Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-8878/2016

г. Владивосток

16 октября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 октября 2018 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.А. Скрипки,

судей К.П. Засорина, Л.А. Мокроусовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Борисовой Татьяны Александровны

апелляционное производство № 05АП-7096/2018 

на определение от 15.08.2018 судьи Н.В. Колтуновой

по делу № А51-8878/2016 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению Общества с ограниченно ответственностью «ИнвестМеталлХолдинг» (ИНН7704640338 ОГРН 

<

***>) 

к закрытому акционерному обществу «Спасский Машино - транспортный центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о признании несостоятельным (банкротом), заявление об оспаривании сделок должника,

третье лицо: ФИО3,

при участии:

от конкурсного управляющего ЗАО «Спасский Машино – транспортный центр»: ФИО4, (доверенность от 19.04.2018, сроком до 10.10.2018, паспорт);

от ФИО2: ФИО5, (доверенность от 04.10.2018, сроком на 2 года, без полномочий на участие в еле о банкротстве, паспорт).

 слушатель: ФИО5 (паспорт),

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились, извещены.

УСТАНОВИЛ:

Решением суда от 20.04.2017 закрытое акционерное общество «Спасский машино-транспортный цент (далее – должник, ЗАО «СМЦ») признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6. 

Объявление о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 29.04.2017 №76.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «СМЦ» конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о признании недействительными сделок, заключенных между ЗАО «СМЦ» и ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик), а именно: договора поставки №Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015, договора купли-продажи СМЦ-Бор/01-15 от 28.01.2015, соглашения о прекращении встречных обязательств зачетом от 30.01.2015; применения последствий, в виде взыскания с ФИО2 в пользу ЗАО «СМЦ» действительной стоимости имущества на момент его приобретения в размере 1 750 000 рублей.

Определением от 28.08.2017 Арбитражный суд Приморского края привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 как сторону договора купли-продажи от 07.03.2017 транспортного средства. 

Определением Арбитражного суда Приморского края от 15.08.2018 суд удовлетворил требования арбитражного управляющего в части, признав недействительными сделки: договор купли-продажи СМЦБор/01-15 от 28.01.2015, договор поставки №Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015, соглашение о прекращении встречных обязательств зачетом от 30.01.2015, заключенные между ЗАО «СМЦ» и ФИО2, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в пользу ЗАО «СМЦ» действительной стоимости имущества на момент его приобретения в размере 1 560 000 рублей, в остальной части требований отказал. В части требований к ФИО7 производство по заявлению прекращено, в связи с не сформулированными требованиями ко второму ответчику, фактически признав отказ от требований к ФИО7

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда первой инстанции отменить в части признания недействительными сделок должника и применения последствий в виде взыскании с ответчика действительной стоимости имущества на момент его приобретения в размере 1 560 000 рублей  и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований. В обоснование своей позиции заявитель указала, что при вынесении обжалуемого определения суд дал неверную оценку обстоятельствам дела, в том числе доводам и возражениям ответчика. Так апеллянт в жалобе указала, что при рассмотрении обособленного спора ответчиком  представлены  протокол опроса главного бухгалтера ФИО8 из которого следует, что при взаимозачете обязательств ЗАО «СМЦ» с кем либо, ею лично проверялось наличие документов  для отражения в бухгалтерском отчете. Учитывая, что между ЗАО «СМЦ» ФИО2 подписано соглашение о прекращении встречных обязательств зачетом от 30.01.2015 в бухгалтерском учете ЗАО «СМЦ» отражено поступление оборудования от ФИО2; протокол опроса генерального директора ЗАО «СМЦ» ФИО9, из которого следует, что в январе 2015 года ЗАО «СМЦ» в виду необходимости приобретения сельхозтехники учредителем ЗАО «СМЦ» принято решение о покупке навесного оборудования для тракторов и емкости для пожарного водоема. Должником и ФИО2 20.01.2015 заключен договор купли-продажи плуга ПЛН 4-35 (2 шт.), культиватора John Deere 980 и емкости 30 см 3. В момент подписания договора расчет с ФИО2 не был произведен. В конце января 2015 года ЗАО «СМЦ» принято решение о продаже транспортного средства Toyota Highlander. Вырученные денежные средства предполагалось направить на погашение задолженности перед ФИО2 В последующем между сторонами был подписан договор купли-продажи транспортного средства Toyota Highlander. 30.01.2015 учитывая встречность требований ЗАО «СМЦ» и ФИО2 друг к другу стороны в добровольном порядке приняли решение о прекращении встречных обязательств зачетом на сумму 1 750 000 рублей.   ФИО9 указал, что вопросами постановки на баланс ЗАО «СМЦ» приобретенного имущества занималось УК «ПЗС», главным бухгалтером которой являлась ФИО10, указал, что имущество переданное по договору  купли-продажи от 20.01.2015 оприходованы в оборотно-сальдовой ведомости должника по счету № 41 за 2015 год; в материалы дела приобщена выписка оборотно-сальдовой ведомости ЗАО «СМЦ» по счету 41 за 2015 год. 

Также апеллянт полагала, что суд в нарушении статьи 170 АПК РФ не указал, мотивы по которым   отклонилпредставленные ответчиком доказательства и приведенные в ходе судебного разбирательства доводы.

По мнению заявителя жалобы, ссылка арбитражного управляющего на то, обстоятельство, что супруг ФИО2 являл финансовым директором ЗАО «СМЦ» само по себе не могло являться основанием для признания судом заключенных сделок недействительными, поскольку суду не представлены доказательства наличия в действиях участников рассматриваемых правоотношений признаков злоупотребления правом предусмотренных статья 10 Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Из представленных в канцелярию суда дополнений к апелляционной жалобе, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АП РФ, апеллянт указала, что суд неверно квалифицировал  договор поставки № Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015 как мнимую сделку, поскольку  такие признаки отсутствуют. По мнению ответчика, суд первой инстанции, признавая сделку купли-продажи транспортного средства № Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015  как притворную, не учел положения пункта 2 статьи 525 ГК РФ.

ФИО2 полагала, что  при рассмотрении заявления конкурсного управляющего по оспариванию сделок должника не установлено наличие совокупности всех обстоятельств необходимых для признания сделки недействительной по основаниям предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В канцелярию суда от конкурсного управляющего ЗАО «СМЦ» ФИО6 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 АПК РФ, в котором управляющий просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции судом установлено, что апелляционная жалоба ФИО2 заявлена в части признания сделок должника недействительными и применения последствий признания их недействительными.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Как разъяснено в пункте 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Поскольку возражений относительно проверки только части судебного акта сторонами не заявлено, апелляционная коллегия проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции только в обжалуемой части.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ЗАО «СМЦ» на доводы апелляционной жалобы возражал. Определение Арбитражного суда Приморского края счел законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и письменных дополнений к ней, отзыва на жалобу, учитывая мнение представителя конкурсного кредитора, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что между ЗАО «СМЦ» и ФИО2 28.01.2015 заключен договор купли-продажи транспортного средства СМЦ-Бор/01-15, по условиям которого ЗАО «СМЦ» как продавец продает, а ФИО2 как покупатель принимает и оплачивает следующее транспортное средство - Toyota Highlander, государственный номер 

<

***>, VIN: 

<

***>, цвет кузова: темно-бордовый, год выпуска: 2013, тип ТС: легковой, кузов: 

<

***>, шасси (рама) отсутствует, номер двигателя: 2GRJ765757, паспорт транспортного средства 25 УМ 307781 выдан Владивостокской таможней 29.05.2013 г. (далее  - Toyota Highlander, транспортное средство, автомобиль).

Стоимость транспортного средства определена сторонами в 1 750 000 рублей, в т.ч. НДС, которая, подлежала оплате в течение месяца с момента подписания договора на расчетный счет продавца, или любым не запрещенным законом способом (пункт 3.1 договора купли-продажи).

Между ЗАО «СМЦ» и ФИО2 20.01.2015 заключен договор № Бор/СМЦ-01/15, из условий данного договора следует, что ФИО2 (продавец) обязалась поставить в собственность ЗАО «СМЦ» как покупателю принадлежащий ей товар, а покупатель обязался принять и оплатить товар. Существенные условия договора определены сторонами в спецификации.

По условиям спецификации № 1 от 20.01.2015 г. (приложение № 1 к договору поставки товара № Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015 г.) продавец обязался поставить, а покупатель принять и оплатить следующий товар: Емкость 60 см3 в количестве 1 шт. стоимостью 80 000 рублей; Плуг ПЛН 4-35 в количестве 2 шт.  общей стоимостью 50 000 рублей; Культиватор John Deere 980  в количестве 1 шт. стоимостью 1 620 000 всего на общую сумму 1 750 000 рублей.

Поставка товара осуществляется не позднее 28.02.2015 продавец обязался передать товар покупателю в месте передачи товара - на складе ЗАО «СМЦ», расположенном по адресу: ПК, Спасский р-он, ж/

<

...>.

В последующем между ФИО2 и ЗАО «СМЦ» 30.01.2015 заключено соглашение о прекращении встречных обязательств зачетом, по условиям которого проведен зачет на 1 750 000 рублей и прекращены обязательства ФИО2 перед ЗАО «СМЦ» по оплате по договору купли-продажи СМЦ-Бор/01-15 от 28.01.2015; прекращены обязательства ЗАО «СМЦ» перед ФИО2 по оплате товара по договору № Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015.

Конкурсный управляющий полагая, что соглашение о прекращении встречных обязательств зачетом от 30.01.2015 является беспредметным, противоречит закону и так же является недействительной (ничтожной) сделкой, в связи с отсутствием действительных встречных обязательств между сторонами по договору купли-продажи № СМЦ-Бор/01-15 от 28.01.2015 и по договору № Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 170 ГК РФ.

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований. Признавая договор поставки № Бор/МЦ-01/15 от 20.01.2015 и соглашение о зачете от 30.01.2015 мнимыми сделками, а договор купли-продажи транспортного средства № СМЦ-Бор/01-15 от 28.01.2015 притворной сделкой и прикрывающей сделку по безвозмездной передаче имущества на основании статьи 170 ГК РФ, суд исходил из того, что  сделки заключены исключительно для цели предания формального наличия обязательства ЗАО «СМЦ» перед ФИО2, по оплате товара, в целях проведения зачета  по несуществующиему обязательству и передаче безвозмездно транспортного средства, признавая  недействительными сделки по основаниям, определенным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд  исходил из того, что  на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, сделка  совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, как соответствующие материалам дела и закону, и не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Законом о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (статья 61.8 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

Для целей настоящего Федерального закона сделка, совершаемая под условием, считается совершенной в момент наступления соответствующего условия (пункт 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве). 

Оспаривание подозрительных сделок должника регулируется статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63). 

Поскольку заявление о признании ЗАО «СМЦ» несостоятельным (банкротом) принято к производству арбитражного суда 13.05.2016, спорные сделки совершены (20.01.2015, 28.01.2015, 30.01.2015) в пределах трех лет до указанной даты. Следовательно, договор поставки от 20.01.2015 №Бор/СМЦ-01/15, договор купли-продажи от 28.01.2015 СМЦ-Бор/01-15, соглашение о прекращении встречных обязательств зачетом от 30.01.2015, заключенные между должником и ФИО2 могут быть оспорены по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов обособленного спора, должник (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключили договор купли-продажи транспортного средства СМЦ-Бор/01-15, по условиям которого ЗАО «СМЦ» как продавец продает, а ФИО2 как покупатель принимает и оплачивает следующее транспортное средство Toyota Highlander, стоимость транспортного средства определена сторонами в размере 1 750 000 рублей

Также 20.01.2015 между ЗАО «СМЦ» и ФИО2 заключен договор № Бор/СМЦ-01/15. По условиям данного договора ФИО2 (продавец) обязалась поставить в собственность ЗАО «СМЦ» как покупателю принадлежащий ей товар, а покупатель обязался принять и оплатить товар, а именно: емкость 60 см3 в количестве 1 шт., стоимостью               80 000 рублей; плуг ПЛН 4-35 в количестве 2 шт. по цене 25 000 рублей за шт. общей стоимостью 50 000 рублей; культиватор John Deere 980 1 шт. стоимостью 1 620 000 рублей.

Между ФИО2 и ЗАО «СМЦ» 30.01.2015 заключено соглашение о прекращении встречных обязательств зачетом, по условиям которого проверен зачет на 1 750 000 рублей и прекращены обязательства ФИО2 перед ЗАО «СМЦ» по оплате по договору купли-продажи СМЦ-Бор/01-15 от 28.01.2015; прекращены обязательства ЗАО «СМЦ» перед ФИО2 по оплате товара по договору № Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015.

Однако судом первой инстанции отмечено, что в действительности товар по договору от 20.01.2015 № Бор/СМЦ01/15 у ФИО2 не приобретался и в ЗАО «СМЦ не передавался, не приходовался. В связи с чем суд первой инстанции пришел  выводу, что данная сделка является мнимой и заключена исключительно для цели придания формального наличия обязательства ЗАО «СМЦ» перед ФИО2 по оплате товара. 

Суд первой инстанции установил, что договор поставки № Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015 заключен формально, в целях проведения зачета по несуществующему обязательству и передачи безвозмездно ФИО2 дорогостоящего объекта основных средств - транспортного средства Toyota Highlander по притворной сделке - договору купли-продажи СМЦ-Бор/01 -15 от 28.01.2015.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как указано в пунктах 86, 87, 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

С учетом вышеприведенных положений закона коллегия признала обоснованным вывод суда о том, что договор поставки № Бор/МЦ-01/15 от 20.01.2015 и соглашение о зачете от 30.01.2015 являются мнимыми сделками, а договор купли-продажи транспортного средства № СМЦ-Бор/01-15 от 28.01.2015 является притворной сделкой и прикрывает сделку по безвозмездной передаче имущества.

Факт безвозмездной передачи имущества в условии отсутствия встречного исполнения обязательств установлен судом первой инстанции и подтверждается пояснениями бухгалтера должника ФИО11, которая осуществляла учет ТМЦ и основных средств, оспариваемые сделки совершены в период ее работы в ЗАО «СМЦ». 

При этом, доказательств фактической поставки ТМЦ и основных средств ответчиком в материалы дела не представлено.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Судом первой инстанции принято во внимание то, что транспортное средство Toyota Highlander в силу статьи 256 ГК РФ приобретено в совместную собственность ФИО2 и ее супруга ФИО7 в связи с нахождением их в законном браке, что подтверждается справкой №6453 отдела ЗАГС от 13.09.2017.

В соответствии со статьей 35 Семейного кодекса РФ владение пользование и распоряжение имуществом осуществляется супругами по обоюдному согласию.

В свою очередь, ФИО7 в период с 07.12.2012 по 21.09.2015 занимал должность финансового директора ЗАО «СМЦ». В связи с чем, в силу  своих прав по должности обязан был знать об обстоятельствам совершения сделки и ее ущербности для должника.

 Таким образом, суд обосновано пришел к выводу, что ФИО2 по обстоятельствам дела должна была знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Кроме того в подтверждение осведомленности ФИО7 и его супруги ФИО2 о признаках несостоятельности (банкротства) должника в материалы дела представлены приказ о приеме и увольнении ФИО7 на должность финансового директора ЗАО «СМЦ», а также трудовой договор с ним.

Работая на должности финансового директора, ФИО7 должен был знать о финансовом состоянии предприятия и, соответственно, о признаках неплатежеспособности и несостоятельности. должностную инструкцию финансового директора ЗАО «СМЦ», штатное расписание, приказ № 70 от 07.12.2012 г. о внесении изменений в штатное расписание, а также решения единственного акционера ЗАО «СМЦ» о назначении ФИО7 ревизором общества в период с 2012 г. по 2015 г. включительно, а также устав ЗАО «СМЦ», содержащий указание о функциях ревизора общества.

Более того, на момент совершения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Совокупный объем неисполненных обязательств, исполнение которых должником приостановлено, составило 106 000 000 рублей, а именно: перед ООО «Восточный Полюс» в размере 397 546 рублей за период (2013 - 2014) - определение от 27.06.2016, перед ООО «САУМ № 1» в размере 10 560 000 рублей (за период 2014) - определение от 12.09.2016; перед ООО «Примзернопродукт» (правопреемник ЗАО «Михайловский бройлер») в размере 94 966 130, рублей (за период 2013-2015) - определение от 07.02.2017; перед ИП ФИО12 в размере 611 002,25 рубля (за период 2014) - определение от 17.05.2017.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что совершенные сделки направлены на уменьшение размера имущества должника в связи с чем причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

В связи с этим при определении такого признака подозрительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как причинение вреда от купли- продажи имущества ЗАО «ЗАО» во внимание следует принимать совокупный экономический эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений. Иными словами для признания условий конкретной сделки несправедливыми необходимо учитывать условия других взаимосвязанных сделок и обстоятельства их заключения.

Также в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества в сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличия одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Факт причинения вреда имущественным правам кредиторов подтверждается тем, что должник не обладал достаточным размером имущества для удовлетворения требований всех его кредиторов. 

Таким образом, в рамках настоящего спора имеются основания для вывода о том, что ФИО2 как заинтересованное лицо к моменту совершения сделки знала или должно была знать о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов, а также указанные взаимосвязанные сделки совершены на нерыночных условиях, т.е. при неравноценном встречном исполнении со стороны ответчика.

Исходя из установленных обстоятельств, в результате совершения оспариваемой сделки не произошло надлежащего замещения отчужденного имущества должника иным равноценным активом, что лишило кредиторов возможности рассчитывать на удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества, то есть причинен вред имущественным правам кредиторов.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно признал доказанной совокупность условий, необходимых для признания договора купли-продажи СМЦ-Бор/01-15 от 28.01.2015, договора поставки №Бор/СМЦ-01/15 от 20.01.2015, соглашение о прекращении встречных обязательств зачетом от 30.01.2015, заключенных между ЗАО «СМЦ» и ФИО2 недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и удовлетворил заявление конкурсного управляющего должника ФИО6

В соответствии со статьей 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу части 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

С учетом приведенных правовых норм, судом первой инстанции правомерно применены последствия недействительности оспариваемых сделок в виде взыскания с ФИО2 в пользу ЗАО «СМЦ» действительной стоимости имущества на момент его приобретения в размере 1 560 000 рублей, которая установлена на основании представленного в материалы дела отчета об оценке рыночной стоимости объекта транспортного средства № 18-03.03 от 0502.2018, проведенного ООО «Геолого-геодезический центр» от 05.02.2018. Отчет об оценке не оспорен ответчиком, доказательств, опровергающих выводы, содержащиеся в отчете, в дело не представлено.

Доводы апелляционной жалобы повторяют доводы заявителя, которым дана полная и всесторонняя оценка судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте, не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаны судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 15.08.2018 по делу №А51-8878/2016  в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Н.А. Скрипка

Судьи

К.П. Засорин

Л.А. Мокроусова