АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-8049/2018

г. Владивосток

06 марта 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 27 февраля 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 06 марта 2019 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Клёминой Е.Г., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1 рассмотрев в судебном заседании дело по иску Тихоокеанского морского управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (ИНН 2540212927 , ОГРН 

<

***>, дата регистрации 05.08.2015) 

к краевому государственному унитарному предприятию «Приморский водоканал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации  04.02.2004) о взыскании суммы ущерба в размере 9397207 рублей 99 копеек ( с учетом уточнений от 20.02.2019),

при участии третьего лица общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Фрунзенского района» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес: 690003, 

<

...>); Федеральное государственное бюджетное учреждение «Центр лабораторного анализа и технических измерений по Дальневосточному федеральному округу»

при участии в судебном заседании:

от истца: представитель ФИО2 доверенность № 32 от 24.12.2018, удостоверение; ФИО3 доверенность № 66 от 03.09.2018, паспорт

от ответчика: представитель ФИО4 по доверенности от 09.01..2019, паспорт, ФИО5 паспорт, доверенность от 09.01.2019 г.;

от Федерального государственного бюджетного учреждения «Центр лабораторного анализа и технических измерений по Дальневосточному федеральному округу»; третье лицо общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Фрунзенского района» - не явились, извещены. 

установил:

Тихоокеанское морское управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее-истец; Управление) обратилось с исковым заявлением к краевому государственному унитарному предприятию «Приморский водоканал» (далее-ответчик; КГУП «Приморский водоканал») с иском о взыскании суммы ущерба в размере 9 397 207 рублей 99 копеек ( с учетом уточнений от 20.02.2019 г.).

Арбитражный суд, руководствуясь ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ), привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Фрунзенского района» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес: 690003, 

<

...>); Федеральное государственное бюджетное учреждение «Центр лабораторного анализа и технических измерений по Дальневосточному федеральному округу».

Третье лица в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в соответствии со ст. 123 АПК РФ.

Судебное заседание проводится в порядке ст. 156 АПК РФ в отсутствие представителей третьих лиц.

До начала судебного заседания от истца через «Электронное правосудие» от истца поступило заявление об уточнении исковых требований. 

Руководствуясь ст. 49 АПК РФ, суд принял заявленные уточнения как не противоречащие закону и не нарушающие права других лиц.

Представитель ответчика задает вопросы истцу, дает устные пояснения суду по предмету заявленного спора, отвечает на вопросы суда.

Представитель истца участвует в контрдоводах. 

Ответчик дает устные пояснения суду, в данном судебном заседании представить письменные опровержения на контрдоводы  истца не может.

В судебном заседании 20.02.2019 судом в порядке ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 27.02.2019 года. 

21 и 22 февраля 2019 через канцелярию суда от краевого государственного унитарного предприятия «Приморский водоканал» в материалы дела поступили дополнительные документы, которые приобщены к материалам дела.

После перерыва представитель истца дал устные пояснения по представленным ответчиком документам, ответил на вопросы суда.

В обоснование предъявленных по настоящему делу исковых требований истец ссылается на то, что ответчик своими действиями, при осуществлении сброса сточных вод в водный объект (Амурский залив) допустил превышение загрязняющих веществ для водных объектов рыбохозяйственного значения.

Ответчик иск оспорил, ссылаясь на то, что истец не доказал размер причиненного материального  вреда, наличие причинно-следственной связи между поведением ответчика и причинением вреда в заявленной сумме.

Из пояснений лиц, участвующих в деле, материалов дела арбитражным судом установлено следующее.

03.03.2017 г.  в Тихоокеанское морское управление Росприроднадзора поступило  обращение  гражданина ФИО6  о сбросе неочищенных сточных вод в водный объект гавани Приморской железнодорожной дороги Амурского залива в районе дома № 78 по ул. Верхнепортовая в                                 г. Владивостоке.

В ходе осмотра указанного в обращении участка истцом был выявлен факт, нарушения природоохранных требований, согласно акту обследования территории от 09.03.2017 № 07-006/2017, а именно: наличие выпуска (в виде металлической трубы), из которого осуществляется сброс сточных вод в водный объект.

Согласно ответу Администрации г. Владивостока, сброс сточных вод от домов № 72-78 по ул. Верхнепортовая г. Владивостока осуществляется КГУП «Приморский водоканал», в собственность которому передан комплекс систем централизованного водоснабжения и водоотведения Владивостокского городского округа.

По факту сброса сточных вод в водный объект без очистки, должностным лицом Управления было вынесено определение от 20.04.2017 № 07-144/2017 о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования по ч.1 ст.8.14 КоАП РФ.

В ходе проведения расследования третьим лицом Федеральным государственным бюджетным учреждением «Центр лабораторного анализа и технических измерений по Дальневосточному федеральному округу» трижды были отобраны пробы сточных вод сбрасываемых КГУП «Приморский водоканал».

В материалы дела представлены заключения, составленные третьим лицом Федеральным государственным бюджетным учреждением «Центр лабораторного анализа и технических измерений по Дальневосточному федеральному округу», из которых видно, что в рамках проведения административного расследования 05.05.2017 г., 29.05.2017 г., 13.06.2017 г. по результатам анализов сбрасываемых сточных вод, отбор которых производился перед выходом в гавань Приморской железной дороги Амурского залива (выпуск Верхнепортовая), КГУП «Приморский водоканал» при осуществлении сброса сточных вод в водный объект (Амурский залив), допущены превышения загрязняющих веществ для водных объектов рыбохозяйственного значения (Приказ Росрыболовства от 18.01.2010 г. № 20) Согласно экспертному заключению от 31.05.2017 № 36: по содержанию легко окисляемых органических веществ в 104 раза, аммония в 20,6 раз, фосфатов в 30,3 раз, АПАВ в 1,04 раза, нефтепродуктов в 1,5 раза, фенолов летучих в 140 раз, железа общего растворенного в 5 раз, взвешенных веществ в 68,5 раз, обнаружено содержание жиров - 7 мг/дм3 норматив для которых не установлен; согласно экспертному заключению от 29.06.2017 № 52: по содержанию легко окисляемых органических веществ в 60,6 раз, аммония в 17,6 раз, фосфатов в 18,7 раз, АПАВ в 4 раза, нефтепродуктов в 1,2 раза, фенолов летучих в 5,4 раза, железа общего растворенного в 24,4 раза, взвешенных веществ в 13,3 раза; согласно экспертному заключение от 13.07.2017 № 67: по содержанию легко окисляемых органических веществ в 55,5 раз, аммония в 18,4 раза, фосфатов в 22 раза, АПАВ в 2,8 раз, железа общего растворенного в 26,2 раз, обнаружено содержание жиров - 16,2 мг/дм3 норматив для которых не установлен.

Истцом с учетом уточнений был составлен расчет спорного по настоящему делу размера ущерба в размере 9 397 207 рублей 99 копеек                       (с учетом уточнений от 20.02.2019) в соответствии с Приказом Минприроды России от 13.04.2009 N 87 (ред. от 26.08.2015) «Об утверждении Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства».

Однако, обязанность по возмещению вреда, который, по мнению истца, был причинён окружающей среде, оставлен ответчиком без удовлетворения.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, арбитражный суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении предъявленных по настоящему делу исковых требований необходимо отказать по следующим основаниям. 

В силу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как следует из п. 2 ст. 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Обязательства вследствие причинения вреда (деликтные обязательства) являются внедоговорными обязательствами. Причинитель вреда в этом обязательстве выступает должником, а потерпевшее лицо – кредитором. Из существа обязательства очевидно, что его стороны не были связаны договорными отношениями либо причинение вреда не следовало из существующего договора. Содержанием деликтных обязательств выступает гражданско-правовая ответственность, т. е. претерпевание, несение известных тягот, дополнительного бремени, выступающее в качестве правового последствия за совершенное правонарушение. Сущность деликтного обязательства обусловлена и его основными функциями – компенсационной (восстановительной) и охранительной.

В силу статьи 1064 ГК РФ для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда. Для возникновения деликтного обязательства их наличие требуется во всех случаях. Сторона, требующая возмещения вреда, должна доказать и его размер.

Основанием возникновения деликтного обязательства и одновременно юридическим фактом, порождающим соответствующее правоотношение, является вред, причиненный личности или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица. Под вредом понимается материальный ущерб, который выражается в уменьшении имущества потерпевшего в результате нарушения принадлежащего ему материального права.

Основной принцип обязательства вследствие причинения вреда заключается в полном возмещении вреда лицом, его причинившим, что соответствует положениям статей 15, 393 ГК РФ. В литературе этот принцип именуется генеральным деликтом, в соответствии с которым противоправность действия и виновность причинителя вреда презюмируются.

Противоправность означает любое нарушение чужого субъективного права, причинившее вред. Обязательства из причинения вреда опираются на принцип генерального деликта, согласно которому каждому запрещено причинять вред имуществу или личности и всякое причинение вреда другому является противоправным, если лицо не было управомочено нанести вред.

Причинная связь между противоправным действием причинителя и наступившим вредом является обязательным условием деликтной ответственности и выражается в том, что первое предшествует второму по времени и первое порождает второе.

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела  I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 1082 ГК РФ удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В ст. 3 Федерального закона Российской Федерации от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее Закон № 7-ФЗ) определено, что хозяйственная и иная деятельность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе принципа платности природопользования и возмещения вреда окружающей среде.

Согласно п. 1 ст. 77 Закона № 7-ФЗ юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Как указано в п. 3 ст. 77 Закона № 7-ФЗ, вред окружающей среде, причиненный юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды.

Компенсация вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется добровольно либо по решению суда или арбитражного суда. Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды (п. 1 ст. 78 Закона № 7-ФЗ).

Из содержания п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» следует, что по смыслу статьи 1064 ГК РФ, статьи 77 Закона № 7-ФЗ об охране окружающей среды лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» установлено, что по общему правилу в соответствии со статьей 1064 ГК РФ и статьей 77 Закона № 7-ФЗ об охране окружающей среды лицо, причинившее вред окружающей среде, обязано его возместить при наличии вины. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из анализа приведенных норм права, обстоятельств дела следует, что истец, предъявляя исковые требования по настоящему делу, должен доказать, в том числе, обстоятельства противоправности действий (бездействия) ответчиков, наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и возникшими убытками, а также размер убытков. 

Однако истцом в материалы дела не представлены доказательства, достаточно и достоверно подтверждающие указанные обстоятельства. 

Истцом с учетом уточнений был рассчитан размер вреда в соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утвержденной приказом Минприроды России от 13.04.2009 г. №87 (в редакции от 26.08.2015 г.), (далее-Методика).

Согласно представленным в материалы дела пояснениям от третьего лица Федерального государственное бюджетное учреждение «Центр лабораторного анализа и технических измерений по Дальневосточному федеральному округу» (филиал ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО»- ЦЛАТИ по Приморскому краю) при оценке размера вреда по показателю БПК у КГУП «Приморский водоканал» возникли вопросы о применимости коэффициента Kиз с кратностью 2.

Исчисление вреда производится по формуле (1), указанной в п. 11 Методики. Среди составляющих формулы указывается коэффициент Киз- учитывающий интенсивность негативного воздействия вредных (загрязняющих) веществ на водный объект и определяемый в соответствии с п. 11.2 указанной Методики.

Согласно п.11.2 Методики «Коэффициент Киз, учитывающий интенсивность негативного воздействия вредных (загрязняющих) веществ на водный объект, устанавливается в зависимости от кратности превышения фактической концентрации вредного (загрязняющего) вещества при сбросе на выпуске сточных вод, дренажных (в том числе шахтных, рудничных) вод над его фоновой концентрацией в воде водного объекта. Указанный коэффициент принимается в размере: рассчитанной кратности превышения для вредных (загрязняющих) веществ 1-11 классов опасности; для вредных (загрязняющих) веществ 111-1V классов опасности: равном 1 при превышениях до 10 раз; равном 2 при превышениях более 10 и до 50 раз; равном 5 при превышениях более 50 раз».

То есть для расчета коэффициента Киз необходимо указать класс опасности вещества. 

БПК (биохимическое потребление кислорода) определяют количеством кислорода в мг/дм3, которое требуется для окисления находящихся в воде органических веществ в аэробных условиях в результате биохимических процессов.

Показатель БПК является интегральным показателем и согласно приказу Минсельхоза России от 13.12.2016 г. №552 «Об утверждении нормативов качества воды водных объектов рыбохозяйственного значения, в том числе нормативов предельно допустимых концентраций вредных веществ в водах водных объектов рыбохозяйственного значения» занесен в таблицу № 1 «Нормативы качества воды водных объектов рыбохозяйственного значения» без указания класса опасности.

При отнесении вещества к определенному классу опасности учитывается токсичность вещества по величине его ПДК, стабильность этого вещества в водном объекте и его кумулятивные (накопительные) свойства. То есть класс опасности рассчитывается для конкретного вещества или группы веществ, имеющих общее активное начало.

Методика позволяет пересчитывать содержание ряда органических веществ в соответствующую ему величину БПК (п.23.1). Но для этого необходимо определить концентрацию этого конкретного вещества и пересчитать её в соответствии с таблицей 14 в БПК полн. Указанные вещества характерны для специфических химических производств и появление их в сбросах должно быть технологически обоснованным. В этом случае по приказу Минсельхоза России от 13.12.2016 г №552 у вещества можно установить класс опасности и при превышении учитывать коэффициент Киз.

Исходя из вышеизложенного, для интегрального показателя БПК в приказе Минсельхоза России от 13.12.2016 г. №552 (таблица 1) класс опасности не установлен.

Суд, исследовав представленное в материалы дела истцом письмо от 27.11.2018 г. от Федеральной службы по надзору в сфере природопользования считает, что данный документ не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора по существу, кроме того, противоречит представленным в материалы дела пояснениям, третьих лиц.

В материалы дела было предоставлено письмо от ФГАОУ ВПО «ДВФУ» исх. № 230 от 04.02.2019 г., согласно которому используемые истцом показатели при расчете заявленных требований не являются вредными (загрязняющими) веществами, а являются интегральными показателями качества воды и водных объектов, при этом класс опасности для указанных показателей не установлен ни одним нормативным правовым актом.

Кроме того, согласно представленному в материалы дела ответу ФГБУ «Приморское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» (исх. № 30-609 от 28.01.2019 г.) расчет условной фоновой концентрации вещества производится не менее чем за трехлетний период согласно РД 52.24.622-2017 «Порядок проведения расчета условных фоновых концентраций химических веществ в воде водных объектов для установления нормативов допустимых сбросов сточных вод». 

Условная фоновая концентрация веществ в Амурском заливе для расчета размера ущерба была взята за период с мая по июнь 2017 года.  

Однако, как следует из вышеуказанного письма, информация о среднегодовых концентрациях загрязняющих веществ Амурского залива за 2017 год не является фоновыми концентрациями Амурского залива и гавани Приморской железной дороги.

Исходя из ответа ФГБУ «Приморское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» следует, что истцом при расчете размера ущерба не верно были применены показатели относительно среднегодовых концентраций загрязняющих веществ, определяемых на основании мониторинга Амурского залива.

Ходатайства о назначении судебной экспертизы, лицами, участвующими в деле заявлено не было.

Довод ответчика о том, что забор проб был произведен истцом с нарушением нормы п. 25 Приказа МПР России от 17.12.2007 N 333 «Об утверждении методики разработки нормативов допустимых сбросов веществ и микроорганизмов в водные объекты для водопользователей», согласно которому створ, задаваемый для определения фоновой концентрации веществ должен располагаться выше проектируемого или действующего выпуска сточных, в том числе дренажных вод на расстоянии, гарантирующем отсутствие влияния сточных, в том числе дренажных вод на качество вод водных объектов (для больших и средних рек это расстояние составляет 1 км, для малых рек 500 м, выбор иного расстояния должен быть обоснован водопользователем) опровергается представленными в материалы дела экспертным заключением от 31.05.2017 № 36; экспертным заключением от 29.06.2017 № 52; экспертное заключение от 13.07.2017 № 67.

Несмотря на то что, забор проб был осуществлен в соответствии с действующими нормативами, представленный в материалы дела расчет ущерба окружающей среде не может быть принят судом в качестве достоверного.

При названных выше обстоятельствах отсутствуют основания считать законным расчет спорной суммы убытков с применением расчета условной фоновой концентрации вещества, который был производен менее чем за трехлетний период, и, как следствие, отсутствуют основания считать правомерным возложение на ответчиков обязанности по возмещению вреда в заявленном размере, рассчитанном на основании № 1 Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, примененной истцом.

Кроме того, согласно п. 14 Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам в случае выполнения мероприятий (строительство и/или реконструкция очистных сооружений, систем оборотного и повторного водоснабжения) по предупреждению сверхнормативного или сверхлимитного (при его наличии) сброса вредных (загрязняющих) веществ размер вреда, исчисленный в соответствии с пунктом 11 настоящей Методики, уменьшается на величину фактических затрат на выполнение указанных мероприятий в текущем году, осуществленных на момент исчисления размера вреда.

Фактические затраты на выполнение мероприятий по предупреждению сверхнормативного или сверхлимитного (при его наличии) сброса вредных (загрязняющих) веществ не учитываются при исчислении размера вреда, если указанные затраты учтены при расчете платы за сбросы вредных (загрязняющих) веществ в водные объекты.

При принятии мер по ликвидации загрязнения водного объекта или его части в результате аварии размер вреда, исчисленный в соответствии с пунктом 13 настоящей Методики, уменьшается на величину фактических затрат на устранение загрязнения, которые произведены виновником причинения вреда.

Фактические затраты на выполнение мероприятий по предупреждению сверхнормативного или сверхлимитного (при его наличии) сброса вредных (загрязняющих) веществ и ликвидации загрязнения водного объекта или его части документально подтверждаются виновной стороной, а их обоснованность проверяется органом исполнительной власти, осуществляющим государственный контроль и надзор за использованием и охраной водных объектов.

Как установлено судом из материалов дела, постановлением Администрации Приморского края № 398-па от 07.12.2012 г. «Обеспечение доступным жильем и качественными услугами ЖКХ населения Приморского края» на 2013-2020 г.» была составлена программа социально-экономического развития Приморского края, за счет средств бюджета Приморского края и в рамках возложенных на КГУП «Приморский водоканал» функций по водоотведению.

В соответствии с государственной программой Приморского края «Обеспечение доступным жильем и качественными услугами жилищно-коммунального хозяйства населения Приморского края» на 2013-2020 г., утвержденной постановлением Администрации ПК от 07.12.2012 № 398-па (подпрограмма №6 «Чистая вода Приморского края»), с 2014 года осуществлялось финансирование работ, проводимых КГУП «Приморский водоканал» по реализации проектов: «Реконструкция и развитие системы водоснабжения и канализации в г. Владивостоке (объекты канализации).

Так, в материалы дела ответчиком представлено положительное заключение государственной экспертизы регистрационный номер №25-1-5-0134-12 «Реконструкция и развитие систем водоснабжения и канализации в г.Владивостоке Приморского края. Сети канализации г.Владивостока Центральный планировочный район», согласно которому производилось выполнение работ, в том числе по напорному канализационному коллектору от КНС №10а до существующего колодца КК 12.

Департаментом земельных и имущественных отношений Приморского края 26.07.2013 г. было издано распоряжение: «О закреплении имущества на праве хозяйственного ведения за краевым государственным унитарным предприятием «Приморский водоканал», согласно п.1 которого, за ответчиком был закреплен на праве хозяйственного ведения напорный канализационный коллектор от КНС №10 а до существующего колодца КК 12.

Как следует из пояснений ответчика и представленных в материалы дела документов, ответчик знал о том, что им осуществляется сброс вредных (загрязняющих) веществ, в связи с чем, с целью выполнения мероприятий, направленных на предупреждение сверхнормативного или сверхлимитного сброса вредных веществ и ликвидацию загрязнения водных объектов, им производилось строительство очистных сооружений, а также сетей канализации Центрального планировочного района, в том числе и в рамках программы «Чистая вода Приморского края».

Данный факт подтверждают, представленные в материалы дела многочисленные договора подряда на осуществление комплекса строительно-монтажных работ, заключенные ответчиком; локально-сметные расчеты, составленные ответчиком.

В результате произведенных работ ответчиком, Департаментом градостроительства Приморского края было, согласно соглашению о предоставлении субсидий из краевого бюджета организациям на строительство объектов водопроводно- канализационного хозяйства Приморского края в 2017 г. от 21.04.2017 г. в рамках государственной программы Приморского края «Обеспечение доступным жильем и качественными услугами жилищно-коммунального хозяйства населения Приморского края на 2013-2020 г.», были предоставлены субсидии на строительство объектов водопроводно-канализационного хозяйства Приморского края.

Довод истца о том, что работы по строительству объектов водопроводно-канализационного хозяйства осуществлялись за счет средств бюджета Приморского края в соответствии с Соглашением о предоставлении субсидий, а КГУП «Приморский водоканал», таким образом, не понес фактических материальных затрат на проведение природоохранных мероприятий, является несостоятельным.

Согласно положениям пп. 1, 2 ст. 113 ГК РФ унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество. Имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

Факт того, что ответчик, является по своей организационно-правовой форме унитарным предприятием, не может свидетельствовать об отсутствие понесенных расходов на проведения природоохранных мероприятий.

Деятельность ответчика, направленная на улучшение системы водоотведения, была осуществлена за счет субсидий, а в соответствии со статьей 6 Бюджетного кодекса Российской Федерации, субсидиями являются бюджетные средства, предоставляемые бюджету другого уровня бюджетной системы Российской Федерации, физическому или юридическому лицу на условиях долевого финансирования целевых расходов федеральными целевыми программами, федеральными законами, региональными целевыми программами и законами субъектов Российской Федерации.

Кроме того, согласно представленным в материалы дела ответчиком документов следует, что им составлялись Декларации о плате за негативное воздействие на окружающую среду за 2017 г., в которой в графе 083 значится плата за сбросы, превышающие установленные разрешениями на сброс загрязняющих веществ (сверх лимита на сбросы), а также платежные поручения с назначением платежа: «платы за сбросы загрязняющих веществ в водные объекты».

Однако истцом, при расчете размера вреда не были учтены данные перечисления денежных средств ответчиком, в часть погашения размера ущерба были зачтены только 210 660 рублей 90 копеек, остальные перечисленные суммы истцом зачтены не были.

Суд отмечает, что истцом в нарушении статьи 65 АПК РФ не представлены доказательства того, что допущенное КГУП «Приморский водоканал» превышение концентраций по отношению к утвержденным нормативам допустимых сбросов в сточные воды причинило какой-либо вред спорным водным объектам, а также бы привело к невосполнимым последствиям, деградации естественных экологических систем, истощению природных ресурсов.

Сам по себе факт превышения предельно допустимых сбросов загрязняющих веществ на спорных выпусках, не может являться основанием для начисления сверхлимитной платы за негативное воздействие на окружающую среду.

При этом, судом в ходе судебного разбирательства по делу судом неоднократно выносился на обсуждение сторон вопрос о возможности назначения судебной экспертизы по делу, однако стороны сочли ее назначение нецелесообразным.

     Оценив представленные в дело доказательства, в отдельности и их совокупности, проанализировав позиции сторон, по правилам, предусмотренным статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд приходит к выводу, что истец не доказал вину ответчика, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями в виде ущерба, причиненного водным ресурсам на сумму заявленных требований 9 397 207 рублей 99 копеек с учетом внесенной ответчиком платы за сверх нормативное причинение вреда окружающей среде.

В данном случае доводы истца о том, что презюмируется вина ответчика, не состоятелен, как следует из материалов дела, в рассматриваемом споре нет всех элементов состава имущественного проступка, вина в наличии ущерба не доказана, причинно-следственная связь не возникла, доказательств наличия самого ущерба как такового в материалы дела  не представлено.

В связи с этим арбитражный суд приходит к выводу о недоказанности истцом по настоящему делу обстоятельств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением спорного вреда, причинением конкретного ущерба окружающей среде, а также размером спорного вреда.

При данных условиях с учетом порока в формуле при расчете размера ущерба, с учетом перечисленных ответчиком денежных средств в счет платы за сбросы, превышающие установленные разрешениями на сброс загрязняющих веществ,  в 2017 г. в водные объекты, предъявленный по настоящему делу иск является документально необоснованным,  незаконным и удовлетворению не подлежит. 

По правилам статьи 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца, однако последний в силу ст. 105 АПК РФ,                        ст. 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от её уплаты.

Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и  в Арбитражный суд Дальневосточного округа  в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья    Клёмина Е.Г.