречной по отношению к обязанности исполнителя оказать услугу, одна обусловлена другой. Правовая кауза указанных отношений состоит в эквивалентом обмене встречными предоставлениями (услуга за деньги). Оплата услуг подлежит по факту их оказания (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 19.01.2018 № 310-ЭС17-11570, от 04.04.2023 № 305-ЭС22-24429, постановления Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 19371/13, от 04.06.2013 № 37/13 и от 28.05.2013 № 18045/12, определение Верховного Суда РФ от 24.09.2021 № 308-ЭС21-15906, определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23.09.2014 № 49-КГ14-10, от 08.09.2009 № 5-В09-100).

В настоящем случае представленные истцом счет-фактуры являются достаточными доказательствами обоснования требования об оплате услуг. Указанные документы позволяют определить сторон договора, период, характер и объём оказанных услуг, а также их стоимость. Документы подписаны обеими сторонами. Достоверность отраженных в указанных документах сведений не опровергнута.

Ответчик как должник в указанных правоотношениях заинтересован в сохранении доказательств прекращения обязательств и априори в силу своего положения в этих отношениях должен обладать такими доказательствами, если задолженность им погашалась. Если ответчик оплачивал долг, то ему не должно составить трудности представить соответствующие доказательства. В связи с чем бремя опровержения оснований иска перешло на ответчика.

Процессуальные правила доказывания предполагают, что стороны должны представлять ясные и убедительные доказательства обстоятельств дела либо доказательства, преобладающие над доказательствами процессуального противника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.12.2018 № 305-ЭС17-4004(2)). Исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента должно быть истолковано против нее (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11).

В ходе рассмотрения спора вся процессуальная активность ответчика свелась только к заявлению ходатайств о приостановлении производства по делу и об отложении судебного заседания. Изначально настоящее дело рассматривалось в порядке упрощенного производства. Однако своими доводами о необходимости приостановления производства по делу ответчик добился перехода к рассмотрению спора по общим правилам искового производства. Ответчику была предоставлена возможность в развернутой состязательной процедуре раскрыть суду основания, по которым заявленный иск не подлежит удовлетворению.

Представитель ответчика принял участие в одном судебном заседании, в котором представил претензию от 25.07.2022, адресованную истцу, и документы о результатах осмотра лесосеки (сообщение о результатах осмотра от 11.05.2022, акт осмотра от 11.05.2022, ведомость учета нарушений, расчет ущерба, акт натурной проверки качества разработки лесосеки от 11.05.2022). Из указанных документов следует, что у ответчика возникли претензии к истцу в связи с неисполнением им обязанности самостоятельно провести очистку от порубочных остатков (пункт 3.1.5 договора). В претензии ответчик указывал, что 11.02.2021 составлен промежуточный акт осмотра лесосеки, в котором было зафиксировано, что лесосека от порубочных останков не очищена. В связи с чем ответчик требовал провести уборку территории по адресу: Красноярский край, Кежемский район, Кодинское лесничество, Проспихинское участковое лесничество, квартал № 131, выделы №№ 32, 28.

Однако в последующем ответчик не проявлял должного интереса к судебному процессу, иные доводы не заявил, формально представив ходатайство об отложении судебного разбирательства. Представляется, что при наличии у ответчика заслуживающих внимание аргументов и доказательств, он раскрыл бы их перед судом при первой же возможности.

Представленные ответчиком документы не опровергают основание заявленного иска. Именно факт оказания услуг порождает обязательство заказчика по их оплате вне зависимости от порядка документирования отношений и осуществления расчетов. В случае, если услуга оказана и у заказчика отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству услуг, оказанная услуга имеет потребительскую ценность, то у заказчика возникает обязательство по их оплате (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.01.2019 № 305-ЭС18-17717, от 06.07.2018 по делу № 305-ЭС18-1392, от 21.12.2017 № 306-ЭС17-9061, постановления Президиума ВАС РФ от 20.09.2011 № 1302/11, от 07.09.2010 № 2255/10).

Из пунктов 1.1, 1.2 договора следует, что в содержание оказываемых услуг входит деятельность (действия) исполнителя по заготовке пиловочника. Эти услуги включают в себя валку, трелевку и штабелевку. Результатом оказания услуг является заготовленная древесина (пункты 1.4, 1.8 договора). В пунктах 1.3, 1.4 установлены требования к результату оказываемых услуг (заготавливаемому пиловочнику). Оплата производится, исходя из стоимости фактически полученного сортимента. Стоимость услуг по заготовке 1 куб.м. заготовленного и разделенного на сортименты круглого леса составляет 1 100 руб. (с НДС). Раздел 3 договора посвящен общим правам и обязанностям сторон. В частности, в пункте 3.1.5 предусмотрено, что исполнитель наряду с другими обязанностями обязуется самостоятельно производить очистку лесосек от порубочных остатков. Очистка лесосек входит в комплексную расценку по производству работ и дополнительной оплате не подлежит.

Изложенное означает, что главным обязательством по договору является оказание услуги по заготовке пиловочника. Именно она имеет потребительскую ценность для заказчика. Обязанность, предусмотренная пунктом 3.1.5 договора, выходит за предмет договора, она не охватывается правовой каузой вступления сторон в договорные отношения и носит сопутствующий характер. Очистка лесосек не имеет самостоятельного значения для заказчика. Поэтому в условиях фактического оказания услуги по заготовке пиловочника исполнение указанной дополнительной обязанности не влияет на возникновение обязательства ответчика по оплате.

При этом условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения; толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункты 3, 4 статьи 425 ГК РФ, пункт 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", пункт  43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").

Законодательство (пункт 1 статьи 314, статья 327.1 Гражданского кодекса РФ) и судебная практика (вопрос № 2 обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2017)) допускают возможность согласования в договоре условий о зависимости наступления срока исполнения обязанности стороны от действий этой и (или) другой стороны договора либо третьего лица, равно как от наступления иных обстоятельств, полностью или частично находящихся в сфере контроля стороны договора.

Защита интересов другой стороны договора, не имеющей возможности контролировать обстоятельство, от которого зависит срок исполнения обязанности его контрагента, осуществляется через механизм наступления или ненаступления определенного обстоятельства, чему намеренно способствовала сторона, которой это выгодно (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса РФ, пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении").

Если срок поставлен в зависимость от действий кредитора, то такие действия кредитора должны быть совершены в срок, указанный в законе, ином правовом акте или договоре, а при их отсутствии - в разумный срок (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 05.08.2021 № 305-ЭС19-13940, от 15.05.2020 № 305-ЭС19-24867, от 13.02.2020 по делу № 305-ЭС19-20142, от 13.02.2020 № 305-ЭС19-20189, от 25.08.2016 № 301-ЭС16-4469, пункт 6 информационного письма от 25.02.2014 № 165 "Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными").

В такой ситуации, если одна из сторон обязательства в обоснование отсутствия своей обязанности недобросовестно ссылается на выгодное для нее ненаступление обстоятельства, находящегося в сфере ее контроля, при истечении разумного и обычного для наступления такого рода обстоятельств срока суд вправе в соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ счесть такую обязанность наступившей. Аналогичным образом суд вправе считать обязанность стороны непрекращенной при наступлении такого обстоятельства, если такая сторона этому недобросовестно содействовала (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.05.2023 № 305-ЭС23-5, от 28.05.2020 № 305-ЭС19-26475, от 27.12.2019 № 305-ЭС19-20514, от 15.10.2019 № 305-ЭС19-12786).

В настоящем случае в договоре предусмотрено составление двустороннего окончательного акта приемки оказанных услуг (пункт 4.3). Условие об оплате связано с составлением такого документа (пункт 2.2.2 договора). Однако ответчик подписал счет-фактуры, выразив волю на принятие оказанных услуг, но не подписал акты приемки оказанных услуг.

Глава 39 "Возмездное оказание услуг" ГК РФ и иные федеральные законы не содержат обязательных требований к тому, какими доказательствами должен обосновываться факт оказания услуг. Суды в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ могут прийти к выводу об удовлетворении исковых требований на основе любых имеющихся в деле относимых доказательств (определения ВАС РФ от 24.06.2013 № ВАС-3925/13 по делу № А65-8516/2012, от 15.05.2013 № ВАС-6170/13 по делу № А40-46939/12-35-434, от 29.04.2013 № ВАС-5492/13 по делу № А47-8001/2012, от 26.04.2013 № ВАС-4747/13 по делу № А65-9796/2012-СГ1-10).

В частности, доказательством оказания услуг может служить двусторонний акт оказанных услуг или акт сдачи-приемки оказанных услуг. В тоже время судебно-арбитражной практикой признается возможность подтверждения факта и объёма оказанных услуг и без подписания двусторонних документов со стороны заказчика.

В силу пункта 4 статьи 753 ГК РФ, которая по аналогии применима и к отношениям по договору оказания услуг, сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.

Односторонний акт приемки результата работ является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ (пункт 14 информационного письма ВАС РФ от 24.01.2000 № 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда").

Как отмечалось в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.09.2019 № 305-ЭС19-9109, от 21.02.2017 № 305-ЭС16-14207, в отсутствие мотивированного отказа заказчика от принятия работ, подписанные подрядчиком в одностороннем порядке акты, являются надлежащим доказательством факта выполнения работ.

Аналогичным образом отсутствие мотивированных и обоснованных возражений по подписанию двусторонних документов в отношениях по оказанию услуг следует квалифицировать как фактическое принятие заказчиком оказанных услуг (определения Верховного Суда РФ от 17.01.2023 № 305-ЭС22-29105 по делу № А40-232414/2021, от 14.11.2022 № 307-ЭС22-20665 по делу № А42-7293/2021, от 20.09.2022 № 305-ЭС22-16967 по делу № А40-132803/2021, от 02.08.2022 № 305-ЭС22-13791 по делу № А40-139804/2021, от 28.12.2021 № 304-ЭС21-24699 по делу № А75-6536/2020, от 21.12.2021 № 305-ЭС21-24568 по делу № А40-257023/2020, от 19.10.2021 № 307-ЭС21-18274 по делу № А13-7111/2020, от 09.07.2021 № 308-ЭС21-9926 по делу № А53-38556/2019, от 17.05.2021 № 305-ЭС21-5332 по делу № А40-79062/2019, от 27.04.2021 № 305-ЭС21-4930 по делу № А41-17094/2020, от 06.04.2020 № 305-ЭС20-2800 по делу № А40-88637/2019, от 23.12.2019 № 305-ЭС19-24629 по делу № А40-165233/2018, от 13.12.2019 № 305-ЭС19-22379 по делу № А41-37416/2019, от 03.08.2015 № 307-ЭС15-9467 по делу № А56-50906/2014, от 01.12.2015 № 308-ЭС15-15041 по делу № А32-24711/2014, определение ВАС РФ от 25.11.2013 № ВАС-16487/13 по делу № А41-49410/12).

При совершении хозяйственных операций значимым и определяющим доказательственное значение документа является верифицируемость фиксируемых им сведений. Иными словами, документ, фиксирующий факт исполнения обязательства, должен обладать такими свойствами, которые позволяют иным посторонним лицам, не являющимся участниками обязательственных отношений сторон, удостовериться в действительности отражаемых в документе сведений.

Счет-фактура и прочие аналогичные документы представляет собой двусторонние документы. Их составление обусловливается поведением обеих сторон обязательств, они совершают встречные действия по фиксации состояния своих фактически складывающихся договорных отношений. Подписание документа ответчиком является подтверждением его воли на приятие оказанной услуги, что позволяет считать факт оказания услуги, отраженный в таком документ, достоверным.

Смысл составления такого документа состоит в том, что при его подписании заказчик лишается в последующем возможности безосновательно (без опровержения содержания документа) отрицать факт оказания услуги, поскольку иначе такое отрицание противоречит предшествующему поведению заказчика. Поскольку составление двусторонних документов служит средством объективирования волеизъявления заказчика при совершении хозяйственной операции по приемке оказанной услуги, в практике деловых отношений двусторонние акты являются одним из доказательств исполнения обязательств. Каждая сторона в подтверждение произведенной хозяйственной операции заинтересована в сохранении у себя экземпляра такого документа с подписями контрагента. Между сторонами происходит взаимный обмен документами, сопровождающийся их подписанием.

В настоящем случае представленные истцом счет-фактуры, несмотря на отсутствие актов сдачи оказанных услуг, являются достаточным доказательством фактического оказания услуг и возникновения обязательства по их оплате.

Отклоняя при таких обстоятельствах доказательства, представленные истцом, суд фактически исполнил бы обязанность ответчика по опровержению этих доказательств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.11.2020 № 302-ЭС20-6718, постановление Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 № 8127/13), что недопустимо.

Поскольку ответчик не представил доказательства наличия гражданско-правовых оснований прекращения обязательства по оплате, в том числе в связи с погашением долга, требование о взыскании заявленного долга по оплате является обоснованным.

Целью применения гражданско-правовой ответственности является восстановление имущественных потерь кредитора, возникших в связи с нарушением должником своих обязательств. В случае неисполнения денежного обязательства мерой ответственности может выступать взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму долга. Такой способ защиты прав кредитора предусмотрен положениями пункта 1 статьи 395 ГК РФ.

Также на случай нарушения обязательств стороны могут в договоре установить меру ответственности в виде неустойки (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). Стороны соглашения обладают диспозитивными полномочиями при определении размера неустойки. Однако законодателем установлено ограничение. Когда соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, предусмотренные настоящей статьей проценты, не подлежат взысканию (пункт 4 статьи 395 ГК РФ).

Ответчик не ссылался на обстоятельства, которые освобождали бы его от ответственности за нарушение обязательств. При этом применительно к денежным обязательствам по общему правилу всякая просрочка является умышленной, если должник знает о наличии долга и не исполняет его (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2022 № 305-ЭС21-24470).

Истец произвел расчет за период с 23.04.2021 по 07.03.2023 от суммы долга. Истец учел ограничения по применению финансовых санкций к ответчику ввиду действия с 01.04.2022 по 01.10.2022 моратория, введенного постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497. Финансовые санкции допустимо начислять с 02.10.2022 (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845, от 21.09.2023 № 307-ЭС23-9426).

Однако истец неверно определил момент начала просрочки оплаты. С учетом вышеизложенных правовых позиций, пунктов 2.2.2 и 4.3 договора срок оплаты по последней из составленных счет-фактур (09.04.2021) наступил через 7 календарных дней (срок для составления акта приемки) и 10 банковских дней (на осуществление окончательного расчета). Таким образом, срок оплаты по указанной счет-фактуре истек 30.04.2021, а просрочка началась с 01.05.2021. Поскольку иные счет-фактуры составлены за более ранние периоды ответчик по состоянию на 01.05.2021 также находился в состоянии просрочки оплаты по ним.

Между тем данное упущение не имеет значения для настоящего дела, поскольку истец также не учел, что договором установлен лимит ответственности заказчика. Вне зависимости от вышеуказанной ошибки определения начала просрочки неустойка может быть начислена в размере не более 3% от суммы долга, что в настоящем случае составляет 19 922,78 руб. Таким образом, в любом случае объём права истца требовать неустойку ограничивается указанной суммой.

В связи с чем также просьба истца о начислении неустойки за будущие периоды, основанная на разъяснениях пункта 65 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" не может быть удовлетворена.

Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению. Расходы истца по оплате государственной пошлины составили 16 946 руб. (платежные поручения № 212 от 07.03.2023, № 335 от 02.05.2023). С учетом результата рассмотрения спора указанные расходы подлежат возмещению за счет ответчика в размере 16 623 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края 

 

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Л.Л.Т.» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ГОСТ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 684 015 руб. 48 коп., в том числе: 664 092 руб. 70 коп. – основного долга, 19 922 руб. 78 коп. – неустойки, а также 16 623 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

Э.А. Дранишникова