ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-30785/2017

город Ростов-на-Дону

20 марта 2018 года

15АП-3216/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 марта 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Шимбаревой Н.В.,

судей Стрекачёва А.Н., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Витас»: директор ООО «Витас» ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 

на определение Арбитражного суда Ростовской области

от 05.02.2018 по делу № А53-30785/2017 об отказе во введении наблюдения и прекращении производства по делу о банкротстве

по заявлению ФИО3

к обществу с ограниченной ответственностью «Витас»

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о признании несостоятельным (банкротом),

принятое в составе судьи Авдяковой В.А.,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Витас».

Определением от 05.02.2018 отказано ФИО3 во введении наблюдения в отношении общества с ограниченной ответственностью «Витас». Прекращено производство по делу. Возвращена  ФИО3 из федерального бюджета излишне уплаченная на основании чека-ордера от 10.10.2017 государственная пошлина в размере 5 700 руб.

Определение мотивировано тем, что основанием возникновение задолженности обусловлено участием заявителя в обществе, следовательно, обладает корпоративной природой и не учитывается для определения признаков банкротства должника.

ФИО3 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил определение отменить.

Податель жалобы полагает, что суд первой инстанции не учел, что требования ФИО3 установлены вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции, носят гражданско правовой характер. ФИО3 также указывает на нарушение судом норм процессуального права. 

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебное заседание ФИО3 явку не обеспечил, через канцелярию суда предоставил дополнения к апелляционной жалобе, в которых просит учесть гражданско-правовую природу отношений, наличие вступившего в силу судебного акта, определение суда первой инстанции отменить.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Витас» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно п. 2 статьи 33 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей, к должнику - гражданину - не менее чем пятьсот тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Согласно ст. 7 Федерального закона от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом обладают должник, конкурсный кредитор, уполномоченные органы, а также работник, бывший работник должника, имеющие требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда. Право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств.

В силу п. 2 ст. 4 Закона о банкротстве, для определения наличия признаков банкротства должника учитываются:

размер денежных обязательств, в том числе размер задолженности за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги, суммы займа с учетом процентов, подлежащих уплате должником, размер задолженности, возникшей вследствие неосновательного обогащения, и размер задолженности, возникшей вследствие причинения вреда имуществу кредиторов, за исключением обязательств перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, обязательств по выплате компенсации сверх возмещения вреда, обязательств по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также обязательств перед учредителями (участниками) должника, вытекающих из такого участия;

Статьей 48 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» определено, что по результатам рассмотрения обоснованности требований заявителя к должнику арбитражный суд выносит одно из следующих определений:

о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения;

об отказе во введении наблюдения и об оставлении заявления без рассмотрения;

об отказе во введении наблюдения и о прекращении производства по делу о банкротстве.

В соответствии с п. 3 ст. 48 Закона о банкротстве, определение об отказе во введении наблюдения и о прекращении производства по делу о банкротстве выносится арбитражным судом при отсутствии заявлений иных кредиторов о признании должника банкротом в случае, если на дату заседания арбитражного суда по проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом требование лица, обратившегося с этим заявлением, удовлетворено или требование кредитора признано необоснованным либо установлено отсутствие на дату подачи этого заявления хотя бы одного из условий, предусмотренных статьями 8, 9 или пунктом 2 статьи 33 настоящего Федерального закона.

Как следует из материалов дела, между ООО «Витас» и ФИО3 заключены договоры займа от 02.02.2014 и от 24.03.2014.

Задолженность в размере 1 112 900 руб., возникшая из договоров займа от 02.02.2014 на сумму 3 000 000 руб. и от 24.03.2014 на сумму 1 550 000 руб., взыскана апелляционным определением Ростовского областного суда от 30.03.2016 по делу № 33-3755/16 (номер дела в первой инстанции 2-4110/15).

В связи с чем, ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании ООО «Витас» несостоятельным (банкротом).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления ФИО3 о введении процедуры наблюдения в отношении ООО «Витас», верно учел, следующее:

В соответствии с абзацем вторым пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом в деле о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

В свою очередь, арбитражный суд при наличии возражений проверяет наличие требований на предмет их обоснованности.

Спорные договоры займа заключены заявителем в период, когда он являлся участником должника с долей в размере 50 %, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 04.05.2012 № 1213, выпиской из ЕГРЮЛ от 28.01.2013 № 16-15, листом записи ЕГРЮЛ от 07.11.2014, заявление о выходе от октября 2014 г.. 

Кроме того, в период с 03.03.2014 по 25.06.2014, а также с 01.08.2014 по 01.10.2014 заявитель являлся заместителем директора ООО «Витас», что подтверждается трудовыми договорами от 03.03.2014, 01.08.2014, приказами от 25.06.014, 01.08.2014, 01.10.2014, а в договорах займа от 02.02.2014 на сумму 3 000 000 руб. и от 24.03.2014 на сумму 1 550 000 руб. указано, что кредитор предоставляет заемщику денежные средства для оплаты хозяйственных нужд предприятия. 

Непосредственно после заключения договора займа от 02.02.2014 на сумму 3 000 000 руб. должником заключен договор купли-продажи от 24.02.2014, на основании которого приобретен грузовой тягач седельный стоимостью 3 300 000 руб., произведена его оплата в сумме 330 000 руб. 24.02.2014 и в сумме 2 970 000 руб. 06.03.2014. после заключения договора займа от 24.03.2014 на сумму 1 550 000 руб. должником заключен договор купли-продажи от 26.03.2014, на основании которого приобретена автотранспортная техника стоимостью 1 350 000 руб., произведена его оплата в сумме 1 350 000 руб. 26.03.2014. 

Общая цена приобретенного транспортного средства и автотранспортной техники составила 4 650 000 руб., сумма предоставленного заявителем займа – 4 500 000 руб., из которых 50 000 руб. погашены должником добровольно, 3 375 750 – в ходе исполнительного производства путем передачи заявителю приобретенного за счет заемных средств грузового тягача седельного и автотранспортной техники по акту от 21.12.2016.

Анализируя данные взаимоотношения, необходимо учитывать, что  в ситуации предъявления к должнику требований кредитора, связанного с должником не только обязательственными, но и корпоративными правоотношениями, сложившейся судебной практикой выработаны иные, нежели установленные в пункте 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; в частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации, в частности, от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6).

Такое распределение бремени доказывания обусловлено недопущением включения в реестр необоснованных требований, созданных формально, в том числе путем искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Указанный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2).

Суд первой инстанции верно указал, что ФИО3 не представил доказательств, опровергающих корпоративный характер обязательств, в связи с чем верно определил задолженность ООО «Витас» перед заявителем как денежное обязательство перед учредителем должника, вытекающим из такого участия. Из материалов дела следует, что денежные средства были предоставлены ФИО3 на нерыночных условиях – с минимальным размером процентов 0,3% за весь период пользования, были использованы на приобретение строительной техники.  ФИО3 обратился в суд общей юрисдикции с заявлением о взыскании задолженности по займам непосредственно после выхода из состава учредителей. При этом, не обращаясь к обществу с заявлением о выплате действительной стоимости доли, которая была отчуждена обществу. 

При этом суд первой инстанции верно разъяснил  заявителю, что прекращение производства по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) должника не лишает его права принимать меры по взысканию задолженности в рамках исполнительного производства.

В соответствии с п. 3 ст. 48 Закона, определение об отказе во введении наблюдения и о прекращении производства по делу о банкротстве выносится арбитражным судом при отсутствии заявлений иных кредиторов о признании должника банкротом в случае, если на дату заседания арбитражного суда по проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом требование лица, обратившегося с этим заявлением, удовлетворено или требование кредитора признано необоснованным либо установлено отсутствие на дату подачи этого заявления хотя бы одного из условий, предусмотренных ст. ст. 8, 9 или п. 2 ст. 33 настоящего федерального закона.

Поскольку иных заявлений о признании должника банкротом в производстве суда не имеется, с учетом положений абз. 4 п. 3 ст. 48 Закона, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что во введении наблюдения в отношении должника следует отказать, а производство по делу прекратить.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО3 о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права в виде лишения объективной возможности ознакомиться с материалами дела и представленными доказательствами.

 Из материалов дела следует, что заявление ФИО3 принято судом к производству с назначением судебного заседания на 08.11.2017 года, отложено на 21.12.2017 года.  В судебное заседание 21.12.2017г. ФИО3 явился лично. Из текста определения следует, что суд вынес на обсуждение сторон вопрос о корпоративном  характере задолженности. Суд предложил ФИО3 представить доказательства наличия разумных экономических причин избрания конструкции займа, привлечения займа от учредителя, а  не от иного лица. Суд отложил судебное разбирательство на 30.01.2018 года. ФИО3 в судебное заседание не явился. При этом должник определение суда исполнил. Суд объявил в судебном заседании перерыв до 05.02.2018 года с целью обеспечения ФИО3 возможности ознакомиться с делом. ФИО3 в судебное заседание не явился. Ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявлял. 

Согласно  ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Суд первой инстанции правомерно разрешил спор по представленным в материалы дела доказательствам, применив правовую позицию, изложенную  в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2).

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт. 

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 05.02.2018 по делу № А53-30785/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева

СудьиА.Н. Стрекачёв

Н.В. Сулименко