Арбитражный суд Чеченской Республики

364024, Чеченская Республика, г. Грозный, ул. им. Шейха Али Митаева, 22 «б»

E-mail: info@chechnya.arbitr.ru

http://www.chechnya.arbitr.ru

тел. (8712) 22-26-32

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

(мотивированное решение)

Дело № А77-257/2022

22 апреля 2022 года

г. Грозный

 

Решение в виде резолютивной части вынесено 15 апреля 2022 г.

Мотивированно решение составлено 22 апреля 2022 г.

Арбитражный суд Чеченской Республики в лице судьи Исмаилова Р.В.,

рассмотрев  в порядке упрощенного производства дело по иску:

истца: Общество с ограниченной ответственностью «РН-Бурение», ОГРН 

<

***> от 23.03.2006, ИНН 

<

***>, адрес: 119071, 

<

...>, этаж 4, ком.415

адрес в Чеченской Республике: 364006, 

<

...>,

к ответчику: Общество с ограниченной ответственностью «Моравия-Гидросервис», ОГРН 

<

***> от 09.12.2002, ИНН 

<

***>,  адрес: 630073, 

<

...>,

о взыскании неустойки

без вызова сторон

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» (далее – ООО «РН-Бурение») обратилось в арбитражный суд с иском к Общество с ограниченной ответственностью «Моравия-Гидросервис» (далее – ООО Моравия-Гидросервис») о взыскании неустойки в виде пени в сумме 158 976,00 руб.

Определением от 25 февраля 2022 г. дело принято к производству в порядке упрощенного производства, сторонам установлены сроки представления доказательств и дополнительных доказательств.

Сторонами были представлены отзыв и возражения на отзыв.

Истцом заявлено об уменьшении иска до 154 008 руб. за период с 12.05.2020 по 11.06.2020.

15 апреля 2022 г. судом принято решение в виде резолютивной части о взыскании с ответчика неустойки в сумме 49 680,00 руб., в остальной части отказано.

18 апреля 2022 г. от ООО Моравия-Гидросервис» поступило заявление о составлении мотивированного решения, в связи с чем, в соответствии с ч.2 ст.229 АПК РФ, судом составляется мотивированное решение.

Изучив и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные сторонами письменные доказательства, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, между ООО «РН-Бурение» в лице Грозненского филиала (далее - Истец, Покупатель) и ООО «Моравия-Гидросервис» (далее - Ответчик, Поставщик) заключен договор №2449520/1216Д от 10.03.2020г. (далее - Договор) на поставку материально- технических ресурсов (л.д.).

Согласно пункту 1.1. Договора Поставщик обязуется передать в собственность Покупателя Товар по номенклатуре, качеству, в количестве, по цене и срокам поставки согласно условиям настоящего Договора и Спецификации (по форме, установленной в Приложении №1 к настоящему Договору), а Покупатель принять и оплатить Товар.

В соответствии с пунктом 4.1. Договора Базис поставки Товара, график и сроки поставки, а также иные условия поставки оговариваются по каждой партии Товара отдельно и отражаются в Спецификации (Приложении).

Пунктом 4.2.3 Договора предусмотрено, что Базис поставки «Пункт назначения»:

Датой поставки Товара является дата подписания товарной накладной или акта приема-передачи товара, составляемой при передаче Товара Покупателю в месте нахождения склада или на территории Покупателя.

Согласно пункту 4.2.1. обязанность Поставщика по поставке Товара считается исполненной в момент передаче Товара Грузополучателю/Получателю и подписания последним товарной накладной (акта приема-передачи Товара).

Согласно Спецификации к Договору, Поставщик обязался поставить Покупателю следующий Товар:

рукав буровой Е-102-52 (6м) в количестве 6 шт. на общую сумму 684 000 руб., с учетом НДС, в срок 60 календарных дней после подписания спецификации;

рукав буровой Е-102-52 (Зм) в количестве 15 шт. на общую сумму 972 000 руб., с учетом НДС, в срок 60 календарных дней после подписания спецификации.

В соответствии со спецификацией к Договору, период поставки составляет 60 дней с даты подписания спецификации. 

Учитывая, что датой подписания спецификации является 10.03.2020г. крайним сроком поставки является 09.05.2020г. 

Ввиду того, что крайний срок поставки выпадает на выходной день в соответствии со ст. 193 ГК РФ, истец полагает, что крайним сроком поставки следует считать 11.05.2020, а пеню начислять с 12.05.2020.

Вместе с тем, в нарушение условий Договора, Товар был поставлен - 11.06.2020, т.е. с нарушением сроков поставки, что подтверждается счет-фактурой, товарной и транспортной накладными №495 от 11.06.2020 (л.д.).

Пунктом 8.1.1. Договора предусмотрено, что в случае нарушения сроков поставки Товара, предусмотренных в настоящем Договоре и Спецификации, в том числе в случае несоответствия количества поставленного Товара сопроводительным документом, Поставщик уплачивает Покупателю пеню в размере 0,3% от стоимости не поставленного в срок Товара за каждый день просрочки, но не более чем 30% от стоимости не поставленного в срок Товара.

При этом пеня рассчитывается за период с даты истечения срока поставки до даты исполнения Поставщиком обязательств по поставке.

В соответствии с расчетом истца сумма пеней за нарушение сроков поставки Товара составляет заявленные 154 008 руб. за период с 12 мая по 11 июня 2020 г.

В целях соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, Истцом была направлена Ответчику претензия №ГРФ-05-628 от 27.10.2021, на который последовал ответ исх. №886 от 24.11.2021 и повторная претензия №ГРФ-05-699 от 30.11.2021 посредством электронной почты и Почты России.

В установленный срок (20 к. дней) за повторной претензией не последовало удовлетворения либо ответа, что послужило основанием для обращения в суд.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства, требованиями закона и иных правовых актов.

Согласно п. 1 ст. 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии со ст. 521 ГК РФ, установленная законом или договором поставки неустойка за недопоставку или просрочку поставки товаров, взыскивается с поставщика до фактического исполнения обязательства в пределах его обязанности восполнить недопоставленное количество товаров в последующих периодах поставки, если иной порядок уплаты неустойки не установлен законом или договором.

Пункт 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъясняет, что по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки.

Согласно доводам отзыва, ответчик не оспаривает факт просрочки в поставке товара, однако указывает на отсутствие в этом своей вины в виду распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и введенных на этом основании ограничений а также на неправильное исчисление периода просрочки и ее чрезмерность.

Суд частично соглашается с доводами ответчика, а именно в той части, что истцом неверно определен период начисления и в том, что размер пени в 0,3% в данном случае является чрезмерным.

Оснований для освобождения от ответственности за просрочку в поставке товара суд не усматривает в силу следующего.

 Так, ответчик в обоснование своего довода ссылается на указы Президента РФ от 25.03.2020 № 206, от 02.04.2020 №239 и от 28.04.2020 № 294, в соответствии с которыми на территории РФ нерабочими были объявлены дни в период с 30.03-30.04.2020г. и 06.05-08.05.2020г. и на Указ Главы Чеченской Республики от 1 апреля 2020г., в соответствии с которым, по заявлению Ответчика, был введен запрет на въезд и выезд на территории Чеченской Республики в период с 05.04 - 01,06.2020г.

Однако суд находит их несостоятельными.

Согласно ответу на вопрос 5 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанный с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории РФ новой коронавирусной инфекции (COVID-19) №1 утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 21.04.2020г.:

нерабочие дни, объявленные таковыми Указами Президента Российской Федерации от 25 марта 2020 г. № 206 и от 2 апреля 2020 г. № 239, относятся к числу мер, установленных в целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и не могут считаться нерабочими днями в смысле, придаваемом этому понятию ГК РФ, под которым понимаются выходные и нерабочие праздничные дни, предусмотренные статьями 111, 112 ТК РФ.

Иное означало бы приостановление исполнения всех без исключения гражданских обязательств в течение длительного периода и существенное ограничение гражданского оборота в целом, что не соответствует целям названных Указов Президента Российской Федерации.

Кроме того, установление нерабочих дней в данном случае являлось не всеобщим, а зависело от различных условий (таких как направление деятельности хозяйствующего субъекта, его местоположение и введённые в конкретном субъекте Российской Федерации ограничительные меры в связи с объявлением режима повышенной готовности). Помимо этого, дополнительные ограничительные меры по передвижению по территории, определению круга хозяйствующих субъектов, деятельность которых приостанавливается, могут вводиться на уровне субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента РФ от 2 апреля 2020 г. № 239).

Равным образом, в сложившейся ситуации необходимо учитывать, что в ряде случаев в дни, объявленные Указами Президента Российской Федерации нерабочими, препятствия к исполнению обязательства могут отсутствовать, а в ряде случаев - такое исполнение полностью невозможно.

С учётом изложенного, при отсутствии иных оснований для освобождения от ответственности за неисполнение обязательства (статья 401 ГК РФ) установление нерабочих дней в период с 30 марта по 30 апреля 2020 г. основанием для переноса срока исполнения обязательства исходя из положений ст. 193 ГК РФ не является. (Постановление от 24 февраля 2021 г. по делу № А55-12529/2020; Решение от 17 декабря 2020 г. по делу № А68-6073/2020; Решение от 28 мая 2021 г. по делу № А45-3703/2021.)

Также в ответе на вопрос 7 Обзора указано:

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, статья 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы.

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в пункте 8 названного постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учётом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Такая позиция находит отражение в судебной практике, в частности постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14 сентября 2021 г. по делу N А39-6619/2020; решении Арбитражного суда Чувашской Республики от 16 июля 2020 г. по делу № А79- 3793/2020; решении Арбитражного суда Краснодарского края от 6 октября 2020 г. по делу № А32-33391/2020.

Относительно Указа Главы Чеченской Республики от 27 марта 2020 года № 66 «О неотложных мерах по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Чеченской Республики» (в ред. Указа главы ЧР от 1 апреля 2020 года № 67) суд отмечает, что в нем не содержится запрета на въезд и выезд на территорию Чеченской Республики в период его действия.

Более того, в п. 5.2 Указа Главы ЧР № 67 от 01.04.2020г. приводится:

Граждане обязаны не покидать места проживания (пребывания), за исключением случаев обращения за экстренной (неотложной) медицинской помощью и случаев иной прямой угрозы жизни и здоровью, случаев следования к месту (от места) осуществления деятельности (в том числе работы), которая не приостановлена в соответствии с настоящим указом, осуществления деятельности, связанной с передвижением по территории населенного пункта и Чеченской Республики, в случае если такое передвижение непосредственно связано с осуществлением деятельности, которая не приостановлена в соответствии с настоящим указом (в том числе оказанием транспортных услуг, транспортно-логистических услуг и услуг доставки), а также следования к ближайшему месту приобретения товаров, работ, услуг, реализация которых не ограничена в соответствии с настоящим указом, выноса отходов до ближайшего места накопления отходов.

В соответствии с и. 11.1 Договора, сторона, для которой стало невозможным исполнение обязательств по настоящему Договору по причине наступления форс-мажорных обстоятельств, должна незамедлительно информировать другую Сторону в письменном виде о возникновении вышеуказанных обстоятельств, а также в течение 30 дней предоставить другой стороне подтверждение форс-мажорных обстоятельств. 

Таким подтверждением будет являться справка, сертификат или иной соответствующий документ, выданный уполномоченным государственным органом, расположенным по месту возникновения форс-мажорных обстоятельств, однако  данное условие не соблюдено Ответчиком, доказательств обратного не представлено.

В материалах дела отсутствуют данные об обращении ответчика в адрес истца с предложением о продлении срока поставки товара по названным причинам.

Также доводы об отсутствии вины в просрочке исполнения обязательств опровергает тот факт, что поставка товара 11 июня 2020 г. произведена ответчиком в период действия тех ограничений, на которые он ссылается в свое оправдание, а не после их снятия. Это свидетельствует о том, что у ООО Моравия-Гидросервис» при проявлении должной степени заботливости и осмотрительности имелась реальная возможность своевременно исполнить взятые на себя обязательства.

Относительно довода о чрезмерности неустойки.

В силу пункта 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить. 

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее – Постановление N 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). Заранее установленные условия договора о неприменении или ограничении применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации являются ничтожными (пункты 1 и 4 статьи 1, пункт 1 статьи 15 и пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

По смыслу статей 332, 333 ГК РФ, установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не являются препятствием для снижения ее судом (пункт 70 Постановления N 7). Правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются также в случаях, когда неустойка определена законом (пункт 78 Постановления N 7). 

В пункте 72 Постановления N 7 разъяснено, что заявление ответчика о применении положений статьи 333 ГК РФ может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае , если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 6.1 статьи 268, часть 1 статьи 286 АПК РФ). 

По смыслу положений статьи 333 ГК РФ, указанных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении N 7, следует обязанность суда рассмотреть по существу заявление ответчика о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. 

В соответствии с пунктом 75 Постановления N 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки. 

Согласно пункту 77 Постановления N 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ). 

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного суда РФ, изложенной в определении от 10.04.2012 №ВАС-3875/12, размер неустойки 0,1% является обычно принятым в деловом обороте и не считается чрезмерно высоким. Согласованный же сторонами процент неустойки в размере 0,3% признается судом чрезмерным, превышающим обычный, принятый в деловом обороте (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.01.2022 по делу №А32-10846/2021, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.01.2022 по делу №А53-1218/2021 и др.)._ 

Также необходимо принять во внимание небольшой период просрочки, 30 дней.

Вопреки доводам сторон, в 2020 году выходными праздничными днями были 9, 10 и 11 мая, следовательно, по правилам ст.193 ГК РФ первым рабочим (и последним по условиям договора) днем для целей определения срока исполнения обязательства в настоящем деле будет являться 12 мая.

В связи с изложенным, судом произведен самостоятельный расчет пени, исходя из 0,1% за каждый день просрочки, за период с 13 мая по 11 июня 2020 г.: 1 656 000*30*01,1%=49 680,00 руб. 

Во взыскании остальной части следует отказать.

Поскольку снижение суммы неустойки произведено судом по причине ее чрезмерности, правило о пропорциональном взыскании с ответчика судебных расходов истца применению не подлежит.

Руководствуясь статьями 226-229 АПК РФ, арбитражный суд

решил:

1. Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Моравия-Гидросервис»  в пользу Общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» неустойку в виде пени в сумме 49 680,00 руб. 

2. Во взыскании остальной части пени отказать.

3. Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Моравия-Гидросервис»  в пользу Общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины 5 769,00  руб.

Решение подлежит немедленному исполнению, но может быть обжаловано в течение пятнадцати дней со дня принятия в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Чеченской Республики.

Судья                                                                                     Р.В. Исмаилов