АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-223/19 

Екатеринбург

26 марта 2019 г.

Дело № А60-14008/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Кудиновой Ю. В., Столяренко Г. М.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Русстрой» (далее – общество «Русстрой»)  и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «УралПромМонтаж» (далее – общество «УралПромМонтаж», должник) Косякина Дмитрия Владимировича  на определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2018 по делу № А60-14008/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества  «Русстрой» - Копылов Д.А. (доверенность от 09.01.2019 № 5);

Кондратьева Ильи Вячеславовича - Угрюмова Е.Г. (доверенность                     от 01.02.2018 серии 66 АА номер 4867061), Глазков Р.И. (доверенность                       от 01.02.2018 серии 66 АА номер 4867061);

общества «УралПромМонтаж» - Шолохов Е.Е. (доверенность                               от 12.07.2018).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.04.2017 принято к производству заявление общества «Русстрой» о признании общества «УралПромМонтаж» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением суда от 29.05.2017 в отношении общества «УралПромМонтаж» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Павлов Артем Сергеевич.

Решением суда от 16.10.2017 общество «УралПромМонтаж» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Павлов А.С.

Определением суда от 11.07.2018  Павлов А.С. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества «УралПромМонтаж», конкурсным управляющим должника утвержден Косякин Д.В.  

Конкурсный управляющий Павлов А.С. 14.12.2017 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении на основании статей 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) бывшего руководителя должника Кондратьева И.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 27 448 296 руб. 68 коп.

К участию в рассмотрении настоящего обособленного спора, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Макарова Ольга Вячеславовна, Постников Александр Владимирович, Гамянин Михаил Геннадьевич, Матвеева Евгения Геннадьевна, общество с ограниченной ответственностью «Ивестком Групп», общество с ограниченной ответственностью «Инвестком Кэпитал».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2018 (судья Савицкая К.А.) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                 от 12.12.2018 (судьи Плахова Т.Ю., Мартемьянов В.И., Романов В.А.) определение суда первой инстанции от 18.09.2018 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Русстрой» просит определение суда первой инстанции от 18.09.2018 и постановление суда апелляционной инстанции от 12.12.2018 отменить, обособленный спор передать  на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. Заявитель полагает, что ответчиком сокрыты отдельные документы, которые могут оказать существенное значение для формирования конкурсной массы. По мнению заявителя, выводы суда о том, что банкротство наступило в результате совместных действий должника и кредитора - противоречат материалам дела. Заявитель указывает, что ответчик злоупотребляет правами.

В своей кассационной жалобе конкурсный управляющий должника Косякин Д.В. просит определение суда первой инстанции от 18.09.2018 и постановление суда апелляционной инстанции от 12.12.2018 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. Заявитель считает, что в нарушении статей 71, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суды признали допустимым и достоверным доказательством электронную переписку. Заявитель указывает, что вопреки выводам суда Кондратьев И.В. при заключении договора аренды не был лишен возможности предлагать свои варианты условий договора или отказаться от его заключения, однако каких-либо действий для предотвращения совершения убыточных сделок не совершил. Заявитель также обращает внимание, что суды не применили нормы статьи 53 и статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации об обязанности руководителя действовать добросовестно и разумно в интересах юридического лица исходя только из того, что согласно электронной переписке  общество «УралПромМонтаж» не могло отказаться                от совершения невыгодной сделки и Кондратьев путем представления электронной переписки фактически освободил себя от ответственности за совершение действий в ущерб компании. По утверждению заявителя, судебный акт, в основе которого лежат домыслы и предположения подлежит отмене в порядке статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, заявитель отмечает, что  Кондратьев не совершал каких-либо действий, фактически бросив управление компанией, вывел на свою компанию единственное имущество, которое представляло какую-либо материальную ценность. Суды не установили фактическую дату наступления объективных признаков неплатежеспособности.    

Отзыв на кассационную жалобу, поступивший от Кондратьева И.В., судом округа к материалам дела не приобщается, поскольку в нарушение статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют доказательства направления его лицам, участвующим в деле.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) общество «УралПромМонтаж» зарегистрировано в качестве юридического лица  01.07.2011 инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, учредителями общества являются общество «Русстрой» (25%), Гаманин М.Г. (26%), Постников А.В. (17%), Макарова О.В. (32%), единоличным исполнительным органом с 04.04.2012 являлся Кондратьев И.В. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.04.2017 по заявлению общества «Русстрой» возбуждено дело о банкротстве общества «УралПромМонтаж».

Определением суда от 29.05.2017 в отношении должника введено наблюдение; решением суда от 16.10.2017 должник признан банкротом с открытием конкурсного производства. 

В рамках дела о банкротстве должника конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника Кондратьева И.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 27 448 296 руб. 68 коп., полагая, что имеются достаточные и безусловные основания для его предъявления и удовлетворения.

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий и поддерживающий его требования конкурсный кредитор ссылались на причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим лицом сделки, признанной судом недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве (отчуждение буровой установки), на непередачу ответчиком документов должника и на неисполнение ответчиком обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, исходили из следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (часть 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон                          от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 статьи 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статьи 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, приняв во внимание, что действия (бездействие) лиц, в связи с которыми заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место в 2013-2017 годах, суды указали, что подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  28.06.2013 № 134-ФЗ (в части применения норм материального права).

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, а в рассматриваемом случае руководителя должника, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда следующих условий: возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 указанного Закона, и установления даты возникновения данного обстоятельства; неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо, указанное в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 этого же Закона.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В обоснование заявленных требований о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий со ссылкой на пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве указывал на не обращение его в качестве руководителя должника в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) при установлении того обстоятельства, что должник отвечает признакам неплатежеспособности и или недостаточности имущества абзац 3 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно заявленным конкурсным управляющим требованиям,  уже по состоянию на декабрь 2013 года Кондратьев И.В. обладал информацией о финансовом состоянии должника, позволяющей сделать вывод о неплатежеспособности должника и должен был обратиться в суд в этот период с заявлением о банкротстве должника. Иной даты конкурсным управляющим указано не было.

Рассмотрев заявленные конкурсным управляющим требования и заявленным по ним возражения ответчика, исследовав материалы дела, суды установили, что конкурсным управляющим не представлены доказательства неплатежеспособности должника на указанную дату, а также на более раннюю дату.

По состоянию на 31.12.2014 коэффициент абсолютной ликвидности (рекомендательная нижняя граница 0,2) был равен 0,09, по состоянию на 31.12.2016 указанный коэффициент был равен 0; коэффициент текущей ликвидности (нормативное значение 1,5-2,5) по состоянию на 31.12.2015 был равен 1,43; по состоянию на 31.12.2016 указанный коэффициент был равен 1,43; показатель обеспеченности обязательств должника его активами по состоянию на 31.12.2015 был равен 1,3, по состоянию на 31.12.2016 1,22. Указанные данные свидетельствуют о том, что улучшения показателей финансово-хозяйственной деятельности должника не наблюдалось. Однако период, указанный конкурсным управляющим, не исследован в финансовом анализе должника, представленном в материалы дела.

Также суды установили, что у ответчика не было оснований полагать, что общество не исполнит свои обязательства, поскольку в апреле 2014 года был заключен перспективный контракт с обществом с ограниченной ответственностью «Велесстрой», срок исполнения которого определен в один год с возможностью пролонгации. Исполнение указанного контракта стало невозможным в связи с изъятием обществом «Русстрой» автомобилей, которые находились у должника на праве аренды.

Бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что должник в декабре 2013 года имел признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества конкурсным управляющим в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, иного не доказано.

Исходя из установленных обстоятельств, суды установили отсутствие у Кондратьева И.В. обязанности в декабре 2013 году обратиться  в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Иная дата возникновения у ответчика обязанности по подаче названного заявления не установлена.

В пояснения по заявлению кредитор общество «Русстрой» указывал на возникновение у руководителя должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее вступления в законную силу судебных актов о взыскании с должника в пользу общества «Русстрой» денежных средств; в качестве предельного срока для подачи такого заявления кредитором названо 27.08.2015.

Конкурсный управляющий также связывал возникновение у ответчика обязанности по обращению в арбитражный суд принятие арбитражными судами решений о взыскании с должника денежных средств в пользу общества «Русстрой».

При определении даты, когда бывший руководитель должника должен был обратиться в суд с заявлением о признании общества «УралПромМонтаж»  банкротом, конкурсный управляющий руководствовался двумя судебными актами о взыскании с должника денежных средств, а именно, решением Арбитражного суда Свердловской области от 29.04.2015 по делу                                    № А60-5460/2015 о взыскании с должника в пользу общества «Русстрой»                      2 700 000 руб. долга и расходов по уплате госпошлины в размере 36 500 руб. и решением Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2015 по делу                           № А40-28180/2015 о взыскании с должника в пользу общества «Русстрой»                    24 500 000 руб. задолженности и 145 500 госпошлины; полагая, что соответствующая обязанность у ответчика возникла 29.04.2015, то есть в момент вынесения решения Арбитражным судом Свердловской области; на момент вступления указанных решений в законную силу должник не имел фактической возможности к погашению данной задолженности.

Рассмотрев доводы и возражения сторон, исследовав материалы дела, суды установили следующие обстоятельства.

Так, в реестр требований кредиторов должника были включены требования двух кредиторов:

- требование уполномоченного органа в размере 11 435 руб. 18 коп. - в составе второй очереди и в размере 72 547 руб. 59 коп., в том числе                         54 861 руб. 50 коп. основной долг, 15 290 руб. 09 коп. пени, 2 396 руб. штраф - в составе третьей очереди (определение суда от 06.07.2017); требования уполномоченного органа были полностью погашены Кондратьевым И.В., что подтверждается определением от 23.05.2018;

- требование общества «Русстрой» в размере 27 382 000 руб., в том числе 27 200 000 руб. основной долг, 182 000 руб. государственная пошлина. Требования общества «Русстрой» были основаны на судебных актах, на которые ссылается конкурсный управляющий.

Из материалов дел № А40-28180/2015 и № А60-5460/2015 (в картотеке арбитражных дел) следует, что в рамках названных дел обществом «Русстрой» взыскивалась с должника задолженность по договорам аренды техники                        от 01.08.2013, 01.11.2013; оба иска были поданы обществом «Русстрой» практически одновременно - 12.02.2015 и 18.02.2015 соответственно.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2015 по делу                   № А40-28180/2015 в апелляционном порядке не обжаловано, вступило в законную силу 19.07.2015.

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 29.04.2015 по делу № А60-5460/2015 было обжаловано обществом «УралПромМонтаж» со ссылкой на отсутствие оснований для уплаты аренды поскольку в заявленный истцом период арендатор техникой не пользовался, арендодатель уклонялся               от подписания акта о возврате техники, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2015 решение оставлено без изменения. То есть судебные акты также вступили в законную силу практически одновременно.

Согласно пояснениям участвующих в деле лиц, техника, переданная должнику в аренду, была приобретена обществом «Русстрой» именно в целях ее использования должником в своей хозяйственной деятельности.

Кондратьев И.В. обратился к обществу «Русстрой» с предложением приобрести на условиях лизинга для общества «УралПромМонтаж» технику для ведения последним уставной деятельности. Такое обращение именно к обществу «Русстрой» ответчик мотивировал тем, что последнее являлось участником должника, то есть было заинтересовано в получении прибыли, достаточное количество денежных средств для приобретения техники у должника не было, а с учетом имущественного положения должника лизинговые компании ему бы отказали, а значительный размер активов общества «Русстрой» их требованиям соответствовал. Свое предложение к обществу «Русстрой» ответчик обосновал.

Впоследствии техника обществом «Русстрой» была изъята. 

Согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2015 по делу № А40-28180/2015 имущество изъято 31.03.2014, данная дата определена, исходя из пояснений истца, какие-либо документы об изъятии техники именно в указанную дату к иску общества «Русстрой» не прикладывались; в акте об оказании услуг по аренде самосвалов от 26.03.2014, подписанном со стороны должника, какие-либо претензии у сторон друг к другу отсутствуют, сведения об изъятии не отражены. 

Согласно пояснениям ответчика вопрос о заключении договора с обществом «Велесстрой» обсуждался еще в 2013 году, о чем свидетельствует представленная в материалы дела переписка; затем велись переговоры непосредственно с названным общество, договор заключен 04.04.2014; при наличии выгодного для должника договора с обществом «Велесстрой» ответчик как руководитель должника рассчитывал на получение прибыли                 от его исполнения, достаточного для исполнения обязательств должником, на предоставление обществом «Русстрой» как участником общества «УралПромМонтаж» с 25% долей в уставном капитале техники для его исполнения; последний при нарушении сроков оплаты по договорам аренды более двух месяцев договор не расторгал, возврата техники, уплаты долга не требовал. 

Исходя из установленных обстоятельств, а также из отсутствия иных доказательств, суды признали, что до взыскания обществом «Русстрой» с должника задолженности в судебном порядке у ответчика оснований для подачи заявления о признании должника банкротом не имелось.

При этом суды отметили, что с учетом незначительного размера обязательства по уплате обязательных платежей и санкций неплатежеспособность должника возникла именно в связи с невозможностью исполнения обязательств перед обществом «Русстрой» по договорам аренды техники. На дату вступления в законную силу названных судебных актов для ответчика было, безусловно, очевидно наличие обязательства в значительном размере, которое должник не способен исполнить. Следовательно, обязанность по обращению в суд у ответчика возникла не позднее 19.08.2015.

Данная обязанность ответчиком не была исполнена.

Между тем, условия для применения пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в данном случае отсутствуют.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, также приняв во внимание, что неплатежеспособность должника возникла в результате взыскания с него задолженности в пользу общества «Русстрой», суды установили, что требования последнего при определении размера ответственности бывшего руководителя должника за неподачу заявления о признании должника банкротом не учитываются. Обязательства по уплате обязательных платежей и санкций у должника частично возникли после принятия названных выше судебных актов, но требования уполномоченного органа были погашены ответчиком в полном объеме, о чем свидетельствует определение от 23.05.2018 по настоящему делу о банкротстве.

Учитывая данные обстоятельства, суды пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Рассматривая требования конкурсного управляющего в части привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в связи  с причинением вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения ответчиком сделки, а также непередачи ему документов должника, суды руководствовались следующим.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности применительно к статьям 6 и 17 Федерального закона «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию в соответствии с требованиями статей 64 и 126 Закона о банкротстве. Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/2012).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Проанализировав, признанную постановлением апелляционного суда                 от 31.08.2018 недействительной сделку должника, суды установили, что в качестве правового основания заявления об оспаривании сделок управляющим указывалось на передачу имущества с целью причинения имущественного вреда кредиторам в период осуществления полномочий единоличного исполнительного органа должника Кондратьевым И.В. Сделка признана судом недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, из содержания постановления апелляционного суда                          от 31.08.2018 следует, что судом установлен факт встречного предоставления со стороны ответчика (платежи по обязательствам должника по поручениям последнего) в размере, не менее общей стоимости имущества, переданного в качестве отступного по оспоренной сделке.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исходя из установленных обстоятельств, установив отсутствие оснований считать, что совершенная сделка, признанная впоследствии недействительной, явилась причиной банкротства должника либо в ее результате должнику причинены какие-либо убытки; причинно-следственная связь между названными действиями и фактически наступившим объективным банкротством отсутствует, суды пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения Кондратьева И.В. к субсидиарной ответственности за совершение сделки в последующем признанной судом недействительной.

По эпизоду, связанному с не передачей ответчиком конкурсному управляющему документации должника, суды также установили следующее.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.09.2017 по настоящему делу о банкротстве, в связи с удовлетворением ходатайства временного управляющего должника, суд обязал ответчика передать управляющему следующие документы: бухгалтерские балансы общества «УралПромМонтаж» за период с 2014 по 2017 год; отчеты о прибылях и убытках общества «УралПромМонтаж» за период с 2014 по 2017 год; приказ о назначении генерального директора общества «УралПромМонтаж»; решение (протокол) учредителей о назначении директора общества «УралПромМонтаж»; штатное расписание или иные документы о численности работников общества «УралПромМонтаж», а также сведения о начислении им заработной платы; решение о создании общества «УралПромМонтаж»; свидетельство ИНН общества «УралПромМонтаж»; свидетельство ОГРН общества «УралПромМонтаж»; сведения об имуществе общества «УралПромМонтаж» (ПТС, ПСМ, перечни имущества и др.); сведения о наличии у общества «УралПромМонтаж» дебиторской и кредиторской задолженности на текущий момент; сведения о расчетных счетах общества «УралПромМонтаж» и остатках на этих счетах; бухгалтерскую базу 1С по общества «УралПромМонтаж».

Данные документы были переданы Кондратьевым И.В. управляющему по акту приема-передачи от 22.02.2018, что установлено Семнадцатым арбитражным апелляционным судом при рассмотрении дела № А60-6020/2018.

Факт передачи истребованных определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.09.2017 по настоящему делу о банкротстве документов подтвержден в судебном заседании суда апелляционной инстанции представителем конкурсного управляющего общества «УралПромМонтаж».

Вместе с тем, по утверждению конкурсного управляющего, ему передана не вся документация должника, в частности, не переданы договоры лизинга, в порядке исполнения которых должником производились лизинговые платежи, при том, что имущество, полученное должником на основании этих договоров, у последнего отсутствует.

Конкурсный кредитор общество «Русстрой» данный довод поддержал, указал на установление им при анализе выписки по расчетному счету должника фактов совершения должником лизинговых платежей в адрес общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «Уралсиб» (по договору от 14.04.2013 № ЕКБ-0875-13А), открытого акционерного общества «ВЭБ-Лизинг» (по договору от 22.10.2013 № Р13-27643-ДЛ) в общем размере           9 831 750 руб. 13 коп., однако, эти договоры управляющему ответчиком умышленно не переданы.

Согласно пояснениям ответчика, данные договоры действительно были заключены, но в связи с допущенными должником нарушениями по оплате лизинговых платежей расторгнуты, техника возвращена лизингодателям; поскольку договоры были заключены до периода, за который управляющим истребовалась документация, он договоры и связанные с ними документы по акту от 22.02.2018 не передал; в настоящий момент он не обладает полномочиями для получения документов от лизинговых компаний; действия по возврату фактически уплаченной в составе лизинговых платежей выкупной стоимости имущества не предпринимал.

Судом апелляционной инстанции поставлен на обсуждение вопрос о возможном причинении убытков должнику в связи с указанными обстоятельствами (расторжение договоров лизинга, возврат имущества).

Конкурсный управляющий пояснил, что согласно представленным Ростехнадзором по запросу конкурсного управляющего сведениям у должника действительно имелась техника, которая выбыла из его владения более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве; в связи с последним обстоятельством какие-либо меры по установлению оснований выбытия имущества конкурсным управляющим не предпринимались, документы по имуществу, его выбытию из владения должника у ответчика не истребовались, по этой же причине не анализировались платежи в адрес лизинговых компаний.

Также конкурсный управляющий и кредитор общество «Русстрой» пояснили, что ссылаются на данные обстоятельства исключительно с целью подтверждения факта непередачи ответчиком части документации должника как основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, а не для взыскания убытков; считают доказанным наличие оснований для привлечения Кондратьева И.В. к субсидиарной ответственности ввиду непередачи управляющему всей документации должника.

Как указано в пункте 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017              № 53 заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротством.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Оценив обстоятельства дела и материалы дела, суды установили, что из материалов дела не усматривается, что не передача ответчиком договоров лизинга от 22.10.2013, 14.04.2013 оказала существенное влияние на проведение процедуры банкротства должника. Ни с ходатайством об истребовании этих документов в судебном порядке, ни с требованиями о передаче документов в добровольном порядке к бывшему руководителю должника, конкурсный управляющий не обращался, что свидетельствует о достаточности имевшейся у последнего документации должника для ведения процедуры.

Заявителем в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказано, что несвоевременная передача документации и сведений по акту от 22.02.2018, непередача договоров лизинга повлекли за собой существенное затруднение проведения процедуры банкротства, а соответственно - наличия оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах суды также заключили отсутствие правовых оснований для привлечения Кондратьева И.В. к субсидиарной ответственности и по данному эпизоду.

Кроме того, по результатам исследования оценки всех представленных в материалы дела доказательств, установив, что кредитор общество «Русстрой» был полностью информирован о неплатежеспособности должника и имел возможность влиять на принятие управленческих решений, определять направления и порядок его деятельности, суды заключили о наступлении банкротства должника в результате совместных действий должника и кредитора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

Согласно пункту 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Оценив в совокупности по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суды установили, что по сведениям, представленным Кондратьевым И.В. и конкурсным управляющим в Анализе финансового состояния должника общество «УралПромМонтаж» (ИНН 6659221475, ОГРН 1116659007805) было создано 23.06.2011. Запись о создании общества внесена в ЕГРЮЛ 01.07.2011, что подтверждается имеющимися в материалах дела выписками из ЕГРЮЛ в отношении должника.

Согласно протоколу от 13.02.2013 общего собрания участников принято решение об увеличении уставного капитала за счет вклада следующих лиц: общества «Русстрой», Гамянина М.Г., Постникова А.В., Макаровой О.В. Доли распределились следующим образом: Гоголев А.В. 34/200, Кондратьев И.В. 33/200, Гамянин М.Г. 25/200, Постников А.В. 25/200, Макарова О.В. 25/200, общество «Русстрой» 25/200. Согласно протоколу от 10.09.2013 после выхода Кондратьева И.В., Гоголева А.В. доли распределились следующим образом: общество «Русстрой» - 25%, Макарова О.В. - 32%, Постников А.В. - 17%, Гамянин М.Г. - 26%. Соответствующие изменения об обществе внесены в ЕГРЮЛ 02.10.2013.

По сведениям из ЕГРЮЛ по состоянию на 21.03.2018 учредителями общества «УралПромМонтаж» (ИНН 6659221475, ОГРН 1116659007805) являются общество «Русстрой» (ИНН 7724527620, ОГРН 1047796881110) с долей 25%, Макарова О.В. с долей 32%, Гамянин М.Г. с долей 26%,                Постников А.В. с долей 17%.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ учредителями общества «Русстрой» являются Матвеева Е.Г. с долей 51%, Зайнулин Р.Ф. с долей 49%, руководителем является Зайнулин Р.Ф.

Гамянин М.Г. и Матвеева Е.Г. являются родными братом и сестрой. Согласно нотариально удостоверенному 04.09.2018 заявлению Матвеевой Е.Г. она является действительным участником общества «Русстрой», по ее инициативе 01.04.2015 на должность исполнительного директора общества «Русстрой» принят ее родной брат Гамянин М.Г.

Из представленной ответчиком переписки с Гамяниным М.Г. усматривается, что целью приобретения обществом «Русстрой» долей в уставном капитале должника было вхождение общества «УралПромМонтаж» в состав холдинга Русстроя в качестве подконтрольной зависимой компании; именно для достижения указанной цели Кондратьев И.В., Гоголев А.В. вышли из состава общества, доли были перераспределены, в результате чего у общества «Росстрой» появилась необходимая доля 25%.

Представленная ответчиком в материалы дела переписка участвующими в деле лицами не оспорена, о фальсификации данных доказательств в установленном порядке не заявлено.

Учитывая изложенное, суды установили, что общество «Русстрой» с учетом доли Гамянина М.Г., являющегося родным братом наиболее крупного участника общества и исполнительным директором общества, является контролирующим должника лицом, обладающим возможность влиять на принятие управленческих решений, определять направления и порядок деятельности.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств суды установили длительный характер взаимоотношений между должником и обществом «Русстрой»; фактически деятельность должника обеспечивала деятельность кредитора на территории Свердловской области.

Согласно нотариально удостоверенному 04.09.2018 заявлению  Матвеевой Е.Г. от Кондратьева И.В. поступило предложение о приобретении обществом «Русстрой» в лизинг техники для ее использования на условиях аренды обществом  «УралПромМонтаж», в связи с наличием возможности заключить определенные контракты на объектах нефтегазового и добывающего сектора Уральского региона, с направлением полученной от общества «УралПромМонтаж» платы за аренду на уплату лизинговых платежей, представлено технико-экономическое обоснование данного проекта; обществом «Русстрой» были заключены договоры лизинга, по которым приобретены                   10 самосвалов Ивеко, также приобретен бульдозер, техника передана обществу «УралПромМонтаж»  в аренду.

Ответчик данные обстоятельства подтвердил, но указал, что по запросу исполнительного директора общества «Русстрой» Гамянина М.Г. предоставлял ему калькуляцию по доходу в месяц на каждый вид планируемой к покупке техники; по самосвалам возможная максимальная чистая прибыль не более                   120 000 руб. В подтверждение этому представил в материалы дела переписку.

По условиям заключенных 01.08.2013 и 01.11.2013 между должником и обществом «Русстрой» договоров аренды должнику переданы 10 грузовых автомашин Ивеко и погрузчик-экскаватор, размер арендной платы составляет 500 000 руб. за каждую единицу техники в месяц. Задолженность именно по указанным договорам явилась основанием для возбуждения дела о банкротстве в отношении должника.

При этом по договорам лизинга, заключенным между обществом «Русстрой» и лизинговыми компаниями, предметы лизинга - самосвалы передаются лизингополучателю на срок 24 месяца, общая сумма лизинговых платежей за 1 самосвал составляет 6 719 197 руб.

То есть стоимость аренды существенно превышает размер лизинговых платежей.

Общество «Русстрой», располагающее информацией о возможном размере прибыли от использования самосвала в месяц - не более 120 000 руб., посчитало возможным приобрести для должника технику, но установило арендную плату в размере, значительно превышающем возможную прибыль, а также размер лизинговых платежей.

С учетом того, что общество «Русстрой» являлось контролирующим должника лицом, оно имело возможность диктовать условия договора аренды.

Общество «Русстрой» знало о потенциальном заключении договора с обществом «Велесстрой», о расценках последнего, о чем свидетельствует представленная переписка между ответчиком и исполнительным директором общества «Русстрой» Гамяниным М.Г.

Согласно нотариально удостоверенному 04.09.2018 заявлению  Матвеевой Е.Г. работы с использованием техники, переданной должнику в аренду, последним велись, но арендная плата в необходимом для уплаты лизинговых платежей размере, не поступала, что явилось причиной изъятия техники и последующего обращения в суд с иском о взыскании с общества «УралПромМонтаж» задолженности.

Заключенный должником с обществом «Велесстрой» договор не был исполнен ввиду изъятия обществом «Русстрой» необходимой для этого техники. Между Кондратьевым И.В. и обществом «Русстрой» путем электронной переписки в сентябре 2015 года обсуждался вопрос урегулирования задолженности и выкупа ответчиком техники, но, очевидно, соглашение не было достигнуто.

Проанализировав данные обстоятельства, суды пришли к выводу, что кредитор полностью был информирован о неплатежеспособности должника, банкротство общества «УралПромМонтаж» наступило в результате совместных действий должника и кредитора.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае правовых оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности  (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов сделаны на основании исследования и оценки приведенных доводов и доказательств в их совокупности, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, и основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Все доводы заявителей кассационных жалоб судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанции, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно отклонены, при этом выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически выражают несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просят еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда следует оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2018 по делу № А60-14008/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Русстрой» и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «УралПромМонтаж» Косякина Дмитрия Владимировича  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий					           О.Н. Новикова 

Судьи					           Ю.В. Кудинова 

                                                                                             Г.М. Столяренко