ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-14330/2023

г. Челябинск

11 декабря 2023 года

Дело № А76-14322/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 декабря 2023 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Скобелкина А.П., 

судей Арямова А.А.,  Киреева П.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Вектор» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 01.09.2023 по делу № А76-14322/2023. 

В судебном заседании приняли участие представители Межрайонной ИФНС России № 28 по Челябинской области - ФИО2 (служебное удостоверение, доверенность от 02.11.2023, диплом), Овсяник Е.А. (служебное удостоверение, доверенность от 07.11.2023, диплом).

 

Общество с ограниченной ответственностью «Вектор» (далее - заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «Вектор») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Челябинска (далее - ответчик, налоговый орган, Инспекция, ИФНС по Центральному району г. Челябинска) о признании недействительным решения № 3295 от 24.06.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 01.09.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

ООО «Вектор» (далее также – апеллянт, податель жалобы), не согласившись с вынесенным судебным актом, обжаловало его в апелляционном порядке, просит решение суда отменить.

В апелляционной жалобе общество  ссылается на реальность отношений со спорными контрагентами, недоказанность обстоятельств, указанных налоговым органом в акте проверки, допущение налоговым органом нарушений при проведении проверки положений ст.100 НК РФ, 101 НК РФ.

В представленном отзыве Инспекция просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Судом, в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отзыв приобщен к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного разбирательства на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие не прибывших в судебное заседание участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена камеральная налоговая проверка уточненной налоговой декларации (корректировка № 3) по НДС за 4 квартал 2020 года, по результатам которой составлен акт N 3955 от 12.07.2021, проведены дополнительные мероприятия налогового контроля и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 3295 от 24.06.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в резолютивной части которого налогоплательщик привлечен к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ за неуплату НДС в виде штрафа в размере 356 185,50 руб., налогоплательщику предложено уплатить: НДС в сумме 7 123 710 руб. и пени по НДС в сумме 1 577 862,16 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/001433@ от 05.04.2023, вынесенным по результатам рассмотрения жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции изменено путем отмены в резолютивной части решения (применив мораторий на начисление пени):

- п. 3.1 в части «Итого. Пени» в сумме 288 628,98 руб.

В остальной части оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции, налогоплательщик обратился в арбитражный суд.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о соответствии оспариваемого решения налогового органа действующему законодательству, отсутствии нарушения прав и законных интересов заявителя.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения по следующим основаниям.

В силу положений части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для удовлетворения требований о признании недействительными решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, необходима совокупность двух условий: несоответствие закону или иному нормативному правовому акту оспариваемого ненормативного правового акта, решения и действия (бездействия) и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий исключает удовлетворение заявленных требований.

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы. 

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171 НК РФ налоговые вычеты.

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога. 

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации. Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5 и указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению. 

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов. Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками. 

Приведенные положения норм глав 21 и 25 Налогового кодекса Российской Федерации связывают возможность принятия затрат, связанных с оказанием услуг, в качестве расходов при исчислении налога на прибыль и сумм НДС, подлежащих уплате поставщику товаров (работ, услуг), в качестве налоговых вычетов по НДС только с осуществлением налогоплательщиком реальных хозяйственных операций. 

Из содержания указанных выше правовых норм также следует, что документы, представляемые налогоплательщиком для подтверждения правомерности предъявления сумм НДС к вычету и принятия расходов для исчисления налоговой базы по налогу на прибыль, должны содержать сведения, позволяющие впоследствии налоговому органу определить достоверность осуществления хозяйственной операции. 

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 № 93-О, обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщикам. 

Таким образом, налоговые вычеты производятся налогоплательщиком при соблюдении всех вышеперечисленных условий, в том числе при наличии их документального подтверждения, а именно счета-фактуры и при наличии соответствующих первичных документов, подтверждающих факт приобретения и принятия на учет этих товаров (работ, услуг). 

С учетом изложенного, по смыслу действующего законодательства документы, представляемые в государственные органы физическими и юридическими лицами с целью подтверждения соответствующего права, должны содержать достоверную информацию. 

Следовательно, при соблюдении указанных требований Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении налога на добавленную стоимость и указанное право возникает у налогоплательщика только в случае соблюдения установленных законом требований, как в отношении формы, так и содержания представленных налогоплательщиком документов. 

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. 

Согласно пункту 9 Постановления № 53 установление судом наличия разумных или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или экономической деятельности. 

Оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом. 

В частности, налоговый орган вправе приводить аргументы о том, что налогоплательщик исходил лишь из коммерческой привлекательности сделки и не оценил деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения им обязательств, наличие у него необходимых ресурсов. Налогоплательщик может дать объяснения тому, какие соответствующие деловому обороту критерии учитывались им при выборе контрагента, доказывать свою осведомленность о том, каким образом (за счет каких ресурсов, с привлечением каких соисполнителей и т.п.) должен был исполняться договор. 

Формальное соблюдение налогоплательщиком положений статей 171 и 172 Налогового кодекса Российской Федерации, устанавливающих порядок и условия применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, не влечет за собой безусловного возмещения сумм данного налога из бюджета, если при исполнении налоговых обязанностей идеализации права на возмещение выявлена недобросовестность налогоплательщика. 

Из разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пунктах 1, 6, 10 Постановления № 53 следует, что представленные налогоплательщиком в налоговый орган все надлежащим образом заверенные документы, предусмотренные законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды являются основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. При отсутствии доказательств совершения налогоплательщиком и его контрагентами согласованных умышленных действий, направленных на неправомерное создание оснований для возмещения налога из бюджета, эти обстоятельства не могут свидетельствовать о недобросовестности налогоплательщика. Факт нарушения контрагентами своих налоговых обязательств не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом. 

По смыслу Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003 № 329-О и пункта 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации действует презумпция добросовестности налогоплательщика. Обязанность доказывания недобросовестности возложена на налоговые органы. 

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод о том, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. 

Субъект экономической деятельности обязан соблюдать определенного рода осторожность и осмотрительность при выборе контрагентов и осуществлении деятельности, направленной на получение прибыли, поскольку в случае не проявления таковой и не реализации своей обязанности по обеспечению соответствия требованию достоверности первичных документов, на основании которых он претендует на право получения налоговых льгот или налоговых вычетов, он в силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации несет риск неблагоприятных последствий такого рода бездействия. 

В соответствии с п. 1 ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ установлено, что при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Как установлено п. 1 ст. 105.1 НК РФ взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Взаимозависимыми признаются лица, которые в силу родственных и должностных отношений могут влиять на условия заключаемых ими сделок и (или) экономические результаты их деятельности.

Следовательно, сама по себе подобная организация бизнеса в Российской Федерации не порицается, напротив - является основой для построения крепких и доверительных хозяйственных связей.

Однако такая форма построения бизнеса не должна использоваться в целях построения схем уклонения от уплаты налогов в нарушение обязанностей, предусмотренных ст. 57 Конституции РФ.

Основанием для вынесения оспоренного решения послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам выполнения работ и поставки товара, при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок, сопровождающихся взаимозависимостью участников спорных сделок, отсутствием реальности сделок в части поставки товара, выполнением работ силами самого налогоплательщика либо физических лиц в отсутствие надлежащим образом оформленных отношений, а также обналичиванием денежных средств и их возвратностью в распоряжение налогоплательщика.

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что Общество неправомерно заявило налоговые вычеты по НДС в сумме 7 123 710 руб. по счетам-фактурам ООО «Вираж» (выполнение СМР), ООО «Базис» (поставка грунта песочного, щебня и асфальтобетонной смеси), создав формальный документооборот с указанными контрагентами в целях создания видимости реальных взаимоотношений и получения необоснованной налоговой экономии.

ООО «Вектор» представлены следующие договоры с ООО «Вираж»:

- договоры субподряда от 01.07.2019 № 5/2019/С, от 20.09.2019 №6/2019/Сп на выполнение строительно-монтажных работ по капитальному ремонту автомобильных дорог общего пользования Н-867, Н-868 ул. Речная, г. Севастополь;

- договор субподряда от 23.12.2019 № 8/2019/АТ на выполнение строительно-монтажных работ на взлетно-посадочной полосе на строительстве нового Аэропорта в г. Тобольск;

- договор от 26.09.2019 № 9/2019/С/А на оказание услуг с применением строительной техники и механизмов.

На основании указанных договоров ООО «Вираж» выставило Обществу счета-фактуры на общую сумму 27 714 559 руб. (в т.ч. НДС 4 619 093 руб.), вычеты по которым заявлены Обществом в 4 квартале 2020 года, в том числе по счетам-фактурам:

- от 31.12.2019 № 23, от 12.10.2020 № 41, от 12.10.2020 № 42, от 20.11.2020 № 50 за выполнение работ на объектах «Капитальный ремонт автомобильной дороги общего пользования межмуниципального значения 67, Н-867 и Н-868 ул. Речная, г. Севастополь на общую сумму 13 755 697 руб. (в т.ч. НДС 2 399 096 руб.);

- от 20.10.2020 № 48 за выполнение работ «Строительство нового аэропорта в г. Тобольск» согласно договора N 8/2019/АТ от 23.12.2019 на сумму 2 449 822 руб. (в т.ч. НДС 408 304 руб.);

- от 19.11.2020 № 46, от 23.11.2020 N 53 за услуги автотранспорта по договору № 9/2019/С/А от 26.09.2019 на общую сумму 10 870 160 руб. (в т.ч. НДС в сумме 1 811 693 руб.).

Обществом представлены счета-фактуры, договоры субподряда от 01.07.2019 № 5/2019/С, от 20.09.2019 № 6/2019/Сп, от 23.12.2019 № 8/2019/АТ, от 26.09.2019 № 9/2019/С/А.

Также представлены акты о приемке выполненных работ (форма КС-2) и справка о стоимости работ (форма КС-3) к счету-фактуре от 31.12.2019 № 23, акты сдачи-приемки услуг (выполненные в свободной форме) по объектам «Капитальный ремонт автомобильной дороги общего пользования межмуниципального значения 67, Н-867 и Н-868 ул. Речная, г. Севастополь к счетам-фактурам за 2020 год.

Налоговым органом проведен допрос директора ООО «Вираж» ФИО3 (протокол допроса от 31.03.2021). ФИО3 исполнял обязанности директора ООО «Вираж» с 18.02.2020. Свидетель подтвердил руководство организацией ООО «Вираж», пояснил, что до того как стал директором ООО «Вираж» работал в ООО «Вектор» машинистом спецтехники. Стать руководителем ООО «Вираж» ему предложил учредитель ФИО4 Свидетель сообщил, что в штате ООО «Вираж» имеются водители, экскаваторщики, оформленные по трудовому договору, подтвердил выполнение работ для ООО «Вектор» в г. Севастополе, где они разбирали старую дорогу и строили новую. ФИО3 сообщил, что в г. Севастополе брал спецтехнику в аренду у ООО «Вектор», для данной техники у ООО «Вираж» имелись квалифицированные специалисты.

Соответственно, показания данного свидетеля подтверждают подконтрольность спорного контрагента налогоплательщику.

Одновременно инспекцией установлены следующие обстоятельства, опровергающие реальность указанных сделок.

Между ООО «Вектор» (подрядчик) и Департаментом транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры г. Севастополя (заказчик) заключены государственные контракты № 33/19 от 24.06.2019, № 70/19 от 13.09.2019 на выполнение строительно-монтажных работ на объектах «Капитальный ремонт автомобильной дороги общего пользования межмуниципального значения 67 Н-867 ул. Речная» и «Капитальный ремонт автомобильной дороги общего пользования межмуниципального значения 67 Н-868 ул. Речная». Для выполнения работ Обществом 01.11.2019 создано обособленное подразделение по адресу: 

<

...>.

Заказчиком работ представлены сведения о субподрядчиках, привлеченных ООО «Вектор» к выполнению госконтрактов.

Согласно представленному списку ООО «Вектор» при выполнении работ была заявлена только одна субподрядная организация - ООО «Энергоучет», осуществлявшая работы по установке электросетей.

Спорный контрагент ООО «Вираж» в качестве субподрядчика с Заказчиком не согласовывался.

Заказчик также сообщил» что ООО «Вектор» не предоставил общие журналы работ КС-6, КС-6а и месячно-суточный график выполнения работ.

Департаментом транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры г. Севастополя 13.10.2020 и 18.10.2020 вынесены решения об одностороннем расторжении контрактов № 33/19 от 24.06.2019, № 70/19 от 13.09.2019, заключенных с ООО «Вектор», в связи с невыполнением ООО «Вектор» оговоренных в контрактах работ в установленный срок. ООО «Вектор» внесен в реестр недобросовестных поставщиков.

Таким образом, по сведениям Заказчика работ, ООО «Вираж» не привлекалось к выполнению капитального ремонта автомобильных дорог 67 Н-867, 67 Н-868 ул. Речная, г. Севастополь.

В отношении счета-фактуры ООО «Вираж» от 31.12.2019 № 23 установлено, что признаки ведения спорным контрагентом финансово-хозяйственной деятельности в 4 квартале 2019 года отсутствуют.

Так, по расчетному счету ООО «Вираж» в 4 квартале 2019 года установлена выдача денежных средств только на зарплату директору ФИО3 и директору Холод Е.А. (исполняла обязанности в период с 22.10.2019 по 17.02.2020).

Платежи в адрес физических лиц по договорам гражданско-правового характера в 4-м квартале 2019 года отсутствовали.

Помимо отсутствия работников ООО «Вираж» в 4 квартале 2019 года также не имело собственной или привлеченной спецтехники для выполнения работ.

Показания директора ООО «Вираж» ФИО3 об аренде спецтехники у ООО «Вектор» документально не подтверждены, поскольку не представлены первичные документы по аренде (договоры, акты приемки-передачи, путевые листы и т.п.) и отсутствуют по расчетному счету платежи в адрес ООО «Вектор» за аренду спецтехники.

В отношении счетов-фактур, выставленных ООО «Вираж» в 4 квартале 2020 года, доказательства выполнения в 4 квартале 2020 года ООО «Вираж» для ООО «Вектор» работ (оказания услуг), а именно, акты о приемке выполненных работ (форма КС-2), справки о стоимости работ (форма КС-3), журналы работ (форма КС-6, КС-6а) и т.п. обществом не представлены.

При этом в 4 квартале 2020 года на момент расторжения договоров с Заказчиком (Департаментом транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры г. Севастополя) ООО «Вираж» также не имело персонала и спецтехники, платежи в адрес физических лиц по договорам гражданско-правового характера и за аренду спецтехники у ООО «Вираж» отсутствовали.

Вместе с тем, ООО «Вектор» имело и в 4 квартале 2019 года, и в 4 квартале 2020 года спецтехнику в количестве свыше 20 единиц (самосвалы, экскаваторы, бульдозеры, асфальтоукладчики) и персонал (в 4 квартале 2020 года выплачен доход 29 работникам).

Согласно протоколу допроса работника ООО «Вектор» ФИО5 (протокол допроса от 07.09.2021) он был командирован от ООО «Вектор» в г. Севастополь, где работал в качестве механика, осуществлял ремонт и обслуживание спецтехники. Организация ООО «Вираж» свидетелю не знакома.

При анализе расчетного счета ООО «Вектор» за 4 квартал 2019 года и 2020 год установлено перечисление денежных средств за оплату дизельного топлива, масла, запасных частей, за аренду и обслуживание биотуалетов в адрес организаций, состоящих на учете в Республике Крым (г. Севастополе).

Кроме того, при анализе расчетного счета установлена оплата штрафов за нарушение ПДЦ в УМВД России по г. Севастополю.

Указанные факты свидетельствуют о том, что работы на объектах Заказчика «Капитальный ремонт автомобильной дороги общего пользования межмуниципального назначения 67 Н-868 ул. Речная г. Севастополь» и «Капитальный ремонт автомобильной дороги общего пользования межмуниципального назначения 67 Н-867 ул. Речная г. Севастополь» выполнялись собственными силами ООО «Вектор».

Руководитель ООО «Вектор» 11.09.2020 приглашен в инспекцию на комиссию по выявленным рискам. По результатам комиссии составлен протокол и отправлен 22.09.2020 в адрес Общества по ТКС.

После получения протокола Обществом в течение 4 квартала 2020 года произведена перерегистрация всей спецтехники на взаимозависимую организацию ООО «Техно20», учредителем и руководителем, которой является ФИО6 (супруга директора ООО «Вектор»).

ООО «Техно20» требования о представлении документов по взаимоотношениям с ООО «Вектор» не исполнило.

Также Обществом переведена часть работников (8 человек) в спорного контрагента ООО «Вираж», что дополнительно подтверждает факт подконтрольности.

Инспекцией установлена согласованность действий ООО «Вектор» и ООО «Вираж» по созданию формального документооборота для налогоплательщика.

Все руководители и учредители ООО «Вираж», в том числе действовавшие в период осуществления спорных сделок ФИО4 и ФИО3, являлись работниками ООО «Вектор», либо получали доход от ООО «Вектор».

Работники ООО «Вектор» ФИО5 и ФИО7 заявляют, что им известен ФИО3 в качестве машиниста экскаватора в ООО «Вектор».

Также, у ООО «Вектор» и ООО «Вираж» совпадают телефонные номера и IP-адреса, используемые при отправке налоговой отчетности и при осуществлении доступа к распоряжению расчетными счетами посредством системы Клиент-Банк.

Доля налоговых вычетов в налоговой декларации ООО «Вираж» по НДС за 4 квартал 2020 года составила 97,7%.

При этом в книгу покупок ООО «Вираж» в 4 квартале 2020 года включены организации ООО «Дорстрой» (61% всех вычетов) и ООО «Инком» (23,8% всех вычетов), имеющие признаки номинальных (отсутствовало имущество, работники, транспортные средства, налоговые декларации по НДС за 4 квартал 2020 года представлены с минимальными суммами налогов к уплате).

По цепочке контрагентов ООО «Дорстрой» и ООО «Инком» не установлено приобретение товаров (работ, услуг).

Расчеты ООО» «Вираж» с указанными в книге покупок организациями не производились.

Оплата ООО «Вектор» в адрес ООО «Вираж» произведена частично.

При этом установлена возвратность денежных средств - из 22,5 млн. руб., перечисленных в 2020 году ООО «Вектор» в ООО «Вираж», вернулось 21,2 млн. руб. на счета ИП ФИО8 (ФИО8 - руководитель ООО «Вектор» до 20.03.2023) и ИП ФИО9 (супруга директора ООО «Вектор», не представила документы по взаимоотношениям с ООО «Вираж»).

ИП ФИО8 и ИП ФИО9, несмотря на неоднократные вызовы на допрос в качестве свидетелей, от явки в инспекцию и дачи показаний уклонились, тем самым противодействуя установлению фактических обстоятельств.

В период проведения спорных операций руководителем ООО «Вектор» ФИО8 приобретено здание и земельный участок по адресу: 

<

...> кадастровой стоимостью 62 млн. руб., а также приобретен автомобиль Тойота Камри 2018 г.в.

При этом общий доход ФИО8 за 2018-2020 годы по сведениям 2-НДФЛ составил 350 459 руб., что несопоставимо со стоимостью приобретенного имущества.

Согласно показаниям бывшего работника ООО «Вектор» Ревы Т.А. она работала с 2019 года и по май 2020 года в ООО «Вектор» в должности инспектора по кадрам. Непосредственными руководителями являлись главный бухгалтер ФИО10 и ФИО8 Свидетель пояснила, что по просьбе ФИО10 заполняла чистые путевые листы от организации ООО «Вираж», в которых указывала часы, ФИО, марки машин, гос.номера и направления (это было в основном Севастополь, Тобольск и Уватский район), все отраженные данные были фиктивны. Рева Т.А. пояснила, что причиной увольнения стало то, что «меня заставляли рисовать документы, говоря мне, что это входит в мои должностные обязанности и были задержки заработной платы».

Согласно показаниям бывшего работника ООО «Вектор» ФИО11 она работала в ООО «Вектор» недолго, примерно две недели на должности сотрудника отдела кадров, предложила работу главный бухгалтер ООО «Вектор» ФИО10. Свидетелю известен ФИО3 (директор ООО «Вираж», ранее работник ООО «Вектор»), видела его каждый день. Офис ООО «Вектор» находится около МФЦ ул. Труда, 164, там было три кабинета, в одном кабинете сидел ФИО3, а в третьем кабинете сидела свидетель и ФИО10. ФИО11 пояснила, что «ФИО10 дала мне чистую транспортную накладную, которую нужно было заполнить от имени другой организации (какая не помню), я у нее спросила для чего это нужно, она мне сказала, что это нужно будет делать постоянно и это входит в мои должностные обязанности, из нашего разговора я поняла, что это уход от налогов, я ей сказала, что я это делать не буду, тогда она мне сказала, что я не смогу у них работать, на следующий день я написала заявление на увольнение».

В отношении сделки между ООО «Вектор» и ООО «Вираж» на выполнение строительно-монтажных работ в г. Тобольске инспекцией установлено, что согласно договору субподряда № 8/2019/АТ от 23.12.2019 на выполнение строительно-монтажных работ по объекту «Взлетно-посадочная полоса на строительстве нового аэропорта в г. Тобольск», где ООО «Вектор» является Подрядчиком, а ООО «Вираж» Субподрядчиком, Субподрядчик принял на себя обязательства по выполнению строительно-монтажных работ на указанном объекте. Цена договора составляет 2 449 822,47 руб., включая НДС. Начало выполнения работ: с момента заключения договора. Окончание работ: до 31.12.2020. В объем работ входит подготовка строительной площадки, розлив вяжущих материалов и укладка плотного мелкозернистого асфальтобетона.

Окончание работ по объекту подтверждается подписанием акта приемочной комиссии. Подрядчик обязан: передать Субподрядчику в течение 15 дней с момента заключения договора Проект; принять выполненные с надлежащим качеством работы с оформлением и подписанием Сторонами акта о приемке выполненных работ (форма КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3); произвести оплату выполненных работ в размере, в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором; произвести экспертизу соответствия результатов исполнения договора условиям договора.

Однако Обществом в подтверждение выполнения ООО «Вираж» в г. Тобольске строительно-монтажных работ представлен только счет-фактура и акт сдачи-приемки от 20.11.2020, составленный в свободной форме и не содержащий перечня выполненных работ.

При этом предусмотренные договором первичные документы: акты о приемке выполненных работ (форма КС-2), справки стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), акт приемочной комиссии, проект работ, заключение об экспертизе Обществом не представлены. Также не представлены путевые листы, ТТН, списки сотрудников, осуществлявших работы, регистрационные номера на автомобили.

Заказчиком указанных работ являлось АО «Промстрой» (г. Москва), с которым ООО «Вектор» заключен договор субподряда от 16.05.2019 №ОМИТ/2019-74 на оказание автотранспортных услуг и услуг специализированной техники на объектах «Строительство нового аэропорта в г.Тобольск» и «Создание нового производства малеинового ангидрида на площадке ООО «СИБУР Тобольск».

Из содержания договора и представленных Заказчиком первичных документов следует, что на объекте использовалась спецтехника и самосвалы, принадлежащие ООО «Вектор», под управлением водителей - работников ООО «Вектор». Согласно актам выполненных работ и иным документам работы по договору осуществлялись в периоде 16.05.2019 по 31.10.2020.

Заказчиком также представлен договор субподряда от 02.11.2019 №АЭР/2019-153, согласно которому ООО «Вектор» обязалось выполнить комплекс строительно-монтажных работ, услуг и поставить материалы в рамках реализации проекта «Строительство нового аэропорта в г. Тобольск».

Также, представлены иные документы (деловая переписка, счета на оплату, ведомости переработки давальческих материалов, акт выполненных работ формы КС-2, справка формы КС-3, акт сдачи-приемки всех выполненных работ и др.), из которых следует, что работы по договору от 02.11.2019 №АЭР/2019-153 (укладка плотного мелкозернистого асфальтобетона) выполнены ООО «Вектор» в период с 07.11.2019 по 15.05.2020 из давальческого сырья заказчика (асфальтобетон, битумная эмульсия). Стоимость работ составила 4 430 274 руб. (в т.ч. НДС 738 379 руб.).

В период выполнения спорных работ у Общества имелась на объекте спецтехника (асфальтоукладчик TITAN S820, катки дорожные НАММ HD110, ДУ-98, ДУ-84, экскаваторы и т.д.), необходимая для выполнения договора субподряда.

При этом у спорного контрагента ООО «Вираж» спецтехники в собственности не имелось, расходы на аренду спецтехники и найм персонала в период с 07.11.2019 по 15.05.2020 отсутствовали.

Оплата в адрес ООО «Вираж» по договору субподряда N 8/2019/АТ от 23.12.2019 Обществом в 2019-2021 годах не производилась.

Вышеуказанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют об отсутствии реальности сделок между ООО «Вектор» и ООО «Вираж» по выполнению строительно-монтажных работ на объектах в г. Севастополе и г. Тобольске и по предоставлению услуг автотранспорта.

ООО «Вектор» заключен с ООО «Базис» (г. Казань) договор поставки от 01.10.2020 № 20/1/10, согласно которому ООО «Базис» обязалось поставить грунт песочный, щебень фракции 40-70 и асфальтобетонную смесь.

На основании указанного договора ООО «Базис» выставило Обществу в 4 квартале 2020 года 3 счета-фактуры на общую сумму 15 027 702 руб. (в т.ч. НДС 2 504 617 руб.), в том числе следующие счета-фактуры:

- № 156 от 14.12.2020 на сумму 6 836 500 руб. (б т.ч. НДС 1 139 416 руб.) за асфальтобетонную смесь горячую м/з тип Б в количестве 1 130 т. с доставкой;

- № 154 от 08.10.2020 на сумму 3 357 745 руб. (в т.ч. НДС 559 624 руб.) за грунт песчаный в количестве 6 649 м3 с доставкой;

- № 155 от 05.11.2020 на сумму 4 833 457 руб. (в т.ч. НДС 805 576 руб.) за щебень фракции 40-70 мм в количестве 4 661 т. с доставкой.

Инспекцией сделан вывод об отсутствии реальности сделки с ООО «Базис», что подтверждается следующими обстоятельствами:

- непредставление в ходе проверки товарно-транспортных накладных, подтверждающих перевозку ТМЦ, и сертификатов качества на ТМЦ;

- отсутствие перечислений денежных средств от ООО «Вектор» в адрес OОO «Базис» в оплату сделки за исключением частичной оплаты в сумме 285 524 руб., совершенной в 1 квартале 2021 года;

- наличие у Общества иных реальных поставщиков песка ООО «Ресурс» и ООО «АСВ-98», у которых Общество закупило песок в количестве 6 900 м3 для выполнения работ для заказчика МУП «Дирекция по управлению муниципальным хозяйством Уватского муниципального района»;

- согласно актам формы КС-2, представленным заказчиком МУП «Дирекция по управлению муниципальным хозяйством Уватского муниципального района», асфальтобетонная смесь, якобы приобретенная у ООО «Базис», не использовалась при выполнении работ для заказчика;

- в отношении щебня фракции 40-70 мм Общество пояснило, что щебень частично реализован в ООО «Стандарт» и ООО «Челяблесторг» в 1, 2 кв. 2021 года, однако у Общества отсутствовали складские площадки для хранения щебня, якобы закупленного в ноябре 2020 года, перевозка щебня не подтверждена.

В отношении спорного контрагента ООО «Базис» установлено отсутствие персонала, недвижимого имущества и транспорта, отсутствие перечислений денежных средств на заработную плату, арендные и коммунальные платежи, уплату налогов.

ООО «Базис» включены в книгу покупок за 4 квартал 2020 года в качестве основных контрагентов номинальные организаций ООО «Мирас» и ООО «Бур Ком», у которых отсутствовали работники, имущество, налоговые декларации представлены с минимальными суммами налогов к уплате, по расчетным счетам отсутствовали перечисления денежных средств на заработную плату, арендные и коммунальные платежи, уплату налогов. Денежные средства от ООО «Базис» в адрес ООО «Мирас» и ООО «Бур Ком» не перечислялись.

Таким образом, реальность сделки поставки ТМЦ от ООО «Базис» материалами проверки не подтверждается.

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды.

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что:

- спорные контрагенты, заявляемые налогоплательщиком в качестве исполнителей сделок (выполнения работ, поставки товара) не имели реальной возможности их осуществления, поскольку обладают всеми признаками «номинальных» структур (с учетом отсутствия у организаций материальных активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления реальной предпринимательской деятельности, складских помещений для хранения значительного количества специфического товара, отсутствия доказательств использования ими привлеченных ресурсов, представления налоговой отчетности в налоговые органы с «минимальными» показателями либо непредставления вовсе),

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств, у которых отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей исполнения сделок, и у которых налогоплательщик в подавляющем большинстве выступал единственным контрагентом,

- отсутствует источник возмещения НДС из бюджета,

- инспекцией не установлен источник происхождения товара и у спорных контрагентов отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей поставки товара для его последующей реализации налогоплательщику,

- отсутствовала реальность заявленного в первичных документах товара, сопровождающаяся «задвоением» товарного потока в виде наличия реального потока товара от реальных поставщиков и искусственным документальным формированием нереального потока товара с участием спорных контрагентов без их встраивания в цепочку реальных сделок,

- отсутствовала реальность заявленных в первичных документах работ, сопровождающаяся их выполнением силами самого налогоплательщика либо привлеченных физических лиц без надлежащего оформления договорных отношений,

- имелись полученные свидетельские показания, в том числе работников налогоплательщика и конечных получателей работ, опровергающие какое-либо участие спорных контрагентов в заявленных сделках, при активном участии в них самого налогоплательщика,

- частично (в ряде случаев полностью) отсутствовала оплата по сделкам налогоплательщиком в адрес спорных контрагентов, при отсутствии совершения последними каких-либо действий по получению либо взысканию задолженности на протяжении значительного временного периода,

- наличествовали служебные связи непосредственных участников спорных отношений,

- у налогоплательщика и спорных контрагентов совпадали IP-адреса выхода в Интернет и номера телефонов,

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки формально участвовавших посредников (в том числе с учетом наличия у налогоплательщика прямых хозяйственных отношений с реальными поставщиками товара),

- использовалась схема движения денежных средств, свидетельствующая о транзитном движении денежных средств с их последующим обналичиванием и возвратностью в распоряжение налогоплательщика.

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что ни один из заявленных контрагентов не имел реальной возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельствами, соответственно представленные налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения относительно взаимоотношений со спорными контрагентами.

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, единственной целью налогоплательщика при фиктивном документальном оформлении отношений со спорными контрагентами являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного получения вычетов по НДС.

Документооборот в отсутствие расчетов между участниками сделок, а также наличия расчетов с учетом фактов обналичивания денежных средств, носит формальный характер и направлен не на ведение реальной хозяйственной деятельности, а исключительно на создание видимости хозяйственных операций, где контрагенты являются «транзитными» организациями, а не реальными хозяйствующими субъектами гражданского оборота.

В данном случае, значительная часть денежных средств не выбывала из обладания налогоплательщика, поскольку оплата по сделкам производилась лишь частично (в ряде случаев не производилась вообще). При этом, спорными контрагентами на протяжении значительного временного периода не предпринимались какие-либо действия, направленные на получение либо взыскание задолженности, что с учетом обычаев делового оборота, не отвечает целям ведения предпринимательской деятельности.

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем спорных контрагентов стоял вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

Тем более, что в правоотношениях подряда, в которых налогоплательщик, являющийся исполнителем, по документам в ряде случаев весь объем работ передает субподрядным организациям (с данном случае спорным контрагентам), а разница в стоимости подрядных работ отсутствует вовсе либо является незначительной, налоговая выгода очевидно превалирует над экономической, поскольку реальный экономический эффект от данных сделок является незначительным либо отсутствует вовсе, в то время как именно подобные хозяйственные операции позволяют минимизировать налоговую нагрузку крупного хозяйствующего субъекта, необоснованно принимая значительные суммы к расходам по налогу на прибыль и налоговым вычетам по НДС.

Изложенное, в совокупности с умышленным созданием налогоплательщиком формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Действия, связанные с искусственным введением в систему договорных отношений спорных контрагентов, не обусловлены разумными экономическими причинами и фактически лишь имитируют, посредством умышленного создания формального документооборота, хозяйственные операции.

При этом инспекцией не только приведены внешние характеристики спорных контрагентов, указывающие на сомнения в ведении ими реальной предпринимательской деятельности, но и подтверждена совокупностью собранных в ходе налоговой проверки доказательств противоречивость представленных налогоплательщиком документов с очевидностью этого для него, сопровождающаяся активным участием налогоплательщика в умышленном создании формального документооборота исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

О правомерности позиции инспекции также свидетельствует и полученные инспекцией в ходе налоговой проверки показания бывших работников налогоплательщика о том, что по настоятельным просьбам должностных лиц налогоплательщика под угрозой увольнения, заполнялись чистые путевые листы и транспортные накладные от имени определенных организаций, указывая фиктивные часы, ФИО, марки машин, государственные регистрационные знаки и направления.

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата налога явилась следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика с заявленными контрагентами, а также о том, что спорные контрагенты умышленно включены налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от имени спорных контрагентов, отражающих несуществующие хозяйственные операции.

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на незаконную минимизацию налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде не поступления налогов в бюджет.

Таким образом, доначисление НДС, а также начисление соответствующих сумм налоговых санкций, предусмотренных пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, произведено инспекцией правомерно. 

Согласно статье 106 Налогового кодекса Российской Федерации налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное деяние (действие или бездействие) налогоплательщика за которое установлена Налоговым Кодексом ответственность. 

На основании пункта 1 статьи 110 Налогового кодекса Российской Федерации виновным в совершении налогового правонарушения признается лицо, совершившее противоправное деяние умышленно или по неосторожности. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 110 Налогового кодекса Российской Федерации налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия). 

Согласно пункту 4 статьи 110 Налогового кодекса Российской Федерации вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения. 

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагента, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена, претендуя при этом на налоговые вычеты из бюджета, с целью незаконной минимизации налоговых обязанностей, общество, в лице руководителя, осознавало противоправный характер своих действий, сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде не поступления налогов в бюджет. 

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.

Если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций (п. 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

В данном случае, поскольку в отношении спорных контрагентов налогоплательщиком умышленно создан формальный документооборот, не сопровождающийся реальным исполнением и налогоплательщик не получил какого-либо предоставления по сделкам, оформленным от имени спорных контрагентов, следует заключить об отсутствии у заявленных хозяйственных операций признака реальности.

Поскольку спорные сделки не обладали признаком реальности, денежные средства в адрес реальных субъектов не перечислялись, в бухгалтерской и налоговой отчетности спорными контрагентами не отражались, налоги не исчислялись и не уплачивались, следует заключить, что произвольного завышения сумм налогов, пени и штрафов, начисленных по результатам проверки, инспекцией не допущено.

Ссылка налогоплательщика на реальность взаимоотношений со спорными контрагентами и отсутствии претензий со стороны заказчиков работ не соответствуют совокупности установленных инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельств, а потому не может быть принята судом во внимание.

Также отклоняется довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст. ст. 169, 171, 172 НК РФ требования, поскольку само по себе оформление операций со спорными контрагентами в учете налогоплательщика не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью.

В целом возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом, налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства, свидетельствующие об отсутствии хозяйственных операций со спорным контрагентом, признака реальности и об участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Доводы общества о нарушении Инспекцией существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно им отклонены.

В силу п. 14 ст. 101 НК РФ несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных НК РФ, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении либо об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения. Основаниями для отмены указанного решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

Из разъяснений, изложенных в п. 68 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 следует, что в случае если в поданном суд заявлении о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения налогоплательщик ссылается на нарушение налоговым органом существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки (п. 14 ст. 101 НК РФ), судам надлежит исходить из того, что такого рода доводы могут быть приняты ими во внимание только при условии заявления их в жалобе, направлявшейся в вышестоящий налоговый орган.

Вместе с этим, не любое нарушение указанной процедуры может явиться основанием к отмене решения налогового органа, а лишь то, которое привело или могло привести к принятию неправильного по существу решения.

Согласно подп. 12 п. 3 ст. 100 НК РФ акт налоговой проверки должен содержать документально подтвержденные факты нарушений законодательства о налогах и сборах.

В данном случае, из содержания акта №3955 от 12.07.2021 и оспоренного решения № 3295 от 24.06.2022 усматривается, что инспекцией дана оценка письменным возражениям налогоплательщика, исследованы и отражены установленные в ходе налоговой проверки обстоятельства и собранные доказательства, зафиксировав обстоятельства вменяемого налогового правонарушения и вину налогоплательщика в форме умысла.

Соответственно, Инспекцией налогоплательщику обеспечена возможность участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки и представлять свои возражения.

Изложенное исключает нарушение со стороны Инспекции существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, а также обоснованность доводов налогоплательщика в этой части.

На основании вышеизложенного решение ИФНС по Центральному району г. Челябинска № 3295 от 24.06.2022, с учетом решения Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области N 16-07/001433@ от 05.04.2023, вынесено правомерно и отмене не подлежит. 

Согласно части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения заявленных требований.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, поскольку не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, либо влияли на обоснованность и законность оспариваемого решения суда, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Таким образом, по мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дал полную и всестороннюю оценку имеющимся в деле доказательствам в их взаимосвязи и совокупности и пришел к обоснованному выводу об отказе заявителю в удовлетворении требований.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения и удовлетворения жалобы не имеется.

В соответствии с подпунктами 3, 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по настоящему делу ООО «Вектор» должно было уплатить государственную пошлину в размере 1 500 руб.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2023 удовлетворено ходатайство подателя апелляционной жалобы об отсрочке уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Таким образом, с ООО «Вектор» подлежит взысканию в доход федерального бюджета 1 500 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 176, 268- 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 01.09.2023 по делу № А76-14322/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Вектор» - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Вектор» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 1500 рублей. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                            А.П. Скобелкин 

 

Судьи                                                                                   А.А. Арямов 

 

                                                                                              П.Н. Киреев