ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

17.01.2024                                                                                      Дело № А40-156937/21

 

Резолютивная часть постановления оглашена 11 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 января 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кручининой Н.А., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 20.07.2023;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Хоумстрой» – ФИО3 по доверенности от 16.05.2023;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

индивидуального предпринимателя ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2023,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2023

о признании недействительными сделок по перечислению должником в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 денежных средств в общем размере 21 992 810 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Хоумстрой»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 03.11.2022 общество с ограниченной ответственностью «Хоумстрой» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Производители нерудных материалов» (далее – кредитора) о признании недействительными сделок по перечислению должником в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – предпринимателя) денежных средств в общем размере 21 992 810 руб., которое обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2023, было удовлетворено.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, предприниматель обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель предпринимателя доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель конкурсного управляющего должника просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой, конкурсный управляющий должника ссылался на то, что по результатам проведенного анализа банковской выписки должника им были выявлены финансовые операции по перечислению должником в период с 3ё1.08.2018 по 09.02.2021 в пользу предпринимателя денежных средств в общем размере 21 992 810 руб. с указанием в назначении платежей на оплату по договору от 01.07.2018 за аренду оборудования, указывая на то, что спорные платежи были осуществлены в период подозрительности, в отсутствие встречного предоставления с учетом отсутствия реального характера исполнения договора аренды оборудования и в отношении заинтересованного лица, просил признать их недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьей 10 ГК РФ.

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции исходил из того, что в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Следовательно, для признания сделки недействительной по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие объективные факторы: сделка должна быть заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, либо трех лет (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота), неравноценное встречное исполнение обязательств, или совокупность обстоятельств, квалифицирующих договоры как недействительные сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

Предметом проверки судом явились обстоятельства действительного наличия встречного предоставления по отношению к перечислению денежных средств, наличие вреда и осведомленность ответчика о соответствующем причинении вреда.

Судом установлено, что предприниматель являлся руководителем должника, представленные документы подписаны им как со своей стороны, так и со стороны контрагента, в связи с чем предприниматель признается заинтересованным к должнику лицом, применительно к критериям статьи 19 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время, для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям высшей судебной инстанции, приведенным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановления от 23.12.2010 № 63), на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановления от 23.06.2015 № 25) разъяснено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Кроме того, согласно методологическому подходу высшей судебной инстанции,  приведенному в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, а также в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановления от 21.12.2017 № 53), если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков недействительности у данной сделки, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Отсутствие у лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с чем, она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

В настоящем случае, суд первой инстанции пришел к выводу о мнимости договора аренды оборудования от 01.07.2018, критически оценив .представленные предпринимателем доказательства.

Так отметил суд, в качестве оснований для получения от должника денежных средств в сумме 21 992 810 руб. предпринимателем были предоставлены: договор аренды оборудования от 01.07.2018, акт приема-передачи оборудования от 01.07.2019, договор субаренды от 01.07.2019 № 2/2018, инвентаризационная опись за 2019 год, 19 актов об оказанных услугах, договор купли-продажи оборудования от 16.04.2017 № 4/16, акт приема-передачи от 16.04.2017, договор купли-продажи оборудования от 20.11.2016 № 11/16-О, акт приема-передачи от 20.11.2016.

Однако, из содержания договора аренды оборудования от 01.07.2018 не следует, с очевидностью,  что предпринимателем должнику было предоставлено какое-либо оборудование (имущество), которое возможно реально использовать в производственной деятельности должника для производства бетона, поскольку отдельные механизмы/элементы, определенные условиями договора аренды от 01.07.2018, самостоятельно (без их сбора и монтажа с другими элементами/механизмами) производить бетон не могут.

Акты № 1-5 содержат абсолютно одинаковые исправления в виде зачеркнутой печати должника от имени предпринимателя.

Денежные средства перечислялись ответчику бессистемно, по 19 актам осуществлено 87 расходных операций.

В бухгалтерском учете должника оборудование также было учтено как отдельные элементы, а на дату проведения инвентаризации (01.11.2019) какого-либо производственного оборудования, которое может быть использовано должником в своей производственной деятельности для извлечения прибыли не значится.

Кроме того, отметил суд, оборудование было приобретено предпринимателем по двум договорам купли-продажи, между сведений о фактическом исполнении договоров суду не представлено, отсутствуют и доказательства наличия оборудования у ответчика в натуре в настоящий момент, принимая во внимание отсутствие и сведений об иных составляющих производственного комплекса, принадлежащих должнику.

Как следствие, суд первой инстанции пришел к обоснованному им выводу об отсутствии действительного встречного предоставления по отношению к перечислению должником в пользу заинтересованного лица денежных средств.

Также суд пришел к выводу о причинение вреда кредиторам должника с учетом возникновения обстоятельств недостаточности денежных средств именно в связи с их безвозмездной передачей заинтересованному лицу.

При этом, суд первой инстанции установил, что в рассматриваемом случае определением суда от 02.05.2023 по настоящему делу установлен факт уклонения руководителя должника, от передачи документации должника, указанное обстоятельство не может быть принято судом как освобождающее ответчика от доказывания его добросовестности с учетом существенного уменьшения объема имущества должника в результате заключения оспариваемой безвозмездной сделки.

Доводы ответчика о том, что отсутствие неплатежеспособности на стороне должника подтверждается определениями Арбитражного суда города Москвы от07.12.2021 и от 02.05.2023 по настоящему делу судами оценены критически и отклонены, поскольку при проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом предметом исследования являются именно обязательства должника перед заявителем, но не перед всеми иными кредиторами, в то время как в рамках привлечения к субсидиарной ответственности дата наступления неплатежеспособности не установлена именно в связи с отсутствием соответствующих документов и сведений.

Инвентаризационная опись от 01.11.2019 № 1, представленная ответчиком в материалы дела подлежала оценке во взаимной связи с другими доказательствами, имеющимися в деле.

Из буквального содержания инвентаризационной описи не следует, что с 01.07.2018 по 01.11.2019 состояние инвентаризуемого по описи было изменено: произведен монтаж оборудования, произведено объединение отдельных наименований оборудования во взаимосвязанное друг с другом состояние, понесены затраты на монтаж и наладку оборудования.

Напротив, инвентаризационная опись отразила отсутствие иного состояния указанного в ней оборудования, чем указано в акте приема-передачи от 01.07.2018 к договору аренды оборудования от 01.07.2018.

Доказательства реальности исполнения договора купли-продажи от 16.04.2017 № 4/16 также отсутствуют (вывоз товара с территории продавца, оплата товара, иные доказательства реальности договора).

Акты технического состояния оборудования, датированные 30.06.2019, 30.06.2020, 30.06.2021 и 20.10.2021 не опровергают выводов суда, приведенных в определении от 21.07.2023, содержат сходный перечень отдельного оборудования, заверены с обеих сторон одним и тем же лицом в разном статусе: ФИО1, как предпринимателем и ФИО1, как контролирующим должника лицом.

При том обстоятельстве, что печать должника, в нарушение статьи 126 Закона о банкротстве, конкурсному управляющему не передана, а объем документации должника перед конкурсным управляющим не раскрыт, предпринимателю, имеющему высшую степень заинтересованности в удержании неосновательно полученного в свою пользу за счет должника, не представляет труда изготовлять и представлять в суд любые документы, направленные на оправдание причиненного вреда должнику и кредиторам, следствием которых явилось уменьшение конкурсной массы должника и невозможность удовлетворения требований конкурсных кредиторов.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному им выводу о наличии оснований для признания спорных перечислений денежных средств недействительными сделками.

Последствия признания сделок недействительными применены судом правильно.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции обоснованно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2023 по делу № А40-156937/21 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                              Н.А. Кручинина

 

                                                                                                          В.Л. Перунова