АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-7300/2024

Дело № А72-5237/2023

г. Казань

21 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 октября 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Федоровой Т.Н.,

судей Арукаевой И.В., Тюриной Н.А.,

при участии:

ответчика – ФИО1 (паспорт),

в отсутствие:

истца – извещен надлежащим образом,

третьего лица – извещено надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1

на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 15.03.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2024 

по делу № А72-5237/2023

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «УК «Абсолют» к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании, 

по объединенному делу по иску общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Абсолют» к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании, 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – общество с ограниченной ответственностью «Альтернатива»,

УСТАНОВИЛ:

с учетом принятых судом уточнений и объединения в одно производство дел № А72-5237/2023 и № А72-5241/2023 общество с ограниченной ответственностью «УК «Абсолют» обратилось в арбитражный суд с исковыми требованиями:

– к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения за период с февраля 2021 года по январь 2023 года в размере 361 778,80 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию 12.03.2024 в размере 74 687,58 руб., а также процентов с 13.03.20224 по день фактической оплаты долга; 

– к индивидуальному предпринимателя ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения за период с февраля 2021 года по январь 2023 года в размере 361 778,80 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию 12.03.2024 в размере 74 687,58 руб., а также процентов с 13.03.20224 по день фактической оплаты долга. 

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 15.03.2024, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2024, исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований либо направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы считает, что судами не учтена справка БТИ, в соответствии с которой спорные помещения, принадлежащие ФИО2 и ФИО1, в целом составляют пристрой лит.А1 к многоквартирному жилому дому. Суды ссылаются на выписку из ЕГРН, в соответствии с которой ответчики являются собственниками нежилых помещений в многоквартирном доме. Однако в выписке из ЕГРН прямо не сказано, что помещения ответчиков расположены в многоквартирном доме.

Кроме того, суды делают вывод, что фундамент многоквартирного дома и пристроя лит «А1» являются общим. Однако указанный вывод противоречит материалам дела, поскольку согласно заключению экспертизы многоквартирный жилой дом № 71 имеет несущие и ограждающие конструктивные элементы (фундамент, стены, перекрытия, кровля и тд.), которые полностью принадлежат только этому зданию. Пристройка лит «А1» к жилому дому расположена вне контура его капитальных стен. Несущие и ограждающие конструкции пристройки лит. «А1», а именно: фундамент, перекрытия, кровля, наружные стены – фронтальная, левая, тыльная, часть правой стены принадлежат только пристройке. Эксперты указали, что фундамент МКД и пристроя разный. Отсутствующая проектная документация не является единственным доказательством для установления факта общности или раздельности фундамента.

Суды первой и апелляционной инстанций необоснованно отклонили доводы ответчика о том, что пристрой литера «А» и МКД расположены на разных земельных участках.

Кроме того, заявитель кассационной жалобы не согласен с тем, что суды отклонили его ходатайство о снижении неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ.

Изучив материалы дела, заслушав выступление представителя ответчика, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Поволжского округа не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов исходя из следующего.

Из материалов дела видно, что истец осуществляет деятельность по управлению многоквартирным домом № 71 по ул.Димитрова в городе Ульяновске и оказывает услуги по управлению многоквартирными домами, в том числе и в отношении вышеуказанного многоквартирного дома (далее МКД).

Ответчики являются собственниками нежилых помещений, расположенных по вышеуказанному адресу (далее спорное помещение). Согласно выпискам из Единого государственного реестра недвижимости ответчикам принадлежит: 

1) по ? доли в недвижимом имуществе с кадастровым номером 73:24:020839:540 общей площадью 119 кв.м., расположенном пом. цокольный этаж: № 1-9,23,29; 

2) по ? доли в недвижимом имуществе с кадастровым номером 73:24:020839:538 общей площадью 86,5 кв.м., расположенном пом. 1 этаж: № 1,7,18,26,28,32,35,37,40-42; 

3) по ? доли в недвижимом имуществе с кадастровым номером 73:24:020839:539 общей площадью 577,3 кв.м., расположенном пом. цокольный этаж: № 10-22,24-28,30-40; 1 этаж: №4-5,12-15,25,27,29-31,33-34,36,38- 39,43-45.

Договорные отношения между сторонами спора отсутствуют. 

Ссылаясь на неисполнение ответчиками обязанности по внесению платы за оказанные услуги по содержанию общего имущества многоквартирного дома, истец обратился в суд с иском о взыскании с каждого ответчика образовавшейся за период с февраля 2021 по январь 2023 задолженности в размере 361 778,80 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию 12.03.2024 в размере 74 687,58 руб., а также процентов с 13.03.2024 по день фактической оплаты долга.

При разрешении спора суды руководствовались нормами статей 8, 190-192, 210, 249, 290, 309, 310, 330, 332, 333, 394, 395, 781, 1102, 1105, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 30, 36, 37, 39, 46, 154, 155, 156, 157.2, 158, 161, 162 Жилищного кодекса Российской Федерации, Правилами содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491 (далее – Правила №491), Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 № 354 (далее – Правила № 354), и по результатам исследования и оценки представленных доказательств пришли к выводу об обязанности ответчиков, как собственников нежилых помещений, входящих в состав многоквартирного дома, нести расходы на содержание и ремонт общего имущества в многоквартирном доме пропорционально площади занимаемых помещений исходя из установленной платы, в связи с чем удовлетворили исковые требования в полном объеме. 

Судебная коллегия находит данные выводы судов предыдущих инстанций законными и обоснованными.

В соответствии со статьей 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Согласно положениям статьи 158 ЖК РФ собственник помещения в многоквартирном доме обязан нести расходы на содержание принадлежащего ему помещения, а также участвовать в расходах на содержание общего имущества в многоквартирном доме соразмерно своей доле в праве общей собственности на это имущество путем внесения платы за содержание и ремонт жилого помещения, взносов на капитальный ремонт. 

Произведенный истцом расчет задолженности по содержанию и текущему ремонту общего имущества многоквартирного дома, исходя из площадей жилых и нежилых помещений, а также действующих в спорный период тарифов, суды признали обоснованным и соответствующим требованиям действующего законодательства.

Данный расчет истца ответчиком не опровергнут, контррасчет не представлен.

Отсутствие договора с управляющей организацией на техническое обслуживание и ремонт общего имущества не освобождает владельца помещений в многоквартирном доме от участия в несении расходов на содержание и ремонт общего имущества. 

Доводы заявителя жалобы, оспаривающего факт отнесения принадлежащего ему нежилого помещения к многоквартирному дому, со ссылками на то, что все спорные помещения являются обособленными от жилого дома и изолированными от жилых помещений, в каждое помещение имеется отдельный вход, в них расположены инженерные коммуникации, обслуживающие только спорные помещения; нежилые помещения расположены на отдельном от МКД земельном участке, правомерно отклонены судами предыдущих инстанций. 

В обоснование своих доводов ответчики представили в материалы дела Акт экспертного исследования ЛСТЭ 110-03/23 АНО «Национальный экспертно- криминалистический центр «СУДЭКС» от 06.04.2023, согласно которому нежилые помещения, номера на поэтажном плане цокольный этаж: №№1-40, 1 этаж: №№ 1, 4-5, 7, 12-15, 18, 25-41, адрес объекта: 

<

...> которые в целом составляют пристрой лит. А1 к многоквартирному жилому дому, расположенному по адресу: 

<

...>, а также помещения, этаж 1 № 42-№45, которые являются встроенными нежилыми помещениями 1 этажа многоквартирного жилого дома лит. А, расположенного по адресу: г. Ульяновск, ул. Димитрова №71, не относятся к имуществу общего пользования, имеется возможность самостоятельного использования данных помещений. 

Между тем, оценив, представленное ответчиками экспертное исследование, суды не приняли его в качестве относимого и допустимого доказательства, поскольку в заключении отсутствовало исследование, на основании которого эксперт установил, что все спорные нежилые помещения являются обособленными от жилого дома и изолированными от жилых помещений, имеют инженерные коммуникации, обслуживающие только данные помещения, чем нарушено одно из основных требований, предъявляемых к судебным экспертизам, объективность, всесторонность и полнота исследований согласно ст. 8 Федерального закона Российской Федерации «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2001 № 73-ФЗ. 

Оценивая данное экспертное заключение, суды также пришли к выводу о том, что оно составлено без учета оценки конструктивных особенностей и изучения технической документации МКД. 

Несмотря на запросы суда первой инстанции проектную документацию на МКД получить не удалось. 

В целях наиболее полного исследования обстоятельств, имеющих значение для дела, судом была назначена экспертиза, на разрешение которой были поставлены следующие вопросы: 

1) Имеют ли многоквартирный дом и пристрой (лит.А1), в котором располагаются нежилые помещения, принадлежащие ответчикам, расположенные по адресу: 

<

...>, общий фундамент, несущие конструкции, кровлю, ограждающие конструктивные элементы стен, входы, прилегающую территорию? 

2) Имеются ли в МКД, расположенном по адресу: 

<

...>, внутренние сети электроснабжения, теплоснабжения, водоснабжения, канализации, инженерное и санитарно-техническое оборудование, предназначенные для одновременного обслуживания многоквартирного дома и нежилых помещений, принадлежащих ответчикам? Связаны ли нежилые помещения, принадлежащие ответчикам, с помещениями МКД конструктивно и технологически? 

3) Возможна ли эксплуатация нежилых помещений ответчиков без инженерных сетей МКД? Являются ли помещения принадлежащие ответчикам полностью обособленными и изолированными от помещений МКД? 

Из содержания экспертного заключения, оформленного по результатам проведенной судебной экспертизы, следует, по первому вопросу, что: Пристрой лит. «А1» к жилому дому по вышеуказанному адресу расположен вне контура его капитальных наружных стен. Несущие и ограждающие конструкции пристройки лит. «А1», принадлежат только пристрою. Часть стены дома лит. «А», является вспомогательной, ограждающей конструкцией для пристройки лит. «А1». Территория многоквартирного дома является обособленной и не имеет никакого отношения к территории, на которой расположена пристрой лит. «А1». Подъезды (проходы, входы) к жилому дому и пристрою обособлены друг от друга. 

По второму вопросу: Пристрой лит. «А1» оснащен индивидуальными, независящими от дома инженерными коммуникациями, такими как: газ, отопление, электроснабжение, канализация. С учетом функционального назначения помещений пристроя в них установлено сантехническое оборудование. Снабжение пристроя ХВС осуществляется по индивидуальному стальному трубопроводу, проложенному по техподполью многоэтажного дома с врезкой его в общедомовую сеть водопровода. 

Таким образом, в многоэтажном жилом доме лит. «А» отсутствуют инженерные коммуникации и сантехническое оборудование для одновременного обслуживания многоквартирного дома и нежилых помещений в пристройке лит. «А1», принадлежащих ответчикам, за исключением незначительного участка трубопровода холодного водоснабжения на отрезке: от ввода в техподполье до врезки в него стального трубопровода, который обеспечивает водой пристрой лит. «А1». 

Кроме нежилых помещений, расположенных в пристрое лит. «А1», в собственности ФИО2 и ФИО1 находятся нежилые помещения №№42- 45 на первом этаже жилого дома лит. «А». Изначально инженерное обеспечение указанных помещений осуществлялось от общедомовых коммуникаций дома лит. «А». После проведения работ по переоборудованию обеспечение указанных помещений водоснабжением, водоотведением, энергоснабжением и отоплением стало осуществляться от инженерных коммуникаций пристройки лит. «А1». 

По причине того, что через помещения ответчиков №№ 42-45 «проходит» стояк отопления, относящийся к общедомовому имуществу дома, и помещения расположены в пределах его несущих и ограждающих конструкций, исследуемые помещения являются неотъемлемой частью дома лит. «А». 

По третьему вопросу: Эксплуатация нежилых помещений, расположенных в пристройке лит. «А1», невозможна без инженерных сетей ХВС многоквартирного жилого дома лит. «А» из-за того, что врезка стального трубопровода, обеспечивающего пристройку лит. «А1» холодной водой, осуществлена в общедомовую сеть водопровода многоэтажного жилого дома. Остальные инженерные коммуникации пристроя лит. «А1» обособлены от общедомовых сетей жилого дома. 

Эксплуатация нежилых помещений №№ 42-45, расположенных на первом этаже дома лит. «А», также не возможна без инженерных сетей ХВС многоквартирного жилого дома лит. «А» из-за того, что врезка стального трубопровода, обеспечивающего пристройку лит. «А1» и указанные помещения холодной водой, осуществлена в общедомовую сеть водопровода многоэтажного жилого дома. 

Кроме того, эксперты также сочли необходимым отметить, что имеется возможность отключения пристройки от общедомовой сети ХВС жилого дома лит. «А» и подключения ее к существующим городским сетям водопровода. 

Отключение пристроя от сети водопровода жилого дома лит. «А» не повлияет на работу системы водоснабжения дома. 

Нежилые помещения пристроя лит. «А1» являются обособленными и изолированными от помещений многоквартирного жилого дома лит. «А» с учетом разъяснения письма Минэкономразвития Российской Федерации от 24.02.2014 № Д23и-501 и принимая во внимание тот факт, что: 

- пристройка лит. «А1» и МКД расположены на различных земельных участках; 

- границы участка дома уже определены в соответствии с действующим законодательством; 

- пристройка расположена вне контура капитальных наружных стен МКД;

 - часть стены дома лит. «А», к которой примыкает пристройка, является вспомогательной, ограждающей конструкцией для пристройки, отграничивающей ее от жилого дома; остальные несущие и ограждающие конструкции пристройки лит. «А1» - фундамент, перекрытия, кровля, наружные стены (фронтальная, левая, тыльная, часть правой стены), принадлежат только ей; 

- входы (выходы), в том числе и эвакуационные у дома и пристройки раздельные друг от друга. 

Помещения №№ 42-45, расположенные на первом этаже жилого дома лит. «А», по отношению к дому не являются обособленными и изолированными. Помещения №№ 42- 45 по отношению к остальным помещениям этого дома являются обособленными и изолированными. 

Оценив выводы экспертов, изучив материалы инвентарного дела, суды предыдущих инстанций пришли к выводу о том, что заключение судебной экспертизы не подтверждает доводы ответчиков об изолированности и несвязанности их помещений с МКД. При этом суды обоснованно исходили из следующего. 

Согласно пункту 3.21 «ГОСТ Р 51929-2014. Национальный стандарт Российской Федерации. Услуги жилищно-коммунального хозяйства и управления многоквартирными домами. Термины и определения» (утвержден и введен в действие Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 11.06.2014 № 543-СТ) многоквартирный дом - оконченный строительством и введенный в эксплуатацию надлежащим образом объект капитального строительства, представляющий собой объемную строительную конструкцию, имеющий надземную и подземную части, включающий в себя внутридомовые системы инженерно-технического обеспечения, помещения общего пользования, не являющиеся частями квартир, иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам, и жилые помещения, предназначенные для постоянного проживания двух и более семей, имеющие самостоятельные выходы к помещениям общего пользования в таком доме (за исключением сблокированных зданий); в состав многоквартирного дома входят встроенные и (или) пристроенные нежилые помещения, а также придомовая территория (земельный участок). 

В соответствии с пунктом 3.42 Инструкции о проведении учета жилищного фонда в Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства Российской Федерации по земельной политике, строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 04.08.1998 № 37, признаками единства здания служат: фундамент и общая стена с сообщением между частями, независимо от назначения последних и их материала; при отсутствии сообщения между частями одного здания признаком единства может служить общее назначение здания; однородность материала стен, общие лестничные клетки, единое архитектурное решение. 

Пунктами 3 и 4 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491 (далее – Правила № 491), предусмотрено, что при определении состава общего имущества используются содержащиеся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведения о правах на объекты недвижимости (далее – ЕГРН), являющиеся общим имуществом, а также сведения, содержащиеся в государственном земельном кадастре. 

В случае расхождения (противоречия) сведений о составе общего имущества, содержащихся в ЕГРН, документации государственного технического учета, бухгалтерского учета управляющих или иных организаций, технической документации на многоквартирный дом, приоритет имеют сведения, содержащиеся в ЕГРН. 

Из материалов инвентарного дела следует, что жилой дом имеет встроено - пристроенные и пристроенные помещения, строительство дома проводилось одновременно со строительством нежилых помещений, находящихся в собственности ответчиков. 

Доказательств, подтверждающих создание и введение в эксплуатацию спорных нежилых помещений отдельно от МКД, ответчиками не представлено, равным образом отсутствует отдельный технический паспорт в отношении нежилых помещений, расположенных в пристрое, как на самостоятельное здание. 

Из выписок из ЕГРН в отношении спорных помещений, расположенных в пристрое, также следует, что они зарегистрированы как нежилые помещения по адресу ул. Димитрова, 71, без указания литер, т.е. по адресу, присвоенному МКД. 

Экспертным заключением установлено, что часть стены МКД литер «А», к которой примыкает пристрой, является единой, представляет собой ограждающую конструкцию для пристроя литер «А1», то есть многоквартирный жилой дом (литер «А») и пристрой (литер «А»1) связаны одной единой стеной. 

Снабжение пристроя Литер А1 ХВС осуществляется по индивидуальному стальному трубопроводу, проложенному по техподполью многоэтажного дома с врезкой его в общедомовую сеть водопровода. 

Эксперты также пришли к выводу о том, что по причине того, что стальной трубопровод, обеспечивающий литер «А1» холодной водой, «проходит» по техподполью жилого дома литер «А» и врезка трубы осуществлена в общедомовую сеть водопровода - в данном конкретном случае пристройка связана с техподпольем МКД конструктивно и технологически. 

Кроме того, согласно сведениям, содержащимся в инвентарном деле, пристрой - это комплекс водных объектов, и в нем были запроектированы бассейны. Судом установлено, что пристрой используется ответчиками как баня. В этой связи при наличии технологического присоединения пристроя к общедомовой сети водопровода, на что указано в экспертном заключении, доводы ответчиков об обособленности и изолированности, самостоятельном функционировании принадлежащего ответчикам имущества обоснованно отклонены судом первой инстанции. 

Кроме нежилых помещений, расположенных в пристрое в собственности ответчиков находятся нежилые помещения №№ 42-45, расположенные на первом этаже жилого дома. 

Эксперты установили, что изначально инженерное обеспечение указанных помещений осуществлялось от общедомовых коммуникаций дома литер «А». Впоследствии собственниками были выполнены работы по перепланировке помещений и переоборудованию инженерных коммуникаций. Между тем помещения №№ 42-45 по-прежнему конструктивно являются встроенными в МКД помещениями, что следует из экспертного заключения, и не оспаривалось ответчиками. В этой связи само по себе осуществление собственниками перепланировки принадлежащих им помещений не привело к тому, что они конструктивно перестали являться частью МКД. 

Кроме того, в экспертном заключении отражено, что через данные помещения проходит стояк отопления, относящийся к общедомовому имуществу. 

При рассмотрении дела судом исследовался вопрос наличия или отсутствия единого фундамента МКД и пристроя. Судебные эксперты полагали, что фундамент общим не является, вместе с тем суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в отсутствие проектной документации однозначный вывод в отношении фундамента сделать нельзя. 

На основании изложенного суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов предыдущих инстанции о том, что материалами дела подтверждается, что спорные помещения, принадлежащие ответчикам, как встроенные, так и встроенно-пристроенные, конструктивно и функционально связаны с остальными помещениями многоквартирного дома, входящими в состав общего имущества, имеют один адрес, указаны в едином техническом паспорте (инвентарном деле) на многоквартирный дом № 71 по ул.Димитрова в г.Ульяновске. Кроме того, помещения имеют общие с МКД инженерные коммуникации (участки коммуникаций), помещения №№ 42-45 расположены в пределах несущих и ограждающих конструкций МКД (на первом этаже). 

Эксплуатация спорных нежилых помещений, принадлежащих ответчикам, невозможна без инженерных сетей ХВС многоквартирного жилого дома из-за того, что врезка стального трубопровода, обеспечивающего пристройку холодной водой, осуществлена в общедомовую сеть водопровода многоэтажного жилого дома. 

Выводы экспертов о том, что имеется возможность отключения пристроя от общедомовой сети ХВС жилого дома и подключения его к существующим городским сетям водопровода, не опровергает факта того, что в настоящее время пристрой снабжается водой через водопровод, который врезан в общедомовую систему водоснабжения. 

Судами предыдущих инстанций правомерно отклонены доводы ответчиков о том, что спорные нежилые помещения находятся на разных земельных участках, поскольку данное обстоятельство также не характеризует нежилые помещения как обособленные от МКД. 

В силу вышеизложенного и приведенных норм гражданского и жилищного законодательства, учитывая установленные по делу обстоятельства, суды пришли к правильному выводу о том, что ответчики как собственники помещений в силу прямого указания закона обязаны нести расходы по содержанию общего имущества МКД независимо от наличия у них расходов на содержание собственных помещений, находящихся в индивидуальной собственности, и расходов на коммунальные услуги. 

Доводы ответчиков о том, что они не участвовали в собрании собственников помещений МКД и не принимали решения о выборе управляющей компании, об определении размера платы за содержание и ремонт многоквартирного общего имущества являются несостоятельными. 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.11.2010 № 4910/10, расчет стоимости услуг определяется посредством умножения суммы тарифа на площадь помещения и соответствующее число месяцев. При этом в силу характера правоотношений по содержанию общего имущества, если размер расходов управляющей организации и размер платы одного из собственников помещений не совпадают, управляющая компания не должна доказывать размер фактических расходов, возникших у нее в связи с содержанием общего имущества, выделяя их по отношению к одному из собственников помещений. 

Отсутствие доказательств выставления платежных документов, на что также ссылались ответчики, не освобождает  их от исполнения обязанности по оплате указанных расходов, и, действуя добросовестно и разумно, они не лишены были права обратиться к истцу за получением счетов на оплату либо произвести расчет самостоятельно на основании локальных нормативных правовых документов, которыми установлен тариф. 

С учетом изложенного суды правомерно признали наличие факта неосновательного обогащения ответчиков в размере стоимости расходов и услуг по содержанию общего имущества многоквартирного дома, подлежащих взысканию в пользу истца на основании ст. 1102 ГК РФ.

В связи с просрочкой оплаты истец начислил ответчикам проценты за пользование чужими денежными средствами. 

При взыскании суммы санкций суды руководствовались правовыми позициями, содержащимися в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», а также в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым если законом или соглашением сторон установлена неустойка за нарушение денежного обязательства, на которую распространяется правило абзаца первого п. 1 ст. 394 ГК РФ, то положения п. 1 ст. 395 ГК РФ не применяются. В этом случае взысканию подлежит неустойка, установленная законом или соглашением сторон, а не проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ (п. 4 ст. 395 ГК РФ). 

Положениями п. 14 ст. 155 ЖК РФ предусмотрено взыскание пени с лиц, несвоевременно и (или) не полностью внесших плату за жилое помещение и коммунальные услуги.

Однако учитывая то, что сумма процентов, начисленная истцом, меньше размера неустойки, предусмотренной законом, суды, проверив правильность произведенного расчета, обоснованно удовлетворили исковые требования в заявленном истцом размере.

Довод заявителя кассационной жалобы о неправомерном неприменении судами предыдущих инстанций положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не может быть принят судом кассационной инстанции. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой или судом апелляционной инстанций в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции. Суд кассационной инстанции может лишь отменить судебный акт в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае нарушения или неправильного применения норм материального права к которым, относится, в том числе, уменьшение судом неустойки в отсутствие соответствующего заявления стороны.

В рассматриваемом случае суды не усмотрели оснований для снижения неустойки, учитывая то, что ее расчет произведен истцом по правилам расчета процентов за пользование чужими денежными средствами, что меньше размера неустойки, подлежащей начислению в соответствии с нормами закона.

Принимая во внимание надлежащее исследование и оценку судами имеющихся в деле доказательств, правильное применение норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены принятых по делу судебных актов.

Доводы ответчика о несогласии с выводами судов относительно экспертного заключения, оцененного наряду с другими доказательствами по делу, направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и представленных доказательств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. 

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ульяновской области от 15.03.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2024 по делу № А72-5237/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий судья                                            Т.Н. Федорова

 

Судьи                                                                                    И.В. Арукаева

 

                                                                                              Н.А. Тюрина