ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

23.11.2023

Дело № А40-33892/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена  16.11.2023

Полный текст постановления изготовлен  23.11.2023

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего-судьи Нагорной А.Н.,

судей Анциферовой О.В., Каменской О.В., 

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Пума-Рус» - ФИО1 и ФИО2 по доверенности от 07.09.2023,

от Центрального таможенного управления – ФИО3 по доверенности от 10.10.2022, ФИО4 по доверенности от 12.12.2022,

рассмотрев 16.11.2023 в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Пума-Рус»

на решение Арбитражного суда города Москвы от 02.05.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023,

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Пума-Рус»

к Центральному таможенному управлению

о признании незаконными и отмене решений,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Пума-Рус» (далее - ООО «Пума-Рус», Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд города Москвы к Центральному таможенному управлению (далее - ЦТУ, Управление) с заявлением о признании незаконными и отмене принятых по результатам камеральной таможенной проверки по акту № 10100000/210/300921/А000040 решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары (ДТ) от 23.11.2021, 25.11.2021, 26.11.2021, 29.11.201, 30.11.2021, 01.12.2021, 10.12.2021 (согласно перечня в заявлении по 819 ДТ).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03 августа 2022 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 октября 2022 года требования ООО «Пума-Рус» о признании незаконными решения ЦТУ от 23.11.2021, 25.11.2021, 26.11.2021, 29.11.2021, 30.11.2021, 01.12.2021, 10.12.2021 № б/н удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15 февраля 2023 года судебные акты отменены с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на то, что делая вывод о том, что Роялти II не подлежат включению в состав таможенной стоимости, поскольку не относятся к конкретным товарам, суды фактически не применили нормы, на которые сослались в судебных актах.

Решение о том, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, принимается на основе изучения и анализа вопроса, какие права на использование рассматриваемого объекта интеллектуальной собственности предоставлены лицензиату в соответствии с лицензионным договором и каким образом предоставленные права используются лицензиатом. Но судами фактически не дано оценки тому, за что уплачиваются Роялти II, какие действия общество вправе производить с использованием товарного знака, какие способы его использования допустимы по условиям лицензионного соглашения, как это связано с приобретением и ввозом товаров и возможны ли приобретение и ввоз товаров, а также их дальнейшая реализация на территории РФ без оплаты Роялти II. Судами не дано правовой оценки возможности для общества импортировать товар и в дальнейшем легально реализовать его на территории РФ без уплаты платежей, предусмотренных п. 4.2.2. лицензионного соглашения. Соответственно, вывод об отсутствии оснований для включения таких платежей в таможенную стоимость сделан при нарушении положений ст. 71, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отношении агентского НДС суд округа указал, что признавая необоснованным его включение в состав таможенной стоимости, суды первой и апелляционной инстанций не учли, что при решении вопроса о необходимости включения в таможенную стоимость товаров сумм НДС, исчисленных, удержанных и уплаченных в рамках исполнения обязанностей налогового агента в отношении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти), начисленных в пользу иностранного лица, подлежат применению положения ст. 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС). Суммы НДС, исчисленные, удержанные и уплаченные декларантом в рамках исполнения им обязанностей налогового агента, не соответствуют перечисленным условиям: не являются частью ЦФУ, налогоплательщиком по ним является правообладатель, а не декларант, объектом налогообложения является не ввоз товаров, а передача прав на объекты интеллектуальной собственности (результаты интеллектуальной деятельности) на территории Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 статьи 146, подпункт 4 пункта 1 статьи 148 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), соответственно, уплачиваются указанные суммы НДС не в связи с ввозом товаров, а в связи с передачей, предоставлением патентов, лицензий, торговых марок, авторских прав или иных аналогичных прав.

По результатам повторного рассмотрения заявления ООО «Пума-Рус» решением Арбитражного суда города Москвы от 02.05.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого апелляционного арбитражного суда от 20.07.2023, в удовлетворении требований Общества отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО «Пума-Рус» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит решение от 02.05.2023 и постановление от  20.07.2023 отменить, принять новый судебный акт, которым признать недействительными обжалуемые решения.

Кассационная жалоба мотивирована тем, что при принятии судебных актов суды первой и апелляционной инстанций неправильно применили нормы материального права, нарушили нормы процессуального права, не выяснили все обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы, изложенные в решении и постановлении,  не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

В заседании суда кассационной инстанции представители ООО «Пума-Рус» поддержали доводы, изложенные в жалобе.

Представители Центрального таможенного управления возражали против удовлетворения жалобы по доводам, изложенным в отзыве.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел  к выводу об отсутствии оснований для отмены решения и постановления, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении дела по существу, Управлением в отношении Общества проведена камеральная таможенная проверка (акт от 30.09.2021 № 10100000/210/300921/А000040), по результатам которой установлены факты нарушения Обществом права Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) и законодательства Российской Федерации в сфере таможенного регулирования, влекущие за собой изменение размера исчисленных и (или) подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов, вследствие не включения Обществом в таможенную стоимость задекларированных товаров дополнительных начислений, предусмотренных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, а именно: 1) сумм роялти, уплаченных Обществом иностранному сублицензиару в соответствии с пунктом 4.2.2 лицензионного договора, относящихся к ввезенным товарам; 2) части сумм роялти по лицензионному договору, уплаченных Обществом в соответствии с пунктами 4.2.1, 4.2.2 лицензионного договора за сублицензиара в виде НДС - налоговый агент.

Сумма доначисленных и взысканных таможенных платежей по результатам таможенного контроля составила 27 665,19 тыс. рублей (без учета пеней).

По результатам повторного рассмотрения дела, выполнив указания суда кассационной инстанции, приведенные в постановлении от 15.02.2023, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьями 38, 39, 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, рекомендациями Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации (ВТамО), принятых в соответствии с пунктом 2 статьи 18 Соглашения (Рекомендуемые мнения 4.3 и 4.7, 4.11 и 4.12), решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20.12.2012 № 283 «О применении метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1)», «Положением о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары» (Рекомендация Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20), пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», правовыми позициями  Верховного Суда Российской Федерации (определения Судебной коллегии по экономическим спорам от 02.12.2022 № 310-ЭС22-8937 по делу № А09-1129/2021, от 02.12.2022 № 310-ЭС22-9639 по делу № А09-1751/2021), положениями лицензионного договора от 09.06.2000, внешнеторговых контрактов от 30.10.2004 № 978-30/10/2004, от 10.04.2015 № 643-10/04/2015, заключенных Обществом с  фирмой «Austria Puma Dassler Ges.mbH» (Австрия) пришли к правильному и соответствующему фактическим обстоятельствам дела выводу о том, лицензионные платежи, уплаченные в соответствии с пунктом 4.2.2 лицензионного договора вопреки доводам Общества относятся к ввозимым товарам, их уплата является условием продажи товаров для целей их ввоза на территорию ЕАЭС, в связи с чем они подлежат включению в таможенную стоимость ввозимых товаров.

Судами было обоснованно учтено, что правообладателем знака PUMA является фирма ФИО5 Дасслер спорт, Германия (далее - ПУМА-Германия), которая по лицензионному соглашению от 23.11.1993 б/н (далее - лицензионное соглашение) передала ПУМА-Австрия права производить или доверять третьим лицам производить и продавать лицензионные изделия, снабжать их знаком ПУМА, упаковывать в соответствующую упаковку и продавать упакованные таким образом товары, использовать указанный знак в объявлениях, деловых бумагах и, в частности, при проведении рекламных мероприятий, а также имеет право на фирменное использование товарного знака ПУМА (пункты 2.1, 8, 9.1). За предоставленные права ПУМА-Австрия уплачивает ПУМА-Германия лицензионный сбор от отпускной нетто-цены товара в виде единой ставки размере 2% в 1993 году, 3% в 1994 году, 4% в 1995 году, 5% в 1996 году и последующих годах.

В свою очередь ПУМА-Австрия предоставляет Обществу следующие права использования товарного знака PUMA: применять товарные знаки на товаре и его упаковке, на сопроводительной и деловой документации, в рекламе, на фирменное использование товарных знаков, а также применять их в иной предпринимательской деятельности на территории Российской Федерации (пункты 1.1, 2.4 лицензионного договора).

Одновременно ПУМА-Австрия и ПУМА-Германия являются участниками Общества (89% и 11% уставного капитала соответственно). Таким образом, Общество, ПУМА-Австрия и ПУМА-Германия являются взаимосвязанными лицами в понятии, определенном статьей 37 ТК ЕАЭС.

Лицензионный договор заключен на основании лицензионного соглашения, его условия являются производными от условий лицензионного соглашения, установленных правообладателем (ПУМА-Германия) и не могут превышать его пределы. Выполнение этого условия, в частности, означает, что сублицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака не может быть заключен в отношении большего количества товарных знаков, классов товаров и услуг, большей территории, на которой предоставляется право использования товарного знака, и большего срока заключения договора, чем Лицензионный договор (пункт 3.2.2 Рекомендаций по вопросам проверки договоров о распоряжении исключительным правом на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, утвержденных приказом Роспатента от 29.12.2009 № 186).

При введении лицензионных товаров в гражданский оборот на территории Российской Федерации, начиная от приобретения, последующего ввоза и до реализации товаров конечным потребителям, Обществом используется непрерывно и в совокупности весь объем прав, предусмотренный Лицензионным договором.

Относительно уплаты Обществом лицензионных платежей ПУМА- Австрия по лицензионному договору судами было установлено, что первоначально размер лицензионного вознаграждения по лицензионному договору представлял собой единую ставку роялти от товарооборота (до 03.01.2003 - 20% месячного товарооборота (без НДС), с 03.01.2003 - 5% от достигнутого товарооборота + НДС - налоговый агент). 

Впоследствии размер лицензионного вознаграждения по лицензионному договору изменен дополнительным соглашением от 24.12.2007 и дифференцирован в зависимости от вида предпринимательской деятельности, при осуществлении которой используется в предоставленном объеме права использования товарного знака PUMA, и разделен на две части: 

- часть 1 - за право использования товарного знака PUMA при осуществлении предпринимательской деятельности, связанной с приобретением товаров для реализации в Российской Федерации, включено в цену товара и составляет 3,25 руб. за 1 (единицу) товара + НДС-налоговый агент (пункт 4.2.1 Лицензионного договора);

- часть 2 - за право использования товарного знака PUMA в иной предпринимательской деятельности, за исключением деятельности, связанной с приобретением товаров для реализации в Российской Федерации, составляет 2% месячного товарооборота Общества (нетто-продажи) + НДС - налоговый агент (пункт 4.2.2 Лицензионного договора).

Таким образом, судами установлено, что использование товарных знаков в предпринимательской деятельности, платежи за которые уплачиваются в соответствии с пунктом 4.2.2 Лицензионного договора (в ред. от 01.12.2015), начинается Обществом до ввоза товаров на таможенную территорию ЕАЭС.

Общество, приобретая товары с товарным знаком PUMA в соответствии с заключенными с ПУМА-Австрия внешнеторговыми контрактами, уплачивая лицензионное вознаграждение ПУМА-Австрия за приобретение товаров для реализации в Российской Федерации в соответствии с пунктом 4.2.1. лицензионного договора, впоследствии осуществляет ввоз товаров с товарным знаком PUMA в Российскую Федерацию, т.е. в рамках предоставленных полномочий в соответствии с лицензионным договором использует товарный знак PUMA в своей предпринимательской деятельности, уплачивая ПУМА-Австрия соответствующие лицензионные платежи по пункту 4.2.2. лицензионного договора.

При этом в соответствии с пунктом 2.3 дополнительного соглашения от 01.07.2011 № 13 к внешнеторговому контракту № 978-30/10/2004, пунктом 2.3 Внешнеторгового контракта № 643-10/04/2015, право собственности на товары переходит к Обществу в момент выставления ПУМА-Австрия счета на эти товары (до их ввоза на территорию ЕАЭС).

Таким образом, в момент приобретения товаров с товарным знаком PUMA, т.е. в момент перехода права собственности на товары от фирмы ПУМА-Австрия к Обществу, реализуется право использования Обществом товарного знака PUMA, за которое предусмотрены лицензионные платежи пунктом 4.2.1 лицензионного договора. Далее, с учетом отсутствия в лицензионном договоре позиционного выделения прав Обществом используется в общем объеме предоставленных прав во всех остальных своих элементах предпринимательской деятельности право использования товарного знака PUMA при введении данных товаров в гражданский оборот на территории Российской Федерации, начиная от ввоза и заканчивая доведением товаров до конечного потребителя, за что и уплачиваются лицензионные платежи по пункту 4.2.2 лицензионного договора.

Таким образом, исходя из положений лицензионного договора, а также установленных при проведении таможенной проверки и рассмотрении дела обстоятельств, Обществом, при введении лицензионных товаров в гражданский оборот на территории Российской Федерации, начиная от приобретения и последующего ввоза до реализации товаров конечным потребителям, используется непрерывно и в совокупности весь объем прав, предусмотренный лицензионным договором, только при условии полной уплаты предусмотренных пунктами 4.2.1 и 4.2.2 лицензионного договора лицензионных платежей (соблюдение условия 1 и условия 2).

1) в первоначальных редакциях лицензионного договора (до разделения платежей на 2 части) лицензионные платежи подлежали уплате по единой ставке в процентах от товарооборота (пункт 4.2) и исключительно в отношении товаров (пункт 4.5 «Платежи в пользу лицензиара производятся в течение срока действия настоящего договора в отношении товаров производимых/или реализуемых Лицензиатом по товарным знаком, зарегистрированным согласно указанных в пункте 1 свидетельств»);

2) права на использование товарного знака PUMA Обществу предоставлены только по перечню товаров, приведенному в международных регистрациях по свидетельствам № 480708, R437626, R426712 (пункт 1.1 лицензионного договора);

3) уплата лицензионных платежей и по пунктам 4.2.1 и 4.2.2 (в совокупности) осуществляется также за использование товарных знаков по свидетельствам № 480708, R437626, R426712;

4) международная регистрация товарного знака PUMA по указанным Свидетельствам осуществлена только в отношении товаров в соответствии с классами МКТУ 18, 25, 28. Регистрация товарного знака PUMA в соответствии покупатель работ (услуг) осуществляет деятельность на территории Российской Федерации.

При проведении таможенной проверки таможенным органом установлено и материалами судебного дела подтверждено, что уплата сумм лицензионных платежей, предусмотренных пунктами 4.2.1 и 4.2.2 лицензионного договора, осуществлялась Обществом следующим образом:

- по пункту 4.2.1 - двумя платежами: сумма роялти в размере 3,25 руб. за единицу лицензионного товара, включенная ПУМА-Австрия в стоимость каждой единицы Лицензионных товаров, считалась оплаченной в момент перечисления Обществом денежных средств за лицензионные товары + сумма роялти в виде НДС, подлежащая уплате ПУМА-Австрия в бюджет Российской Федерации, перечислялась Обществом как налоговым агентом в отдельном порядке;

- по пункту 4.2.2 - двумя платежами: сумма роялти размере 2% месячного товарооборота Общества (нетто-продажи) перечислялась Обществом ПУМА-Австрия ежемесячно + сумма роялти в виде НДС, подлежащая уплате ПУМА-Австрия в бюджет Российской Федерации, перечислялась Обществом как налоговым агентом в отдельном порядке.

Согласно информации, представленной Обществом в ходе таможенного контроля (письмо от 07.09.2021 № 0709) в отдельном порядке на счет Общества не поступали денежные средства от ПУМА-Австрия в размере исчисленных в соответствии с Лицензионным договором сумм НДС для их последующего перечисления в бюджет Российской Федерации.

Таким образом, по условиям лицензионного договора (пункты 4.2.1 и 4.2.2) часть лицензионных платежей в виде сумм НДС входили в цену сделки Общество, удержав их у лицензиара, и перечислив в бюджет Российской Федерации, выполнило свои обязанности налогового агента.

При решении вопроса о необходимости включения в таможенную стоимость товаров сумм НДС, исчисленных, удержанных и уплаченных в рамках исполнения обязанностей налогового агента в отношении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти), начисленных в пользу иностранного лица, суды пришли к обоснованному выводу о том, что подлежат применению положения статьи 40 ТК ЕАЭС.

Поскольку отсутствуют основания для включения в состав разрешенных вычетов из ЦФУ сумм НДС, исчисленных, удержанных и уплаченных из начисленных в пользу правообладателя роялти в рамках исполнения декларантом обязанностей налогового агента (пункты 1 и 2 статьи 161, пункт 4 статьи 174 НК РФ), НДС, удержанный налоговым агентом, подлежит включению в таможенную стоимость товаров в составе дополнительных начислений к ЦФУ в виде роялти.

Однако Обществом предусмотренные пунктами 4.2.1 и 4.2.2 лицензионного договора совокупные суммы лицензионного вознаграждения были включены в таможенную стоимость товаров не в полном размере, а именно: часть лицензионного платежа в размере исполненного обязательства налогового агента по уплате НДС Обществом не заявлялась при таможенном декларировании товаров в графе 15 ДТС-1.

Таким образом, Общество в нарушение вышеуказанных положений ТК ЕАЭС при таможенном декларировании товаров в ДТ заявило недостоверные сведения о дополнительных начислениях к цене товара в соответствии с пунктами 4.2.1 и 4.2.2 лицензионного договора, предусмотренных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, что привело к занижению таможенной стоимости лицензионных товаров и, соответственно, к неверному исчислению таможенных пошлин, налогов.

С учетом установленных по делу обстоятельств, положений права ЕАЭС и налогового законодательства Российской Федерации, суды обоснованно согласились с выводами таможенного органа о необходимости включения в таможенную стоимость товаров части сумм роялти по лицензионному договору, уплаченной Обществом за лицензиара в виде НДС, удержанного в качестве налогового агента.

Подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при определении таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ними к ЦФУ добавляются роялти, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС, в размере, не включенном в ЦФУ (дополнительные начисления к ЦФУ в виде роялти).

Согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя расходы в виде пошлин, налогов и сборов, уплачиваемых в связи с ввозом товаров на таможенную территорию ЕАЭС или продажей ввозимых товаров на таможенной территории ЕАЭС при условии, что они выделены из ЦФУ, заявлены декларантом и подтверждены им документально (разрешенные вычеты из цены).

Таким образом, для включения предусмотренных подпунктом 3 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС расходов в состав разрешенных вычетов из ЦФУ, указанные расходы должны быть частью ЦФУ, они должны быть понесены декларантом в виде пошлин, налогов и сборов, уплачиваемых в связи с ввозом товаров на таможенную территорию ЕАЭС.

При этом суммы НДС, исчисленные, удержанные и уплаченные декларантом в рамках исполнения им обязанностей налогового агента, не соответствуют перечисленным условиям: не являются частью ЦФУ:

- налогоплательщиком по ним является правообладатель, а не декларант;

- объектом налогообложения является не ввоз товаров, а передача прав на объекты интеллектуальной собственности (результаты интеллектуальной деятельности) на территории Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 статьи 146, подпункт 4 пункта 1 статьи 148 НК РФ).

Соответственно, уплачиваются указанные суммы НДС не в связи с ввозом товаров, а в связи с передачей, предоставлением патентов, лицензий, торговых марок, авторских прав или иных аналогичных прав.

Поскольку отсутствуют основания для включения в состав разрешенных вычетов из ЦФУ сумм НДС, исчисленных, удержанных и уплаченных из начисленных в пользу правообладателя роялти в рамках исполнения декларантом обязанностей налогового агента (пункты 1 и 2 статьи 161, пункт 4 статьи 174 НК РФ), НДС, удержанный налоговым агентом, подлежит включению в таможенную стоимость товаров в составе дополнительных начислений к ЦФУ в виде роялти.

Статьей 38 ТК ЕАЭС определено, что положения главы 5 ТК ЕАЭС, касающиеся определения таможенной стоимости товаров, основаны на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994) и Соглашением по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (далее - Соглашение).

В соответствии с абзацем третьим пункта 7 постановления постановление Пленума ВС РФ N 49 при отсутствии в актах таможенного регулирования положений по отдельным вопросам оценки товаров в таможенных целях, их недостаточной полноте или определенности суды могут учитывать консультативные заключения, информацию и рекомендации ВТамО, принимаемые в соответствии с пунктом 2 статьи 18 Соглашения.

Вопрос, касающийся включения в состав дополнительных начислений к ЦФУ в виде роялти сумм налогов, подлежащих удержанию декларантом при выполнении им обязанностей налогового агента, дважды рассматривался Техническим комитетом по таможенной оценке ВТамО (Рекомендуемые мнения 4.16 и 4.18).

В указанных рекомендуемых мнениях Техническим комитетом по таможенной оценке ВТамО сделан вывод о необходимости включения в состав дополнительных начислений к ЦФУ в виде роялти полной суммы роялти, начисленной в пользу правообладателя, то есть с учетом сумм налогов, подлежащих удержанию налоговым агентом в стране ввоза товаров.

С учетом изложенного суды пришли к правомерному выводу о том, что при определении в соответствии с пунктами 9, 10, 11 статьи 38, пунктами 1, 3 статьи 39, подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС таможенной стоимости товаров в нее должны включаться общие/полные суммы роялти с учетом сумм НДС и налога на прибыль, исчисляемых и удерживаемых лицензиатом, который в соответствии со статьей 161 НК РФ выполняет обязанности налогового агента, а не фактически перечисленные лицензиарам суммы роялти.

Поскольку Обществом предусмотренные пунктами 4.2.1 и 4.2.2 Лицензионного договора совокупные суммы лицензионного вознаграждения были включены в таможенную стоимость товаров не в полном размере, а именно: часть лицензионного платежа в размере исполненного обязательства налогового агента по уплате НДС Обществом не заявлялась при таможенном декларировании товаров в графе 15 ДТС-1. Следовательно, Общество в нарушение вышеуказанных положений ТК ЕАЭС при таможенном декларировании товаров в ДТ заявило недостоверные сведения о дополнительных начислениях к цене товара в соответствии с пунктами 4.2.1 и 4.2.2 Лицензионного договора, предусмотренных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, что привело к занижению таможенной стоимости лицензионных товаров и неверному исчислению таможенных пошлин, налогов.

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу о том, что принятые Управлением по результатам камеральной таможенной проверки по акту № 10100000/210/300921/А000040 решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары (ДТ) от 23.11.2021, 25.11.2021, 26.11.2021, 29.11.201, 30.11.2021, 01.12.2021, 10.12.2021 соответствуют требованиям законодательства, статьям 38, 39, 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, статьям 146, 148, 164 Налогового кодекса Российской Федерации, правовому подходу Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации (Рекомендуемые мнения 4.16 и 4.18), разъяснениям Минфина России, данным в письмах от 19.11.2015 № 03-10-08/66933, от 04.08.2016 №  03-10-11/45719) и признанию недействительными не подлежат.

Учитывая вышеизложенное, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом кассационной инстанции, однако они подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, приведенные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. 

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При повторном рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов суды первой и апелляционной инстанций установили все существенные для дела обстоятельства и дали им надлежащую правовую оценку, выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу в их совокупности и взаимной связи друг с другом, в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, нормы материального права применены правильно.

Поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам, а нормы материального и процессуального права применены правильно, оснований для отмены принятых по делу судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы у суда кассационной инстанции не имеется. Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 02.05.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023 по делу № А40-33892/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Пума-Рус» – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                             А.Н. Нагорная  

Судьи:                                                                                                        О.В. Анциферова  

                                                                                                          О.В. Каменская