ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-141548/2018

10 июня 2024 года

г. Санкт-Петербург

/сд.3

Резолютивная часть постановления объявлена  28 мая 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 июня 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н. Барминой,

судей Д.В. Бурденкова, И.В. Юркова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Д.С. Беляевой,

при неявке участвующих в деле лиц,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-11144/2024) ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.03.2024 по обособленному спору № А56-141548/2018/сд.3 (судья ФИО2), принятое

по заявлению ФИО1

к АО «Реалист банк»

о признании сделки недействительной

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, 

 

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратилась ФНС России в лице Межрайонной ИФНС 27 по Санкт-Петербургу с заявлением о признании ИП ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 21.02.2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 28 от 15.02.2020.

Решением арбитражного суда от 10.04.2019 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

В арбитражный суд 28.11.2023 поступило заявление кредитора ФИО1, в котором просил признать недействительным Соглашение об отступном от 10.08.2018, заключенное между ФИО4 и АО «БайкалИнвестБанк» (в настоящий момент АО «Реалист банк» в связи с изменением наименования в 2020 году), и применить последствия недействительной сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 3 778 274 руб. (стоимость переданных в качестве отступного транспортных средств и машин).

Определением арбитражного суда от 15.03.2024 в удовлетворении заявления кредитора отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит определение отменить, ссылается на осведомленность Банка о наличии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку на дату заключения соглашения об отступном должник имел просроченные денежные обязательства перед Банком по кредитным договорам, также апеллянт указывает на наличие неисполненных обязательств перед иными кредиторами, в частности перед ним и налоговой службой, соответственно Банку совершением оспариваемой сделки оказано предпочтение и причинен вред иным кредиторам выбытием имущества из конкурсной массы. Податель жалобы, с учетом приведенных обстоятельств, полагает ошибочными выводы суда о том, что выбывшее имущество являлось залоговым и в случае его реализации Банк получил бы удовлетворение своего требования в первоочередном порядке.

АО «Реалист банк» представлен отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, возражения АО «Реалист банк» в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в июне 2023 года ФИО1 сразу после включения его требования в реестр при ознакомлении с документами, представленными финансовым управляющим должником узнал о заключении 10.08.2018 между ИП ФИО4 и АО «БайкалИнвестБанк» Соглашения об отступном, по которому должник в счет погашения своих обязательств перед АО «БайкалИнвестБанк» по кредитному договору: 

<

***> от 28.04.2016 (срок возврата 28.04.2019) и кредитному договору 

<

***> от 28.04.2017 (срок возврата 27.04.2022) передал кредитору в качестве отступного: грузовой тягач седельный Вольво FH 4X2, год изготовления 2008, VIN 

<

***>, и полуприцеп – Сортиментовоз, 2017 года изготовления, модель SH-345, VIN 

<

***>.

В соответствие с пунктом 2.2. Соглашения об отступном задолженность должника перед кредитором по кредитному договору 

<

***> от 28.04.2016 на момент заключения Соглашения составляла 716 466,50 руб. В соответствие с пунктом 2.3. Соглашения об отступном передача кредитору отступного прекращает обязательства должника по кредитному договору 

<

***> от 28.04.2016 на указанную сумму 716 466,50 руб.

В соответствии с пунктом 2.4. Соглашения об отступном задолженность должника перед кредитором по кредитному договору 

<

***> от 28.04.2017 на момент заключения Соглашения составляла 6 550 617,56 руб. В соответствии с пунктом 2.5. Соглашения об отступном передача кредитору отступного прекращает обязательства должника по кредитному договору 

<

***> от 28.04.2017 на сумму 5 268 026,50 руб. (то есть не в полном объеме).

Акт приема-передачи имущества к Соглашению об отступном подписан должником и кредитором 10.08.2018. Как следует из условий указанного акта, стороны оценили передаваемое должником имущество: грузовой тягач седельный Вольво FH 4X2, на сумму 2 113 398 руб.,  полуприцеп модель SH-345 на сумму 1 664 876 руб.

Таким образом, в результате заключения и исполнения Соглашения об отступном от 10.08.2018 произошло погашение обязательства должника перед АО «БайкалИнвестБанк» по кредитным договорам 

<

***> от 28.04.2016 (срок возврата 28.04.2019) и 

<

***> от 28.04.2017 (срок возврата 27.04.2022) на сумму 5 984 493 руб.

По мнению кредитора, указанная сделка совершена в течение чуть ранее трех месяцев до момента принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и возбуждения дела о его несостоятельности (банкротстве), то есть в обозначенный в статье 61.3 Закона о банкротстве шестимесячный период.

Как указал кредитор, в данном случае сделка в виде соглашения об отступном направлена на обеспечение исполнения обязательства должника перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки. Более того, названная сделка привела к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами. На момент совершения сделки должник имел непогашенную задолженность перед налоговым органом, а равно перед самим ФИО1 ввиду неисполнения должником обязательств по договору займа от 20.04.2017, по которому должник должен был возвратить ФИО1 сумму займа в срок до 31.12.2017. Вследствие неисполнения должником обязательств по договору займа, ФИО1 подал исковое заявление о взыскании суммы займа и иных расходов из него вытекающих в Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга. Иск был принят Фрунзенским районным судом Санкт-Петербурга к своему производству 07.03.2018. Информация о принятии иска к производству была своевременно размещена Фрунзенским районным судом на своем официальном сайте в сети Интернет. Решением Фрунзенского районного суда города Санкт-Петербурга от 12.02.2019 по делу № 2-44/2019 с ФИО4 в пользу ФИО1 взыскана сумма займа в размере 5 500 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 423 989,73 руб., проценты за пользование займом, почтовые расходы в сумме 314 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 15 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 36 075 руб.

Определением арбитражного суда от 23.04.2023 по обособленному спору № А56-141548/2018/тр.1, требование ФИО1 в размере 5 975 378,74 руб. признано обоснованным и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4

Соответственно оспариваемая сделка привела к тому, что отдельному кредитору было оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, конкурсная масса должника не сформирована, в связи с выбытием имущества.

В соответствии с Положением об организации внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах, утвержденным Банком России 16.12.2003 № 242-П, оценка финансового состояния контрагента банка является не только частью его деятельности до оформления соответствующей сделки, но и является предметом последующей проверки посредством внутреннего аудита кредитной организации. Банк, являясь профессиональным участником рынка, не мог не знать о финансовом состоянии должника на дату совершения сделки. Тем более, что информация о предъявлении иска ФИО1 к ФИО4 была в общедоступном доступе так как была опубликована на официальном сайте Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга.

В связи с тем, что в рассматриваемом случае получателем техники должника выступил АО «БайкалИнвестБанк» (в настоящий момент с наименованием Реалист Банк), т.е. кредитная организация, деятельность которой связана с предоставлением физическим и юридическим лицам банковских услуг и не связана с оказанием транспортных услуг, либо услуг по купли-продажи техники, то применение последствий признания сделки недействительной в виде возврата в конкурсную массу должника выбывшей техники является нецелесообразным, вследствие большой вероятности ее отсутствия в наличии у АО «БайкалИнвестБанк» (10.09.2020 произошло изменение наименования с АО «БайкалИнвестБанк» на АО «РЕАЛИСТ БАНК»).

При изложенных обстоятельствах кредитор, ссылаясь на положения статьи 61.3 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный с настоящим заявлением.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу об отсутствии оснований для признания соглашения об отступном недействительным и применения последствий его недействительности, поскольку доказательств осведомленности Банка о наличии у должника признаков неплатежеспособности не представлено, в то же время, спорное соглашение являлось способом прекращения возникших ранее обязательств, которые не были надлежаще исполнены. Судом учтено, что спорное имущество находилось в залоге у Банка, следовательно, погашение обязательств перед ним в случае реализации переданного имущества подлежало в первоочередном порядке.

Доводы апелляционной жалобы, аналогичные приведенным в суде первой инстанции, подлежат отклонению, как не опровергающие выводов суда и не создающие оснований для отмены принятого судебного акта.

Поскольку дело о банкротстве возбуждено 19.11.2018, а спорное соглашение заключено 10.08.2018, то есть в пределах шестимесячного срока до принятия заявления о признании должника банкротом к производству, сделка может быть оспорена на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Статьей 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, то есть сделка, которая влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, только если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, а именно: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; или же если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Действия по установлению залога соответствуют как диспозиции абзаца второго пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве (действия направлены на обеспечение исполнения обязательства должника, возникшего до совершения оспариваемой сделки), так и абзаца третьего названного пункта, поскольку установление залога приводит к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки. При этом независимо от того, совершена ли сделка в пределах шести либо одного месяца до возбуждения дела о банкротстве, а также после возбуждения данного дела, при наличии условий, предусмотренных абзацами вторым и третьим пункта 1 указанной статьи, недобросовестность контрагента по сделке не подлежит доказыванию (абзацы первый и второй пункта 12 Постановления № 63). Само по себе наличие вышеназванных условий является достаточным для вывода о недействительности такой сделки по пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно Постановлению Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона, могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям.

Платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачет и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце третьем, а в абзаце пятом названного пункта.

На основании изложенного суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что заключенное соглашение об отступном не являлось обеспечением исполнения обязательств должника перед банком и не изменило очередность удовлетворения его требований. По смыслу гражданского законодательства отступное является способом прекращения обязательств, а не способом обеспечения их исполнения.

При таком положении названное соглашение может быть признано недействительным только если кредитором было бы доказано, что Банку было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Однако в силу статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки, связанные с исполнением денежных обязательств, вытекающих из кредитного договора, или обязанности по уплате обязательных платежей, не могут быть оспорены на основании статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если должник не имел к моменту исполнения, вытекающего из кредитного договора или законодательства Российской Федерации, известных соответствующему конкурсному кредитору (уполномоченному органу) денежных обязательств или обязанности по уплате обязательных платежей перед иными конкурсными кредиторами (уполномоченными органами), срок исполнения которых наступил, и исполнение денежного обязательства, вытекающего из кредитного договора, или обязанности по уплате обязательных платежей не отличалось по срокам и размеру уплаченных или взысканных платежей от определенных в кредитном договоре или законодательстве Российской Федерации обязательства или обязанности.

Причем, то обстоятельство, что второй стороной является Банк не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

Наличие предъявленных исков к должнику и наличие в свободном доступе соответствующих сведений не является безусловным доказательством наличия у должника признаков неплатежеспособности, предусмотренных законодательством о банкротстве, а обладание сведениями о наличии у должника кредитной задолженности перед иными кредиторами, иных неисполненных обязательств не означает осведомленность иных участников о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, определенных в статье 2 Закона о банкротстве.

Указанная правовая позиция также подтверждена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 05.09.2018 № 306-ЭС17-4497(7) и от 28.01.2019 № 307- ЭС18-23419.

Более того, недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неуплатой конкретного долга отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами (постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 № 18245/12).

Возникновение у должника задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 по делу № 305-ЭС20-11412 по делу № А40-170315/2015), а свидетельствует о недобросовестном поведении должника как контрагента перед указанными кредиторами.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, в данном случае оснований полагать об информированности ответчика о финансовом положении должника в юридически значимый период не имеется. То обстоятельство, что срок, на который был предоставлен кредит, не наступил к моменту заключения соглашения указанных выводов не опровергает и не свидетельствует о том, что Банком не должно было приниматься передаваемое ему должником в качестве отступного имущество в силу того, что с учетом досрочного исполнения обязательств у него должны были возникнуть какие-либо сомнения в платежеспособности должника.

Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, спорное имущество, переданное по соглашению, находилось в залоге у Банка по договору от 28.04.2017. Следовательно, Банку как залоговому кредитору при обращении взыскания в процедуре несостоятельности было бы выплачено не менее 80% от стоимости указанного заложенного имущества. Таким образом, Банк не может считаться лицом, получившим предпочтение в этой части (пункт 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098(2)).

В этой связи суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной по правилам пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выражают несогласие заявителя с произведенной судом оценкой установленных по делу обстоятельств, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 п. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 15.03.2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Н. Бармина

 

Судьи

 

Д.В. Бурденков

 

 И.В. Юрков