ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ФИО1 ул., д. 4, 

<

...> 

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: 

<

***>, 44-73-10  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А39-1670/2022

город Владимир

06 августа 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2025 года.  

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Полушкиной К.В., судей Евсеевой Н.В., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Логвиной И.А.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 19.12.2024  

по делу № А39-1670/2022, 

принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Непес Рус» ФИО2 к Автономному учреждению «Технопарк-Мордовия» о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств обществом с ограниченной ответственностью «НПЦ ИНФОТЕХ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Автономного учреждения «Технопарк-Мордовия» (ИНН 

<

***>,  

ОГРН 

<

***>) за общество с ограниченной ответственностью «Непес Рус» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в сумме 6 984 985,33 руб. за период с 15.09.2021 по 06.03.2023, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с Автономного учреждения «Технопарк-Мордовия» денежных средств в размере 6 984 985,33 руб. в конкурсную массу ООО «Непес Рус»,  

при участии в судебном заседании: 

от конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 09.01.2025 сроком действия до 31.12.2025;  

от Автономного учреждения «Технопарк-Мордовия» – ФИО4, по доверенности от 09.09.2024 сроком действия один год;  

от ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 27.09.2024 сроком действия десять лет,  

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Непес Рус» (далее – ООО «Непес Рус», Общество, должник) в Арбитражный суд Республики Мордовия с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств обществом с ограниченной ответственностью «НПЦ ИНФОТЕХ» (далее – ООО «НПЦ  

ИНФОТЕХ») в пользу Автономного учреждения «Технопарк-Мордовия» (далее – АУ «Технопарк-Мордовия», ответчик) за ООО «Непес Рус» в сумме 6 984 985,33 руб. за период с 15.09.2021 по 06.03.2023, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с АУ «Технопарк-Мордовия» денежных средств в размере 6 984 985,33 руб. в конкурсную массу ООО «Непес Рус», обратился конкурсный управляющий ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).  

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 19.12.2024 (резолютивная часть от 18.12.2024) в удовлетворении заявленных требований отказал.  

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым требования конкурсного управляющего удовлетворить.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает, что на момент совершения оспариваемой сделки должником не были исполнены обязательства перед кредиторами, задолженность перед которыми впоследствии была признана арбитражным судом обоснованной и включена в реестр требований кредиторов, а также кредиторы по текущим платежам. Как полагает управляющий, у суда отсутствовали основания для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку спорные платежи выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности должника, так как совершены со значительной просрочкой. При этом получая оплату задолженности не от должника, а от третьего лица, АУ «Технопарк-Мордовия», проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, должно было усомниться в платежеспособности Общества.  

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025 апелляционная жалоба принята к производству. Рассмотрение апелляционной жалобы откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети «Интернет» по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В порядке пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Волгиной О.А. на судью Сарри Д.В. (определение от 23.07.2025).  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, проведенном в режиме веб-конференции, представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.  

Представитель АУ «Технопарк-Мордовия», возражая в отношении заявленного конкурсным управляющим требования, указал на то, что оспариваемые сделки совершены в условиях обычной хозяйственной деятельности.  

Представитель ФИО5 указал на необоснованность доводов жалобы. Позиция бывшего руководителя должника основана на том, что экономической  

выгоды никто из участников оспариваемой сделки не получил, поскольку за счет указанных сделок у должника снизилась кредиторская задолженность перед АУ «Технопарк-Мордовия» и дебиторская перед ООО «НПЦ ИНФОТЕХ».  

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции установил следующее.  

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 11.03.2022 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Корпорация развития Республики Мордовия» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) «Непес Рус».  

Определением арбитражного суда от 11.07.2022 (резолютивная часть от 04.07.2022) заявление кредитора признано обоснованным, в отношении ООО «Непес Рус» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.  

Решением арбитражного суда от 28.03.2023 (резолютивная часть от 10.03.2023) ООО «Непес Рус» признано несостоятельным (банкротом), 

в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2  

В ходе проведения мероприятий конкурсного производства в отношении должника управляющим установлено, что в период с 15.09.2021 по 06.03.2023 ООО «НПЦ ИНФОТЕХ» осуществило перечисление денежных средств в пользу АУ «Технопарк-Мордовия» за ООО «Непес Рус» в общем размере 6 984 985,33 руб., а именно: в период с 15.09.2021 по 28.12.2021 – в размере 1 434 354,65 руб., в период с 26.01.2022 по 28.12.2022 – в размере 3 669 969,45 руб., в период с 12.01.2023 по 06.03.2023 – в размере 1 859 581,23 руб.  

Акты сверки взаимных расчетов за 3 и 4 кварталы 2021 года, за 9 месяцев 2022 года, за 4 квартал 2022 года подтверждают погашение задолженности ООО «Непес Рус» перед АУ «Технопарк-Мордовия».  

ООО «Непес Рус» имело обязательства перед АУ «Технопарк-Мордовия» по: договору аренды № 20-Д от 26.09.2013; договору аренды № 15-Д от 26.09.2013; соглашению о порядке возмещения коммунальных расходов № 67/12 от 21.12.2012; соглашению о возмещении коммунальных расходов № 12-23-Д/С от 26.09.2013; договору аренды № 2-Д от 21.12.2012; договору аренды № 13-Д от 26.09.2013; договору аренды № 19-Д от 26.09.2013; договору аренды № 16-Д от 26.09.2013; договору аренды № 22-Д от 26.09.2013; договору аренды № 14-Д от 26.09.2013;  

договору аренды № 21-Д от 26.09.2013; договору аренды № 18-Д от 26.09.2013; договору аренды № 12-Д от 26.09.2013; договору аренды № 17-Д от 26.09.2013; договору аренды № 23-Д от 26.09.2013; договору возмездного оказания услуг № 12/С от 19.01.2022; договору аренды № 377-Д от 02.05.2022; договору возмездного оказания услуг № 15/С от 09.03.2022; договору аренды № 388-Д от 01.06.2022; договору возмездного оказания услуг № 136/22 от 07.10.2022; соглашению о порядке возмещения коммунальных расходов № 388-Д/С от 01.06.2022; договору аренды № 419-Д от 31.08.2022.  

У ООО «НПЦ ИНФОТЕХ» перед ООО «Непес Рус» также имеется задолженность, подтвержденная актом сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2015 по 11.09.2023.  

Ссылаясь на то, что перечисление денежных средств в сумме 6 984 985,33 руб. с расчетного счета ООО «НПЦ ИНФОТЕХ» в пользу АУ «Технопарк-Мордовия» является недействительной сделкой в соответствии с положениями статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в результате совершения оспариваемых сделок произошло преимущественное удовлетворение текущих требований должника перед иными кредиторами по текущим обязательствам должника, в связи с чем при осуществлении оспариваемых перечислений была нарушена очередность удовлетворения требований, установленная статьей 134 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Мордовия с настоящим заявлением.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемая сделка совершена в условиях обычной хозяйственной деятельности и в соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве не может быть признана недействительной.  

Повторно изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, возражения на апелляционную жалобу, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений и о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (статья 61.9 и пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).  

Пунктом 1 статьи 61.1. Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).  

Правовой механизм оспаривания сделок в банкротстве предназначен для пополнения конкурсной массы должника за счет возврата отчужденного им имущества во вред кредиторам или при неравноценном встречном предоставлении, а также уменьшения размера имущественных требований к должнику (статья 61.2 Закона о банкротстве), или для восстановления очередности удовлетворения требований кредиторов (статья 61.3 Закона о банкротстве).  

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098 (2) по делу № А40-140251/2013).  

Предпочтение, допущенное должником-банкротом в удовлетворении требования одного кредитора перед требованиями других, равных ему по правовому положению, является основанием для признания сделки недействительной при наличии совокупности признаков, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:  

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;  

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).  

Применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий.  

Законодательное регулирование вопросов недействительности сделок с предпочтением имеет целью создание правового механизма, обеспечивающего защиту прав всех кредиторов в ситуации, когда один кредитор получает удовлетворение, превышающее причитающееся ему по правилам законодательства о несостоятельности, вследствие чего уменьшается конкурсная масса и нарушаются права и законные интересы иных кредиторов, которые получают меньше причитающегося им.  

Таким образом, Закон о банкротстве устанавливает особый режим имущественных требований к должнику, не допускающий удовлетворение требований кредиторов в индивидуальном порядке, что, по существу, направлено на предоставление кредиторам равных правовых возможностей при реализации экономических интересов в случаях, когда имущества должника недостаточно для справедливого его распределения между кредиторами.  

Цель указанной нормы – защитить интересы кредиторов против уменьшения конкурсной массы должника, которое может возникнуть в результате недополучения должником причитающегося ему имущества или выбытия имущества должника в интересах одного из кредиторов в нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов должника (Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.11.2010 № ВАС-14769/10).  

В зависимости от того, когда была совершена сделка с предпочтением, Закон о банкротстве определяет различный круг обстоятельств, подлежащих доказыванию (пункты 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).  

Согласно пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.  

Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 11 Постановления № 63).  

В силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия,  

предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.  

В соответствии с абзацем 4 пункта 12 Постановления № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.  

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (пункт 10 Постановления № 63).  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

В силу требований части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.  

В рассматриваемом случае дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 11.03.2022, часть оспариваемых платежей совершена в период с 11.02.2022 по 06.03.2023, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, при котором не требуется доказывание обстоятельств, касающихся недобросовестности контрагента. Для признания сделки недействительной достаточно установить факт предпочтительного удовлетворения требований кредитора относительно удовлетворения требований иных кредиторов должника.  

Платежи с 15.09.2021 по 10.02.2022 совершены в период подозрительности, установленный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Следовательно, в рассматриваемом случае управляющий должен доказать, что на момент совершения сделки ответчику было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Из разъяснений, данных в пункте 12 Постановления № 63, следует, что установление осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника для вывода о недействительности оспариваемых платежей по основаниям пунктов 1, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве является обязательным.  

Исходя из положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, бремя доказывания недобросовестности контрагента должника лежит на конкурсном управляющем (абзац второй пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).  

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что на момент совершения оспариваемых перечислений у ООО «Непес Рус» имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами. Так, согласно отчету конкурсного управляющего по состоянию на 28.11.2024, в реестр требований кредиторов должника включены требования в общей сумме 410 971 972,29 руб.  

В обоснование доводов о недействительности спорных сделок конкурсный управляющий сослался, в том числе, на длительное неисполнение должником (с 2015 года) обязательств перед ответчиком по договорам аренды, соглашениям о порядке возмещения коммунальных услуг, договорам оказания услуг, что явилось основанием для обращения ответчика в суд с соответствующим иском. Впоследствии данная задолженность была включена в реестр требований кредиторов должника. По мнению конкурсного управляющего, указанное свидетельствует о том, что АУ «Технопарк-Мордовия» было осведомлено о финансовом состоянии ООО «Непес-Рус» с рассматриваемый период. Конкурсный управляющий также полагает, что ответчик, действуя разумно и осмотрительно, мог получить сведения о трудном финансовом положении должника из общедоступных источников информации, в частности, из «Картотеки арбитражных дел», находящейся в открытом доступе базы должников Федеральной службы судебных приставов. Управляющий указал, что в информационной справочной системе «Картотека арбитражных дел» размещены сведения о взыскании с ООО «Непес Рус» в пользу ООО «Аваком» задолженности в размере 3 587 184,12 руб., в пользу ООО «Корпорация развития Республики Мордовия» – задолженности в размере 233 698 885,76 руб.; имеются сведения об обращении УФНС по Республике Мордовия в апреле 2021 года в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Непес Рус» несостоятельным (банкротом). На официальном сайте Федеральной службы судебных приставов имеются сведения о большом количестве возбужденных исполнительных производств в отношении Общества.  

Однако, как следует из разъяснений, данных в абзаце 7 пункта 12 Постановления № 63, само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника, либо о наличии исполнительных производств, наряду с информацией о рассматриваемых делах (исках) не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться, в том числе, путем проверки его по указанной картотеке.  

Картотека арбитражных дел сама по себе не может служить достаточным инструментом для анализа финансового состояния должника. Тот факт, что на интернет-сайте в открытом доступе имелись сведения о взыскании с должника в судебном порядке денежных средств, не свидетельствует об осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности применительно к дефиниции, содержащейся в Законе о банкротстве.  

Кроме того, действующее законодательство, с учетом презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений не предусматривает стандарта поведения, при котором кредитор, принимающий исполнение обязательства по гражданско-правовой сделке, должен анализировать финансовое состояние должника. Кредитор, пока не доказано иное, не имеет разумных причин отслеживать финансовое положение своего контрагента и наличие либо отсутствие судебных процессов с иными кредиторами. Знание кредитора о факте просрочки должником платежа перед ним не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать информацией о полном либо частичном неисполнении должником операций по расчетам с иными кредиторами.  

Следовательно, само по себе наличие судебных актов о взыскании с должника денежных средств, равно как наличие возбужденных в отношении должника исполнительных производств, не свидетельствует, что АУ «Технопарк-Мордовия» должно было знать о неплатежеспособности должника, учитывая, что обращение к общедоступной информации является правом контрагента, но не его обязанностью.  

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что в распоряжении ответчика имелась информация, из которой можно было бы сделать вывод об отсутствии у должника денежных средств, достаточных для погашения имеющихся долгов.  

Сам должник с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд не обращался, информацию о таком намерении в официальных источниках не публиковал.  

Ссылки конкурсного управляющего на длительное неисполнение должником своих обязательств перед ответчиком не свидетельствуют о том, что ответчику, как контрагенту должника должно было быть известно о заведомой финансовой неплатежеспособности должника, влекущей невозможность погашения долга. Обращение ответчика, как кредитора-взыскателя, в суд с иском о взыскании задолженности является ординарным способом защиты прав участником гражданского оборота.  

При этом следует отметить, что должник и ответчик в установленном порядке не признаны по отношению друг к другу заинтересованными лицами; из материалов спора наличие аффилированности также не усматривается. Доказательств обратного заявителем не представлено.  

При изложенных обстоятельствах, само по себе наличие у должника задолженности перед рядом контрагентов, как и наличие соответствующих судебных актов о взыскании, наряду с наличием исполнительных производств, однозначно не подтверждает факт осведомленности АУ «Технопарк-Мордовия» о неплатежеспособности должника на момент совершения спорных платежей.  

В данном случае отсутствие доказательств осведомленности АУ «Технопарк- Мордовия» о совершении спорных платежей в условиях неплатежеспособности  

или недостаточности имущества должника исключает возможность признания их недействительными применительно к пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.  

Вместе с тем, в соответствии с правилом пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 указанного закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.  

В абзаце 1 пункта 14 постановления Пленума № 63 разъяснено, что сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 4 пункта 14 названного постановления, при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.  

Удовлетворяя требования кредитора в рамках своей обычной хозяйственной деятельности, должник не дает такому лицу разумных оснований сомневаться в правомерности своих действий. В связи с этим на добросовестного кредитора, которому не должно было быть известно о получении им предпочтения перед иными кредиторами, не возлагаются негативные последствия, которые предусмотрены пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.  

В данном случае судом установлено, что между ответчиком и должником на протяжении длительного времени существовали непрерывные договорные отношения по аренде помещений (с 2012 года), в которых должник осуществлял свою деятельность.  

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Непес Рус», основным видом деятельности должника является производство элементов электронной аппаратуры и печатных схем (плат) (ОКВЭД 26.1); в качестве дополнительных видов деятельности указаны торговля оптовая бытовыми электротоварами (ОКВЭД 46.43), торговля оптовая прочими машинами и оборудованием (ОКВЭД 46.69) и пр.  

Участвующими в деле лицами не оспаривается, что для осуществления основного вида деятельности должнику необходимы производственные и иные помещения. Заявителем жалобы не представлены доказательства того, что должник не нуждался в производственных помещениях, или что должник фактически использовал в своей деятельности иное аналогичное имущество. При этом владение/пользование таким имуществом, не принадлежащем на праве собственности владельцу - юридическому лицу, предполагает внесение за это платы.  

Спорные платежи в счет погашения обязательств должника перед ответчиком исходили от третьего лица, и оснований для их непринятия у АУ «Технопарк- Мордовия» не имелось.  

Согласно статье 313 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо (пункт 1). Кредитор не обязан принимать исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично (пункт 3).  

В силу разъяснений, содержащихся в абзаце четвертом пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо, когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Таким образом, гражданское законодательство исходит из презумпции допустимости исполнения обязательства третьим лицом, за исключением случая, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.  

В рассматриваемом случае судебная коллегия исходит из правомерного поведения ответчика, у которого имелись разумные ожидания отсутствия каких-либо негативных последствий собственных действий, с учетом его кредиторской обязанности принять исполнение от третьего лица, предложенное за должника.  

Судом апелляционной инстанции установлено, что платежи во исполнение обязанности Общества по оплате услуг аренды производились ООО «НПЦ ИНФОТЕХ» за должника в пользу ответчика и до совершения оспариваемых  

сделок. ООО «НПЦ ИНФОТЕХ» осуществляло регулярные арендные платежи и возмещало коммунальные расходы за должника с июля 2020 года, что подтверждается представленными в материалы обособленного спора платежными поручениями от 22.07.2020, от 02.09.2020, от 03.09.2020, от 14.09.2020, от 15.09.2020, от 22.09.2020, от 29.09.2020, от 14.10.2020, от 29.10.2020,от 12.11.2020, от 24.11.2020, от 27.11.2020, от 01.12.2020, от 10.12.2020, от 23.12.2020, от 29.12.2020, от 30.12.2020, от 26.01.2021, от 29.01.2021, от 24.03.2021, от 29.04.2021, от 24.06.2021, от 13.07.2021, от 03.08.2021, от 20.08.2021.  

Кроме прочего, платежи за Общество в пользу ответчика осуществляли и иные организации, в частности, ООО «Мастерсвет» (платежное поручение от 13.10.2020), ООО «Поволожский центр механической обработки» (платежные поручения от 13.10.2020), ООО «СП» (платежное поручение от 14.10.2020).  

Платежи во исполнение договорных обязательств должника перед ответчиком являлись не разовыми, а носили систематический характер. Доказательства того, что оспариваемые сделки отличаются существенно по своим условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся сторонами в течение продолжительного периода времени, отсутствуют.  

Оспариваемые платежи по своему назначению соотносились с осуществляемой должником хозяйственной деятельностью и не являлись экстраординарными.  

Возражая в отношении довода ответчика о совершении платежей в рамках обычной хозяйственной деятельности, конкурсный управляющий сослался на абзац 4 пункта 14 Постановления № 63, согласно которому, исполненные со значительной просрочкой обязательства должника не относятся к сделкам, совершенным в ходе обычной хозяйственной деятельности.  

Однако в Постановлении № 63 критериев значительности просрочки не установлено.  

АУ «Технопарк-Мордовия» в ходе судебного разбирательства неоднократно указывало, что отношения по аренде существовали между сторонами с 2012 года, и просрочка исполнения обязательств по оплате арендных платежей в несколько месяцев не являлась существенной. В частности, решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 20.07.2021 по делу № А39-4669/2021 с должника в пользу ответчика взыскана задолженность по арендной плате за период с июня 2015 года по март 2018 года, что свидетельствует о том, что такие систематические просрочки являются обычной хозяйственной деятельностью должника.  

Возражая в отношении довода о совершении некоторых оспариваемых платежей со значительной просрочкой исполнения обязательства, ответчик пояснил, что в платежных поручениях №№ 1564, 1565, 1566, 1567, 1568, 1569, 1570, 1571, 1572, 1573, 1574, 1575, 1576, 1577 от 15.09.2021 в качестве основания платежа ошибочно указан «август 2020 года», фактически же оплата производилась за август 2021 года, что подтверждается имеющимися в материалах дела счетами на оплату от 31.08.2021. Похожая ситуация с платежным поручением № 92 от 25.01.2022, в котором в качестве основания платежа ошибочно указан «ноябрь 2021 года», фактически же оплата производилась за декабрь 2021 года, что подтверждается счетом на оплату от 27.12.2021. Задолженность за август 2020 года была погашена ООО «НПЦ ИНФОТЕХ» на основании платежных  

поручений №№ 1016, 1017, 1018, 1019, 1020, 1021 от 02.09.2020. Оплата за ноябрь 2021 года по договору № 21-Д от 26.09.2013 была произведена на основании платежного поручения № 2085 от 15.12.2021.  

Таким образом, рассматриваемые в рамках настоящего спора сделки, совершенные с просрочками исполнения, можно отнести к обычной хозяйственной деятельности должника, поскольку стороны совершали сделки в течение длительного времени и до периода подозрительности, просрочки должника не являются значительными, поэтому сами по себе просрочки исполнения не подтверждают неплатежеспособность контрагента, а соответственно презюмируется и добросовестность его контрагента, так как платежи, совершенные с просрочками, принимались ответчиком на протяжении всего срока действия договора.  

Размер принятых обязательств, вопреки доводу апеллянта, не превышает одного процента от стоимости активов должника.  

Исходя из требований конкурсного управляющего, последним оспариваются сделки в виде банковских операций по перечислению ответчику денежных средств в 2021 году – в сумме 1 455 434,65 руб., в 2022 году – в сумме 3 669 969,45 руб., в 2023 году – в сумме 1 859 581,23 руб.  

При сравнении порога в один процент от стоимости активов организации-должника и сумм, предполагаемых к оспариванию сделок, возникает вопрос, следует ли объединять ряд последовательно совершенных платежей для целей оспаривания их как одной сделки. Правовая позиция по данному вопросу была изложена Верховным Судом Российской Федерации в Определении № 310-ЭС15-50 от 18.02.2015 по делу № А68-1355/2013, где указывалось, что недопустимо рассматривать как взаимосвязанные сделки, осуществленные в разные дни операции по списанию денежных средств со счета будущего банкрота.  

Оспариваемые платежи (всего 266 платежей) совершены в разные даты, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.  

Согласно данным бухгалтерской отчетности ООО «Непес Рус», у должника по состоянию на 31.12.2020, 31.12.2021, 31.12.2022, 31.12.2023 имелись активы в общей сумме 3 628 640 руб., 4 711 050 руб., 3 788 170 руб., 4 725 290 руб., соответственно.  

Таким образом, порог в один процент от стоимости активов должника по каждой сделке (даже с учетом суммарного сложения всех платежей за текущий отчетный период) не превышен.  

Оснований для применения обратного подхода конкурсным управляющим не приведено.  

Поскольку совокупность необходимых обстоятельств для признания оспариваемых платежей недействительными материалами дела не подтверждается и конкурсным управляющим не доказана, оснований для признания данных сделок недействительными по пунктам 2, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве у суда первой инстанции не имелось.  

Судебная коллегия также соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что оспариваемые платежи, совершенные в марте 2022 года – марте 2023 года, в размере 4 498 105, 45 руб. являются текущими.  

Пунктом 1 статьи 134 Закона о банкротстве установлен специальный порядок погашения требований кредиторов несостоятельного должника, который  

предусматривает, что обязательства последнего, возникшие после возбуждения дела о его банкротстве (текущие платежи), удовлетворяются в преимущественном перед требованиями, возникшими до возбуждения производства по делу о банкротстве (реестровые обязательства), порядке.  

Согласно пункту 13 Постановления № 63 сделка по удовлетворению текущего платежа, совершенная с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности. Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или будут представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, эта сделка не может быть признана недействительной.  

По смыслу приведенных разъяснений текущие операции могут быть признаны недействительными при наличии совокупности обстоятельств: осведомленность кредитора о нарушении принятым им исполнением (суррогатом исполнения) очередности совершения текущих платежей (его осведомленности о погашении долга преимущественно перед уже ожидающими исполнения кредиторами приоритетной очередности удовлетворения, а для текущих требований, относящиеся к одной очереди, – о нарушении календарной очередности); недостаточность конкурсной массы для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенными (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2019 № 305-ЭС16-11128, от 28.02.2020 № 302-ЭС16-8804 (4)).  

Ввиду приоритетного характера требований по текущим платежам на лицо, оспаривающее сделку по их погашению, возлагается бремя доказывания не только самого факта оказания кредитору предпочтения, но и его осведомленности о наличии других кредиторов по текущим платежам, перед которыми ему оказано такое предпочтение.  

При этом сама по себе информированность ответчика об объективном банкротстве должника не может рассматриваться в качестве достаточного обоснования того, что ответчик знал или должен был знать о признаках предпочтительного получения исполнения по текущим обязательствам. Конкурсный управляющий, оспаривая сделку по текущим платежам, должен представить конкретные доказательства недобросовестности ответчика, в частности подтвердить, что последний располагал сведениями о наличии приоритетных текущих обязательств перед иными кредиторами.  

Однако доказательства того, что АУ «Технопарк-Мордовия» знало или должно было знать о нарушении очередности погашения иных текущих платежей при принятии оплаты от третьего лица, в материалах дела отсутствуют.  

Доказательства заинтересованности или аффилированности должника и ответчика материалы дела не содержат.  

Оснований полагать, что должник уведомлял АУ «Технопарк-Мордовия» о наличии у него иных неисполненных обязательств перед текущими кредиторами, суд апелляционной инстанции не усматривает.  

Аналогично, в материалах дела отсутствуют доказательства осведомленности третьего лица, совершавшего оспариваемые платежи в пользу ответчика, о нарушении очередности удовлетворения текущих платежей в результате совершения сделок.  

Кроме того, из отчета конкурсного управляющего ООО «Непес Рус» (по состоянию на 28.11.2024) следует, что рыночная стоимость имущества, включенного в конкурсную массу должника, составляет 96 376 921 руб., размер непогашенных текущих обязательств должника составляет 17 913 936 руб. (из них требования АУ «Технопарк-Мордовия» – 1 978 150 руб.). При этом сумма погашенных текущих обязательств составила 10 093 346 руб.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции верно установил, что в конкурсной массе должника достаточно денежных средств для удовлетворения текущих обязательств Общества.  

При таких обстоятельствах, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства во взаимной связи и в совокупности, с учетом подлежащих применению норм права, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.  

Суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (Определение Верховного суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).  

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем, доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и влекущих безусловную отмену судебного акта, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 19.12.2024 по делу № А39-1670/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Республики Мордовия.  

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.  

Председательствующий судья К.В. Полушкина  

Судьи Н.В. Евсеева 

Д.В. Сарри