ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-11093/2019

17 октября 2024 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена     08 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 октября 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Кротова С.М.

судей  Герасимовой Е.А., Радченко А.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Вороной Б.И. 

при участии:  

от ФИО1 – ФИО2 представитель по доверенности от 12.03.2024;

от ФИО3 – ФИО4 представитель по доверенности от 31.03.2023 (посредством онлайн-конференции);

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.07.2024 по обособленному спору № А56-11093/2019/суб.1 (судья Рычкова О.И.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройлес»

ответчики: 1) ФИО3, 2) ФИО1

установил:

ФИО6 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «СтройЛес» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.03.2019 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Публично-правовая компания «Фонд защиты прав граждан-участников долевого строительства» (далее – Фонд) 24.10.2019 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «СтройЛес» несостоятельным (банкротом) с применением правил § 7 главы IX (банкротство застройщиков) Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.11.2020 заявления заявителя и Фонда объединены в одно производство.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.02.2021, резолютивная часть которого объявлена 22.01.2021, ООО «СтройЛес» признано несостоятельным (банкротом) с применением правил параграфа 7 главы IX (банкротство застройщиков) Закона о банкротстве, в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на один год, конкурсным управляющим утверждена Cлончак Валерия Игоревна, судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего о его деятельности и о результатах конкурсного производства должника назначено на 17.12.2021.

Распоряжением Заместителя председателя Арбитражного суда города СанктПетербурга и Ленинградской области от 31.05.2021 в связи с прекращением полномочий судьи Тетерина А.М. на основании статьи 18 АПК РФ дело №А56- 11093/2019 передано в производство судье Рычковой О.И.

Срок конкурсного производства в отношении должника продлевался, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.06.2024 срок конкурсного производства в отношении должника продлен на шесть месяцев до 22.12.2024, судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего о его деятельности и о результатах конкурсного производства должника назначено на 18.12.2024.

Конкурсный управляющий ООО «Стройлес» ФИО5 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 (далее – ответчик 1), ФИО1 (далее – ответчик 2) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройлес» (далее – должник).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.03.2024 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.07.2024 конкурсному управляющему ООО «Стройлес» ФИО5 отказано в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройлес».

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение отменить, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы конкурсный управляющий указал, что заявителю безосновательно отказано в удовлетворении заявленного ходатайства об истребовании сведений.

По мнению заявителя, судом первой инстанции сделаны неверные выводы о роли соответчика ФИО1 в корпоративном устройстве должника, в частности Суд ошибочно исключил его из перечня ответчиков по заявлению управляющего.

Заявитель указывает, что «Проектными декларациями объектов строительства, которым застройщик оперировал в момент заключения договоров участия в долевом строительстве, были установлены строки строительства объектов, в соответствии с которыми объект, находящийся по адресу: 

<

...> 

<

...>, срок которого 3 квартал 2017 года неоднократно переносился, по сегодняшнее время объект не сдан. Таким образом, ООО «Стройлес» допустило существенные нарушения сроков сдачи объектов строительства и их передаче участников долевого строительства. Из указанного следует, что ООО «Стройлес» не выполнило принятые на себя обязательства в запланированные сроки, строительство объектов осуществляется со значительным отставанием от графика, объекты находятся в низкой степени готовности. Такое значительное нарушение сроков передачи объектов строительства свидетельствует о признаках неплатежеспособности ООО «СТРОЙЛЕС».

В материалы дела поступил отзыв ФИО3, в котором он возражает против удовлетворения апелляционной жалобы. 

В ходе судебного заседания 08.10.2024 представители ФИО3 ФИО1 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы. 

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Довод заявителя о необоснованном отклонении судом ходатайства об истребовании доказательств, что, по мнению истца, привело к принятию неправильного решения, судом апелляционной инстанции отклоняется.

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Исходя из данной нормы, удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств является правом, а не обязанностью суда.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.2011 N 5256/11, по делам, рассматриваемым в порядке искового производства, обязанность по собиранию доказательств на суд не возложена. Доказательства собирают стороны. Суд же оказывает участвующему в деле лицу по его ходатайству содействие в получении тех доказательств, которые им не могут быть представлены самостоятельно, и вправе предложить сторонам представить иные дополнительные доказательства, имеющие отношение к предмету спора.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен проверить обоснованность данного процессуального действия с учетом принципов относимости и допустимости доказательств, и при отсутствии соответствующей необходимости, вправе отказать в его удовлетворении.

В данном случае, и судом первой инстанции, и апелляционным судом учтена достаточность представленных по делу доказательств, в связи с чем оснований для удовлетворения ходатайства Общества об истребовании выписки по расчетному счету должника не имеется.

Конкурсный управляющий, обращаясь с настоящим заявлением в суд, ссылался на:

1. неправомерное бездействие ответчиков по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, в связи с чем они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по основаниям статья 61.12 Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве);

2. неправомерные действия ответчиков, выразившиеся в хищении денежных средств, поступивших должнику от участников долевого строительства.

Исходя из системного толкования статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ указанный нормативно-правовой акт вступил в законную силу в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу, то есть с 30.07.2017.

Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия закона о времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона № 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них, независимо от даты возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве).

Данный подход отражен и в пункте 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которым указано, что положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место быть после дня вступления в силу обновленного закона.

Поскольку заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подано в 2023 году, то при его рассмотрении применяются процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Так как конкурсный управляющий, обосновывая свое заявление, ссылался на неисполнение ответчиками своих обязательств по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в 2017 году, а также хищение денежных средств должника в 2017 году, то суд к спорным правоотношениям применяет положения статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №134-ФЗ.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 12 обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020), значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора следует руководствоваться, в том числе, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53.

Как следует из пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Исходя из пункта 14 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Учитывая изложенные выше правовые позиции, следует, что для привлечения к субсидиарной ответственности за необращение (несвоевременное обращение) в суд с заявлением о признании должника банкротом, заявителю необходимо доказать совокупность следующих обстоятельств:

- наличие условий, определенных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Закона № 143 ФЗ;

- момент возникновения условий, определенных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Закона № 143 ФЗ;

- наличие неисполненных обязательств, а также размер таких обязательств, возникших после пропуска руководителем должника срока на обращения в суд с заявлением о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, конкурсный управляющий, обосновывая свое заявление, не указал размер обязательств, возникших после пропуска ответчиками срока на обращение в суд с заявлением о банкротстве должника, что само по себе является основанием для отказа в удовлетворении заявления.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий также не указывает размер обязательств, возникших после пропуска ответчиками срока на обращение в суд с заявлением о банкротстве должника.

            Вместе с тем, суд первой инстанции также пришел к выводу о том, что конкурсный управляющий документально не обосновал момент возникновения признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Так, конкурсный управляющий указывал, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества в 2017 году.

Вместе с тем, конкурсный управляющий ни при рассмотрении дела в первой инстанции ни в апелляционной жалобе не опровергает доводы ответчика и выводы суда о том, что из бухгалтерской отчетности Должника за 2017 год следует, что активы Должника равнялись его пассивам.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Объективное банкротство, как указывает Верховный суд РФ, не определяется на основании финансового анализа, а выявляется совокупностью требований активов и пассивов должника.

Согласно бухгалтерской отчетности ООО «Стройлес» за период 2017-2019гг. баланс активов составляет 668.432.000 руб. по состоянию на 31.12.2017г., 768.544.000 руб. - на 31.12.2018г. и 772.466.000 руб. - на 31.12.2019г.

Из отчетности видно, что у Общества имелись основные средства в размере 537,528 млн. руб. (2017 год) и 609.792 млн. руб. (2018 год), 722.783 млн руб (2019г).

Преимущественно основные средства состояли из земельных участков. Сам конкурсный управляющий указывает в заявлении, что 26.05.2021 у Должника инвентаризовано 20 земельных участков.

В рамках обособленного спора по делу №А56-11093/2019/ск.1 установлено, что согласно отчету об оценке от 01.11.2022 рыночная стоимость земельных участков с кадастровыми номерами 47:14:0624012:25,1 47:14:0624012:252, 47:14:0624012:253, 47:14:0624012:254 ровняется 29 028 000 руб., 68 500 000 руб, 37 775 000 руб., 173 320 000 руб и 45 514 000 руб. соответственно.

Таким образом, рыночная стоимость только 4-х земельных участков (из 20-ти) составляла 308.623.000 рублей. 

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, момент возникновения у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества документально не обоснован, в связи с чем установить момент возникновения у ответчиков обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, равно как и размер обязательств, возникших по истечении срока на подачу соответствующего заявления установить невозможно.

Относительно правовой природы ответственности руководителя за несвоевременную подачу заявления должника о банкротстве Верховный Суд Российской Федерации указывает следующее.

Каждый участник гражданского оборота, заключающий сделки с определенным юридическим лицом, имеет намерение получить соответствующий результат, что возможно лишь при платежеспособности этого юридического лица. Исчерпывающей информацией о финансовом (имущественном) положении юридического лица обладает его руководитель как единоличный исполнительный орган. Он же должен действовать разумно и добросовестно, в том числе в отношении контрагентов должника. Существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленность об этом кредиторов нарушает права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Конкурсный     управляющий      полагает,      что      доказательством неплатежеспособности Должника является наличие в производстве судов общей юрисдикции более 50 дел, возбужденных по заявлениям участников долевого строительства по вопросам взыскания с Застройщика неустойки в связи с нарушением сроков строительства.

Наличие таких споров свойственно для большинства застройщиков, в том числе и действующих и такие споры не означают обязательность в дальнейшем банкротства застройщика. Так, на территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области такие споры имели практически все крупные застройщики.

Должник на протяжении всего 2017 года и в 2018 году осуществлял строительство домов, на своем официальном сайте https://petermill.ru/ ООО «Стройлес» размещало фотографии и информацию о ходе строительства. В марте 2017 года Администрация выдала ему разрешение на ввод в эксплуатацию многоквартирных жилых домов.

Впервые перенос срока строительства ООО «Стройлес» допустило только в 3 квартале 2017   года. Перенос срока сдачи объекта с 3 квартала 2017 года на более поздний срок свидетельствует лишь о нарушении сроков строительства, а не о прекращении строительных работ, поэтому не может рассматриваться как признак неплатежеспособности организации.

В рамках обособленного спора №А56-11093/2019/сд.1 суд ранее указал на стр. 4 определения Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.08.2021, что «перенос срока строительства является распространенным явлением и среди финансово устойчивых организаций-застройщиков...».

При этом, как следует из информации с сайтов судов общей юрисдикции, в 2017 году к ООО «Стройлес» предъявлено всего 4 иска, и только два из этих исков удовлетворены. При этом по одному из них (дело № 2-664/2018) ООО «Стройлес» в августе 2018  года полностью погасило долг в размере 1 626 371,49 руб. 

В большом количестве иски в суды общей юрисдикции стали поступать только с марта 2018 года, но и по ним осуществлялась частичная оплата.

Иски о взыскании задолженности по договорам стали поступать с декабря 2018 года (первый иск поступил 06.12.2018 - дело №А56-152675/2018)

Таким образом, до осени 2018 года Должник исполнял свои обязательства перед контрагентами, помимо этого Должник осуществлял оплату обязательных платежей, налогов и заработной платы.

Таким образом, конкурсный управляющий ошибочно связывает перенос срока строительства в 3 квартале 2017 года с датой возникновения неплатежеспособности ООО «Стройлес».

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, момент возникновения у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества документально не обоснован, в связи с чем установить момент возникновения у ответчиков обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, равно как и размер обязательств, возникших по истечении срока на подачу соответствующего заявления установить невозможно.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 по делу №А56-26451/2016, при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Как следует из материалов дела, ответчик 1 являлся генеральным директором должника в период с 16.12.2008 по дату открытия конкурсного производства.

Таким образом, ответчик 1 в рассматриваемый период времени (2017 год) являлся контролирующим должника лицом, в связи с чем потенциально может быть привлечен к субсидиарной ответственности такого должника.

В данной части возражений не заявлено.

В свою очередь, ответчик 2 являлся участником должника в период с 08.10.2008 с долей в уставном капитале, равной 32%, а с 10.01.2014 по 16.09.2019 с долей в уставном капитале, равной 14%, доказательств обратного не представлено.

Таким образом, ответчик 2 никогда не являлся контролирующим должника лицом по смыслу, придаваемому данному понятию положениями статьи 61.10 Закона о банкротстве, поскольку не имел ни юридический, ни фактической возможности давать ему обязательные для исполнения указания.

При таких обстоятельствах, ответчик 2 в любом случае не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Оценив доводы конкурсного управляющего о неправомерных действия ответчика 1, выразившихся в хищении денежных средств должника, полученных им от участников долевого строительства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об их документальной необоснованности, поскольку в материалах дела не имеется ни вступившего в законную силу приговора суда, ни иных доказательств, подтверждающих соответствующее утверждение.

При этом в отсутствии таких доказательств, какие-либо выводы о неправомерности поведения ответчика 1 сделаны быть не могут.

Исходя из всего вышеизложенного, заявление конкурсного управляющего удовлетворению не подлежит.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Выводы суда являются верными. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. 

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 11.07.2024 по обособленному спору № А56-11093/2019/суб.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Взыскать из конкурсной массы ООО «Стройлес» в пользу федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия. 

 

Председательствующий

 

С.М. Кротов

Судьи

 

Е.А. Герасимова

 А.В. Радченко