020/2019-6836(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-49561/2017

г. Краснодар

22 февраля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2019 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 22 февраля 2019 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  судьи Епифанова В.Е., судей Анциферова В.А. и Мещерина А.И., при участии в судебном  заседании от ответчиков: администрации муниципального образования город  Новороссийск (ИНН 2315061988, ОГРН 1032309077635) – Черножуковой И.Ю.  (доверенность от 28.12.2018), общества с ограниченной ответственностью ПМК-4  «Южводопровод» (ИНН 2337044070, ОГРН 1142337000255) – Ковтюшенко В.И.  (доверенность от 09.01.2019), в отсутствие истца – межрегионального территориального  управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в  Краснодарском крае и Республике Адыгея (ИНН 2308171570, ОГРН 1102308008330) и  третьих лиц: федерального государственного учреждения «Кубанское бассейновое водное  управление», управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и  картографии по Краснодарскому краю, извещенных о времени и месте судебного  заседания, рассмотрев кассационную жалобу межрегионального территориального  управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в  Краснодарском крае и Республике Адыгея на решение Арбитражного суда  Краснодарского края от 05.04.2018 (судья Семушин А.В.) и постановление Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 19.11.2018 (судьи Ковалева Н.В., Маштакова Е.А.,  Нарышкина Н.В.) по делу № А32-49561/2017, установил следующее.  

Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по  управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея  (далее – территориальное управление) обратилось в арбитражный суд к администрации  муниципального образования город Новороссийск (далее – администрация), обществу с  

ограниченной ответственностью ПМК-4 «Южводопровод» (далее – общество) с исковым  заявлением, в котором просило:  

– признать договор аренды земельного участка от 25.11.2011 № 4700004894  заключенного между администрацией обществом в отношении земельного участка  площадью 4974 кв. м с кадастровым номером 23:47:0118015:802, предоставленного для  целей обустройства и берегоукрепления набережной урочища Широкая Балка,  недействительной (ничтожной) сделкой;  

– признать отсутствующим право аренды общества на земельный участок с  кадастровым номером 23:47:0118015:802 путем погашения в Едином государственном  реестре недвижимости (далее – ЕГРН) записи о государственной регистрации 23-2321/019/2012-499;  

– признать право собственности Российской Федерации на земельный участок  площадью 4974 кв. м с кадастровым номером 23:47:0118015:802, предоставленный для  целей обустройства и берегоукрепления набережной урочища Широкая Балка;  

– истребовать земельный участок площадью 4974 кв. м с кадастровым номером  23:47:0118015:802 из незаконного владения ответчиков.  

Требования основаны на положениях статьей 167, 168, 301, 304 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статей 1, 5, 6, 8 Водного  кодекса Российской Федерации (далее – Водный кодекс), статьи 3.1 Федерального закона  от 25.10.2001 № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской  Федерации» (далее – Закон № 137-ФЗ). Иск мотивирован наличием права собственности  Российской Федерации на земельный участок площадью 4974 кв. м с кадастровым  номером 23:47:0118015:802 в связи с нахождением его в береговой полосе водного  объекта общего пользования (Черного моря).  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора привлечены: федеральное государственное  учреждение «Кубанское бассейновое водное управление» (далее – учреждение),  управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии  по Краснодарскому краю (далее – управление Росреестра).  

Решение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.04.2018, оставленным  без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 19.11.2018, в удовлетворении исковых требований отказано.  

Суды установили, что на основании постановления главы администрации  муниципального образования города Новороссийск от 26.09.2011 № 4574 между  администрацией и обществом заключен договор от 25.11.2011 № 4700004894 аренды  

земельного участка площадью 4974 кв. м с кадастровым номером 23:47:0118015:802 для  целей обустройства и берегоукрепления набережной урочища Широкая балка на срок до  26.09.2016. Постановлением администрации от 07.08.2012 № 4470 утвержден  градостроительный план № Ru 23308000-047-0015-0002057 земельного участка с  кадастровым номером 23:47:0118015:802. Управлением архитектуры и  градостроительства муниципального образования город Новороссийск обществу выдано  разрешение на строительство волнозащитной набережной от 19.04.2016 № Ru 23-308000- 1106-2016, а впоследствии – разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 15.09.2017   № 23-308000-2089-2017. По сведениям ЕГРН в отношении земельного участка с  кадастровым номером 23:47:0118015:802 данные о правообладателе отсутствуют, однако  имеется запись за номером государственной регистрации 23-23-21/019/2012-499 об  ограничении (обременении) права: аренда на основании договора от 25.11.2011   № 4700004894, заключенного между администрацией и обществом. Частичное  расположение спорного земельного участка в границах береговой полосы подтверждено  сведениями публичной кадастровой карты, размещенной в сети интернет на портале  государственных услуг Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и  картографии. Расположение части земельного участка в границах береговой полосы  водного объекта (Черного моря) подтверждают градостроительный план земельного  участка, заключения учреждения от 15.09.2015 № 10-17/5395 и ФГБУ «Азчеррыбвод»  от 22.04.2016 № 05-4/732. Ссылаясь на отсутствие у администрации полномочий по  предоставлению обществу земельного участка с кадастровым номером 23:47:0118015:802,  относящегося в силу норм Водного кодекса к собственности Российской Федерации,  территориальное управление обратилось в арбитражный суд с рассматриваемыми  требованиями. При разрешении спора судебные инстанции руководствовались  положениями статей 166 – 168, 181, 199, 301, 394 Гражданского кодекса, статей 5, 6,  65 Водного кодекса, статей 16, 94, 97, 102 Земельного кодекса Российской Федерации  (далее – Земельный кодекс). Суды пришли к выводу о том, что нахождение спорного  участка в водоохранной зоне (территории со специальным режимом использования и  охраны природных ресурсов) федерального водного объекта и в его береговой полосе  (частично) само по себе не свидетельствует о принадлежности такого участка Российской  Федерации. Уровень публичной собственности в отношении земельных участков  определяется на основании критериев, закрепленных в статьях 17 – 19 Земельного  кодекса, а также в статье 3.1 Закона № 137-ФЗ. Земельный участок с кадастровым  номером 23:47:0118015:802 не отнесен действующим земельным и водным  законодательством к федеральной собственности. Следовательно, истец не подтвердил  

свое право (законный интерес) в удовлетворении требований о признании права  собственности Российской Федерации, об истребовании земельного участка у ответчиков,  а также о признании договора аренды недействительной (ничтожной) сделкой.  Федеральный законодатель в пункте 4 статьи 39.8 Земельного кодекса допустил  возможность заключения договора аренды земельного участка в береговой полосе  водного объекта общего пользования, но при условии обеспечения арендатором  свободного доступа граждан к такому объекту и его береговой полосе. Суд первой  инстанции предлагал участвующим в деле лицам рассмотреть вопрос о назначении по  делу экспертизы, которые отказались от ее проведения. Ответчики представили  заключение кадастрового инженера, согласно которому земельный участок с кадастровым  номером 23:47:0118015:802 находится в зоне прибрежной полосы, площадь наложения  составляет 507 кв. м. Также представлена схема береговой полосы в урочище Широкая  балка. Суды при разрешении спора учли, что договор аренды земельного участка был  заключен ответчиками 25.11.2011 для обустройства и укрепления набережной урочища  Широкая балка, арендатором произведены работы по устройству волнозащитной  набережной, что подтверждается разрешением на ввод объекта в эксплуатацию и актом  визуального осмотра. Согласно выписке из ЕГРН участок с кадастровым номером  23:47:0118015:802 имеет вид разрешенного использования «для обустройства и  берегоукрепления набережной урочища Широкая балка». В кадастровом паспорте  земельного участка указаны ограничения прав на него, предусмотренные статьями 56,  56.1 Земельного кодекса, Водным кодексом, Федеральным законом «О недрах»,  постановлением Правительства Российской Федерации от 10.01.2009 № 17 «Об  утверждении правил установления на местности границ водоохранных зон и границ  прибрежных защитных полос водных объектов». Заключенный ответчиками договор  аренды не нарушает указанных условий (режима ограничений). Из акта визуального  осмотра участка следует, что арендатором выполнена волнозащитная стенка с  прогулочной зоной (протяженность 320 м). Также выполнены лестничные спуски с  прогулочной зоны в пляжную зону, устроена защита клифа набережной от разрушения  устройством подпорной стенки, возведено укрепление существующих опор освещения в  местах обрушения грунта, выполнено ограждение опасной зоны, отвалы размываемого  грунта отсутствуют, пляжный материал (галька) не загрязнен. В пляжной зоне вдоль всей  волнозащитной стенки установлены теневые навесы, лежаки, обеспечивающие комфорт  отдыхающих. К акту обследования приложен фотоматериал, из которого следует, что  обеспечивается свободный доступ неограниченного круга лиц в пляжную зону, для спуска  в пляжную зону обустроены лестницы. Учитывая, что расположение земельного участка в  

пределах береговой полосы или водоохранной зоны водного объекта общего пользования  не отнесено законодательством к критериям разграничения государственной  собственности на землю в пользу Российской Федерации, а истец не привел каких-либо  иных оснований для отнесения спорного участка к федеральному уровню собственности,  оснований для удовлетворения требований не имеется. Земельный участок не находился и  не находится в фактическом владении Российской Федерации, что исключает  удовлетворения требования территориального управления о признании права  собственности. Российская Федерация (в лице истца) не обосновала (документально не  подтвердила) подлежащий защите (охраняемый законом) интерес в признании договора  аренды недействительным и применении последствий его недействительности. Не являясь  собственником спорного недвижимого имущества, Российская Федерация (в лице  территориального управления) не вправе ставить также вопрос об истребовании его из  владения ответчиков. Кроме того, ответчики в суде первой инстанции заявили о пропуске  истцом давностного срока по заявленным требованиям, что является самостоятельным  основанием для отказа в удовлетворении требований, к которым подлежат применению  нормы об исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса). С учетом  изложенного, суды первой и апелляционной инстанций отказали территориальному  управлению в удовлетворении исковых требований.  

Территориальное управление обжаловало решение и апелляционное постановление  в кассационном порядке. Заявитель в жалобе просит указанные акты отменить,  требования удовлетворить, ссылаясь на неправильное применение (нарушение) судами  норм материального права, а также несоответствие выводов судебных инстанций  фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Жалоба  мотивирована следующим. Вывод судов первой и апелляционной инстанций о  недоказанности истцом права федеральной собственности на спорный земельный участок  ошибочен. Береговая полоса является неотъемлемой частью водного объекта, связана с  ним территориально и функционально и составляет с ним единое целое как природный  комплекс. Водные объекты и их береговая полоса отнесены к объектам общего  пользования, в отношении которых действующим законодательством установлен запрет  на приобретение в частную собственность, данные объекты могут находиться только в  федеральной собственности. В соответствии с подпунктом 3 пунктом 5 статьи 27  Земельного кодекса (в редакции от 21.07.2011, действовавшей на момент заключения  спорного договора аренды) ограничиваются в обороте находящиеся в государственной  или муниципальной собственности земельные участки, в пределах которых расположены  водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности.  

Поскольку спорный земельный участок расположен в границах береговой полосы водного  объекта общего пользования (Черного моря), что не оспаривается ответчиками и  подтверждается судами, данный участок ограничен в обороте и находится в границах  территории общего пользования. Вывод судов о том, что сама по себе сделка не может  быть ничтожной даже при нахождении части земельного участка в границах береговой  полосы не основан на нормах земельного и градостроительного законодательства. Кроме  того, ссылаясь на пункт 4 статьи 39.8 Земельного кодекса, судебные инстанции не учли,  что договор аренды земельного участка от 25.11.2011 № 4700004894 не содержит условий,  устанавливающих обязанность арендатора обеспечить доступ граждан к водному объекту  водного пользования и его береговой полосе, что не соответствует требованиям названной  нормы. В то же время, реализация в договоре этого условия является определяющим  критерием, исключающим договор аренды земельного участка, находящегося в  государственной или муниципальной собственности и расположенного в границах  береговой полосы водного объекта общего пользования, из установленного законом  запрета на предоставление территорий общего пользования в аренду конкретному лицу  (подпункт 18 пункта 8 статьи 39.11 Земельного кодекса, пункт 1 статьи 262 Гражданского  кодекса). Кроме того, суд первой инстанции ошибочно указал на пропуск  территориальным управлением срока исковой давности по требованию о признании  спорного договора аренды ничтожной сделкой и применении последствий ее  недействительности (пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О  внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части  третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»). Судами также неверно  квалифицируется понятие «береговая полоса» водного объекта общего пользования. Суды  не учитывают, что ширина водоохранной зоны значительно превышает ширину береговой  полосы, земельный участок может находиться в водоохранной зоне, но вне границ  береговой полосы водного объекта. Однако в рассматриваемом случае речь идет о  нахождении части земельного участка непосредственно в двадцатиметровой зоне  береговой полосы, которая в силу норм Водного кодекса является исключительно  федеральной собственностью.  

Администрация и общество в отзывах (возражениях) указали на несостоятельность  доводов жалобы территориального управления, а также законность и обоснованность  принятых по делу судебных актов. Ответчики полагают, что истец не доказал нарушенное  право (законный интерес) в предъявлении иска, поскольку спорный земельный участок не  отнесен в силу норм действующего законодательства к федеральной собственности. Факт  частичного расположения земельного участка с кадастровым номером 23:47:0118015:802  

в границах береговой полосы водного объекта общего пользования (Черного моря) не  влечет возникновения у Российской Федерации права собственности на такой участок.  Нахождение части земельного участка в границах береговой полосы влечет  установленные законом публично-правовые ограничения по его использованию. При этом  действующее земельное законодательство не устанавливает запрет на предоставление  участка в границах береговой полосы водного объекта в аренду. Истец не владел и не  владеет спорным участком, поэтому не вправе заявлять требование о признании права  собственности Российской Федерации на него. Не доказав правовые основания для  отнесения земельного участка к федеральной собственности, территориальное управление  не вправе истребовать его у ответчиков, как и оспаривать заключенный ими договор  аренды от 25.11.2011 № 4700004894 (статьи 166, 301 Гражданского кодекса). Довод  территориального управления о предъявлении требований об оспаривании договора  аренды и применении последствий недействительности данной сделки в пределах срока  исковой давности необоснован, поскольку на момент подачи иска давностный срок по  указанным требованиям уже истек. Измененные сроки исковой давности и правила их  исчисления к требованию о недействительности договора аренды применению не  подлежат, учитывая, что предусмотренный действовавшим ранее гражданским  законодательством давностный срок истек до 01.09.2013.  

От иных участвующих в деле лиц отзывы на жалобы не поступили. 

В судебном заседании представители ответчиков возражали против  удовлетворения жалобы по основаниям, изложенным в отзывах. Просили судебную  коллегию оставить обжалуемые судебные акты без изменения.  

Иные участник спора, извещенные о времени и месте судебного заседания, явку  представителей в окружной суд не обеспечили.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзывов (возражений),  выслушав представителей администрации и общества, Арбитражный суд Северо- Кавказского округа находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.  

Как видно из материалов дела и установлено судами, на основании постановления  главы администрации от 26.09.2011 № 4574 администрация (арендодатель) и общество  (арендатор) заключили договор от 25.11.2011 № 4700004894 аренды земельного участка  площадью 4974 кв. м с кадастровым номером 23:47:0118015:802. Участок предоставлен  арендатору на срок до 26.09.2016 для обустройства и берегоукрепления набережной  урочища Широкая балка. Предоставление земельного участка обществу в аренду  осуществлялось по процедуре предварительного согласования места размещения объекта  (постановление главы администрации от 16.04.2010 № 1088).  

Постановлением администрации от 07.08.2012 № 4470 утвержден  градостроительный план № Ru 23308000-047-0015-0002057 земельного участка с  кадастровым номером 23:47:0118015:802. Управлением архитектуры и  градостроительства муниципального образования город Новороссийск обществу выдано  разрешение на возведение волнозащитной набережной от 19.04.2016 № Ru 23-308000- 1106-2016, а впоследствии – разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 15.09.2017   № 23-308000-2089-2017.  

По сведениям ЕГРН в отношении земельного участка с кадастровым номером  23:47:0118015:802 данные о правообладателе отсутствуют, имеется запись об ограничении  (обременении) права за номером государственной регистрации 23-23-21/019/2012-499:  аренда на основании договора от 25.11.2011 № 4700004894, заключенного ответчиками.  

Часть указанного земельного участка находится в границах береговой полосы  водного объекта общего пользования (Черного моря), что подтверждается сведениями  публичной кадастровой карты, размещенной в сети интернет на портале государственных  услуг Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии.  Данное обстоятельство подтверждается также содержанием градостроительного плана   № Ru 23308000-047-0015-0002057 земельного участка с кадастровым номером  23:47:0118015:802, заключением учреждения от 15.09.2015 № 10-17/5395, заключением  ФГБУ «Азчеррыбвод» от 22.04.2016 № 05-4/732 и ответчиками не оспаривается.  

Территориальное управление обратилось в арбитражный суд с иском о признании  договора аренды от 25.11.2011 № 4700004894 недействительной (ничтожной) сделкой,  признании отсутствующим права аренды общества на земельный участок с кадастровым  номером 23:47:0118015:802, признании права собственности Российской Федерации на  данный участок и истребовании его из незаконного владения ответчиков. В обоснование  заявленных требований истец ссылается на то, что у администрации отсутствовали  полномочия по предоставлению обществу земельного участка с кадастровым номером  23:47:0118015:802, расположенного в береговой полосе водного объекта общего  пользования (Черного моря) и относящегося в силу норм Водного кодекса к  собственности Российской Федерации.  

На основании части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – Кодекс) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд  за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке,  установленном настоящим Кодексом.  

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12  Гражданского кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ  

защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения.  Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав  является обеспечение восстановления нарушенного права (пункт 1 статьи 1 Гражданского  кодекса).  

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса собственнику принадлежат  права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по  своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые  действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и  охраняемые законом интересы других лиц, в том числе передавать другим лицам,  оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом,  распоряжаться им иным способом.  

Признание права является одним из способов защиты гражданских прав (вещно- правовой защиты), что следует из абзаца второго статьи 12 Гражданского кодекса. Иск о  признании права относится к искам о правах на недвижимое имущество (абзац третий  пункта 2 совместного постановления Пленумов Верховного Суда и Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в  судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и  других вещных прав»; далее – постановление от 29.04.2010 № 10/22).  

Иск о признании права собственности на недвижимое имущество представляет  собой требование лица, считающего себя собственником находящегося в его владении  недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом. Если  иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в  случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего  права (пункты 58, 59 постановления от 29.04.2010 № 10/22).  

Установив, что требование о признании права собственности Российской  Федерации заявлено лицом, не владеющим земельным участком с кадастровым номером  23:47:0118015:802, судебные инстанции признали избранный территориальным  управлением способ защиты права ненадлежащим, поэтому отказали в удовлетворении  соответствующего требования.  

На основании статьи 301 Гражданского кодекса собственник вправе истребовать  свое имущество из чужого незаконного владения.  

Виндикационный иск представляет собой требование не владеющего вещью  собственника к владеющему вещью лицу, не являющемуся собственником. Цель  предъявления такого иска – возврат конкретной вещи во владение лицу, доказавшему  свои права на истребуемое имущество. Объектом виндикации во всех случаях может  

быть только индивидуально-определенная вещь, существующая в натуре (постановление  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.02.2010   № 13944/09).  

Собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно  фактически находится в незаконном владении. Лицо, обратившееся в суд с иском об  истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое  право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Доказательством  права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРН. При  отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью  любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств,  подтверждающих возникновение этого права у истца (пункты 32, 36 постановления  от 29.04.2010 № 10/22).  

Истребование земельного участка без решения судьбы расположенной на нем  недвижимости неправомерно, поскольку противоречит закрепленному в подпункте 5  пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса принципу единства судьбы земельных участков и  прочно связанных с ними объектов. Иск об истребовании земельного участка из чужого  незаконного владения может быть предъявлен собственником участка одновременно с  иском о сносе самовольной постройки либо с иском о признании права собственности на  нее по правилам пункта 3 статьи 222 Гражданского кодекса (определение Верховного  Суда Российской Федерации от 19.11.2015 по делу № 308-ЭС15-8731).  

Таким образом, в случае недоказанности территориальным управлением права  федеральной собственности на истребуемый земельный участок, либо незаявления истцом  требования о сносе самовольной постройки, возведенной на данном участке (либо  требования о признании права собственности на нее), виндикационный иск судом  удовлетворен быть не может.  

Согласно статье 168 Гражданского кодекса (в применимой к спорным отношениям  редакции) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов,  ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не  предусматривает иных последствий нарушения.  

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением  тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее  совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса).  

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки  может быть предъявлено любым заинтересованным лицом (абзац второй пункта 2 статьи  166 Гражданского кодекса).  

Иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий  ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским  законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита  возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В  исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита  которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по  сделке. Допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки  без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец  имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной (пункты 78, 84  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации»).  

Доказывание как права собственности Российской Федерации на истребуемый от  ответчиков земельный участок с кадастровым номером 23:47:0118015:802, так и наличия  законного интереса в оспаривании заключенного ими договора аренды от 25.11.2011   № 4700004894, является процессуальной обязанностью истца (статьи 4, 65 Кодекса).  

В обоснование исковых требований территориальное управление указывает на то,  что земельный участок с кадастровым номером 23:47:0118015:802, в состав которого  входят береговая полоса и водоохранная зона водного объекта общего пользования  (Черного моря), относится к федеральному уровню собственности в силу закона.  

На основании пункта 1 части 2 статьи 5 Водного кодекса моря относятся к  поверхностным водным объектам, состоящим из поверхностных вод и покрытых ими  земель в пределах береговой линии (часть 3 статьи 5 Водного кодекса). Порядок  определения береговой линии (границы водного объекта) описан в части 4 статьи 5  Водного кодекса.  

Согласно правилу, закрепленному в части 1 статьи 8 Водного кодекса, водные  объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности).  

Земли, покрытые поверхностными водами, сосредоточенными в водных объектах  (то есть внутри береговой линии), а также земли, занятые гидротехническими и иными  сооружениями, расположенными на водных объектах, относятся к землям водного фонда.  На землях, покрытых поверхностными водами, не осуществляется образование земельных  участков (пункты 1 и 2 статьи 102 Земельного кодекса).  

В то же время земли, расположенные за береговой линией и не занятые  гидротехническими и иными сооружениями, расположенными на водных объектах, могут  относиться к землям любой иной категории, кроме земель водного фонда.  

Следовательно, законодатель разделил правовой режим земель, занятых  поверхностными водными объектами, и земель (территорий), примыкающих к  поверхностным водным объектам по береговой линии.  

Частью 1 статьи 65 Водного кодекса предусмотрено, что территории, которые  примыкают к береговой линии поверхностных водных объектов, являются  водоохранными зонами. На указанных территориях устанавливается специальный режим  осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения,  засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения  среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и  растительного мира.  

Правовой режим водоохранных зон не является однородным. В границах  водоохранных зон выделяют береговую полосу (часть 6 статьи 6 Водного кодекса) и  прибрежные защитные полосы (часть 2 статьи 65 Водного кодекса), на территории  которых действует больший перечень публично-правовых запретов и ограничений.  

Вместе с тем в силу норм Водного кодекса (часть 2 статьи 2, часть 1 статьи 4)  водное законодательство регулирует водные отношения – правоотношения по  использованию и охране водных объектов. Положения действующего водного  законодательства не содержат каких-либо норм об отнесении земельных участков,  относящихся к водоохранной зоне федеральных водных объектов, к собственности  публично-правовых образований. Отнесение земельного участка к водоохранной зоне  само по себе не означает, что у собственника водного объекта возникает право  собственности на такой участок.  

Отношения по использованию и охране земель регулируются не водным, а  земельным законодательством (пункт 1 статьи 3 Земельного кодекса). При этом в  названной норме Земельного кодекса закреплен приоритет норм земельного  законодательства как специального закона перед гражданским законодательством в  регулировании имущественных отношений по владению, пользованию и распоряжению  земельными участками.  

Согласно пункту 2 статьи 16 Земельного кодекса (в редакции Федерального закона  от 17.04.2006 № 53-ФЗ) разграничение государственной собственности на землю на  собственность Российской Федерации (федеральную собственность), собственность  субъектов Российской Федерации и собственность муниципальных образований  (муниципальную собственность) осуществляется в соответствии с Земельным кодексом и  федеральными законами.  

Критерии разграничения государственной собственности на землю установлены  статьей 3.1 Закона № 137-ФЗ (в редакции Федерального закона от 17.04.2006 № 53-ФЗ).  Нахождение земельного участка в границах водоохранных зон (территорий со  специальным режимом использования и охраны природных ресурсов) в качестве критерия  разграничения публичной собственности в названной статье Закона № 137-ФЗ не  упомянуто.  

С учетом приведенных норм, частичное нахождение земельного участка с  кадастровым номером 23:47:0118015:802 в водоохранной зоне федерального водного  объекта общего пользования (Черного моря) само по себе не свидетельствует о  принадлежности такого участка Российской Федерации. Уровень публичной  собственности в отношении земельных участков определяется на основании критериев,  закрепленных в статьях 17 – 19 Земельного кодекса, а также в статье 3.1 Закона № 137-ФЗ.  

Поскольку территориальное управление документально не подтвердило, что  земельный участок с кадастровым номером 23:47:0118015:802 в силу норм земельного  законодательства относится к федеральной собственности, судебные инстанции пришли к  выводу об отсутствии правовых оснований для отнесения указанного земельного участка  к собственности Российской Федерации. Учитывая, что истец не доказал принадлежность  Российской Федерации истребуемого от ответчиков земельного участка, не заявил иск о  сносе самовольной постройки (иск о признании права собственности на нее), а также не  подтвердил законный интерес в оспаривании договора аренды от 25.11.2011   № 4700004894, суды отказали территориальному управлению в удовлетворении  соответствующих требований.  

Кассационная инстанция проверяет законность судебных актов, принятых судами  первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм  материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого  судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее (часть  1 статьи 286 Кодекса).  

Довод кассационной жалобы территориального управления об отнесении (в силу  закона) земельного участка с кадастровым номером 23:47:0118015:802 к собственности  Российской Федерации окружным судом отклоняется как основанный на неправильном  понимании (толковании) заявителем положений земельного и водного законодательства.  Не соответствует этот довод и правовым позициям, изложенным в Определении  Конституционного Суда Российской Федерации от 24.03.2015 № 639-О, согласно которым  вопросы, касающиеся установления прав собственности на землю, нормы Водного  кодекса (статьи 5, 65) не регулируют.  

Иные доводы, приведенные территориальным управлением в кассационной  жалобе, окружным судом не принимаются. Эти доводы не влияют на правомерность  вывода судебных инстанций об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных  требований. Эти доводы не опровергают обоснованность выводов судов первой и  апелляционной инстанций по существу спора, которые при правильном применении норм  материального права полно, всесторонне исследовали и оценили представленные  сторонами доказательства.  

Согласно части 3 статьи 288 Кодекса нарушение норм процессуального права  является основанием для отмены решения и (или) апелляционного постановления, если  это нарушение привело (могло привести) к принятию неправильного судебного акта.  Между тем таких нарушений судом округа не установлено, как и нарушений норм  процессуального права, влекущих отмену судебных актов в любом случае (часть 4 статьи  288 Кодекса).  

С учетом изложенного, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не  усматривает оснований для отмены решения и апелляционного постановления.  

В соответствии с подпунктом 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса  Российской Федерации территориальное управление освобождено от уплаты  государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.  

Руководствуясь статьями 274, 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.04.2018 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2018 по делу № А32-49561/2017  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Председательствующий В.Е. Епифанов  

Судьи В.А. Анциферов 

 А.И. Мещерин