АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4816/23 

Екатеринбург

05 сентября 2023 г.

 

Дело № А76-25527/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 сентября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Оденцовой Ю.А., Соловцова С.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Никифоровой К.Ю. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 22.02.2023 по делу № А60-20352/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представители:

публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – общество «Сбербанк России», кредитор) – ФИО1 (доверенность от 21.07.2021 № 1_ДГ/23/11); 

ФИО2 (далее – должник) – ФИО3 (доверенность от 08.06.2023 № 74АА6396788). 

 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 10.02.2022 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4 (далее – финансовый управляющий). 

Финансовый управляющий 05.08.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения об уплате алиментов на содержание детей от 12.02.2020, заключенного ФИО2 и ФИО5 (далее – ответчик), в части установления размера алиментов на содержание детей – ФИО6 26.04.2013 г. р., ФИО7 05.11.2016 г. р. и ФИО8 21.11.2005 г. р., превышающего размер доли величины прожиточного минимума, установленного в регионе для несовершеннолетних детей (с учетом уточнений исковых требований, принятых судом первой инстанции в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 11.08.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Отдел опеки и попечительства Курчатовского района г. Челябинска.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.02.2023 в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с указанными судебными актами, общество «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего. 

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель ссылается на неправильное применение судами норм материального права. По мнению кредитора, суды неправильно применили положения статей 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункта 2 статьи 116 Семейного кодекса Российской Федерации, чем фактически предоставили должнику легальный механизм неисполнения обязательств перед кредиторами в преддверии банкротства без возможности восстановления прав кредиторов. Заявитель полагает, что в рассматриваемой ситуации вред кредиторам заключается в искусственном создании должником ситуации, при которой все дорогостоящее и ликвидное имущество было реализовано в преддверии банкротства, алиментное соглашение со значительным ежемесячным платежом заключено в условиях отсутствия дохода, а сумма ежемесячного платежа значительно превышает величину прожиточного минимума. По мнению подателя кассационной жалобы, целью заключения оспариваемого соглашения является избежание квалификации действий должника по реализации имущества перед банкротством как злоупотребления правом, а также получение иммунитета для имущества должника. Помимо этого, кредитор указывает, что стороны, заключая оспариваемое соглашение, заранее знали о невыполнимости его условий и злоупотребили правом. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 12.02.2020 должником и его супругой ФИО5 заключено соглашение об уплате алиментов № 74/176-н/74-2020-4-36 на содержание детей – ФИО6 26.04.2013 г. р., ФИО7 05.11.2016 г. р. и ФИО8 21.11.2005 г. р. (далее – соглашение). 

Соглашение об уплате алиментов удостоверено нотариусом нотариального округа Челябинского городского округа Челябинской области ФИО9

Пунктами 2 и 10 названного соглашения сторонами установлен размер алиментов на содержание каждого из детей по 40 000 руб. ежемесячно вплоть до совершеннолетия каждого из них.

Согласно пункту 4 соглашения уплата алиментов в общей сумме 120 000 руб. должна производиться должником путем ежемесячного перечисления денежных средств в срок до 15 числа текущего месяца или путем передачи денежных средств ФИО5 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.08.2021 по заявлению общества «Сбербанк России» возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО2

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 10.02.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества.

Ссылаясь на то, что на дату заключения соглашения об уплате алиментов от 12.02.2020 у должника отсутствовал доход, позволяющий выплачивать алименты в установленном соглашением размере ежемесячно, а также  на совершение сделки исключительно с целью причинения имущественного вреда правам кредиторов должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании соглашения недействительным. В качестве правового обоснования заявленных требований финансовый управляющий указал пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего, исходил из того, что сами по себе действия родителей по определению размера алиментных обязательств в твердой сумме не могут рассматриваться как направленные исключительно на достижение цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и в данном случае в материалах дела отсутствуют доказательства совершения оспариваемой сделки с противоправной целью и осведомленности супруги и детей должника о наличии такой цели, а также непосредственно причинения вреда кредиторам.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами согласился. При этом суды руководствовались следующим. 

В соответствии со статьями 99 и 100 Семейного кодекса Российской Федерации под соглашением об уплате алиментов понимается нотариально удостоверенное письменное соглашение между лицом, обязанным уплачивать алименты, и их получателем, а при недееспособности лица, обязанного уплачивать алименты, и (или) получателя – между законными представителями этих лиц относительно размера, условий и порядка выплаты алиментов. 

Указанное соглашение имеет силу исполнительного листа и исполняется по правилам исполнительного производства, установленным Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (пункт 2 статьи 100 Семейного кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 1 статьи 12 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств. Напротив, в случае банкротства такого лица требование о взыскании алиментов обладает преференцией перед иными требованиями кредиторов (пункты 2, 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве).

Недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

При этом следует учитывать, что в силу пункта 2 статьи 83 Семейного кодекса Российской Федерации размер алиментов на несовершеннолетних детей с родителей определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов»).

Совершенная должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом разъяснений пунктов 5–7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки, причинение вреда имущественным правам кредиторов), неподтвержденность хотя бы одного из которых является основанием к отказу в удовлетворении требования.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В рассматриваемом случае судами обеих инстанций установлено, что на момент заключения оспариваемого соглашения должник имел неисполненные денежные обязательства с наступившим сроком перед обществом «Сбербанк России», требования которого впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника. Помимо этого, сделка заключена с лицом, являющимся в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным по отношению к должнику, что объективно обусловлено спецификой алиментных правоотношений.

Вместе с тем, проверяя доводы финансового управляющего о наличии у спорного соглашения противоправной цели, установив, что должник имеет троих несовершеннолетних детей и обязан обеспечивать их содержание в силу закона, а также учитывая представленные ответчиком в материалы дела сведения о ежемесячных тратах на содержание несовершеннолетних детей за период с января 2020 года по ноябрь 2022 года, исходя из которых в среднем такие затраты, в том числе на обеспечение детей продуктами питания, одеждой, на оплату обучения в школьных и дошкольных образовательных учреждениях, проезд, составляли не менее 93 тыс. руб. ежемесячно, суды обеих инстанций заключили, что размер алиментов на содержание детей, установленный условиями оспариваемого соглашения, существенной разницы с усредненной названной величиной затрат не имеет, в связи с чем пришли к выводу о недоказанности направленности оспариваемой сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника. 

Судами также отмечено, что согласно представленной ответчиком расписке за период с февраля 2020 года по ноябрь 2022 года размер фактических выплат алиментов по спорному соглашению составил 2 856 000 руб., что в пересчете на среднемесячное выражение составляет 84 000 руб. или 28 000 руб. на каждого из троих детей.

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив факт нахождения на иждивении должника троих несовершеннолетних детей, принимая во внимание средний размер ежемесячных затрат на нужды каждого ребенка, отсутствие существенной разницы между средним размером затрат и установленной оспариваемой соглашением суммой с учетом размера фактически произведенных выплат, а также исходя из того, что оспариваемая сделка совершена законными представителями троих несовершеннолетних детей в интересах последних,  а само по себе превышение согласованного сторонами спорной сделки размера алиментов доли величины прожиточного минимума, установленного в регионе проживания детей, о недействительности спорного условия сделки не свидетельствует, при том, что с учетом имущественного положения супругов размер алиментов, установленный в соглашении, не является чрезмерным и существенно не превышает установленный законом размер алиментов на троих несовершеннолетних детей, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания размера алиментов чрезмерными и толкования оспариваемого соглашения как сделки, направленной на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Названные обстоятельства позволили судам констатировать отсутствие вреда интересам кредиторов должника в результате исполнения соглашения, что исключает признание его недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, осведомленность супруги должника о финансовом положении последнего не имеет правового значения для правильного разрешения спора вследствие недоказанности одного из элементов, образующих состав недействительной сделки.

Злоупотребление сторонами соглашения правом при его заключении судами не установлено, что послужило мотивом к отказу в признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, отказывая в признании сделки недействительной, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и отсутствие доказанности материалами дела наличия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности оснований для признания сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы общества «Сбербанк России» о совершении должником действий по выводу дорогостоящего и ликвидного имущества в преддверии своего банкротства судом округа отклоняются, поскольку о незаконности обжалуемых судебных актах не свидетельствуют.  Как верно указано судом апелляционной инстанции,  по своей сути приведенные доводы касаются добросовестности поведения должника, в том числе в ходе проведения процедуры его банкротства. При этом обстоятельства, на которые ссылается общество «Сбербанк России», могут являться предметом рассмотрения суда при решении вопроса о наличии оснований для освобождения должника от обязательств по итогам процедуры его банкротства.

Указание подателя кассационной жалобы на то, что стороны, заключая оспариваемое соглашение, заранее знали о невыполнимости его условий и злоупотребили правом, судом округа не принимается, так как в рассматриваемом случае признаки недобросовестного поведения и наличия в действиях сторон сделок признаков злоупотребления правами судами не установлены и материалами дела не подтверждаются. 

Помимо этого, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам, злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

В материалы дела не представлены доказательства злоупотребления правом со стороны супруги должника либо его детей, указанные обстоятельства финансовым управляющим и обществом «Сбербанк России» не доказаны. 

Довод подателя кассационной жалобы о чрезмерном размере установленных соглашением алиментов и значительном превышении установленного в регионе прожиточного минимума  не может быть принят во внимание как безусловное свидетельство о злоупотреблении правом при заключении оспариваемого соглашения, поскольку обеспечение родителем достойного, по его мнению, уровня жизни его несовершеннолетнего ребенка не выходит за пределы стандартов взаимоотношений, складывающихся в семейном кругу, ординарного поведения лиц в гражданском обороте. 

Иные доводы подателя кассационной жалобы судом округа также отклоняются, поскольку не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, о нарушении или неправильном применении ими норм права применительно к его разрешению не свидетельствуют, направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств. Вместе с тем, переоценка судом округа доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 22.02.2023 по делу № А60-20352/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    Ю.А. Оденцова 

 

                                                                                              С.Н. Соловцов