АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А63-20135/2021

г. Ставрополь

13 февраля 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 06 февраля 2023 года

    Решение изготовлено в полном объеме 13 февраля 2023 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Ермиловой Ю.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев заявление общества с ограниченной ответственностью «Фобос», г. Буденновск, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 6 по Ставропольскому краю, г. Буденновск, с привлечением в качестве заинтересованного лица Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 14 по Ставропольскому краю, г. Ставрополь,

о признании незаконным решения от 19.03.2021 № 1869 о привлечении к ответственности,

при участии от заинтересованного лица представителя ФИО2 по доверенности от 25.05.2022 № 5, представителя ФИО3 по доверенности от 14.07.2022 № 17, начальника выездных проверок ФИО4 по доверенности от 09.02.2022 № 1, представителя заявителя ФИО5 по доверенности от 25.05.2022 № 5,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Фобос» (далее – заявитель, общество, налогоплательщик, ООО «Фобос») обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 6 по Ставропольскому краю (далее – заинтересованное лицо, Межрайонная инспекция, налоговый орган) о признании незаконным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 19.03.2021 № 1869. 

Требования заявителя мотивированны тем, что выводы налогового органа об использовании заявителем схемы для получения необоснованной налоговой экономии путем дробления бизнеса с целью регулирования размера дохода от реализации между подконтрольными индивидуальными предпринимателями, являются необоснованными; осуществляя финансово-хозяйственную деятельность, общество уплачивает налоги в полном объеме на основании бухгалтерского и налогового учета; ООО «Фобос», ООО «Стройторг», ИП ФИО6., ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО8, ИП ФИО9 являются взаимозависимыми лицами, однако, сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не может служить основанием для консолидации их доходов и для вменения обязанности по уплате налогов ООО «Фобос», если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность; ООО «Фобос» и указанная группа лиц зарегистрированы в соответствии с законодательством Российской Федерации в разные периоды времени, все взаимозависимые лица ведут самостоятельную деятельность, которая не является частью единого производственного процесса и работает независимо друг от друга, что подтверждает деловую цель каждого взаимозависимого лица, которая выражается в расширении рынка сбыта путем привлечения покупателей, применяющих общую систему налогообложения (заинтересованы в наличии в цене товара НДС) и покупателей розничных торговых сетей (не заинтересованы в наличии НДС в цене товара), в результате розничные покупатели могут сотрудничать с компаниями применяющими специальные налоговые режимы; все взаимозависимые лица имеют расчетные счета в разных банках, у всех взаимозависимых лиц имеются собственные трудовые ресурсы для осуществления хозяйственных операций, характерные для самостоятельного субъекта предпринимательской деятельности; контрагенты компаний не пересекались друг с другом; по сделкам внутри группы потери бюджета по НДС отсутствовали. При этом у директора ООО «Фобос» нет доверенности на распоряжение расчетными счетами ООО «Стройторг», ИП ФИО6., ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО8, все взаимозависимые лица распоряжались своими расчетными счетами самостоятельно; налоговым органом сделаны ошибочные выводы о том, что участники группы бизнеса наделены функциями представительства по отношению к друг другу; доверенное лицо ФИО10 не являлась сотрудником указанных взаимозависимых лиц, а привлекалась к сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности по договорам оказания бухгалтерских услуг; ведение бухгалтерского учета осуществлялось разными бухгалтерами, в разных офисных помещениях, по разным юридическим адресам, у каждого ИП были свои складские помещения; Межрайонной инспекцией не учтено, что выручка каждого ИП не достигала даже половины от порога при применении УСН, в связи с чем, умысла в дроблении бизнеса не было, так как каждый работал самостоятельно и получал свои доходы не зависимо друг от друга.

Налоговый орган с заявлением не согласился, представив в суд мотивированный отзыв, согласно которому указал, что изложенные в оспариваемом решении выводы о дроблении бизнеса, повлекшем необоснованное сокращение налоговых поступлений в бюджет, основаны на совокупности доказательств, отраженных в оспариваемом решении.

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 14 по Ставропольскому краю обратилась в суд с заявлением о привлечении ее к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, поскольку согласно Положению к полномочиям инспекции, в том числе относится: реализация положений статей 46, 69, 70, 76, 47, 47, 48, 77 Налогового кодекса РФ по взысканию налогов, сборов, страховых взносов, пеней, штрафов в отношении юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и физических лиц на всей территории Ставропольского края; участие в мероприятиях налогового контроля, направленных на обеспечение полноты поступления денежных средств в бюджет по суммам, доначисленных в рамках мероприятий налогового контроля, а также осуществление процессуальных действий в отношении принятых судом обеспечительных мер, заявление встречного обеспечения; осуществление полномочий по применению обеспечительных мер для исполнения обязанности по уплате обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации в соответствии со статьями 73, 74, 74.1 (в части изменения сроков уплаты обязательных платежей), 76 (в части обеспечения исполнения решения о взыскании), 77 и подпунктов 10-13 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации. При этом указав, что в настоящее время исполняет требование № 67627 от 07.12.2021 об уплате налога, пени, налоговых санкций, выставленное на основании оспариваемого решения.

При таких обстоятельствах суд с согласия заявителя и заинтересованного лица посчитал необходимым привлечь Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы России                 № 14 по Ставропольскому краю к участию в деле в качестве заинтересованного лица.  

Определением от 14.03.2022 суд привлек Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 14 по Ставропольскому краю к участию в деле в качестве заинтересованного лица.

Заслушав мнение сторон по делу, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд находит подлежащими удовлетворению требования заявителя в связи со следующим. 

ООО «Фобос» зарегистрировано 01.06.2006, применяет основную систему налогообложения по виду деятельности «Торговля розничная металлическими и неметаллическими конструкциями в специализированных магазинах». 

Межрайонной инспекцией с 30.09.2019 по 20.03.2020 проведена выездная налоговая проверка по вопросу соблюдения ООО «Фобос» законодательства о налогах и сборах за период с 01.01.2016 по 31.12.2018, по результатам которой составлен акт налоговой проверки от 16.10.2019 № 22.

По итогам рассмотрения акта материалов налоговой проверки от 09.07.2020 № 1869, письменных возражений заявителя, дополнений к письменным возражениям, дополнений к акту налоговой проверки, материалов дополнительных мероприятий налогового контроля, возражения заявителя на дополнение к акту, налоговым   органом   принято   решение   от    19.03 2021    №  1869 о  привлечении  к ответственности за совершение налогового  правонарушения, которым ООО «Фобос» доначислены налоги в сумме 78 577 345,00 руб. (налог на прибыль в сумме 10 047 270 руб., НДС в сумме 66 000 522,00 руб.), пени в сумме 25 855 576,66 руб.,  и штраф в соответствии с пунктом 3 статьи 122 НК РФ в сумме 13 125 671,00 руб., всего доначислено               117 558 592,66 руб.  Также в оспариваемом решении указано об исчислении обществом в соответствующих отчетных периодах налога на прибыль организаций в завышенном размере в общей сумме 2 529 554 руб.

Не согласившись с указанным решением налогового органа, заявитель в соответствии с главой 19 Налогового кодекса, обратился с апелляционной жалобой в Управление Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю (далее – Управление), указав на необоснованность доначисления спорных сумм налогов, пеней и штрафов. 

Решением Управления № 08-19/027939(2) от 24.11.2021 апелляционная жалоба ООО «Фобос» от 23.04.2021 № 102 и дополнений к ней от 02.08.2021 № 299, от 20.08.2021 № 346, от 03.09.2021 № 358 оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с принятым решением налогового органа, общество обратилось с заявлением в Арбитражный суд Ставропольского края.

В ходе выездной налоговой проверки инспекцией установлены действия налогоплательщика, выразившиеся в искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов) и свидетельствующие об использовании ООО «Фобос», находящемся на общей системе налогообложения, схемы дробления бизнеса, повлекшей необоснованное сокращение налоговых поступлений в бюджет в результате переноса части доходов на взаимозависимых и подконтрольны    индивидуальных    предпринимателей,    применяющих    упрощенную    систему  налогообложения (УСН):  ИП ФИО6.. ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО8,                 ИП ФИО9, при сохранении у каждого из них права на применение специального налогового режима, с целью искусственной минимизации налоговых обязательств и уклонения от уплаты налогов по общей системе налогообложения ООО «Фобос».

Выводы о применении ООО «Фобос» неправомерной схемы дробления бизнеса, повлекшей необоснованное сокращение налоговых поступлений в бюджет, налоговым органом сделаны из того, что руководитель и учредитель ООО «ФОБОС» ФИО6, ИП ФИО6, ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО8, ИП ФИО9 являются в соответствии со статьей 105.1 НК РФ взаимозависимыми, подконтрольными лицами. При этом ФИО6, ФИО9, ФИО7. ФИО8 в 2016 - 2017 годах являлись работниками ООО «Фобос», занятыми на должностях, связанных, в том числе, с осуществлением контроля за движением товара, реализуемого обществом. В связи с чем, по мнению налогового органа, нахождение данных лиц в трудовых отношениях с ООО «Фобос» свидетельствует об их непосредственной подчиненности и подконтрольности обществу. Налоговый орган считает, что ФИО8, ФИО8, ФИО7, ФИО9 наделены ФИО6 функциями представительства от имени ООО «Фобос».

Как указывается в решении налогового органа, в проверяемом периоде участники схемы дробления бизнеса применяют следующие режимы налогообложения: ООО «Фобос» - ОСНО; ИП ФИО6. - УСН (доходы - расходы); ИП ФИО7 - УСН (доходы - расходы); ИП ФИО8 - УСН (доходы - расходы); ИП ФИО8 - УСН (доходы - расходы); ИП ФИО9 - УСН (доходы - расходы).

Налоговый орган считает, что создание (введение) очередного участника «раздробленного» бизнеса происходило при приближении предыдущих участников к «порогу», ограничивающему применение специального налогового режима (УСН), между которыми распределяются работники, торговые объекты, иные активы и, как следствие, доходы, если один из предыдущих превысил или приблизился к ограничительному пределу для применения специального налогового режима. По мнению инспекции, в проверяемом периоде общество и ИП ФИО6. и ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО8, ИП ФИО9 фактически осуществляли деятельность по одним адресам местонахождения (территории). Участники схемы осуществляют идентичный вид деятельности: торговлю автомобильными деталями, узлами и принадлежностями, розничную торговлю металлическими и неметаллическими конструкциями. При анализе представленных документов выявлены общие поставщики товаров, договоры с которыми заключены на одинаковых условиях, зачастую подписаны одним и тем же лицом, товары приобретаются с идентичными характеристиками. В проверяемом периоде участники схемы дробления бизнеса имели общие номера телефонов, IP-адреса, адрес электронной почты (логин), установлено наличие в документах ИП одинаковых контактных данных. В результате мероприятий налогового контроля установлено, что представление бухгалтерской и налоговой отчетности индивидуальных предпринимателей ФИО7, ФИО8, ФИО8, ФИО9 и ФИО6. осуществлялось одним уполномоченным представителем - ФИО10, а также установлено ведение бухгалтерского и налогового учета лицами, выполняющими функции бухгалтера у ряда участников схемы: ФИО11 - ООО «Стройторг», ИП ФИО6., ИП ФИО8, ИП ФИО8; ФИО12 - ООО «Стройторг», ИП ФИО6., ИП ФИО8, ИП ФИО8; ФИО13 - ООО «Фобос», ФИО14 - ИП ФИО7, ИП ФИО9

Межрайонной инспекцией установлено, что ООО «Фобос, ООО «Стройторг», ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО6., ИП ФИО8, ИП ФИО9 имели общий персонал. Трудовые книжки сотрудников ООО «Фобос», ИП ФИО7, ИП ФИО9 хранились   централизованно   в   отделе   кадров ООО «Фобос», трудовые книжки сотрудников ООО «Стройторг», ИП ФИО6.. ИП ФИО8 ИП ФИО8 хранились в бухгалтерии по месту нахождения имущества ФИО6 Заработная плата сотрудникам ООО «Фобос». ИП ФИО7, ИП ФИО9 выплачивалась одним кассиром ФИО11 по месту нахождения ООО «Фобос». Заработная плата сотрудникам ООО «Стройторг», ИП ФИО6., ИП ФИО8, ИП ФИО8 выплачивалась одним бухгалтером по месту нахождения ООО «Стройторг». ФИО8 получала заработную плату у ИП ФИО8 При этом ФИО8 работал в ООО «Стройторг». Главный бухгалтер и единственный сотрудник с апреля 2017 года ИП ФИО6. ФИО12 являлась бухгалтером ООО «Стройторг» (сведения по форме 2-НДФЛ). Она же подписывала акты сверки от имени ФИО8 за 2017-2018 годы с ООО «Магна», ООО «Вог-Юг», ИП ФИО15. ООО «Мир керамики-КМВ», ООО «Базис-Юг». ООО «Марс», ОАО «КПП Кировский». Доставка и приемка товаров осуществлялась работниками ООО «Фобос» независимо от того, кто являлся покупателем поступившего товара. Согласно ТТН и УПД товар завозился в один день на территорию ООО «Фобос» и выгружался на склады по видам продукции, а не по его покупателям. От имени ООО «Фобос». ИП ФИО7, ИП ФИО9 получали товар одни и те же кладовщики. ККТ общества использовалось лицами, которые не находятся в трудовых отношениях с обществом: работники, состоящие в трудовых отношениях с предпринимателями, входящими в группу бизнеса, использовали кассовый аппарат ООО «Фобос» и, следовательно, фактически осуществляли трудовые функции в отношении ООО «Фобос», без какого-либо документального обоснования, что свидетельствует о руководстве кадровым составом со стороны руководителя ООО «Фобос» ФИО6., и распределении им трудовых ресурсов внутри группы бизнеса. Анализом фискальных отчетов кассовых аппаратов, расчетных счетов участников группы бизнеса, счета 50 «Касса» 000 «Фобос» установлен факт внесения на расчетный счет в банк выручки в большем объеме, чем поступило по кассе. Данное обстоятельство, свидетельствует об аккумулировании выручки в группе бизнеса ООО «Фобос», распределении денежных средств по участникам группы с учетом необходимых затрат и дальнейшая сдача денежных средств в банк. По мнению налогового органа, вышеизложенные обстоятельства указывают на единое управление всеми взаимозависимыми предпринимателями руководителем ООО «Фобос» - ФИО6.

Рассматривая настоящее дело, суд исходит из следующего. 

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 4 постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) разъяснил, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано. Дробление бизнеса рассматривается как способ получения необоснованной налоговой выгоды, если производится исключительно для уменьшения налоговой нагрузки, а не в целях ведения предпринимательской деятельности.

В силу пункта 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности достоверны.

Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.07.2017 № 1440-О отмечал, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями. Данная правовая позиция неоднократно подтверждалась Конституционным Судом Российской Федерации применительно к уплате различных налогов и сборов (Постановление от 3 июня 2014 года № 17-П, Определение от 7 июня 2011 года № 805-О-О и др.).

В постановлении от 16 июля 2004 года № 14-П Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что в силу конституционного требования о необходимости уплаты только законно установленных налогов и сборов во взаимосвязи с предписаниями статей 15 и 18 Конституции Российской Федерации механизм налогообложения должен не только обеспечивать полноту и своевременность взимания налогов и сборов с обязанных лиц, но и одновременно - надлежащий правовой характер деятельности уполномоченных органов и должностных лиц, связанной с изъятием средств налогообложения.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 № 305-ЭС21-18005 следует, что подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях, указанные в пунктах 2 - 4 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ, которым часть первая НК РФ дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика.

Положения статьи 54.1 Кодекса направлены на противодействие налоговым злоупотреблениям и получению необоснованной налоговой выгоды за счет причинения ущерба бюджетам публично-правовых образований в результате неуплаты сумм обязательных платежей, которые должны были быть уплачены, если бы злоупотреблений не было.

Таким образом, основанием для признания налоговой выгоды необоснованной является выявление по результатам налогового контроля налоговой экономии, полученной в результате злоупотреблений со стороны налогоплательщика.

При этом выявление необоснованной налоговой выгоды не предполагает определения налоговой обязанности в относительно более высоком размере, что, по сути, означало бы применение санкции, а может служить основанием для доначисления суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, таким образом, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, то есть в таком случае необходимо проведение налоговой реконструкции (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021                № 309-ЭС20-23981, от 05.04.2018 № 305-КГ17-20231, от 06.03.2018 № 304-КГ17-8961, от 30.09.2019 № 307-ЭС19-8085, от 28.10.2019 № 305-ЭС19-9789 и др.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

Из положений пунктов 1 и 2 статьи 153 Кодекса следует, что налоговая база при реализации товаров (работ, услуг) определяется налогоплательщиком в соответствии с главой 21 Кодекса в зависимости от особенностей реализации произведенных им или приобретенных товаров (работ, услуг).

В пункте 1 статьи 247 Кодекса установлено, что объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях главы 25 Кодекса признается для российских организаций, не являющихся участниками консолидированной группы налогоплательщиков, - полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с настоящей главой.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 249 Кодекса в целях главы 25 Кодекса доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. При этом выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах. В зависимости от выбранного налогоплательщиком метода признания доходов и расходов поступления, связанные с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, признаются для целей настоящей главы в соответствии со статьей 271 или статьей 273 Кодекса.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 346.11 Кодекса применение упрощенной системы налогообложения (далее - УСН) организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций, налога на имущество организаций. Организации, применяющие УСН, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость. Иные налоги, сборы и страховые взносы уплачиваются организациями, применяющими УСН, в соответствии с законодательством о налогах и сборах.

Согласно правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 1 Постановление № 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Вышеназванный подход, выработанный в судебной практике, по существу, не был изменен федеральным законодателем, определившим пределы осуществления прав налогоплательщиками в статье 54.1 Кодекса (введена Федеральным законом от 18.07.2017 № 163-ФЗ), по смыслу пункта 1 которой налогоплательщик отвечает за искажения сведений о фактах хозяйственной деятельности (совокупности таких фактов), в которых он участвовал.

Как указывают налоговые органы, положения статьи 54.1 НК РФ содержат новые легальные требования к налогоплательщикам, в число которых входят, во-первых, недопустимость уменьшения налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности, а во-вторых, недопустимость направленности совершаемых сделок исключительно на уклонение от уплаты налогов и (или) получения права на зачет (возврат) суммы налога из бюджета в результате их исполнения иными лицами нежели те, что заявлены в подтверждающих документах в качестве фактических исполнителей.

По мнению налоговых органов, являясь законодательной новеллой, нормы статьи 54.1 НК РФ не могут быть нивелированы или же истолкованы на основании ранее сформированной арбитражной судебной практики, трактующей вопросы, связанные с получением необоснованной налоговой выгоды.

Также налоговые органы полагают, что характерным примером искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика, является создание схемы дробления бизнеса, направленной на неправомерное применение специальных режимов налогообложения.

К числу специальных налоговых режимов в проверяемый период относились, в частности, упрощенная система налогообложения (глава 26.2 НК РФ).

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 346.11 НК РФ применение упрощенной системы налогообложения (далее - УСН) организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций, налога на имущество организаций. Организации, применяющие УСН, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость. Иные налоги, сборы и страховые взносы уплачиваются организациями, применяющими УСН, в соответствии с законодательством о налогах и сборах.

Из оспариваемого решения следует, что доначисление обществу указанных выше сумм налога на добавленную стоимость, налога на прибыль организаций опирается на выводы налогового органа об использовании заявителем схемы дробления бизнеса с целью минимизации своих налоговых обязательств.

В силу части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые их приняли.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Статьей 20 НК РФ определены взаимозависимые лица для целей налогообложения. К ним могут относиться как физические, так и юридические лица. В соответствии с пунктом 3 статьи 20 НК РФ лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого признаны взаимозависимыми.

Материалами дела подтверждено и не опровергнуто заявителем, что в проверенном периоде ООО «Фобос» ООО «Стройторг», ИП ФИО6, ИП ФИО8, ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО9 являются взаимозависимыми лицами. Однако сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вменения обязанности по уплате налогов обществу, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность. Взаимозависимость не значит, что доверенные лица не могут вести самостоятельный бизнес и принимать независимые решения. Учреждать юридическое лицо и еще быть самому индивидуальным предпринимателем тоже не запрещено.

Рассматривая вмененные налоговым органом признаки согласованности действий ООО «Фобос» и индивидуальных предпринимателей, суд оценивает доказанность и состязательность доказательств, подтверждающих наличие (отсутствие) данных признаков. 

Материалами дела подтверждается, что ООО «Фобос» и указанная группа лиц зарегистрированы в соответствии с законодательством РФ в разные периоды времени.  

ООО «Фобос» зарегистрировано 11.01.2001, применяет ОСНО по виду деятельности «Торговля розничная металлическими и неметаллическими конструкциями в специализированных магазинах», «Торговля автомобильными деталями, узлами и принадлежностями», «Торговля оптовая прочими строительными материалами», «Торговля оптовая скобяными изделиями, водопроводным и отопительным оборудованием и принадлежностями». 

Согласно материалам проверки, в проверяемый период ООО «Фобос» осуществляло оптовую торговлю строительными материалами, используя собственные складские помещения по адресу: 

<

...>.

Инспекция установила, что территория склада, принадлежащего обществу, используется также предпринимателем ФИО9, приходящимся братом жены директора общества, и предпринимателем ФИО8, являющимся сыном директора ООО «Фобос». ИП ФИО9 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 02.09.2010. ИП ФИО6 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 17.09.2008. Указанные предприниматели также осуществляли торговлю строительными материалами, применяя упрощенную систему налогообложения (УСН). При этом ИП ФИО9 осуществляет розничную торговлю неметаллическими конструкциями, ИП ФИО6 осуществляет предпринимательскую деятельность по виду «аренда и управление собственным и арендованным имуществом». 

Материалами дела подтверждено, что по адресу 

<

...> фактически расположены складские помещения и административное здание. Собственник недвижимого имущества ООО «Фобос» осуществляет хранение товаров в складских помещениях, а также осуществляет оптовую торговлю металлопрокатом (трубы профильные и круглые, уголок, лист, швеллер, арматура и т.п.), кровельными материалами, кирпичом, цементом. В административном здании находится торговый отдел и касса, торговый зал по указанному адресу отсутствует.  

По указанному адресу договор аренды склада № 2 заключал ИП ФИО9 (с 01.01.2016 по 30.09.2018). Им осуществлялась узкопрофильная деятельность – розничная продажа товаров для навесов и кровель. 

Налоговым органом в суд представлен анализ взаимоотношений по аренде недвижимого имущества, согласно которому, что на участке по адресу 

<

...>, принадлежавшем с момента ввода в эксплуатацию (с 31.01.2007) ИП ФИО6, по которому с 30.09.2008 зарегистрирован ООО «Стройторг», с 09.01.2019 внесены изменения, директором являетсяя ФИО8 Впоследствии в 2020 году объекты по указанному адресу переданы в собственность ИП ФИО8  Индивидуальным предпринимателем ФИО8 по адресу 

<

...>, осуществлялась предпринимательская деятельность в 2017 и 2018 годах без законных на то оснований, так как там зарегистрирована ККТ. Одновременно ИП ФИО8 была работником ИП ФИО8, что подтверждено представленной в материалы дела справкой по форме 2-НДФЛ. ИП ФИО6 также осуществлял предпринимательскую деятельность по указанному адресу, а ФИО8 являлась его работником. Договор аренды, по мнению налогового органа, заключен формально.  

По адресу 

<

...> располагаются торговые залы, а по адресу 

<

...> – складские помещения, собственником которых является индивидуальный предприниматель ФИО6, деятельность которого связана с арендой и управлением собственными и арендованными помещениями. Иную деятельность ФИО6 не осуществлял. По указанным адресам недвижимое имущество передано в аренду ИП ФИО8 (зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 25.05.2010), который осуществлял розничную торговлю обоями, напольными покрытиями, коврами и ковровыми изделиями, мебелью. Формальность договоров аренды не доказана налоговым органом. Отсутствие платежей по расчетному счету общества не опровергает наличие арендных отношений. 

Кроме того, регистрация ККТ, принадлежащей ФИО8, по адресу ООО «Стройторг», является административным правонарушением, но никак не подтверждает наличие «схемы дробления» индивидуальными предпринимателями и ООО «Фобос» с получением необоснованной налоговой выгоды обществом. 

Каждый из участников семейного бизнеса осуществлял соответствующую предпринимательскую деятельность, нес расходы и получал доходы. При этом исчислял и уплачивал налоги. 

Заключение трудовых договоров между членами «группы предпринимателей» также не запрещено трудовым кодексом. Кроме того, с суммы выплаченных физическому лицу доходов уплачен НДФЛ. 

ФИО6 кроме того является собственником помещений по адресу 

<

...>, которые по договору аренды в период с 31.12.2017 по 30.12.2018 передал в пользование ИП. ФИО8 (зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 05.02.2016). В арендуемых помещениях ИП ФИО8 осуществляет розничную торговлю электрики, сантехники, лакокрасочных материалов и т.п. 

 Индивидуальным предпринимателем ФИО7 (зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 24.10.2011) в 2016-2017 годах осуществлялась деятельность по розничной продаже металлопроката с площадки с навесом по адресу г. Буденновск, ул. Розы Люксембург, 58, где она является собственником с 2014 года. С 2018 года деятельность ИП ФИО7 переведена в с. Покойное. 

Также в 2016 – 2017 годах по договору аренды розничную торговлю профильной трубой и кровельными материалами осуществляла ИП ФИО7, в последствие перевела свою деятельность в с. Покойное по адресу ул. Шоссейная, 9 (недвижимое имущество в собственности у ФИО7 с 04.10.2017). 

По адресу 

<

...> деятельность осуществляет индивидуальный предприниматель ФИО8 (розничная торговля сантехникой, электрическими приборами, водонагревателями и пр.). Собственником недвижимого имущества по указанному адресу                 с 23.10.2012 является ИП ФИО6, которым заключен договор аренды с ИП ФИО8

Таким образом, ООО «Фобос» и группа индивидуальных предпринимателей (ИП ФИО6., ИП ФИО8, ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО9) созданы в различные промежутки времени, начиная с 2001 года. В проверяемом периоде ООО «Фобос» ООО «Стройторг», ИП ФИО6., ИП ФИО8, ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО9 осуществляли предпринимательскую деятельность по различным адресам, финансово-хозяйственная деятельность каждого самостоятельная. 

Рассматривая ООО «Стройторг» как участника схемы дробления бизнеса, налоговый орган указывает на то, что такое дробление не повлекло за собой получение необоснованной налоговой выгоды, поскольку ООО «Стройторг» находился на общей системе налогообложения. 

Как установлено пунктом 1 статьи 105.1 НК РФ, взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Взаимозависимость хозяйствующих субъектов - участников настоящего дела установлена налоговым органом и не оспаривается налогоплательщиком.

Статьей 105.3 Налогового кодекса Российской Федерации установлены особенности исчисления доходов (прибыли, выручки) в сделках между взаимозависимыми лицами в том случае, если в таких сделках создаются или устанавливаются коммерческие или финансовые условия, отличные от тех, которые имели бы место в сделках, признаваемых в соответствии с настоящим разделом сопоставимыми, между лицами, не являющимися взаимозависимыми.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 105.3 НК РФ в таких случаях любые доходы (прибыль, выручка), которые могли бы быть получены одним из этих лиц, но вследствие указанного отличия не были им получены, учитываются для целей налогообложения у этого лица.

Таким образом, сама по себе организация семейного бизнеса в Российской Федерации не порицается, напротив - является основой для построения крепких и доверительных хозяйственных связей. Однако такая форма построения бизнеса не должна быть использована в целях построения схем уклонения от уплаты налогов в нарушение обязанностей, предусмотренных статьей 57 Конституции Российской Федерации.

Судом установлено, что ООО «Фобос» и группа индивидуальных предпринимателей также созданы в разное время, и осуществляли различные виды деятельности. Все они вели раздельный бухгалтерский учет, имели отдельные балансы, собственный персонал, оборудование, отдельные расчетные счета, заключали и исполняли от своего имени сделки и по итогам своей предпринимательской деятельности самостоятельно уплачивали налоги и сборы. Доказательств того, что осуществление ими предпринимательской деятельности (оптовая торговля либо розничная торговля различными товарами, перевозки, а также деятельность по аренде и управлению недвижимостью) умышленно организованы автономно и только для видимости, в материалах дела не содержатся. Все операции по договорам учтены обществами в бухгалтерском учете, их реальность налоговым органом не опровергнута, бесспорных доказательств того, что сделки между данными субъектами нереальные, мнимые, налоговым органом не приведено, на наличие претензий к первичным документам, представленным обществами в ходе проверки, не указано.

Налоговым органом не представлены доказательства того, что деятельность отдельных «участников схемы» является единой и направлена исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.  

Инспекция приводит довод об использовании «участниками схемы» одного и того же адреса электронной почты. Однако материалы налоговой проверки не содержат информации, что данный адрес использовался как ООО «Фобос», так и группой индивидуальных предпринимателей. 

При этом работа  нескольких клиентов с одинаковыми IP-адресами в Интернете возможна из-за использования Интернет-провайдером технологии NAT для трансляции адресов внутрисетевых во внешние. Налоговым органом не представлено доказательств того, что необходимые для управления расчетными счетами посредством системы «банк-клиент» ключи электронно-цифровых подписей, представленные банковскими учреждениям индивидуальным предпринимателям, находились в распоряжении ООО «Фобос» или связанных с ним лицами, что свидетельствует об отсутствии подконтрольности лиц, даже при совпадении IP- адресов. 

Материалами дела подтверждено также, что каждый из «участников схемы дробления» декларировал свои доходы, уплачивал исчисленные налоги. Все взаимозависимые лица ведут самостоятельную деятельность, которая не является частью единого производственного процесса и работает независимо друг от друга, что подтверждает деловую цель каждого взаимозависимого лица. Суды под деловой целью понимают разумные экономические и иные причины действий налогоплательщика, направленные на получение экономического эффекта в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Цель выражается в расширении рынка сбыта путём привлечения покупателей, применяющих общую систему налогообложения, которые заинтересованы в наличии в цене товара НДС, и покупателей розничных торговых сетей. Последняя категория покупателей не заинтересована в наличии НДС в цене товара. В результате, розничные покупатели могут сотрудничать с компаниями, применяющими специальные налоговые режимы. Указанная позиция поддержана постановлением Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Взаимозависимые лица имеют расчетные счета в разных банках: ООО «Фобос» - в ПАО Сбербанк России отделение 5230; ООО «Стройторг» - в ПАО Банк ВТБ Филиал №2351; ИП ФИО6. - в ПАО Инвестиционно-коммерческий Промышленно-строительный банк «Ставрополье»; ИП ФИО8 - в ООО «Русфинанс Банк»; ИП ФИО7 - в ПАО «Почта Банк», ИП ФИО8 - в АО «ОТП БАНК». При этом налоговым органом не представлены доказательства наличия у директора ООО «Фобос» контроля или доверенности на распоряжение расчетными счетами  ООО «Стройторг», ИП ФИО6., ИП ФИО8, ИП ФИО7, ИП ФИО8 Указанные взаимосвязанные лица распоряжались своими расчетными счетами самостоятельно.

Доводы инспекции о совпадении у ООО «Фобос» и группы предпринимателей поставщиков товара, также не могут быть признаны обоснованными. Поставщиками ООО «Фобос» не являлись такие контрагенты индивидуальных предпринимателей как ООО «Базис-Юг», ООО «МонархБизнесКлуб», ООО «Опус», ООО «Русплит», ООО «Вох-Юг», ЮФО, ООО «Корал», ООО «Влтерленд», ООО «Сантехопт», ООО «Техносвет», ООО «Русан», ООО «Проект-Юг» и другие крупные для ИП поставщики. 

Одновременно суд считает обоснованным довод общества о том, что налоговый орган субъективно подходит к оценке взаимоотношений между ООО «Фобос», группой предпринимателем и поставщиками, поскольку некоторые поставщики (ООО «Метинвест», ООО «Крозмиз», ООО «Металлокомплект» и другие, являясь постоянными и крупными поставщиками ООО «Фобос», осуществляли небольшие периодические поставки для индивидуальных предпринимателей. 

Таким образом, мнение налогового органа о наличии одних и тех же поставщиков у ООО «Фобос» и группы индивидуальных предпринимателей, сформировано без учета объемов поставляемой продукции и сопоставимости объемов поставок и оборота предпринимателей, так как в большинстве своем договоры поставки с данными поставщиками заключались ранее с ООО «Фобос». Принимая во внимание, индивидуальные предприниматели могли воспользоваться сложившимися деловыми отношениями между ООО «Фобос» и контрагентами с целью получения выгодных условий для поставки товаров для реализации в розничной сети через магазины. 

Суд находит неправомерным довод налогового органа о «единой кадровой политике» ООО «Фобос» и индивидуальных предпринимателей, поскольку часть работников индивидуальных предпринимателей была сформирована из числа бывших работников ООО «Фобос».  Указанное не противоречит трудовому законодательству и не может являться признаком дробления бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды. После перехода указанных лиц на работу в новую организацию у них возникли трудовые отношения с новым работодателем. Каждая организация из рассматриваемой группы имела собственный подчиненный ей персонал (штат), который выполнял в ней соответствующие трудовые функции. Затраты на содержание своего персонала каждая организация несла самостоятельно. Фиктивность выполнения персоналом своих трудовых обязанностей налоговым органом не выявлена и не доказана в установленном законом порядке. Каждый из «участников схемы» имеет свой штат работников, материально-технические ресурсы, а факт взаимозависимости свидетельствует в данном случае о ведении и развитии семейного бизнеса в разных сегментах рынка, что не запрещено законом.

В свою очередь, довод налогового органа о перераспределении выручки, либо о перераспределении товара, закупаемого предпринимателями у одних и тех же поставщиков не обоснован, так как не находит своего документального подтверждения. Анализируя финансово-хозяйственную деятельность каждого из предпринимателей, можно установить, что каждый из них приобретал продукцию за счет своих средств, и использовал в своей предпринимательской деятельности, либо реализовывал через магазины розничной торговли конечному потребителю. Данный вывод не опровергнут налоговым органом. 

Довод налогового органа о наличии доверенностей, составленных ООО «Стройторг» и ООО «Фобос» на физических лиц, имеющих статус индивидуальных предпринимателей, а так же на ФИО16 (бухгалтера, сдававшего налоговые декларации участников схемы в налоговый орган), суд не находит подтверждением использования схемы в целях умышленного занижения налоговой выгоды общества, поскольку наличие доверенностей само по себе не несет налоговые преимущества. Кроме того, необходимо учитывать периоды действия доверенностей и полномочия доверенных лиц при фактическом представлении интересов в различных органах, организациях, судах, прокуратуре и так далее. Указанные факторы и отдельные полномочия не исследованы налоговым органом. 

Суд исследовал довод налогового органа о том, что создание (введение) очередного участника «»раздробленного» бизнеса происходит при приближении предыдущим участником к «порогу», ограничивающему применение специального налогового режима, в связи с чем установил, что ООО «Фобос» образован в 2001 году, ИП ФИО6 зарегистрировано в 2008 году, ИП ФИО9 – в 2010 году, ИП ФИО8 – в 2010 году, ИП ФИО7 – в 2011 году, ИП ФИО8 – в 2017 году. 

Из доводов инспекции не ясно, кто из предпринимателей с учетом доходов участников группы бизнеса ООО «Фобос» приходил к порогу в рассматриваемом периоде. В 2016 году указанный порог составлял 79,74 млн. руб., в 2017 году – 150 млн. руб., в 2018 году – 150 млн. руб.

Из всех предпринимателей в 2016 году выручка ИП ФИО9 составила максимальную сумму – 66,4 млн. руб. Таким образом, указанная сумма далека от порогового значения. В 2017 году максимальная выручка пришлась на предпринимательскую деятельность ИП ФИО9- 75,5 млн. руб., что составляет 50% от порогового значения. В 2018 году максимально высокий размер выручки был у ИП ФИО7, и составлял 91,2 млн. руб., что опять же составляет менее 70% от порогового значения. При этом в 2016-2018 годах вновь созданным ИП является именно ИП ФИО8 Соответственно, выводы о создании нового предпринимателя в связи достижением ранее зарегистрированными ИП максимальных значений выручки не подтверждены материалами налоговой проверки.

Судом установлено соответствие ООО «Фобос» установленным законом критериям применения общей системы налогообложения подтверждается материалами дела и налоговым органом не оспаривается. Каких-либо доводов по данному вопросу в решении налогового органа не содержится. 

При этом желание индивидуальных предпринимателей самостоятельно осуществлять розничную продажу товаров в отдельном самостоятельном бизнесе также разумно: распределение ресурсов, имеющихся в семейном бизнесе, таких как наличие недвижимого имущества в собственности у взаимозависимых лиц, возможность заключать договоры аренды помещений с иными предпринимателями, участниками семейного бизнеса.  Суд принимает довод общества о том, что в этом заложен разумный экономический интерес, связанный с самостоятельным осуществление предпринимательской деятельности, при этом сокращаются расходы на поиск торговых помещений, на приобретение торгового оборудования, привлечение персонала, выплату торговым работникам заработной платы, страховых взносов во внебюджетные фонды.

Материалами дела подтверждается, что участники группы связаны обычной хозяйственной деятельностью. Организации несли расходы на приобретение соответствующих товаров (работ, услуг), необходимых для ведения отраженной в ЕГРЮЛ, ЕГРИП экономической деятельности, оплату аренды помещений, выплату заработной платы, и т.д. Средства от реализации товаров зачислялись на счета соответствующих налогоплательщиков.

У всех взаимозависимых лиц имеются собственные трудовые ресурсы для осуществления хозяйственных операций, характерные для самостоятельного субъекта предпринимательской деятельности (арендные, коммунальные, налоговые платежи, инвентаризация остатков на складах, расчеты с продавцами и покупателями собственными ресурсами, зарегистрированные кассовые аппараты, внутри группы между фирмами заключены договоры и организован документооборот; контрагенты компаний не пересекались друг с другом; по сделкам внутри группы потери бюджета по НДС отсутствовали.

Суд считает, что с учетом законности применения индивидуальными предпринимателями упрощенной системы налогообложения в отношении фактически осуществляемой им розничной торговли, вменение ООО «Фобос» выручки, прибыли индивидуальных предпринимателей, относящихся к розничной торговле и другим видам деятельности не может быть признано правомерным.

Доводы налогового органа о ведении ООО «Фобос» и индивидуальными предпринимателями «единой» бухгалтерии ввиду места нахождения (хранения) бухгалтерской отчетности и наличия одних бухгалтеров, не могут быть приняты судом, поскольку бухгалтерская и налоговая отчетность в отношении каждой отдельно взятой организации и у индивидуальных предпринимателей представлялась с учетом их реальных хозяйственных показателей и налогового бремени, относящихся к их фактической предпринимательской деятельности, что налоговым органом не опровергнуто.

ООО «Фобос» и индивидуальные предприниматели в проверяемый период вели раздельный бухгалтерский учет, имели самостоятельные банковские счета. При этом налоговым органом не установлен документально необоснованный или транзитный характер движения денежных средств между указанными предпринимателями и ООО «Фобос», равно как и не установлены обстоятельства зачисления денежных средств (выручки), полученной от индивидуальной деятельности индивидуальных предпринимателей на расчетные счета друг друга и ООО «Фобос». 

Законодательством не ограничено право на регистрацию индивидуальным предпринимателем предпринимательской деятельности, право на участие в создаваемых юридических лицах физических лиц, являющихся одновременно индивидуальными предпринимателями. Факт участия в семейном бизнесе индивидуальных предпринимателей и обществ сам по себе не может рассматриваться как недобросовестное поведение индивидуальных предпринимателей, подпадающих под применение льготного режима налогообложения.

С учетом установленных обстоятельств суд считает, что деятельность ООО «Фобос» и группы индивидуальных предпринимателей (ИП ФИО6., ИП ФИО8, ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО9) обусловлена реальными деловыми целями, направлено на извлечение прибыли от предпринимательской деятельности, а не созданием схемы уклонения от уплаты налогов в виде «дробления бизнеса».

Как указано в письме ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ «О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации», характерными примерами «искажения» сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика являются: создание схемы «дробления бизнеса», направленной на неправомерное применение специальных режимов налогообложения; совершение действий, направленных на искусственное создание условий по использованию пониженных налоговых ставок, налоговых льгот, освобождения от налогообложения; создание схемы, направленной на неправомерное применение норм международных соглашений об избежании двойного налогообложения; нереальность исполнения сделки (операции) сторонами (отсутствие факта ее совершения). К числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть квалифицированы по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ, могут быть отнесены: не отражение налогоплательщиком дохода (выручки) от реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), в том числе в связи с вовлечением в предпринимательскую деятельность подконтрольных лиц, а также отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учета заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения.

Судом при рассмотрении дела установлено, что  вышепоименованным способам и примерам «дробления» бизнеса ООО «Фобос» не соответствует. 

Кроме того, заявителем приведены доводы о том, что в ходе доказывания налоговой базы налоговым органом учтены доходы «участников схемы» без учета их расходов; в расчете налоговой базы должны учитываться не только суммы НДС, исчисленные с реализации товара, работ, услуг, но и вычеты по НДС, которые могут быть заявлены налогоплательщиком; надлежащее применение той или иной налоговой ставки с учетом установленных фактических обстоятельств и имеющихся документов.  Однако, как указал заявитель, налоговым органом не установлен реальный размер налоговых обязательств ООО «Фобос», чем нарушены его интересы. Налоговым органом не учтено, что индивидуальными предпринимателями уплачены налоги по упрощённой системе налогообложения в том периоде, за который производится начисление пеней на текущую дату, не учитывая срок уплаты данных платежей. Данные платежи по расчетам общества за периоды с 2016 по 2018 годы составили сумму 18 471 804,00 руб., в том числе ИП ФИО8 – 3 692 240,00 руб., ИП ФИО9 – 4 906 934,00 руб., ИП ФИО6 – 3 384 359,00 руб., ИП ФИО8 – 2 904 784,00 руб., ИП ФИО7 – 3 583 487,00 руб.

При рассмотрении дела в суде налоговым органом указанный довод признан обоснованным. 

Так, в процессе рассмотрения дела налоговым органом представлено в суд решение вышестоящего органа № 7 об отмене частично решения налогового органа, датированное 21.01.2023. В указанном решении поддержаны выводы, изложенные в оспариваемом решении инспекции от 19.03.2021 № 1869, о том, что ООО «Фобос», ИП ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО6, ИП ФИО8, ИП ФИО7 представляют единую организованную коммерческую структуру, работники которой, будучи оформленными у разных предпринимателей указанной группы, фактически находятся в постоянном взаимодействии друг с другом, исполняя свои должностные обязанности, используют общие материально-технические ресурсы в целях достижения консолидированного эффекта от осуществления деятельности юридических лиц и ИП, действующие под торговым брендом «Фобос». 

Управление ФНС России по Ставропольскому краю делает вывод о том, что единой целью организованной консолидированной группы является уменьшение налогового обязательства за счет налоговых преференций в условиях отсутствия у них реальной экономической деятельности, и фактически деятельность при этом консолидируется в руках выгодоприобретателя - бенефициара С.В. Дейно. Вышестоящий налоговый орган при этом указал на то, что действительные налоговые обязательства ООО «Фобос» рассчитаны налоговым органом без учета сумм налога, уплаченных элементами схемы. Налоги, уплаченные элементами схемы дробления бизнеса в связи с применением ими специальных налоговых режимов (УСНО) за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 составили 18 468 796 руб. В связи с чем, подлежит частичному уменьшению суммы начисленных налогов, пени, штрафа по решению о привлечении к ответственности от 19.03.2021 № 1869 в размере 23 753 909 руб., в том числе по налогу на прибыль – 10 047 269 руб., пени – 3 253 408,00 руб., штраф – 1 991 705,00 руб., налог на добавленную стоимость – 8 421 527 руб. 

Таким образом, Управление ФНС России по Ставропольскому краю, реализуя свое право, предусмотренное пунктом 3 статьи 31 НК РФ, отменило в части вступившее в законную силу решение нижестоящего налогового органа. В указанной части оспариваемое решение о привлечении к ответственности от 19.03.2021 № 1869 недействительно, так как не соответствует Налоговому кодексу Российской Федерации и нарушало права налогоплательщика с момента вступления его в законную силу и до момента отмены вышестоящим налоговым органом ввиду установления несоответствию Кодексу. 

С учетом данного решения о частичной отмене оспариваемого решения вышестоящим органом, а также в отсутствие надлежащих доказательств о формальном характере осуществления участниками схемы предпринимательской деятельности, выводы налогового органа о факте наличия незаконной схемы дробления, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды не обоснованы. 

Таким образом, выше решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ставропольскому краю от 19.03.2021 № 1869 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения не соответствует Налоговому кодексу Российской Федерации и нарушает права налогоплательщика в полном объеме.    

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», признав оспоренное решение, действие (бездействие) незаконным, суд независимо от того, содержатся ли соответствующие требования в административном исковом заявлении (заявлении), вправе указать административному ответчику (наделенным публичными полномочиями органу или лицу) на необходимость принятия решения о восстановлении права, устранения допущенного нарушения, совершения им определенных действий в интересах административного истца (заявителя) в случае, если судом при рассмотрении дела с учетом субъектного состава участвующих в нем лиц установлены все обстоятельства, служащие основанием материальных правоотношений (пункт 1 части 2, пункт 1 части 3 статьи 227 КАС РФ, часть 2 статьи 201 АПК РФ). 

Судом установлено, что на основании решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ставропольскому краю от 19.03.2021 № 1869 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Ставропольскому краю выставлено требование № 67627 от 07.12.2021 об уплате налога, пени, налоговых санкций. 

Таким образом, суд возлагает на Межрайонную инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ставропольскому краю, Межрайонную инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Ставропольскому краю обязанность по восстановлению нарушенных прав ООО «Фобос». 

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины, понесенные ООО «Фобос», возлагаются на Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 6 по Ставропольскому краю. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

признать недействительным проверенное на соответствие Налоговому кодексу Российской Федерации решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ставропольскому краю от 19 марта 2021 года № 1869 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ставропольскому краю, г. Буденновск,  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фобос» 3000 руб. судебных расходов, понесенных в связи с уплатой государственной пошлины по настоящему делу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в двухмесячный срок со дня вступления в законную силу в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                    Ю.В. Ермилова