АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-10382/21 

Екатеринбург

31 января 2022 г.

Дело № А60-32653/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 января 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Пирской О.Н., Артемьевой Н.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Компания «Тиконс» (далее – ответчик, Компания) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 07.07.2021 года по делу № А60-32653/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Компании – ФИО1 (доверенность от 06.04.2021);

ФИО2 (далее – истец) – ФИО3 (доверенность от 08.04.2021 № 66 АА 6278582);

ФИО4 (третье лицо, лично).

ФИО2 обратилась в суд с иском о взыскании задолженности по выплате действительной стоимости доли в сумме 715 096 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.10.2020 по 19.03.2021 в сумме 47 723 руб., с продолжением их начисления с 20.03.2021 по день фактического исполнения (с учетом уточнения требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.07.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021, иск удовлетворен полностью: с ответчика в пользу истца взыскано 762 819 руб., в том числе 715 096 руб. – долг по выплате действительной стоимости доли в уставном капитале Компании и 47 723 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами по 19.03.2021 с продолжением их начисления на указанную сумму долга, начиная с 20.03.2021 по день ее фактической оплаты, а также 25 000 руб. в счет возмещения судебных расходов по оплате судебной экспертизы; в части требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 336 883 руб. за период с 09.04.2020 по 08.10.2020 производство по делу прекращено.

В кассационной жалобе Компания просит указанные судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что суд апелляционной инстанции никак не оценил доводы ответчика о необходимости исключения налога на добавленную стоимость (далее – НДС) при определении действительной стоимости доли выходящего участника. Ссылаясь на правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.09.2013 № 3744/13, заявитель жалобы отмечает, что суды по итогам проведения экспертизы не исключили НДС из балансовой стоимости основных средств, вследствие чего размер стоимости нежилого помещения оказалась существенно завышенной.

Кроме того, по мнению заявителя жалобы, судами не были приняты во внимание доводы ответчика о том, что юридически важным обстоятельством является не определение рыночной стоимости нежилого помещения, а определение действительной стоимости доли в уставном капитале; вопрос, поставленный перед экспертом, является некорректным, поскольку не учитывает предмет спора, требования ФИО2 заключались во взыскании действительной стоимости доли. Кроме того, поскольку должна была определяться действительная стоимость доли, то эксперт должен был применить методы для оценки бизнеса. 

Заявитель жалобы также не согласен с выводом суда апелляционной инстанции об отсутствии доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, указывая, что им были представлены два заключения специалистов, в которых установлена недостоверность экспертного заключения, а кроме того, нарушения, допущенные экспертом, были указаны в отзывах ответчика и апелляционной жалобе.

Кроме того, заявитель жалобы полагает, что истец не может заявлять требование о взыскании процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Ссылаясь на положения пункта 6.1 статьи 23 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), ответчик указывает, что общество обязано выплатить вышедшему участнику действительную стоимость доли в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, которую он полагает необходимым исчислять с 23.10.2020 – даты регистрации сведений о выходе истца из общества; поскольку доля ФИО2 находилась под арестом, Компания не могла принять долю выходящего участника; выплата произведена в течение трех месяцев с даты внесения записи в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – реестр), 21.01.2021.

Заявитель жалобы также полагает неверным расчет процентов по статье 395 ГК РФ, поскольку истец включил в период просрочки дату оплаты (21.01.2021).

Третье лицом ФИО4 поддержала доводы кассационной жалобы ответчика.

Истец заявил возражения по доводам кассационной жалобы, просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Компания зарегистрирована в качестве юридического лица 23.04.1992 Администрацией Ленинского района города Екатеринбурга (дата внесения записи в реестр – 22.11.2002).

Участниками Компании с равными долями в уставном капитале в размере 50% являлись ФИО2 и ФИО4

ФИО2 24.12.2018 направила в адрес Компании нотариально удостоверенное заявление о выходе из состава участников общества, которое было получено обществом 09.01.2019.

Уведомлением от 11.02.2019 Компания сообщила истцу, что заявление о выходе получено 09.01.2019, при этом в выплате действительной стоимости доли истцу было отказано по причине наличия запрета на распоряжение долей в уставном капитале Компании на основании постановления судебного пристава-исполнителя о наложении ареста на долю в уставном капитале от 20.05.2016.

В дальнейшем постановлением судебного пристава-исполнителя от 13.03.2020 арест с имущества истца был снят, о чем истец уведомил Компанию письмом от 07.04.2020, а также предложил внести соответствующие изменения в реестр и выплатить действительную стоимость доли.

Ссылаясь на то, что Компания не выплатила действительную стоимость доли, ФИО2 обратилась в суд с данным иском.

Суд первой инстанции, установив, что срок выплаты истцу действительной стоимости доли в уставном капитале наступил, ответчиком обязанность по выплате в полном объеме не исполнена, при этом размер действительной стоимости доли определен судом на основании заключения судебной экспертизы в размере 3 515 096 руб., удовлетворил заявленные требования, начислив также проценты по статье 395 ГК РФ за период с 09.10.2020 по 19.03.2021, с продолжением их начисления по день фактической уплаты долга.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал, признав их законными и обоснованными.

При этом суды нижестоящих инстанций исходили из следующего.

На основании пункта 1 статьи 26 Закона об обществах участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 Закона об обществах, в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 названного Закона его доля переходит к обществу, а у общества возникает обязанность в течение трех месяцев, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли не предусмотрен уставом общества, выплатить данному участнику действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости.

Положениями пункта 2 статьи 14 Закона об обществах установлено, что действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Пунктами 10, 15 Устава Компании, утвержденного протоколом общего собрания участников от 08.09.2009, предусмотрено право участника в любое время выйти из общества независимо от согласия других участников или общества; действительная стоимость доли участника соответствует части стоимости чистых активов Компании, пропорционально размеру доли.

Исходя из приведенных положений Закона об обществах, а также Устава общества, суды заключили, что поскольку заявление о выходе из Компании получено ответчиком 09.01.2019, при определении действительной стоимости доли истца подлежали использованию данные бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2018.

В соответствии с пунктом 4 Порядка определения стоимости чистых активов, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28.08.2014 № 84н, стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в случае несогласия участника с размером действительной стоимости его доли, определенным обществом, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных сторонами доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

С целью определения стоимости чистых активов по данным баланса Компании по состоянию на 31.12.2018 с учетом рыночной стоимости недвижимого имущества, не отраженного на балансе общества, и действительной стоимости долей участников Компании на указанную дату, суд первой инстанции назначил судебную экспертизу, проведение которой поручил эксперту общества с ограниченной ответственностью «Первая оценочная компания» ФИО5.

Впоследствии, с учетом возражений ответчика относительно экспертного заключения, заключив, что имеется недостаточная ясность относительно обоснования выбранных корректировочных коэффициентов, поскольку выбраны коэффициенты, которые относятся к разным объектам разных классов, а также имеется математическая ошибка, заслушав в судебном заседании эксперта, суд первой инстанции назначил по делу дополнительную экспертизу. 

Согласно заключению эксперта от 29.04.2021 стоимость недвижимого имущества составила 5 847 193 руб. 

С учетом экспертного заключения суды пришли к выводу, что стоимость чистых активов (100% доли собственного капитала) по состоянию на 31.12.2018, с учетом рыночной стоимости недвижимого имущества, составляет 7 030 193 руб., исходя из того, что величина активов Компании составила 7 036 193 руб., включая стоимость активов по строке 1250 баланса (денежные средства и денежные эквиваленты) в размере 1 127 тыс. руб., по строке баланса 1230 (финансовые и другие оборотные активы) в размере 62 тыс руб. и стоимость недвижимого имущества в размере 5 847 193 руб.; пассивы Компании составили 6 тыс. руб. (строка 1550 баланса – другие краткосрочные обязательства).

Исходя из приведенных исходных данных, доля истца определена в размере 3 515 096 руб. (50% от стоимости чистых активов Компании).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из доказательств в отдельности, достаточность и взаимную связь этих доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что поданное ФИО2 заявление о выходе из Компании получено ответчиком 09.01.2019, в связи с чем у Компании возникла обязанность выплатить истцу действительную стоимость ее доли, проверив расчет действительной стоимости спорной доли, приняв во внимание данные бухгалтерского баланса Компании за 2018 год, а также установленную по результатам проведения судебной экспертизы рыночную стоимость принадлежащего ответчику недвижимого имущества, признав, что приведенный расчет действительной стоимости спорной доли является правильным и соответствует положениям Закона об обществах, пункту 4 Порядка определения стоимости чистых активов, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28.08.2014 № 84н, и в установленном порядке не опровергнут, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом, что размер действительной стоимости спорной доли составляет 3 515 096 руб., в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие указанные выводы и свидетельствующие об иной стоимости спорной доли, не представлены.

Установив, что обязанность по выплате действительной стоимости доли исполнена ответчиком частично в сумме 2 800 000 руб., суды признали требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в сумме 715 096 руб.

Кроме того, ФИО2 заявлено требование о взыскании процентов за неисполнение денежного обязательства за период с 09.10.2020 по 19.03.2021, в сумме 47 723 руб., с продолжением их начисления до дня фактической уплаты долга.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации) и по общему правилу подлежат начислению со дня просрочки исполнения соответствующего обязательства по день его фактического исполнения (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункт 3 статьи 395 ГК РФ).

Принимая во внимание изложенное, установив, что обстоятельства нарушения ответчиком срока исполнения денежных обязательств по выплате действительной стоимости доли в уставном капитале общества находят подтверждение материалами дела, принимая во внимание, что истцом был скорректирован расчет процентов с учетом выводов эксперта и установленного судом размера действительной стоимости доли истца, период начисления процентов определен с учетом даты снятия судебным приставом-исполнителем ареста, наложенного на долю, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что сумма процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.10.2020 по 19.03.2021 с учетом частичного погашения долга в сумме 2 800 000 руб. составляет 47 723 руб. 

Таким образом, удовлетворяя иск, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом исковых требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Довод кассационной жалобы о ненадлежащем объекте и методах оценки при проведении судебной экспертизы судом округа отклоняется.

Суд первой инстанции, исходя из положений пункта 2 статьи 14 Закона об обществах о том, что действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли; принимая во внимание, что порядок определения стоимости чистых активов, утвержденный приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28.08.2014 № 84н, предусматривает определение стоимости чистых активов как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации; учитывая, что в бухгалтерском балансе Компании недвижимое имущество не отражено и между участниками дела имелся спор относительно рыночной стоимости данного имущества, в то время как по иным строкам баланса – разногласия отсутствовали, обоснованно поставил на разрешение эксперта вопрос об определении рыночной стоимости объекта недвижимости, требующий специальных познаний, с чем впоследствии согласился суд апелляционной инстанции.

Доводы кассационной жалобы о допущенных нарушениях, связанных с проведением судебной экспертизы и оценкой экспертного заключения, судом округа отклоняются.

Вопреки суждениям кассатора, суд первой инстанции, приняв во внимание замечания ответчика относительно экспертного заключения, установив, что в нем имеется определенная неясность относительно обоснования выбранных корректировочных коэффициентов, поскольку выбранные коэффициенты относятся к разным объектам разных классов, выявлена математическая ошибка в таблице 12 «Расчет стоимости в рамках доходного подхода», с учетом пояснений эксперта, назначил по делу дополнительную экспертизу, по результатам которой выявленные недостатки были устранены. 

В экспертном заключении от 29.04.2021 и в судебном заседании экспертом были даны пояснения относительно порядка определения объектов-аналогов для расчета рыночной стоимости объектов, источников получения информации об объектах-аналогах, обосновано отнесение объекта оценки к определенному классу, а также применение корректировочных коэффициентов, с учетом назначения помещения, который не противоречит фактическому использованию его как офисного; с учетом данных обстоятельств суды не установили оснований для признания экспертного заключения ненадлежащим доказательством по делу и о недостоверности изложенных в нем выводов.

Представление рецензий на заключение экспертизы не влияет на наличие или отсутствие у данного заключения доказательственной силы; рецензия сама по себе представляет оценку проделанной экспертом работы иным специалистом, вследствие чего заключение экспертизы и рецензии на него являются равными доказательствами, которые не имеют заранее установленной силы и оцениваются судом в порядке статьи 71 АПК РФ. С учетом конкретных обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств, а также с учетом того, что выявленные при проведении первой экспертизы неточности были устранены, а экспертом даны пояснения относительно изложенных в заключении выводов, суды, рассматривая спор по существу, исходили из объективности и достоверности полученного результата экспертизы по оценке рыночной стоимости нежилого помещения.

Доводы Компании о том, что суды не оценили доводы ответчика о необходимости исключения НДС при определении действительной стоимости доли, судом округа отклоняется.

Поскольку основные средства общества с ограниченной ответственностью учитываются на балансе без НДС, рыночная стоимость основных средств также должна быть определена без учета НДС; данная правовая позиция выражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.09.2013 № 3744/13 и нашла отражение в судебной практике, в том числе в определениях Верховного Суда Российской Федерации 08.10.2018 № 309-ЭС18-15549, от 03.06.2019 № 307-ЭС19-6749, от 07.02.2020 № 304-ЭС19-26758.

Реализация налогоплательщиком принадлежащих ему объектов основных средств на свободном рынке по рыночной цене, увеличенной на сумму НДС, не может увеличить стоимость его чистых активов, поскольку полученный им налог в силу закона причитается к уплате в бюджет. На стоимость чистых активов влияют лишь уплаченные им самим как покупателем суммы НДС по приобретенным ценностям, уменьшающие размер его налоговых обязанностей перед бюджетом.

Определение рыночной стоимости основных средств с учетом НДС и отдельный учет самого НДС по приобретенным ценностям завышает и стоимость чистых активов общества с ограниченной ответственностью, и стоимость рыночной доли вышедшего из общества участника.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства.

Ни законодательство об оценочной деятельности, ни налоговое законодательство не предусматривает, что при определении рыночной стоимости объекта НДС является ценообразующим фактором и увеличивает ее размер. Определение рыночной стоимости с выделением в ее составе НДС противоречит законодательству об оценочной деятельности (пункт 52 Обзора судебной практики № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Вместе с тем, проверив обоснованность доводов Компании о необходимости уменьшения определенной экспертом стоимости нежилого помещения на сумму НДС, и, исходя из того, что Компания указанные доводы достаточными аргументами, на основании которых она пришла к выводу о включении НДС в определенную экспертом стоимость, не обосновала; исходя из того, что из содержания данного заключения не следует, что эксперт ФИО5, обладая необходимой квалификацией в соответствующей области, при определении рыночной стоимости основных средств, увеличил ее на сумму НДС, вопреки приведенным выше разъяснениям, суды первой и апелляционной инстанции не установили оснований для вывода о том, что в данном случае рыночная стоимость имущества должника для целей определения действительной стоимости спорной доли была определена экспертом с учетом НДС, и в связи с этим не признали приведенный довод ответчика соответствующим материалам дела.

Изложенный в судебном заседании суда округа довод о том, что указанное суждение ответчик основывает на характеристиках объектов-аналогов, судом округа отклоняется как не нашедший подтверждения материалами дела, поскольку ни из содержания самого заключения, ни из содержания приложений к нему (объявления о продаже и аренде офисных помещений) не следует, что соответствующие предложения о цене включают НДС.

Возражения кассатора относительно наличия оснований для начисления процентов по статье 395 ГК РФ и правильности расчета судом округа отклоняются.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 18 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», при рассмотрении споров между обществом и его участниками, связанных с несвоевременным выполнением денежных обязательств, в том числе по выплате участникам действительной стоимости доли участника, суд вправе удовлетворить наряду с требованием о взыскании суммы долга и требование о взыскании процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами в порядке, предусмотренном ст. 395 ГК РФ.

В рассматриваемом деле суды первой и апелляционной инстанций, учитывая конкретные обстоятельства настоящего спора, исходя из даты получения Компанией заявления участника о выходе (09.01.2019), принимая во внимание, что уже в сентябре 2020 года ответчику было известно о снятии арестов и ограничений на распоряжение долей, признали допустимым начисление процентов с указанной истцом даты – 09.10.2020, не признав обоснованной позицию ответчика о необходимости начисления процентов по истечении трех месяцев с даты внесения записи о вышедшем участнике в реестр.

Вопреки суждениям заявителя кассационной жалобы, указанные выводы судов первой и апелляционной инстанций не противоречат имеющимся в деле доказательствам, не свидетельствуют о неправильном применении норм материального права, основаны на совокупной оценки конкретных обстоятельств настоящего дела, оснований для переоценки которых у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

День уплаты задолженности кредитору подлежит включению в период просрочки, согласно абзацу четвертому пункта 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что при рассмотрении настоящего спора суды первой и апелляционной инстанций исследовали и оценили все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 07.07.2021 года по делу № А60-32653/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Компания «Тиконс» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийЮ.В. Кудинова 

СудьиО.Н. Пирская 

Н.А. Артемьева