ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-7946/2017

26 февраля 2019 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  19 февраля 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 февраля 2019 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Брежневой О.Ю.

судей  Бодунковой С.А., Зориной О.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-15945/2018) Останина Максима Геннадьевича на определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 ноября 2018 года по делу № А70-7946/2017 (судья Климшина Н.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Газсистемы» Мартьяновой Елены Анатольевны к Останину Максиму Геннадьевичу о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - общество с ограниченной ответственностью «ГазРесурс» (ИНН 7205029162, ОГРН 1167232070906), общество с ограниченной ответственностью «Ишимспецгаз» (ОГРН 1027201234290, ИНН 7202088321), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Газсистемы» (ИНН 7205009381, ОГРН 1027201235643),

при участии в судебном заседании:  

ФИО2 лично (паспорт),

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ишимская консалтинговая компания «Бизнес-Центр» (далее - ООО «Ишимская консалтинговая компания «БизнесЦентр», заявитель) обратилось 22.06.2017 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Газсистемы» (далее – ООО «Газсистемы», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 27.06.2017 заявление ООО «Ишимская консалтинговая компания «Бизнес-Центр» принято к производству, возбуждено дело № А70-7946/2017 о несостоятельности банкротстве ООО «Газсистемы». 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.07.2017 (резолютивная часть определения объявлена 17.07.2017) заявление ООО «Ишимская консалтинговая компания «Бизнес-Центр» о признании ООО «Газсистемы» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении ООО «Газсистемы» введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утверждена ФИО3. 

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 09.11.2017 ООО «Газсистемы» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО3. 

Временный управляющий ООО «Газсистемы» ФИО3 обратилась 24.10.2017 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением, в котором просила: 

1) определить доказанность наличия оснований для привлечения контролирующего должника лица – руководителя (директора) ФИО2 (далее по тексту – ФИО2, ответчик, податель жалобы) к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в общем размере 19 699 657 руб. 21 коп.; 

2) привлечь руководителя (директора) ФИО2 к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.17 Закона о банкротстве в общем размере 19 699 657 руб. 21 коп.; 

3) взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Газсистемы» денежные средства в размере 19 699 657 руб. 21 коп. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.11.2018 признаны доказанными основания для привлечения бывшего руководителя по обязательствам ООО «Газсистемы» ФИО2 к субсидиарной ответственности; приостановлено рассмотрение настоящего обособленного спора до окончания расчетов с кредиторами.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

 В обоснование апелляционной жалобы податель указывает, что его действия в качестве директора не повлекли причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения либо одобрения одной или нескольких сделок должника; сделки по заключению договоров купли-продажи от 17.12.2014 между ООО «Газсистемы» и ФИО4, оспоренные конкурсным кредитором – ФНС России, конкурсным управляющим должника не оспаривались, поэтому в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности не могут учитываться.

Совершение оспоренной временным управляющим ФИО3 сделки должника с ЗАО «Ишимспецгаз» и АО «Курорты Зауралья», по мнению апеллянта, не привело к критическому изменению финансового положения ООО «Газсистемы» в худшую сторону. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.  

Факт отсутствия в действиях ФИО2 умысла на причинение имущественного вреда кредиторам ООО «Газсистемы» установлен судом общей юрисдикции и является обязательным для исследования при разрешении вопроса о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности; об отсутствии умысла также свидетельствует постановление о прекращении уголовного дела от 24.07.2017.

Также податель жалобы отмечает, что суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание мнение конкурсного управляющего должника о нецелесообразности привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности ввиду возврата в конкурсную массу должника имущества стоимостью, превышающей совокупный размер кредиторской задолженности.

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

В заседании суда апелляционной инстанции ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считал определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права, просил обжалуемый судебный акт отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих  в деле лиц.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Тюменской области от 15.11.2018 по делу № А70-7946/2017 проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, ООО «Газсистемы» образовано в 1991 году, директором ООО «Газсистемы» с момента создания и до открытия конкурсного производства являлся ФИО2 

С 03.12.2002 до 2016 года учредителем ООО «Газсистемы» являлась ФИО5 (мать ФИО2). С 2016 года по настоящее время учредителем со 100 % долей вклада в уставный капитал является ФИО2 

Основным видом деятельности ООО «Газсистемы» являлась торговля розничная моторным топливом в специализированных магазинах. 

Ссылаясь на причинение кредиторам значительного ущерба совершением ООО «Газсистемы» в лице бывшего руководителя должника ФИО2 ряда сделок, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим требованием о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд определяет, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий должника обосновывал свои требованиями положениями главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006.

Применение предусмотренных Законом о банкротстве материально-правовых норм, по вопросам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в той или иной редакции зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Таким образом, нормы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы. 

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ. 

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. А нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Конкурсный кредитор обратился с настоящим заявлением 24.10.2017, соответственно подлежат применению нормы процессуального права, предусмотренные положениями главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Судом первой инстанции установлено, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Газсистемы» были оспорены следующие сделки, по результатам которых приняты следующие судебные акты: 

- вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.06.2018 по делу №А70-7946/2017 признаны недействительными девять договоров купли-продажи от 17.12.2014, заключенные между ООО «Газсистемы» и ФИО4; применены последствия недействительности сделок, в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу ООО «Газсистемы» недвижимое имущество: 

1) нежилое строение (склад-ангар), Литер А, общей площадью 447,0 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>; 

2) нежилое здание (АГЗС подземного типа) одноэтажное, общей площадью 24,3 кв. м (Литер А), расположенное по адресу: Тюменская область, т. Ишим, ул. Ленина, 100 А; 

3) земельный участок, площадью 1410 кв. м, с кадастровым номером № 72:250104002:450, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – под нежилое здание (АГЗС подземного типа), расположенный по адресу: 

<

...>; 

4) нежилое здание (АГЗС), одноэтажное, общей площадью 23,5 кв. м (Литер А), расположенное по адресу: 

<

...>; 

5) земельный участок, площадью 1509 кв. м, с кадастровым номером № 72:25:0102004:335, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – под автогазозаправочную станцию, расположенный по адресу: 

<

...>; 

6) АГЗС подземного типа (нежилое), общей площадью 20,7 кв. м (Литер А), расположенное по адресу: 

<

...>; 

7) земельный участок, площадью 1662 кв. м, с кадастровым номером № 72:25:0101004:123, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – под АГЗС подземного типа, расположенный по адресу: 

<

...>; 

8) нежилое строение (гараж), Литер А1-А2, общей площадью 819,4 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>; 

9) нежилое строение (котельная), Литер А3, общей площадью 13,3 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>, строение 2; 

10) сооружение АГЗС, в том числе нежилое строение, общей площадью 21,0 кв. м, топливных резервуаров, объем 25 куб. м – 1 штука, топливнораздаточных колонок – 2 штуки, блока технологического, объем 30 куб. м, навеса 178,2 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>; 

11) земельный участок, площадью 3479 кв. м, с кадастровым номером № 72:25:0106018:522, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – под газозаправочную станцию, расположенный по адресу: 

<

...>; 

12) нежилое здание (офис) (Литер А), общей площадью 108,2 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>; 

13) автомобильную газозаправочную станцию подземного типа с сосудом для хранения СУГ ТС, «ПДГЗС» объемом 10 куб.м, назначение – нежилое, общей площадью 21 кв.м (Литер А), расположенную по адресу: Тюменская область, Абатский район, 352 км + 698 м автодороги Тюмень-Ялуторовск-Ишим-Омск; 

14) земельный участок, площадью 1593 кв. м с кадастровым номером № 72:01:0101007:25, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – под автогазозаправочную станцию, расположенный по адресу: Тюменская область, Абатский район, 352 км + 698 м автодороги Тюмень-Ялуторовск-Ишим-Омск (

<

...>); 

- вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Тюменской области от 31.05.2018 по делу № А70-7946/2017 признан недействительным договор об уступке прав требования от 20.03.2017 № 1, заключенный между ООО «Газсистемы», ЗАО «Ишимспецгаз», АО «Курорты Зауралья», применены последствия недействительности сделки - восстановлено право требования ООО «Газсистемы» к АО «Курорты Зауралья» в размере 1 485 728 руб. 50 коп. 

Как следует из обстоятельств, установленных вступившими в законную силу указанными выше судебными актами, оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и совершены в пользу лиц, осведомленных об указанной цели. Все сделки оспорены по специальным основаниям Закона о банкротстве (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве), а также по мотивам злоупотребления правом (статьи 10, 168, 170 ГК РФ). 

На момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку на момент подписания оспариваемых договоров у должника имелись неисполненные (просроченные) обязательства перед другими кредиторами третьей очереди реестра требований кредиторов, в том числе перед ФНС России (в размере 19 238 557 руб. 21 коп.), что подтверждается определением Арбитражного суда Тюменской области от 12.10.2017 по делу № А70-7946/2017.

Таким образом, ФИО2 вменяется совершение сделок – договоров купли-продажи от 17.12.2014 и договора об уступке прав требования от 20.03.2017, в результате которых причинен вред имущественным правам кредиторов, впоследствии признанных в судебном порядке недействительными.

Поскольку вменяемые ФИО2 действия (заключение подозрительных сделок) имели место ранее 01.07.2017, т.е. в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, при разрешении вопроса о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию в соответствии с вышеизложенным и приведенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 разъяснениями, судом первой инстанции подлежали применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Требования конкурсного управляющего должника подлежат рассмотрению применительно к нормам материального права, закрепленным в статье 10 Закона о банкротстве (абзац 3 пункта 4) в редакции Закона № 134-ФЗ, действовавшей на момент совершения ФИО2 противоправных действий.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве в соответствующей редакции (на дату действий по совершению сделок) контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника) (абзац введен Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ, в ред. Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Статьей 2 Закона о банкротстве в редакции Закона№ 134-ФЗ к перечню контролирующих должника лиц отнесен также руководитель должника.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В период совершения оспоренных сделок функции руководителя должника осуществлялись ФИО2 Указанное обстоятельство не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Соответственно, в рассматриваемом случае ФИО2 является лицом, контролирующим должника, и является субъектом, который в силу Закона о банкротстве может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с приведенными в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее по тексту – Постановление № 53) разъяснениями для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее – объективное банкротство).

Пунктом 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и новой нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

Поэтому суд апелляционной инстанции считает возможным применение разъяснений статьи 61.11 Закона о банкротстве, данных в Постановлении № 53 к спорным правоотношениям.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, Закон о банкротстве не предусматривает разграничение оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, предусмотренных абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона, в зависимости от обратившегося с заявлением об оспаривании сделки должника лица. Не имеет значения статус заявителя требования об оспаривании сделки должника для дальнейшего обращения в арбитражный суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица в случае, если такая сделка признана судом недействительной.

Материалами спора подтверждается и судом первой инстанции верно установлено, что в результате совершения подозрительных сделок под руководством бывшего руководителя ФИО2 ориентировочный объем имущественного вреда, причиненного должнику в денежном выражении, составил по меньшей мере 16 890 902 руб. 48 коп.

При этом в реестр требований кредиторов ООО «Газсистемы» включены требования ФНС России на сумму 19 238 557 руб. 21 коп., ООО «Ишимская консалтинговая компания «Бизнес-Центр» на сумму 371 100 руб. Итого: 19 609 657 руб. 21 коп. 

В соотношении с совокупным размером требований, включенных в реестр требований кредиторов должника (19 609 657 руб. 21 коп.), в результате совершения подозрительных сделок кредиторам был причинен имущественный вред. 

При таком соотношении размера кредиторских требований и размера имущественного вреда, последний, бесспорно, является существенным, довод апелляционной жалобы в указанной части подлежит отклонению. 

Таким образом, очевидно, что в результате совершения вредоносных сделок под влиянием контролирующего должника лица кредиторам был причинен существенный вред. 

Суд первой инстанции справедливо принял во внимание, что по оспоренным сделкам в пользу аффилированных с ФИО2 и подконтрольных ему лиц выводились ликвидные основные средства, соответственно, доход от хозяйственной эксплуатации которых также выведен из коммерческого оборота должника с момента совершения сделок в пользу тех же лиц. Такое положение дел является фактором убыточности для должника от этих сделок, ответственность за которые несет ФИО2

Повторно исследовав материалы обособленного спора в этой части, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в результате совершения оспоренных сделок под влиянием контролирующего должника лица был причинен существенный вред его кредиторам.

Как верно указал суд первой инстанции, при рассмотрении заявлений о признании сделок недействительными судом было установлено ее совершение в период подозрительности при наличии неудовлетворенных требований кредиторов и при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Пунктом 3 статьи 53.1 ГК РФ предусмотрено, что контролирующее лицо должно действовать добросовестно и разумно в интересах юридического лица, в противном случае рискуя быть привлеченным к ответственности.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Так, в абзаце втором пункта 3 статьи 56 ГК РФ (в редакции, действовавшей в спорный период) и пункте 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действовавшей как в спорный период, так и в настоящее время) содержится общая норма о субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью его участника, который имеет право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеет возможность определять действия организации, в ситуации, когда несостоятельность (банкротство) хозяйственного общества вызвана таким участником и имущества юридического лица недостаточно для проведения расчетов с кредиторами.

По смыслу названных положений закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершённых подконтрольной организацией, результатом которых стала её несостоятельность (банкротство).

Апелляционный суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между действиями контролирующего ООО «Газсистемы» ФИО2 и наступлением объективного банкротства должника, и обязанности указанного лица отвечать по обязательствам должника в размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Доводы подателя жалобы относительно того, что факт отсутствия в действиях ФИО2 умысла на причинение имущественного вреда кредиторам ООО «Газсистемы» установлен судом общей юрисдикции и является обязательным для исследования при разрешении вопроса о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, а об отсутствии умысла также свидетельствует постановление о прекращении уголовного дела от 24.07.2017, судом признаются несостоятельными.

Проверка законности действий контролирующих должника лиц, установление наличия причинения вреда имущественным правам должника и кредиторам разрешаются судом первой и апелляционной инстанций путем оценки представленных в дело доказательств и доводов участвующих в деле лиц.

Судебная коллегия обращает внимание, что из текста обжалуемого судебного акта не следует какая-либо оценка судом первой инстанции представленных ответчиком доказательств.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не находит указанный довод апелляционной жалобы обоснованным.

Так, 24.07.2017 следователем Ишимского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации вынесено постановление о прекращении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 199 Уголовного Кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО2 в связи с истечением срока давности уголовного преследования, то есть по не реабилитирующим основаниям (пункт 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно постановлению о прекращении уголовного дела в ходе процессуальной проверки установлено, что ФИО2, являясь директором ООО «Газсистемы», действуя в нарушение статьи 57 Конституции Российской Федерации, подпункта 1 пункта 1 статьи 23, пункта 1 статьи 45, подпунктов 1, 2, 8 статьи 171, пункта 1 статьи 172, пунктов 1, 2 статьи 173, пункта 1 статьи 174 НК РФ, части 1 статьи 6, статьи 7 Федерального закона от 21 ноября 1996 года № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», уклонился от уплаты налога путем не предоставления в МИФНС России № 12 по Тюменской области деклараций о налогу на прибыль ООО «Газсистемы», налогу на добавленную стоимость, налогу на имущество ООО «Газсистемы», занижая выручку от реализации товаров, включая заведомо ложные сведения о сделках по заключенным агентским договорам со взаимозависимыми лицами.

Как указано в названном постановлении, в действиях ФИО2 усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 199 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда от 07.02.2018 по делу № 33-814/2018 решение Ишимского городского суда Тюменской области от 07.11.2017 отменено с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований Ишимского межрайонного прокурора в интересах Российской Федерации в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Тюменской области к ФИО2 о взыскании имущественного ущерба.

Вместе с тем, из текста указанного судебного акта следует, что ФИО2 с вынесением постановления о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности по пункту 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, то есть по не реабилитирующему основанию, был согласен.

Далее Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда указывает, что привлечение физического лица к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный публично-правовому образованию в размере подлежащих зачислению в его бюджет налогов организации-налогоплательщика, возникший в результате уголовно-противоправных действий этого физического лица, возможно лишь при исчерпании либо отсутствии правовых оснований для применения предусмотренных законодательством механизмов удовлетворения налоговых требований за счет самой организации или лиц, привлекаемых к ответственности по ее долгам в предусмотренном законе порядке,  в частности после внесения в ЕГРЮЛ сведений о прекращении этой организации, либо в случаях, когда организация-налогоплательщик фактически является недействующей, в связи с чем взыскание с нее или указанных лиц налоговой недоимки и пени в порядке налогового и гражданского законодательства невозможно.

Из текста представленного ответчиком апелляционного определения от 07.02.2017 также следует, что материалы дела не содержат доказательств того, что налогоплательщик ООО «Газсистемы» является недействующей организацией и взыскание с нее налоговой недоимки и пеней на основании норм налогового и гражданского законодательства, в том числе законодательства о банкротстве невозможно.

При таких обстоятельствах взыскание вреда, причиненного бюджету Российской Федерации, в размере подлежащих зачислению в соответствующий бюджет налогов, пеней и штрафов с директора ООО «Газсистемы» ФИО2 с учетом обстоятельств дела является необоснованным.

Согласно части 3 статьи 69 АПК РФ, вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Вместе с тем, судебная коллегия из представленных ответчиком доказательств не усматривает установленное в законном порядке отсутствие вины контролирующего ООО «Газсистемы» лица, при этом в рассматриваемом случае удовлетворение заявленных требований, по мнению суда апелляционной инстанции, не влечет принятие противоречивых судебных актов, чем обеспечивается действие принципа правовой определенности.

Довод ФИО2 о непринятии во внимание судом первой инстанции позиции конкурсного управляющего должника о нецелесообразности рассмотрения настоящего заявления ввиду наличия в конкурсной массе имущества, покрывающего совокупный объем требований кредиторов (т.16 л.д.107), также подлежит отклонению.

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

То обстоятельство, что в процессе формирования конкурсной массы выявлено имущество стоимостью превышающей размер непогашенных требований кредиторов, не является основанием для отказа в удовлетворении требования о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица при наличии в производстве суда такого заявления.

С настоящим заявлением конкурсный управляющий ФИО3 обратилась 24.10.2017, судебный акт о признании сделок купли-продажи от 17.12.2014 недействительными вступил в законную силу 08.10.2018.

Данное обстоятельство подлежит учету при определении размера субсидиарной ответственности, но на обоснованность рассматриваемого заявления не влияет, с учетом того обстоятельства, что в порядке статьи 49 АПК РФ отказ от заявленных требований конкурсным управляющим должника заявлен не был.

Необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участника юридического лица.

Суд первой инстанции правомерно приостановил производство по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в части установления размера, поскольку на дату рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 мероприятия по формированию конкурсной массы ООО «Газсистемы» не завершены конкурсным управляющим должника. 

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Исходя из изложенного, оснований для отмены определения суда не имеется, апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

В соответствии с пунктом 35 постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения, суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 ноября 2018 года по делу № А70-7946/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.Ю. Брежнева

Судьи

С.А. Бодункова

 О.В. Зорина