АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

11 августа 2023 года

Дело №

А56-83202/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мунтян Л.Б., судей Кудина А.Г., Толкунова В.М.,

рассмотрев 09.08.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Бункерная компания» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.11.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2023 по делу № А56-83202/2022, 

 

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Импульс», адрес: 150046, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Импульс», истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к акционерному обществу «Бункерная компания», адрес: 196158, Санкт-Петербург, Московское шоссе, д.25, корп. 1, лит. А, оф. 801Б, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – АО «Бункерная компания», ответчик) о взыскании 3 456 845 руб. долга по договору поставки нефтепродуктов от 09.01.2019 № 01/01-ПН и 880 630 руб. 38 коп. неустойки, начисленной за период с 20.04.2022 по 17.11.2022 (с учетом уточнения заявленных требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – АПК РФ). 

Решением суда от 29.11.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 04.04.2023, иск удовлетворен в полном обьеме: суд взыскал с ответчика в пользу истца 3 456 845 руб. долга и 880 630 руб. 38 коп. неустойки, а также 44 687 руб. расходов по уплате госпошлины.

Не согласившись с названными судебными актами, ответчик направил кассационную жалобу, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, просит судебные акты изменить в части взыскания с него неустойки, с учетом введенного на период с 01.04.2022 по 01.10.2020 Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее – Постановление № 497) моратория на взыскания штрафных санкций,  а также рассмотреть  возможность применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Отказ судов в удовлетворении ходатайств Общества по названным требованиям, податель жалобы считает ошибочным.

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, своих представителей в суд не направили. Жалоба рассмотрена в их отсутствие (часть 3 статьи 284 АПК РФ).

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе ответчика, с учетом части 1 статьи 286 АПК РФ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между истцом (Поставщик) и ответчиком (Покупатель) заключен договор поставки нефтепродуктов от 09.01.2019 № 01/01-ПН, согласно условиям которого Поставщик обязался поставлять, а Покупатель принимать и оплачивать поставленный товар (далее - Договор).  

Согласно представленным в материалы дела универсальным передаточным документам (УПД) от 09.04.2022 № 307, от 10.04.2022 № 308, от 11.04.2022 № 316, от 14.04.2022 № 319 истец поставил продукцию в полном объеме. 

Согласно условиям Спецификации № 37 оплата производится в течение 10 календарных дней по факту поставки. 

Ответчик частично оплатил поставленный товар, в связи с чем образовалась задолженность в размере 3 456 845 руб. 

На указанную сумму задолженности истцом за период с 20.04.2022 по 17.11.2022 начислена неустойка в размере 0,1 % от неоплаченной суммы за каждый день просрочки исполнения обязательств, что составило 880 630 руб. 38 коп.(по уточненным в суде данным). 

Поскольку направленная истцом в адрес ответчика претензия от 25.07.2022 № 2524 оставлена последним без удовлетворения, это явилось основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Суды двух инстанций, исследовав и оценив доказательства, представленные участниками спора, их доводы, руководствуясь значимыми положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из условий заключенного сторонами Договора, и осуществленных сторонами Договора фактических действий, направленных на надлежащее выполнение его условий, удовлетворили исковые требования в полном объеме. При этом суды отказали ответчику в уменьшении суммы неустойки, не усмотрев возможности применения статьи 333 ГК РФ, а равно корректировки периода начисления неустойки с учетом веденного моратория.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, суд кассационной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения в обжалуемой ответчиком части. 

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 - 5 статьи 71 АПК РФ), требованиям искового производства.

Согласно статье 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

По спорному Договору (пункт 5.3) за нарушение сроков оплаты поставленного товара истец начислил ответчику неустойку (равной 0,1% от неоплаченной в срок суммы за каждый день просрочки) за период с 20.04.2022 по 17.11.2022 в размере 880 630 руб. 38 коп. Расчет неустойки судом проверен и признан арифметически правильным.

В настоящем деле суды, рассмотрев ходатайство ответчика, на основании статьи 333 ГК РФ, не нашли оснований для уменьшения размера неустойки в силу следующего.

Согласно статье 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды. 

В пунктах 71 и 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) разъяснено: если должником является коммерческая организация, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Кодекса). 

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Как следует из пункта 75 Постановления № 7, при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ)

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (пункт 73 Постановления № 7).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Рассмотрев ходатайство ответчика о снижении неустойки, оценив конкретные обстоятельства и представленные в дело документы, суды пришли к выводу, что сумма неустойки соотносится с последствиями нарушения ответчиком своих обязательств и обеспечивает соблюдение баланса интересов сторон. Убедительных доказательств, свидетельствующих о чрезмерности (явной несоразмерности) неустойки последствиям нарушения обязательства, ответчиком не представлено, поскольку согласно пункту 13.1 Договора ее размер (0,1%) является стандартной ставкой обычно применяемой в аналогичных договорах.

Определив соответствующий размер договорных санкций (0,1%), ответчик тем самым принял на себя риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с возможностью применения истцом мер договорной ответственности. 

При этом, как справедливо отметили суды, явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной. Необоснованное уменьшение неустойки судом не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ). 

Кроме того, необоснованное уменьшение неустойки судами в целом может стимулировать недобросовестных должников, которые фактически освобождаются от негативных последствий неисполнения обязательства. 

Таким образом, применение такой меры как взыскание договорной неустойки носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить стороне убытки, возникшие в результате просрочки исполнения обязательства, но и удержать контрагента от неисполнения (просрочки исполнения) обязательства в будущем. 

Необоснованное уменьшение неустойки с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами, однако никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.01.2011 по делу № 11680/10).

Содержание принципа свободы договора, установленного статьей 421 ГК РФ, заключается в свободе лица иметь свою волю на вступление в договорные отношения, самостоятельный выбор контрагента, самостоятельное формирование вместе с ним договорной структуры и вида договорной связи, изъявление своей воли при формировании условий договора.

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, в соответствии со статьей 2 ГК РФ осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, должен и мог предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности, в том числе связанных с ненадлежащим исполнением принятых по Договору обязательств.

Доказательства того, что заключение Договора в предложенной редакции являлось для ответчика вынужденным в силу закона либо действий истца, не представлены.

В данном случае нарушения норм материального права при разрешении заявления ответчика об уменьшении неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ судами не допущено.

Относительно доводов жалобы о незаконности взыскания с ответчика неустойки в связи с введенным Постановлением № 497 мораторием, суд округа соглашается с позицией нижестоящих судов в силу следующего.

Согласно пункту 1, 3 (подпункт 2) статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 127-ФЗ),  для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 44), разъяснено, что в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона                  № 127-ФЗ). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона  № 127-ФЗ) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Из анализа вышеприведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в период действия моратория (с 01.04.2022 по 01.10.2022) на требования, возникшие до введения моратория, финансовые санкции не начисляются.

Вместе с тем, действующее законодательство не содержит указание на возможность распространения вышеуказанных последствий введения моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на требования, которые возникли после введения указанного моратория.

Таким образом, при решения вопроса о начислении неустойки в период действия моратория, следует исходить из буквального содержания разъяснений, изложенных в пункте 7 Постановления Пленума № 44, согласно которым в период действия моратория финансовые санкции не начисляются только на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункт 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона № 127-ФЗ).

В силу подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона № 127-ФЗ на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Федерального закона.

Действие моратория, также как и в деле о банкротстве, установлено в зависимости от периода возникновения обязательства (то есть в отношении требований кредиторов, которые возникли до введения процедуры банкротства (реестровые требования) финансовые санкции не начисляются, после финансовые санкции продолжают начисляться (текущие требования)).

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, разъяснено, что для целей квалификации требования об оплате услуг в качестве реестрового или текущего правовое значение имеет момент оказания услуг, несмотря на то, что срок исполнения обязанности по их оплате может быть перенесен по соглашению сторон на более поздний период.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.11.2021 № 305-ЭС21-11954 по делу № А41-22696/2020 указано, что для решения вопроса о квалификации требований кредитора, ключевое значение имеет дата исполнения обязательства по поставке товара и ее соотнесение с датой возбуждения дела о банкротстве.

По общему правилу обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара (пункт 1 статьи 458 ГК РФ).

Для определения того, является ли денежное требование текущим, необходимо установить дату его возникновения и соотнести указанную дату с моментом возбуждения дела о банкротстве. Текущим является то требование, которое возникло после названного момента. Срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства. Требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет.

В целях установления момента возникновения требования кредитора (истца) необходимо учитывать положения Закона № 127-ФЗ, из совокупного толкования пункта 1 статьи 5 которого и разъяснений, приведенных в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» (далее - Постановление Пленума № 63), в пункте 11 постановления Пленума № 44, следует, что требования кредиторов относятся к текущим платежам, если они возникли после начала действия моратория.

Исходя из абзаца второго пункта 1 статьи 5 Закона № 127-ФЗ, пункта 2 Постановления Пленума № 63, пункта 11 Постановления Пленума № 44 возникшие после начала действия моратория требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

По смыслу этой нормы права текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после начала действия моратория, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума № 63, при решении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей требований о применении мер ответственности за нарушение обязательств (возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, взыскании неустойки, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами) судам необходимо принимать во внимание следующее.

Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, относящихся к текущим платежам, следуют судьбе указанных обязательств.

Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, подлежащих включению в реестр требований кредиторов, не являются текущими платежами.

Таким образом, применительно к обстоятельствам настоящего спора, правовое значение для квалификации требования истца о взыскании задолженности имеет именно дата передачи товаров, влекущая возникновение на стороне покупателя обязательства по его оплате, а не предусмотренная договором дата наступления срока исполнения платежа.

Как усматривается из материалов дела, фактически товар поставлен в период с от 09.04.2022 по 14.04.2022 (что подтверждается соответствующими УПД от 09.04.2022 № 307, от 10.04.2022 № 308, от 11.04.2022 № 316, от 14.04.2022 № 319), со сроком оплаты - в течение 10 дней после поставки, то есть поставка произведена после введения моратория, установленного Постановлением № 497.

Указанное обстоятельство относит требования истца об уплате неустойки в отношении поставленного с 09.04.2022 по 14.04.2022 и неоплаченного товара к  текущим платежам, как следствие, обоснованным иск в части взыскания процентов за период с 20.04.2022 по 17.11.2022 в сумме 880 630 руб. 38 коп.

Учитывая изложенное, суды обоснованно удовлетворили требования истца, взыскав с ответчика полную сумму неустойки.

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем, у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения принятых по делу судебных актов, предусмотренные статьей 288 АПК РФ.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

                                                 п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.11.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2023  по делу № А56-83202/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества                               «Бункерная компания» - без удовлетворения.

 

 

Председательствующий

Л.Б. Мунтян

Судьи

 

А.Г. Кудин

В.М. Толкунов