АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-25724/2020

г. Краснодар

20 января 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 20 января 2022 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Коржинек Е.Л., судей Артамкиной Е.В. и Афониной Е.И., при ведении протокола судебного заседания, проводимого с использованием систем онлайн-связи, помощником судьи Тедеевой В.Ф., при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью «Связь-Ресурс-Кубань» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 24.03.2021), ответчика – ФИО2 –                      ФИО3 (доверенность от 26.01.2021), рассмотрев кассационную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Краснодарского края                     от 15.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда                          от 12.11.2021 по делу № А32-25724/2020, установил следующее.

ООО «Связь-Ресурс-Кубань» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2 о взыскании 1 922 162 рублей убытков.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.12.2020 исковые требования удовлетворены частично. С ФИО2 в пользу общества взыскано 1 888 тыс. рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Распределены судебные расходы.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 12.11.2021 решение                              от 15.12.2020 изменено, с ФИО2 в пользу общества взыскано 1 206 892 рубля 86 копеек убытков, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Распределены судебные расходы. 

В кассационной жалобе ФИО2 просит изменить обжалуемые судебные акты, взыскав с ответчика 98 183 рубля 21 копейку убытков. По мнению подателя жалобы, суды необоснованно отказали в применении срока исковой давности. При подаче иска о взыскании убытков самим юридическим лицом судам необходимо оценивать возможность узнать о нарушении прав юридического лица новым директором и контролирующими участниками. Изменение состава юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности. ФИО4 с 2015 года являлся заместителем генерального директора по экономике и финансам и в полной мере обладал информацией о текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, однако претензий к ФИО2 не заявлял. О наличии задолженности по подотчетным средствам контролирующий участник также мог узнать не позднее даты проведения годового общего собрания участников общества. Остаток задолженности ответчика по авансовым платежам, заявленный в пределах исковой давности, составляет 98 183 рубля 21 копейку.

В отзыве на жалобу общество просит постановление оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители сторон высказали свои доводы и возражения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит к следующим выводам.

Поскольку решение суда от 15.12.2020 изменено постановлением суда апелляционной инстанции от 12.11.2021, предметом проверке суда округа является постановление 12.11.2021.

Как видно из материалов дела, общество зарегистрировано в качестве юридического лица 30.07.2014. 

Решением единственного участника о создании общества от 15.07.2014 № 1 ФИО2 и приказом от 30.07.2014 № 1 «О вступлении в должность»                    ФИО2 назначен на должность генерального директора общества. 

15 августа 2018 года на заседании внеочередного общего собрания участников общества полномочия ФИО2, как генерального директора общества досрочно прекращены.

Решением внеочередного собрания участников общества с 16.08.2018 генеральным директором избран ФИО4 

ФИО4 вступил в должность генерального директора общества на основании приказа от 16.08.2018 № 1/18 «О вступлении в должность генерального директора». 

20 января 2020 года общество направило в адрес ФИО2 требование о возврате суммы подотчетных денежных средств. Данное требование оставлено без ответа и удовлетворения.

Для установления реальной суммы убытков, причиненных ФИО2 обществу, истец привлек эксперта ФИО5 

Согласно акту экспертного исследования по состоянию на 15.08.2018                        ФИО2 имеет задолженность перед обществом по подотчетным денежным средствам в сумме 1 922 162 рубля.

Общество полагая, что действиями ФИО2 юридическому лицу причинены убытки, обратилось с иском в арбитражный суд 

Разрешая заявленные требования, суды исходили из следующего.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков, применяемое в качестве меры гражданско-правовой ответственности и направленное на восстановление имущественных прав потерпевшего лица.

В порядке пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

В соответствии со статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно и несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. 

Согласно положениям статьи 44 Закона № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Взыскание убытков с единоличного исполнительного органа зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, т.е. проявлял ли он заботливость и осмотрительность, и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу, в частности, входит установление наличия у ответчика статуса единоличного исполнительного органа; недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений действуют в интересах общества и его участников.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62), истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

В силу пункта 2 статьи 1 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ  «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерский                             учет – формирование документированной систематизированной информации об объектах, предусмотренных данным Федеральным законом, в соответствии с требованиями, установленными названным Федеральным законом, и составление на ее основе бухгалтерской (финансовой) отчетности. Согласно статье 5 Закона о бухгалтерском учете объектами бухгалтерского учета экономического субъекта являются: факты хозяйственной жизни; активы; обязательства; источники финансирования его деятельности; доходы; расходы; иные объекты в случае, если это установлено федеральными стандартами. Экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с Законом о бухгалтерском учете, если иное не установлено данным Федеральным законом. Бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации (пункты 1 и 3 статьи 6 Закона о бухгалтерском учете).

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (часть 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете).

Согласно части 1 статьи 9 Закона о бухгалтерском учете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным – непосредственно после его окончания (пункт 3 указанной статьи).

Следовательно, в силу действующего законодательства о бухгалтерском учете, обеспечение организации надлежащего ведения бухгалтерского учета и соблюдение финансового порядка расходования денежных средств общества возложено на руководителя юридического лица.

Сам по себе факт получение директором подотчетных денежных средств общества не влечет возникновения у общества убытков. Однако убытки возникают в случае, если денежные средства в дальнейшем не расходуются для нужд общества и не возвращаются в его кассу либо на счет.

В соответствии с подпунктом 6.3 пункта 6 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» (далее – Указание Банка России от 11.03.2014 № 3210-У) работник, получивший деньги под отчет, должен представить авансовый отчет в течение трех рабочих дней со дня истечения срока, на который выданы наличные деньги под отчет. К авансовому отчету работник должен приложить подлинники документов, подтверждающих произведенные расходы (квитанции, кассовые и товарные чеки и т.д.). Получив авансовый отчет от работника, ему в обязательном порядке выдается расписка в получении авансового отчета. Полученные под отчет и неизрасходованные наличные денежные средства подлежат возврату лицу их выдавшему посредством оформления приходного кассового ордера (пункт 5, подпункт 5.1 пункта 5 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У).

В обоснование размера убытков общество представило в материалы дела акт экспертного исследования от 23.06.2020 № 156/06, по результатам которого по состоянию на 15.08.2018 ФИО2 имеет задолженность перед обществом по подотчетным денежным средствам в размере 1 922 162 рубля.

С целью установления факта наличия либо отсутствия задолженности у директора перед обществом с 30.07.2017 по 15.08.2018, суд апелляционной инстанции назначил бухгалтерскую экспертизу, проведение которой поручил эксперту АНО Лаборатория Судебных Экспертиз «ЭкспертКом» ФИО6 

Согласно заключению эксперта от 16.09.2021 № 18-3/17.1 задолженность ФИО2 перед обществом по подотчетным денежным средствам за период с 30.07.2017 по 15.08.2018 составляет 1 206 892 рубля 86 копеек.

Суд апелляционной инстанции установил, что заключение эксперта является полным, не содержит неясностей и противоречий, имеет обоснованные выводы по поставленным вопросам и соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), поэтому правильно посчитал это заключение достоверным доказательством по делу. Заключение эксперта, который предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, надлежащим образом оценено судом в соответствии со статьями 71 и 86 Кодекса (вводная часть заключения экспертизы содержит подпись эксперта о предупреждении к уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения).

Исследовав и оценив, представленные в материалы дела доказательства, с учетом выводов эксперта, принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств того, что указанные расходы осуществлены бывшим руководителем в интересах общества, непосредственно связаны с деятельностью общества и подтверждены оправдательными документами, соответствующими по форме и содержанию требованиям, предъявляемым Законом о бухгалтерском учете к первичным учетным документам, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в результате недобросовестных действий ответчика истцу причинены убытки и удовлетворил требования в размере 1 206 892 рубля 86 копеек. 

Судом установлено, что ответчик не предпринимал меры по возврату денежных средств обществу.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции соглашается с выводом суда апелляционной инстанции о том, что ответчик не представил оправдательных документов, отражающих несение спорных расходов в интересах общества. 

Отклоняя довод ответчика о пропуске обществом срока исковой давности, суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался следующим. 

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса.

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса предусмотрено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

Согласно абзацу 2 пункта 10 постановления № 62, в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

При определении начала течения срока исковой давности суд апелляционной инстанции правомерно указал, что полномочия с ФИО2, как директора общества, прекращены 15.08.2018, с 16.08.2018 назначен новый директор общества ФИО4, который с указанной даты имел реальную возможность узнать о нарушениях, допущенных бывшим директором. Исковое заявление подано 29.06.2020, то есть в пределах срока исковой давности.

Доводы ФИО2 о том, что ФИО4 в спорный период являлся заместителем директора общества по вопросам экономики и финансов и обладал информацией о текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, а исчисление срока исковой давности следует производить со дня выдачи ему наличных денежных средств, основаны на ошибочном понимании норм материального и процессуального права и противоречат положениям статьи 200 Гражданского кодекса о начале течения срока исковой давности и абзацу 2 пункта 10 постановления № 62. 

Ссылка заявителя кассационной жалобы на пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление № 43), согласно которому изменение состава юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности, является несостоятельной по следующим основаниям. 

В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором (пункт 10 постановления № 62).

Таким образом, специальное правило по исчислению сроков исковой давности в случае обращения юридического лица с иском о взыскании с единоличного исполнительного органа убытков, причиненных его недобросовестными действиями, содержится в пункте 10 постановления № 62, которым суд обоснованно руководствовался, при рассмотрении настоящего спор.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что действия бывшего руководителя общества ФИО2 нельзя признать добросовестными и разумными, поскольку в результате их осуществления последнему причинены убытки, выразившиеся в необоснованной утрате денежных средств, а значит, указанные действия находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими для общества негативными последствиями.

Доводы кассационной жалобы не опровергают правильности суда апелляционной инстанции, по сути, сводятся к несогласию заявителя с оценкой судов имеющихся в деле доказательств, что не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку иная оценка доказательств в суде округа в силу требований статьи 286 Кодекса не допускается. 

Согласно пункту 5 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения кассационной жалобы суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений. 

Поскольку обстоятельства спора исследованы судом апелляционной инстанции всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену постановления суда апелляционной инстанции от 12.11.2021 (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2021 по делу  № А32-25724/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                    Е.Л. Коржинек 

Судьи                                                                                                                  Е.В. Артамкина

                                                                                                                            Е.И. Афонина