АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А03-3061/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 26 июня 2023 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                  Куклевой Е.А.,

судей                                                                  Доронина С.А.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Алтайского края от 05.12.2022 (судья Крамер О.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда  от 15.02.2023 (судьи Сбитнев А.Ю., Апциаури Л.Н., Иващенко А.П.) по делу  № А03-3061/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Наладчик» (ОГРН 

<

***>), принятые  по заявлениям конкурсного управляющего ФИО4  к ФИО3 (ИНН 

<

***>), ФИО2 (ИНН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании убытков.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Наладчик» (далее – торговый дом, должник) его конкурсный управляющий ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлениями, объединенными для совместного рассмотрения в одно производство определением суда от 07.06.2022:

- о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (далее –ФИО3), ФИО2 (далее – ФИО2, совместно указанные лица – ответчики) по обязательствам должника;

- взыскании с ФИО3 убытков в размере 5 514 000 руб., причиненных в результате перечисления с расчетных счетов должника денежных средств за период с 02.12.2016 по 29.11.2019;

- о взыскании убытков с бывшего руководителя должника ФИО2 в размере 2 407 000 руб., причиненных в результате перечисления с расчетных счетов должника денежных средств за период с 12.12.2016 по 26.11.2019;

- о взыскании убытков с ФИО3 и ФИО2 солидарно в размере 3 300 000 руб. в результате перечисления с корпоративной банковской карты за период с 05.12.2017 по 02.08.2019.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 05.12.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности отказано, в конкурсную массу должника взысканы убытки: с ФИО3 в размере 5 514 000 руб.; с ФИО2 – 2 407 000 руб., с ФИО3 и ФИО2 в солидарном порядке – 3 330 000 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ответчики обратилисьс кассационными жалобами, в которых просят их отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению ФИО3, суды необоснованно сочли снятие и перечисление денежных средств со счета должника недобросовестным, поскольку денежные средства использованы для обеспечения хозяйственной деятельности должника, выплату заработной платы, отражены в кассовой книге, подлинник которой приобщён к материалам дела, кассовая книга на бумажном носителе соответствует данным в базе 1с должника, представлены авансовые отчёты с приложением первичной документации о расходовании денежных средств документация передана конкурсному управляющему, следовательно, отсутствовали основания для вывода о причинении должнику и его кредиторам убытков.

Кассационная жалоба ФИО2 содержит аналогичные доводы, дополнительно указано на то, что она не являлась держателем банковских карт, денежные средства не снимала и не распоряжалась ими; в оспариваемый период находилась в отпуске по уходу за ребенком, передала свои полномочия заместителю генерального директора ФИО3, которым осуществлялся контроль операций по банковской карте.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ в пределах доводов кассационной жалобы законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришёл к выводу об отсутствии оснований для их отмены.

Из материалов дела следует и судами установлено, что ФИО2 состояла в браке с ФИО3 до 25.01.2020.

Согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, руководителем должника в период с 23.12.2015 до 22.03.2020 являлась ФИО2, учредителем с 23.12.2015 является ФИО3

На основании приказа от 03.02.2016 № 1 ФИО3 назначен заместителем генерального директора должника.

В связи с нахождением ФИО2 в отпуске по уходу за ребенком обязанности единоличного исполнительного органа возложены на ФИО3 согласно приказам от 08.02.2016, от 08.02.2017, от 09.01.2019, ему предоставлено право подписи финансовых, бухгалтерских документов на основании приказов от 08.05.2018, от 09.01.2019, от 09.01.2020.

Согласно сведений банковских выписок с расчётных счетов должника произведены следующие перечисления:

- в период с 02.12.2016 по 29.11.2019 ФИО3 на сумму 5 514 000 руб. с указанием основания - «под отчет»;

- в период с 12.12.2016 по 26.11.2019 ФИО2 на сумму 2 407 000 руб. с указанием основания - «под отчет»;

- в период с 05.12.2017 по 02.08.2019 ФИО3 и ФИО2 с использованием корпоративной банковской карты на сумму 3 330 000 руб.

Согласно ответу акционерного общества «Альфа-Банк» от 19.04.2022 к расчетному счету должника выпущены две корпоративные карты.

Заявление об открытии счета и получении услуг от 13.11.2017 подписано ФИО2, в котором в качестве держателя карты указана ФИО5

Согласно сведениям из Пенсионного фонда Российской Федерации ФИО5 являлась главным бухгалтером должника, ФИО6 работником должника не являлась.

На основании решения единственного участника от 04.02.2020 ФИО2 освобождена от должности генерального директора, с 05.02.2020 ФИО3 назначен генеральным директором должника.

Решением суда от 25.12.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утверждён ФИО4

Согласно отчету конкурсного управляющего сформирован реестр требований кредиторов на сумму 67 632 117,19 руб.

Из представленных в материалы дела актов приема-передачи следует, что ФИО3 конкурсному управляющему передана бухгалтерская документация, печати, имущество должника по актам от 17.02.2022 № 1, № 2, акт осмотра имущества от 14.02.2021.

Согласно финансовому анализу временного управляющего на конец 2019 года предприятие являлось платежеспособным, в соответствии с бухгалтерской отчетностью должника за 2019 год стоимость активов должника составляла 17 126 000 руб., должник осуществлял поставки контрагентам до конца 2019 года, вел финансово-хозяйственную деятельность в период процедуры наблюдения до конца июня 2020 года, задолженность по заработной плате и по обязательным платежам за период с 2017 года по июль 2020 года отсутствует, что подтверждается справкой из налогового органа.

Обращаясь в суд с заявлениями о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, управляющий указал на неисполнение обязанности, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), совершение сделок, послуживших причиной возникновения признаков объективного банкротства.

Возражая против доводов конкурсного управляющего, ФИО3  представил акты приема-передачи бухгалтерской документации и кассовые книги за 2016-2019 годы (в электронном виде), авансовые отчёты, документы (товарные чеки, квитанции, находящиеся в мультифорах без хронологического и предметного систематизирования, сканы указанных документов представлены на CD-диске), оригиналы кассовых книг за 2016-2019 годы.

Отказывая в удовлетворении требований в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из того, что спорные сделки не явились причиной объективного банкротства.

Удовлетворяя заявления в части взыскания с ответчиков в солидарном порядке убытков, суд первой инстанции исходил из наличия совокупности обстоятельств, необходимых для применения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, наличия убытков (уменьшение активов должника), причинно-следственной связи между действиями ответчиков и причинением должнику убытков.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд округа с учётом установленных по обособленному спору обстоятельств считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Аналогичные правила установлены статьями 32, 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и разъяснены в пункте 1 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62).

Под убытками, согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8), обязанность лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица, возместить убытки, должна быть доказана на общих основаниях при применении повышенного стандарта доказывания (ясные и убедительные доказательства).

В соответствии с пунктом 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), при наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий.

Вопросы наличия совокупности обстоятельств, необходимых для взыскания убытков, должен разрешаться судами, исходя из конкретных обстоятельств спора на основании полного и всестороннего исследования доказательств и их оценки порядке статьи 71 АПК РФ.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к гражданско-правовой ответственности в форме убытков, исходил из доказанной противоправности поведения заинтересованных лиц, установленного факта причинения должнику убытков в заявленном размере, наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями заинтересованных лиц и понесенными убытками.

Оценивая представленные ответчиками доказательства как не соответствующие требованиям относимости и допустимости доказательств суды исходили из следующего.

Проанализировав в совокупности выписки по расчетным счетам должника, кассовые книги и документы, поименованные как авансовые отчеты, суды установили, что даты и суммы снятия денежных средств не соотносятся с представленными квитанциями к приходным кассовым ордерам (далее – ПКО) и операциями, отраженными в кассовых книгах, в том числе:

- 16.03.2017 со счёта должника ФИО3 перечислено 95 000 руб., в качестве доказательств внесения денежных средств в кассу представлена квитанция к ПКО от 15.03.2017 № 3  на сумму 95 000 руб.;

- 27.09.2017 со счёта должника ФИО3 перечислено 90 000 руб., представлена квитанция к ПКО от 26.09.2017 № 12 на сумму 100 000 руб. (в кассовой книге какие-либо операции за 27.09.2017 не отражены).

- 21.03.2018 со счёта должника ФИО3 перечислено 80 000 руб., представлена квитанция к ПКО от 13.03.2018 № 25 на сумму 100 000 руб. и ПКО от 13.03.2018 № 26 на сумму 10 000 руб. о внесении в кассу ФИО3 (в кассовой книге за 21.03.2018 отражена единственная операция поступление от ИП ФИО7 на сумму 4 425 руб.).

- 13.11.2017 со счёта должника перечислено ФИО2 90 000 руб., в кассовой книге за 13.11.2017 отражена единственная операция выдача заработной платы на сумму 42 886 руб. (зарплатная ведомость отсутствует),

- 16.04.2018 со счёта должника ФИО2 перечислено 80 000 руб., в кассовой книге за 16.04.2018 отсутствуют какие-либо операции по кассе.

Представлены квитанции к ПКО от 29.12.2017 № 35 о внесении ФИО2 в кассу 547 000 руб. и от 29.12.2017 № 34 о внесении ФИО3 в кассу 1 258 408,97 руб.

Из кассовой книги следует, что денежные средства в указанном размере внесены ФИО8 и ФИО3, однако в тот же день выданы из кассы ФИО3 в размере 350 00 руб., ФИО9 - 584 775 руб., ФИО10 - 348 100 руб., ФИО11- 520 000 руб., ФИО12 - 419 525 руб., при этом оправдательные документы, на основании которых выданы указанные суммы, отсутствуют.

В оригиналах кассовых книг за 2016-2019 годы отсутствуют зарплатные ведомости, авансовые отчеты по форме № АО-1, утвержденной постановлением Госкомстата России от 01.08.2001 № 55, оправдательные документы об использовании подотчетных сумм.

Представленные товарные и кассовые чеки невозможно соотнести ни с датами, ни с суммами, снятыми со счетов должника, а также с деятельностью должника, учитывая, что ФИО3 и ФИО2 являлись учредителями и руководителями нескольких юридических лиц одновременно.

С учётом установленной совокупности обстоятельств, проанализировав представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суды правомерно сочли, что ответчиками  в нарушение порядка ведения кассовых операций в установленный срок не представлены надлежащие доказательства и авансовые отчеты о целевом использовании подотчетных денежных средств, сумма переданных под отчет денежных средств не возвращена, что подтверждает противоправность их поведения, причинение должнику убытков в заявленном размере и является основанием для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Судами верно отмечено, что перечисления с расчетного счета и снятие наличных денежных средств по карте должно контролироваться непосредственно руководителем должника, в связи с чем передача функций управления должником и права на распоряжение расчетным счетом общества ФИО3, на что ссылается ФИО2, не снимают с неё, как с руководителя, ответственности за причиненные обществу убытки.

Указанные действия не могут быть признаны действиями руководителя должника, совершенными с надлежащей заботливостью и осмотрительностью в интересах общества (иного не доказано).

Достаточных и достоверных доказательств в обоснование добросовестности действий ответчиков, совершенных в пределах предпринимательского риска, не представлено.

Учитывая характер заявленных требований и доводы конкурсного управляющего, судебной оценке подлежит не только факт наличия документов, объясняющих расходование денежных средств, как таковой, но и направленность соответствующих действий на получение экономически полезного эффекта для должника. Обязанность возместить убытки может возникать, как при отсутствии первичных бухгалтерских документов, так и при неразумном использовании полученных денежных средств, которое не соответствует обычной управленческой практике и не приводит к возникновению имущественной выгоды на стороне общества.

Суды двух инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, верно распределив бремя доказывания, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

В целом доводы кассационных жалоб не подтверждают нарушение судами двух инстанций норм материального права, не содержат ссылок на обстоятельства, оставленные ими без внимания, но имеющие ключевое значение для правильного разрешения обособленного спора; по существу повторяют позицию ответчиков, изложенную в суде первой инстанции, апелляционной жалобе, которым судами обеих инстанций дана подробная, мотивированная и объективная оценка с учётом анализа представленных доказательств и установленных по обособленному спору обстоятельств и в силу положений статей 286, 287 АПК РФ подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 05.12.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2023 по делу № А03-3061/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                               Е.А. Куклева

 

Судьи                                                                                              С.А. Доронин

 

ФИО1