АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А82-3781/2021

01 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25.10.2023.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Прытковой В.П.,

 

в отсутствии представителей участвующих в деле лиц

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

финансового  управляющего ФИО1

 

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 27.05.2023 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 28.07.2023

по делу № А82-3781/2021 ,

 

по заявлению финансового управляющего ФИО1 

о признании недействительной сделкой договора дарения имущества 

и применении последствий недействительности сделки

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее - должник) финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора дарения нежилого здания и земельного участка между ФИО2 и ФИО3 (далее - ответчик), и применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, Ассоциация «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», общество с ограниченной ответственностью «Гелиос», ФИО1, Федеральное государственное бюджетное учреждение «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» в лице филиала по Ярославской области, общество с ограниченной ответственностью «Аскор».

Суд первой инстанции определением от 27.05.2023, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 28.07.2023, в удовлетворении заявленных требований отказал.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, финансовый управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 27.05.2023 и постановление от 28.07.2023, заявленные требования удовлетворить. 

В кассационной жалобе заявитель выражает несогласие с оценкой судов оспариваемой сделки по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в то время как финансовый управляющий считает, что сделку следует квалифицировать как недействительную по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Лицо, подавшее жалобу, не согласно с применением судом срока исковой давности. ФИО1 указывает, что случайно в январе 2023 года узнал от самого должника о том, что вывод недвижимости из собственности должника был осуществлен через два договора дарения, после чего в срочном порядке обратился в суд с заявлением, а также в Росреестр для запроса копии первого договора дарения, где узнал о трехстороннем соглашении о залоге спорного имущества (всего комплекса недвижимости, оспариваемого финансовым управляющим двумя исковыми заявлениями), заключенного между ФИО2, ФИО3 и кредитором первого - ФИО5  Заявитель считает, что момент начала течения исковой давности начинается с 27.01.2023 года (получение сведений из Росреестра), когда у него на руках был полный комплект документов, позволяющий провести полную оценку двух договоров дарения 2017 года. 

По мнению финансового управляющего, суды, применяя срок исковой давности, не стали устанавливать фактические обстоятельства дела, а именно то, что к моменту передачи имущества у ФИО2 уже имелись принятые на себя долговые обязательства перед ФИО5; имеется аффилированность сторон договора дарения, поскольку ответчик является братом должника, а следовательно, по мнению финансового управляющего, имущество не выбыло из фактического пользования ФИО2; согласно отзыву ФИО3 он был осведомлен о «финансовых взаимоотношениях» брата с ФИО6 и ФИО7, то есть он очевидно понимал для чего на самом деле подписывал договоры дарения и для чего происходит дарение столь дорогого и по сути единственного имущества должника.

В данной ситуации, как считает финансовый управляющий, очевидна противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

ФИО3 и ФИО2 в письменных отзывах на кассационную жалобу отклонили доводы заявителя, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Определением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 25.10.2023 на основании пункта 2 части 3 и части 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Ногтевой В.А.,  ввиду болезни, на судью Прыткову В.П.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области от 27.05.2023 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 28.07.2023 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы. 

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, согласно договору дарения от 23.06.2017 ФИО2 подарил ФИО3 нежилое здание, площадью 579,7 кв.м, по адресу: 

<

...> (напротив №30), кадастровый номер 76:23:030308:295, и земельный участок площадью 900 кв.м. по адресу 

<

...>, кадастровый номер: 76:23:030308:311. 

Переход права собственности на указанное имущество зарегистрирован 10.08.2018. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 28.04.2021 возбуждено дело о банкротстве должника ФИО2

 Решением Арбитражного суда Ярославской области от 03.08.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4. 

Определением от 23.06.2022 суд отстранил ФИО4 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника по делу                           № А82-3781/2021. 

Определением Арбитражного суда от 16.08.2022 финансовым управляющим имуществом ФИО2 утвержден арбитражный управляющий ФИО1. 

Финансовый управляющий ФИО1, полагая, что заключением договора дарения здания и земельного участка от 23.06.2017 причинен вред имущественным правам кредиторов, обратился в Арбитражный суд Ярославской области с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением. 

Определением от 21.03.2023 суд освободил арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника и утвердил финансовым управляющим имуществом ФИО2 ФИО1, который поддержал заявление о признании сделки недействительной. 

Суды двух инстанций отказали в удовлетворении заявления по причине пропуска срока исковой давности.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности, к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы. 

В то же время, законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), поэтому квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае, оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя. 

В силу изложенного, заявление об оспаривании сделки должника на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть удовлетворено только в том случае, если доказано наличие в сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор дарения заключен 23.06.2017, регистрация перехода права собственности осуществлена 10.08.2018. 

Таким образом, по оспариваемому договору отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации. 

Следует учитывать, что конечной целью оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. 

Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). При этом перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. 

Таким образом, для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. 

Следовательно, поскольку переход права от должника зарегистрирован 10.08.2018, следует признать, что оспариваемая сделка попадает в трехлетний период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (поскольку дело о банкротстве возбуждено 28.04.2021), а потому подлежит проверке на предмет ее действительности применительно к юридическому составу, установленному данной статьей. 

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчиком было заявлено о пропуске срока исковой давности оспаривания договора дарения.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Как следует из материалов дела, заявление о признании указанного договора недействительной сделкой направлено в Арбитражный суд Ярославской области посредством системы электронной подачи документов «Мой Арбитр» 24.01.2023, что подтверждается информацией о документе дела. 

Довод финансового управляющего о том, что срок исковой давности необходимо исчислять с момента полного ознакомления ФИО1 с документами, касающимися предмета спора - с 27.01.2023 либо с даты получения информации о сделке от должника – 05.10.2022 был предметом рассмотрения судом нижестоящей инстанции и правомерно отклонен в силу следующего.  

При подаче заявления о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 в качестве приложения к заявлению представлено решение Дзержинского районного суда г. Ярославля от 29.07.2020 № 2-1210/2020, в тексте описательно-мотивировочной части которого содержатся ссылки суда на заключение ФИО2 и ФИО3 23.06.2017 договора дарения и дату регистрации перехода права собственности. 

Заявление должника о признании банкротом с прилагаемыми к нему документами отсканировано судом первой инстанции и размещено в электронном деле в Картотеке арбитражных дел 15.03.2021. 

Также в материалы дела в ответ на запрос суда представлена выписка от 24.05.2021 из Единого государственного реестра недвижимости в отношении ФИО2, в которой содержатся сведения о прекращении 10.08.2018 государственной регистрации права собственности должника на здание по адресу: 

<

...> напротив д.№30, а также земельный участок №76:23:030308:311. 

Указанная выписка опубликована в Картотеке арбитражных дел в электронном деле № А82-3781/2021 28.05.2021. 

Закон о банкротстве, как и Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, закрепляют право финансового управляющего знакомиться с материалами арбитражного дела. При вступлении финансового управляющего в дело о банкротстве совершение указанного процессуального действия является наиболее разумным, первоочередным. 

Кроме того, пункт 3 статьи 20.3 Закона о банкротстве обязывает арбитражных управляющих действовать разумно и добросовестно. 

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. 

ФИО8 и последующие финансовые управляющие имели возможность ознакомиться с материалами дела о банкротстве, в том числе в электронном виде, и установить факт заключения должником оспариваемого договора дарения; затем, при необходимости, истребовать документы у самого должника, органа государственной регистрации либо ознакомиться с материалами дела в суде общей юрисдикции. 

Более того, в материалы дела представлен акт приема-передачи от 09.08.2021, согласно которому ФИО2 передал, а финансовый управляющий ФИО8 принял от должника документы, в том числе документы по сделкам должника за последние три года, среди которых указан договор дарения здания и земельного участка, решение Кировского районного суда об оспаривании сделки дарения имущества по заявлению ФИО6 и ФИО7 

Таким образом установлено, что по состоянию на 09.08.2021 финансовый управляющий ФИО8 достоверно располагал сведениями о заключении должником оспариваемого договора дарения, что также согласуется с указанием ФИО8 в отчете о деятельности конкурсного управляющего от 16.05.2022 о подготовке заявлений об оспаривании сделок должника. 

С учетом изложенного, применительно к рассматриваемой ситуации, наиболее поздней возможной датой начала исчисления срока исковой давности является 09.08.2021, соответственно, указанный срок истек 09.08.2022. 

Поскольку арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками друг друга, смена арбитражных управляющих сама по себе основанием перерыва течения давности не является. 

Судом апелляционной инстанции принят во внимание тот факт, что в период отсутствия утвержденного арбитражным судом финансового управляющего, то есть законного представителя гражданско-правового сообщества кредиторов должника, предъявление заявления об оспаривании сделки должника является невозможным в силу объективных причин. 

Вместе с тем, даже если исходить из возможности увеличения срока исковой давности на 2 месяца (период отсутствия финансового управляющего в деле о банкротстве), то в срок до 09.10.2022 заявление о признании сделки недействительной в суд все равно не поступило.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Суды двух инстанций установили, что пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, судами не выявлено и дополнительной квалификации по статьям 10, 168, Гражданского кодекса Российской Федерации не требуют, следовательно, для оспаривания указанного договора правомерно применен годичный срок исковой давности. 

Пороки сделки, на которые ссылался финансовый управляющий, - безвозмездная передача имущества  аффилированному лицу с целью недопущения обращения взыскания на спорное имущество должника и причинения вреда имущественным правам кредиторов в полной мере укладывались в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащего применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов. Доводы заявителя жалобы не свидетельствуют о злоупотреблении сторонами правом применительно к названным обстоятельствам. С учетом изложенного вопреки доводам заявителя оснований для применения к спорным отношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не имелось.

Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется. 

Доводы заявителя жалобы основаны на ошибочном толковании норм материального права и свидетельствуют о несогласии с установленными по спору фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. 

Материалы дела исследованы судами обеих инстанций полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил. 

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1), 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Ярославской области от 27.05.2023 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 28.07.2023 по делу № А82-3781/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу  финансового управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

 

 

Судьи

 

Л.В. Кузнецова

В.П. Прыткова