АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г. Новосибирск                                                         Дело № А45-23026/2015    

Резолютивная часть решения объявлена 28.11.2017 года

Полный текст решения изготовлен 05.12.2017 года

 

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Зюзина С.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Григорьевой И.М., рассмотрел в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Энергосбыт» к обществу с ограниченной ответственностью «Сибирский мельник» при участии в качестве третьего лица общества с ограниченной ответственностью «Династия» о взыскании 6 210 000 рублей задолженности

при участии в судебном заседании представителей

истца: ФИО1 по доверенности от 25.10.2016,

ответчика: ФИО2 по доверенности от 17.10.2016,

третьего лица: извещен, не явился, 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Энергосбыт» (ОГРН 

<

***>, далее по тексту - истец) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Сибирский мельник»  (ОГРН 

<

***>, далее по тексту – ответчик) о взыскании 6 210 000 рублей основного долга.

Определением от 01.03.2016 суда первой инстанции к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Династия» (далее - общество «Династия»).

Решением от 12.04.2016 Арбитражного суда Новосибирской области (с учетом определения от 13.04.2016 об исправлении описки), оставленным без изменения постановлением от 07.07.2016 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа решение и постановление, принятые по делу, отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении суду надлежит установить наличие или отсутствие обстановки, свидетельствующей о соответствующих полномочиях лиц, подписавших от имени ответчика договор от 02.03.2015 и товарно-транспортные накладные, и при ее наличии установить условия возникшего между сторонами обязательства с учетом содержания всех указанных документов.

При новом рассмотрении в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец уменьшил размер исковых требований и просил взыскать 6207240 рублей основного долга. Уточненные требования приняты судом к производству.

Истец в судебном заседании требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик иск не признал, представил отзыв.

Третье лицо представило письменные пояснения, представитель в судебное заседание не явился.

Рассмотрев материалы дела, проверив обстоятельства дела в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд находит предъявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Из материалов дела следует, что  истцом (продавец) и ответчиком (покупатель) заключен договор от 02.03.2015, поименованный его сторонами как договор купли-продажи (далее - договор), по условиям которого продавец обязался поставить в собственность покупателя зерно (товар), а покупатель обязался принять этот товар и произвести за него расчет на условиях, определенных настоящим договором (пункт 1.1 договора).

В пункте 2.1 договора указано наименование товара (пшеница продовольственная 3 класса) и его цена (11 500 руб. за тонну).

Продавец обязался поставлять покупателю товар в количестве не менее 430 тонн ежемесячно в течение всего срока действия договора, то есть до 31.03.2016 (пункты 2.3, 7.1 договора).

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что покупатель осуществляет оплату по мере поставки партий товара в течение 12 дней с момента поставки партии товара и предоставления на нее счета-фактуры и товарной накладной формы ТОРГ-12.

В подтверждение факта поставки ответчику товара на сумму 6 210 000 рублей истцом представлены товарно-транспортные накладные за периоды с 03.03.2015 по 06.03.2015, с 09.03.2015 по 12.03.2015, с 15.03.2015 по 16.03.2015, с 13.05.2015 по 15.05.2015.

Как указал истец, общество «Сибирский мельник» оплату товара в полном объеме не произвело, претензию от 02.10.2015 оставило без ответа, что явилось основанием для обращения истца суд с настоящим иском.

Ответчик, возражая по иску, указал, что представленные истцом договор от 02.03.2015 и товарно-транспортные накладные со стороны ответчика не подписаны, поскольку наличие соответствующих полномочий у лиц, подписавших их от имени ответчика, истцом не подтверждены, а в обществе «Сибирский мельник» имеется только один работник – директор, и он не подписывал ни договор, ни товарно-транспортные накладные. Договора не содержит наименование и количество товара, подписан от имени ответчика неуполномоченным лицом, что свидетельствует о незаключенности договора, а товарно-транспортные накладные в силу отсутствия в них сведений о цене товара не могут подтверждать исковые требования, поскольку расчет иска проверить невозможно. Указание в товарно-транспортных накладных наименования товара – пшеница или зерно является недостаточным для вывода о согласовании в них такого существенного условия договора купли-продажи как наименование товара, так как существует пять различных типов пшеницы и различные разновидности зерна, ни один из которых в товарно-транспортных накладных не указан.

Судом при рассмотрении дела были приняты меры к установлению лица, подписавшего договор.

Допрошенные в качестве свидетелей ФИО3 и ФИО4 указали, что данный договор им не подписывался.

По ходатайству ответчика по делу была назначена судебная экспертиза.

В результате проведенного исследования эксперт указал, что ответить на вопросы о принадлежности подписи в спорном договоре (скан-копия) ФИО3 или ФИО4 не представляется возможным в связи с недостаточным качество скан-копии. 

Поскольку оригинал договора приобщен в качестве доказательства к материалам уголовного дела №1170150001748090, предварительное следствие по которому еще не окончено, направить оригинал договора на исследование не представилось возможным.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации наличие у представителя полномочий действовать от имени юридического лица может явствовать из обстановки, в которой действует такой представитель.

Из смысла приведенных норм следует, что представительство является средством временного юридического расширения личности представляемого для его участия в гражданском обороте, позволяющим приобретать права и исполнять обязанности через представителей одновременно и в территориально удаленных друг от друга местах, исключающих его личное присутствие. По общему правилу, оно оформляется письменным уполномочием, которое может быть предъявлено иным лицам, в том числе должникам в обязательствах, обладающим правом на информирование об исполнении обязательства надлежащему лицу (статья 312 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако в целях защиты добросовестных контрагентов представляемого закон допускает наличие отношений представительства в отсутствие его письменного оформления, когда ситуация (обстановка), в которой контрагент общается с представителем противостоящего ему в обязательстве лица, такова, что не порождает обоснованных сомнений в наличии у этого представителя полномочий действовать от имени представляемого, что является суррогатом доверенности.

Создавая или допуская создание подобной обстановки, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие с ним трудовых или гражданско-правовых отношений, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна вообще в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, о потере которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 N 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 N 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 N 307-ЭС15-9787).

Из сказанного следует, что отсутствие расшифровки подписи представителя на юридически значимом документе само по себе не порочит, как полномочия такого представителя на совершение зафиксированного в документе юридически значимого действия, так и доказательственное значение этого документа.

Более того, из правовой позиции, сформированной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.07.2012 N 3170/12 и N 3172/12, следует, что при отсутствии доказательств иного наличие полномочий представителя стороны, подписавшего юридически значимый для правоотношения документ, на представление интересов этой стороны в правоотношении, предполагается.

В этой связи при наличии соответствующей обстановки не имеет правового значения количество работников ответчика, то есть лиц, с которыми у ответчика оформлены трудовые отношения, равным образом юридически безразлично и отсутствие доверенностей на право подписания каких-либо документов, выданных директором ответчика.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №25) по смыслу части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Аналогичная правовая позиция содержится в пункте 3 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Из данных разъяснений, закрепляющих общие принципы непрофессионального процесса, следует, что при наличии возможности материально-правового обоснования права истца на взыскание денежных средств его ошибка в их правовой квалификации и нормативном обосновании не должна препятствовать судебной защите.

При установленных судом обстоятельствах дела договор, не содержащий условия о количестве поставляемого товара (статьи 455, 465 Гражданского кодекса Российской Федерации), но предусматривающий в период его действия неоднократную поставку товара, количество которого должно определяться иными документами, может быть расценен как рамочный договор (статья 429.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Собственно же договорами поставки в такой ситуации будут являться документы, в которых сторонами согласованы все существенные условия договора поставки, то есть не только наименование товара, но и его количество, чем в рассматриваемой ситуации могут выступать товарно-транспортные накладные.

В соответствии со статьей 429.1 Гражданского кодекса Российской Федерации рамочным договором (договором с открытыми условиями) признается договор, определяющий общие условия обязательственных взаимоотношений сторон, которые могут быть конкретизированы и уточнены сторонами путем заключения отдельных договоров, подачи заявок одной из сторон или иным образом на основании либо во исполнение рамочного договора. К отношениям сторон, не урегулированным отдельными договорами, в том числе в случае незаключения сторонами отдельных договоров, подлежат применению общие условия, содержащиеся в рамочном договоре, если иное не указано в отдельных договорах или не вытекает из существа обязательства.

Тот факт, что указанная норма введена Федеральным законом от 08.03.2015 №42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации», вступившим в силу только 01.06.2015, не препятствует подобной квалификации договора от 02.03.2015, так как таковая допускалась судебной практикой и ранее (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №1162/13, пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 №165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными»), и является толкованием положений Гражданского кодекса Российской Федерации о свободе договора и договоре поставке, действующих, соответственно, с 01.01.1995 и с 01.03.1996.

При этом суд учитывает, что принятие стороной имущественного предоставления от другой стороны со ссылкой на договор-документ (подписание актов приемки-передачи имущества, отгрузочных документов, доверенностей на получение товара, документов об оплате и других, восполняющих недостаток конкретизации существенных условий в тексте договора-документа), а также отсутствие каких-либо возражений о незаключенности договора до рассмотрения иска о взыскании долга по договору либо о применении договорной ответственности могут с учетом обстоятельств дела свидетельствовать о том, что договор заключен и к отношениям его сторон применяются условия, предусмотренные в договоре-документе. Отсутствие в документах, подтверждающих исполнение и его принятие, ссылок на договор-документ не влечет отказа в удовлетворении иска, основанного на таком договоре, при отсутствии доказательств заключения между контрагентами других договоров.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является в частности поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них (пункт 5 статьи 166, пункт 2 статьи 431.1, пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 Постановления №25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации о том, что в случае наличия спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, последовательно выраженная в постановлениях от 18.05.2010 N 1404/10, от 08.02.2011 N 13970/10, от 05.02.2013 N 12444/12, пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 N 165.

При первоначальном рассмотрении дела судом были допрошены в качестве свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8

Указанные лица указаны в качестве водителей транспортных средств, доставивших товар по спорным товарно-транспортным накладным.

Указанные лица указали, что являются собственниками (водителями) транспортных средств, которые указаны в товарно-транспортных накладных и действительно осуществляли перевозки по представленным в материалы дела товарно-транспортным накладным. 

В судебном заседании указанные лица пояснили обстоятельства доставки товара в п.Новопичугово, указав, что товар ими доставлялся по указанию руководства транспортной компании либо по указанию контрагентов в рамках договора перевозки. Из сопроводительных документов и иных сведений (место погрузки, наименование заказчика перевозки) водителям было известно, что они перевозят товар от ООО «Энрегосбыт». При направлении в рейс им указывался точный адрес доставки и выдавалась товарно-транспортная накладная. Приемку груза осуществляли работники предприятия по адресу, который был указан водителям как адрес доставки товара. Предприятие, куда им было поручено доставить товар, называлось ООО «Сибирский мельник». При сдаче товара водители не требовали от лиц, принимавших товар, документы, подтверждающие их полномочия, поскольку таких указаний у них не было. При приемке товара принимавшей стороной производился отбор проб зерна. Отбор проб проводила женщина-лаборант. После взвешивания зерна в товарно-транспортной накладной после взвешивания товара проставлялась отметка о принятии товара: подпись лица и печать организации. Отметку в товарно-транспортной накладной делал либо лаборант либо старший мельник предприятия, куда доставлялся груз. Должности указанных лиц стали известны водителям со слов указанных лиц. 

Судом установлено, что на дату подписания спорного договора и осуществления поставки в соответствии с товарно-транспортными накладными недвижимое имущество по адресу 

<

...> принадлежало на праве собственности ответчику, но было передано в аренду ООО «Династия» (третье лицо по делу).

В судебном заседании был допрошен в качестве свидетеля директор ООО «Династия» ФИО9, который пояснил, что между ООО «Сибирский мельник» и ООО «Династия» была достигнута договоренность об осуществлении совместной деятельности, которая была направлена производство муки и макаронных изделий. При этом непосредственно производством занималось ООО «Династия» (помол муки, фасовка, изготовление макаронной продукции), а ООО «Сибирский мельник» осуществляло общее управлением финансовой деятельностью, а также осуществляло организацию поставки зерна и реализацию готовой продукции. От имени ООО «Сибирский мельник» действовали ФИО3 и ФИО4. При этом ФИО3 по роду деятельности больше времени уделяла финансовым делам и находилась в офисе в г.Новосибирске, а ФИО4 занимался договорной деятельность, взаимодействовал с поставщиками и покупателями. Все организационные вопросы по поставке зерна, отгрузке готовой продукции ФИО9 обсуждал и разрешал именно с ФИО4 От ФИО4 свидетель получал также денежные средства, в том числе на выплату заработной платы своим работникам. Приемку товара осуществляли лаборант ФИО10 и старший мельник ФИО11, которые являлись работниками ООО «Сибирский мельник» (по мнению свидетеля). Указанные лица постоянно находились на территории мельницы. В распоряжении ФИО11 и ФИО10 находилась печать ООО «Сибирский мельник», которую они проставляли в документах о приемке товара.

Показания свидетеля ФИО9 согласуются с иными доказательствами по делу.

В соответствии с согласием на использование товарного знака ответчик переда третьему лицу право использовать  товарный знак «Сибирский мельник» (т.4 л.д.116).

Согласно удостоверениям качества и сертификату соответствия продукции ООО «Сибирский мельник» (мука) осуществляло деятельность на территории производственных площадей по адресу 

<

...>. При этом сертификаты соответствия выданы органом по сертификации и скреплены его печатью. Удостоверения качества подписаны от имени ответчика лаборантом ФИО10 и начальником цеха ФИО11 (т.2 л.д.56-59).

Истцом также в материалы дела представлены товарно-транспортные накладные, в соответствии с которыми ответчик приобретал товар (пшеницу) у других лиц – КФХ «Урожайное» и КФХ «Листвянка». Оригинал указанных накладных обозревались судом в судебном заседании. Согласно пояснениями руководителей КФХ «Урожайное» и КФХ «Листвянка», от имени ООО «Сибирский мельник» действовал ФИО4 Поставка товара ответчику осуществлялась по адресу 

<

...>.

Оценивая показания допрошенных по делу свидетелей и представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что они подтверждают указанную свидетелем ФИО9 схему организации совместной деятельности ООО «Династия» и ООО «Сибирский мельник», в которой поставку зерна для его дальнейшей переработки обеспечивало ООО «Сибирский мельник» посредством его закупки у поставщиком.  

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что материалами дела подтверждается фактическое принятие товара по спорным товарно-транспортным накладным ООО «Сибирский мельник» в лице лаборанта ФИО10 и старшим мельником (начальником цеха) ФИО11

Отсутствие в товарно-транспортных накладных информации о цене препятствует удовлетворению иска не является безусловным основанием для признания сделок по поставке товара незаключенными, так как по правилам пункта 3 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации когда в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена исходя из условий договора, исполнение договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги.

Истец рассчитал стоимость поставленного товара в соответствии с условиями договора. Ответчик достаточными и достоверными доказательствами расчет истца не опроверг, контррасчет не представил.

Само по себе указание в товарно-транспортных накладных такого наименования товара как пшеница или зерно не является согласованием наименования товара применительно к статье 455 Гражданского кодекса Российской Федерации. Родовое наименование товара в данных документах имеется, а требования к обязательному указанию видового наименования товара закон не содержит.

Оценивая наличие или отсутствие обстановки, свидетельствующей о соответствующих полномочиях лиц, подписавших от имени ответчика договор и товарно-транспортные накладные, суд приходит к выводу, что такая обстановка имела место быть. При этом исходит из следующего.

Спорный договор и товарно-транспортные накладные скреплены печатью ответчика, об утери или краже которой заявлено не было. Водители, которые указаны в товарно-транспортных накладных, являясь незаинтересованными лицами, в качестве свидетелей подтвердили обстоятельства доставки товара, указав в качестве отправителя истца и в качестве получателя ответчика. Также водители указали обстоятельства подписания товарно-транспортных накладных лаборантом ФИО10 и старшим мельником ФИО11 иные доказательства подтверждают, что ответчик совершал действия, свидетельствующие об осуществлении деятельности на территории мельницы (место приемки товара). Иные незаинтересованные лица подтвердили факт того, что от имени ООО «Сибирский мельник» действовал ФИО4

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованности требований.

Расходы по уплате государственной пошлины распределяются в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167- 171, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

 

Р Е Ш И Л:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сибирский мельник»  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Энергосбыт» 6207240 рублей основного долга, а также 54036 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Энергосбыт» из федерального бюджета Российской Федерации 14 рублей государственной пошлины. Выдать справку.

Решение арбитражного суда, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой  арбитражный апелляционный суд, город Томск.

Решение арбитражного суда, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого решения, в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа, город Тюмень, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                            С.Г. Зюзин