ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru,  тел/факс: (4922) телефон 44-76-65, факс 44-73-10 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-3251/2017

26 июня 2019 года

г. Владимир

Резолютивная часть постановления объявлена 20.06.2019.

Постановление в полном объеме изготовлено  26.06.2019.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Рубис Е.А., 

судей Волгиной О.А., Протасова Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Консалтинг-Спектр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 15.04.2019 по делу № А43-3251/2017, 

принятое судьей Рокуновой Е.С.

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Деталь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2 о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности, а именно договоров беспроцентного целевого денежного займа с ФИО3 от 12.12.2014, 15.12.2014, 17.12.2014, 18.12.2014, 19.12.2014, 22.12.2014, 23.12.2014, 24.12.2014, 26.12.2014, в общей сумме 1 862 000 рублей,

при участии в судебном заседании: от общества с ограниченной ответственностью «Консалтинг-Спектр» – ФИО4 по доверенности от 27.03.2019 сроком действия два года;

от ФИО3 – ФИО3 лично, на основании паспорта гражданина РФ; ФИО5 по доверенности от 28.06.2018 № 52 АА 3818249 сроком действия три года; 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Деталь» ФИО2 –  лично, на основании паспорта гражданина РФ.

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Деталь» (далее – должник, ООО «Деталь») конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности, а именно договоров беспроцентного целевого денежного займа ООО «Деталь» с ФИО3 от 12.12.2014, 15.12.2014, 17.12.2014, 18.12.2014, 19.12.2014, 22.12.2014, 23.12.2014, 24.12.2014, 26.12.2014, в общей сумме 1 862 000 рублей.

Определением от 15.04.2019 суд первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Консалтинг-Спектр» обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 15.04.2019 и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что на момент совершения сделок ФИО3 являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику, что свидетельствует о его осведомленности о наличии задолженности перед иными кредиторами и материальном положении должника. Исходя из буквального толкования норм пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, учитывая осведомленность ФИО3 о финансовом состоянии должника, при наличии возможности руководить его действиями предполагается, что сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

ФИО3 совершены действия по «выдаче займов» и иные действия, заведомо влекущие неспособность юридического лица в последующем в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, выдача займов Фактически является средством наращивания задолженности.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, в рассматриваемом случае при перечислении денежных средств, от ФИО3 ООО «Деталь» по договорам займа имели целью - наращивание кредиторской задолженности, причинения имущественного вреда кредиторам в преддверии банкротства. Намеренное банкротство ООО «Деталь» под контролем ФИО3 - аффилированного с должником лица, нарушение прав, законных интересов кредиторов Должника и извлечение Финансовой выгоды для заинтересованных по отношению к Должнику аффилированных лиц.

Злоупотребление правом со стороны ООО «Деталь» в лице единоличных исполнительных органов и участников и ФИО3 , выразилось в искусственном создании формального основания для перечисления денежных средств, проведения банковской операции по перечислению денежных средств, «выдаче займов», использование займов вместо механизма увеличения уставного капитала, что позволило на случай банкротства Формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Кроме того, Должником и ФИО3 был заключен ряд подозрительных и взаимосвязанных сделок, отвечающих признакам недействительности как по основаниям, предусмотренным ГК РФ, так и по основаниям законодательства о банкротстве.

Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе от 23.04.2019.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы.

Конкурсный управляющий должника ФИО2 в  судебном заседании поддержал позицию, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу, просил обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

ФИО3 и его представитель в судебном заседании поддержали позицию, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу, просили определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Отказывая конкурсному управляющему в удовлетворении заявленных требований, арбитражный суд первой инстанции руководствовался статьями 2, 32, 61.1, 61.2, 61.8, 148 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), пунктами 4 – 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пунктом 26 Постановления N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 16 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N2 (2018)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018), пунктом 18 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017), статьями 10, 63, 168, 170, 309, 310, 807  Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 184-187, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и исходил из того, что само по себе заключение договора займа с ФИО3, находящимся в родственных отношениях с участником должника, в отсутствие доказательств убыточности данного договора для должника и причинения в результате его заключения вреда иным кредиторам должника не может являться основанием для признания указанной сделки недействительной, в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у ООО «Деталь» на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Первый Арбитражный апелляционный суд, изучив материалы обособленного спора в деле о банкротстве, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, отзывах на нее, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 27.09.2017 общество с ограниченной ответственностью «Деталь» признано несостоятельным (банкротом), в отношении имущества должника открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим назначен ФИО6

Сообщение об открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 07.10.2017 № 187.

Между ООО «Деталь» и ФИО3 заключены 9 договоров беспроцентного целевого денежного займа, в общей сумме 1 862 000 рублей, а именно: 12.12.2014 на сумму 130 000 руб., 15.12.2014 на сумму 235 000 руб., 17.12.2014 на сумму 166 000 руб., 18.12.2014 на сумму 90 000 руб., 19.12.2014 на сумму 615 000 руб., 22.12.2014 на сумму 200 000 руб., 23.12.2014 на сумму 110 000 руб., 24.12.2014 на сумму 171 000 руб., 26.12.2014 на сумму 145 000 руб. Факт передачи денежных средств подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам, подписанным бухгалтером и кассиром.

Представленная в материалы дела выписка с банковского счета ООО «Деталь» подтверждает зачисление на счет ООО «Деталь» денежных средств в даты и в сумме, соответствующие договорам.

06.04.2015 ФИО3 предъявлены требования по вышеперечисленным договорам о погашении займа в полном объеме до 06.07.2015.

01.09.2015 ФИО3 направлено требование о погашении задолженности по вышеуказанным договорам, обязательства по возврату полученных денежных средств ООО «Деталь» не исполнило.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 13.03.2017 требования ФИО3 признаны обоснованными, в отношении ООО «Деталь» введена процедура наблюдения.

Требования ФИО3 включены в реестр требований кредиторов ООО «Деталь» в том числе по оспариваемым договорам займа определением Арбитражного суда Нижегородской области от 04.07.2017.

Конкурсный управляющий ООО «Деталь» полагая, что вышеуказанные договоры займа являются притворной сделкой, поскольку заключены с аффилированным лицом -ФИО3, являющимся сыном участника должника ФИО7, с целью наращивания кредиторской задолженности должника, причинения имущественного вреда кредиторам, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным в момент передачи денежных средств.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями договора и требованиями закона; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 26 Постановления № 35 при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главыФедерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ N 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления Пленума N 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления Пленума N 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Судом установлено, что в материалы дела представлены доказательства в обоснование необходимости заключения указанных договоров займа для осуществления хозяйственной деятельности должника, оперативного приобретения запасных деталей в период пониженного спроса по наименьшей цене с целью последующей реализации своим контрагентам и получения прибыли, а также представлены доказательства предоставления ФИО3 аналогичных займов иным контрагентам на сходных условиях.

Представленная в материалы дела выписка с банковского счета ООО «Деталь» подтверждает зачисление на счет ООО «Деталь» денежных средств в даты и в сумме, соответствующие договорам, а также последующее расходование полученных денежных средств должником на приобретение автозапчастей и автотоваров.

Установлен факт заключения аналогичных договоров займа ООО «Деталь» с ФИО3, что подтверждается выпиской по расчетному счету должника.

Несмотря на то, что оспариваемые сделки совершены в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий не доказал, что указанные сделки повлекли причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Заключение договора займа с ФИО3, находящимся в родственных отношениях с участником должника, в условиях отсутствия доказательств убыточности данного договора для должника и причинения в результате его заключения вреда иным кредиторам должника не может являться основанием для признания указанной сделки недействительной.

Основания для признания подозрительной сделки должника недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют.

Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, в материалы дела не представлены бесспорные доказательства, свидетельствующие о том, что предоставление займа было направлено на увеличение уставного капитала должника.

В пункте 16 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N2 (2018)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) разъяснено, что ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (абзац восьмой ст. 2) не относит к конкурсным кредиторам учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота.

Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (п.1 ст.148 Закона о банкротстве, п.8 ст.63 ГК РФ).

Пункт 18 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017) также разъяснено, что в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено законодательством о юридических лицах (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

В частности, суд в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации может установить притворность договора займа в ситуации, когда заем используется вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. В таком случае к требованию участника общества как вытекающему из факта участия подлежит применению абзац восьмой ст. 2 Закона о банкротстве.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Верховный Суд Российской Федерации в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(1, 2), от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4, 5), от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1, 2) сформировал подход, в соответствии с которым при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

Факт того, что займодавец является афиллированным к должнику лицом, сам по себе не свидетельствует о том, что требования по возврату суммы займа вытекают из факта такого участия для целей применения законодательства о банкротстве.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Такой способ защиты, как переквалификация заемных отношений между должником и ответчиком по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 ГК РФ, является эффективным только в рамках дела о банкротстве.

Установив отношения между кредитором и должником как заемные не препятствует суду для целей дела о банкротстве переквалифицировать соответствующие отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала, т.е. корпоративные (основанные на корпоративном займе).

Доказательств того, что ответчик по отношению к должнику является лицом, имеющим фактическую возможность определять действии юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 51.3 ГК РФ, не представлено. Указанный довод конкурсного управляющего и ООО «Консалтинг-Спектр» носят предположительный характер.

В рамках отношений, рассматриваемых в настоящем обособленном споре, не доказано также, что афиллированными лицами реализовывалась схема, позволяющая создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве, так как судом установлено и не оспаривается участниками дела, что часть займов возвращалась должником.

Получение займов от ФИО3 на аналогичных условиях осуществлялось в течение продолжительного периода времени с 2011 года, и до 2015 года обязательства по возврату займов исполнялись должником.

Из представленной бухгалтерской отчетности должника и финансового анализа, следует, что в 2014 году ООО «Деталь» не обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Доказательства совершения оспариваемых договоров займа в условиях состояния неплатежеспособности должника, доказательств распределения полученной прибыли в пользу ФИО7 в ущерб интересам других кредиторов, доказательств недобросовестности действий ФИО3, приведших к убытку ООО «Деталь» не представлены.

Судом первой инстанции установлено, что ООО «Деталь» в 2014 году могло погасить свои обязательства перед кредиторами, денежные средства, полученные от ФИО3 поступили на счет должника и были использованы для приобретения автозапчастей. Указанные действия не привели к убытку предприятия. Кроме того, действия ФИО3 в процедуре банкротства не идут вразрез с требованиями иных кредиторов, не препятствуют конкурсному управляющему в осуществлении своих обязанностей и не нарушают требований добросовестности и разумности.

Также доказательств, подтверждающих намерения сторон совершить спорные сделки вопреки интересам кредиторов, в материалы дела не представлено.

Как справедливо указал суд первой инстанции, тот факт, что ФИО3, являющийся родственником участника должника, является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату займа для целей банкротства.

Исходя из первичных документов, имеющихся в материалах дела, суд первой  инстанции правомерно счел, что взаимоотношения между сторонами по договорам займов, не носят корпоративный характер, поскольку из первичных документов усматривается реальность займов, их использование в хозяйственной деятельности общества, длительный характер подобных отношений (в том числе и возврат денежных средств по аналогичным сделкам).

Таким образом, не имеется достаточных правовых оснований для переквалификации рассматриваемых заемных отношений в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

По смыслу данной нормы права исполнение сторонами сделки и достижение соответствующего ей результата исключает возможность признания ее мнимой.

Доводы о мнимости оспариваемых договоров и причинении вреда кредитору не подтверждаются материалами дела и направлены на исключение требований ФИО3 из реестра требований кредиторов должника. Доказательств, свидетельствующих о том, что действия ФИО3 по выдаче займа ООО «Деталь» привели к невозможности кредитора ООО «Консалтинг-Спект» получить удовлетворение своих требований, не представлено.

Таким образом, основания для признания оспариваемого договора недействительным на основании статьи 170 ГК РФ отсутствуют.

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 4 Постановления N 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума N 25).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. Следовательно, для квалификации сделок как совершенных со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, заключив спорный договор, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Исходя из отсутствия в материалах дела доказательств наличия у ООО «Деталь» на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, и как следствие осведомленности ФИО3 о данном факте и намерении причинить вред должнику и иным кредиторам должника, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания сделок недействительными в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя о том, что оспариваемые сделки были совершены когда должник обладал признаками неплатежеспособности, коллегией судей отклоняются, поскольку доказательств, подтверждающих наличие исполнительных производств в отношении должника не представлено.

В нарушении положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кредитором не представлены доказательства нарушения его прав и законных интересов, а также несоответствия действий ФИО3 законодательству о банкротстве, требованиям разумности и добросовестности.

Таким образом, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) должника, в их совокупности и сопоставив их, коллегия судей пришла к выводу, что суд первой инстанции на законных основаниях отказал в конкурсному управляющему в удовлетворении заявленных требований.

Правовых оснований для переоценки обстоятельств дела и выводов суда первой инстанции не имеется.

Все иные доводы, при установленных значимых по делу обстоятельствах, правового значения не имеют.

Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы за рассмотрения апелляционной жалобы относятся на её заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 15.04.2019 по делу № А43-3251/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Консалтинг-Спектр» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                  Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Е.А. Рубис

Судьи

О.А. Волгина

Ю.В. Протасов