ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

05.06.2023

Дело № А40-129114/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 05 июня 2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

Председательствующего судьи: Ю.В. Архиповой,

судей: Н.Н. Колмаковой, Н.Н. Кольцовой,

при участии в заседании: 

от истца общества с ограниченной ответственностью «Регион» – не явился, извещен,

от ответчика общества с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг»– ФИО1 по доверенности от 09.01.2023,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу 

общества с ограниченной ответственностью «Регион» 

на решение Арбитражного суда города Москвы от 05 октября 2022 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08 февраля 2023 года

по делу по иску общества с ограниченной ответственностью «Регион» 

к обществу с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг»

о взыскании неосновательного обогащения, процентов 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «РЕГИОН» в лице конкурсного управляющего обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ООО «РЕСО-ЛИЗИНГ» о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 281 812,41 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 102 141,56 рублей за период с 19.03.2021 года по 31.03.2022 года, с продолжением начисления процентов с 01.04.2022 до момента фактического исполнения обязательства в размере, определяемом ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, исключая период действия моратория на возбуждение дел о банкротстве ответчика по заявлениям кредиторов, предусмотренного статьей 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (с учетом принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнения размера заявленных требований).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05 октября 2022 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08 февраля 2023 года, в иске отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, истец обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил названные решение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований, указывая на неверное определение существенных обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, неправильные выводы, отсутствие надлежащей оценки его доводам и доказательствам, нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права. 

Отзыв на кассационную жалобу представлен в материалы дела. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована в информационной системе «Картотека арбитражных дел».  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика против доводов кассационной жалобы возражал, указал на законность и обоснованность судебных актов.

Истец, извещенный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направил, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие лица.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В этой связи в соответствии с указанной нормой права проверка законности и обоснованности судебных актов осуществляется судом кассационной инстанции в обжалуемой части.

В кассационной жалобе заявитель перечисляет обстоятельства, установленные судами первой и апелляционной инстанций, отмечает несогласие с выводами судов, указывает, в частности, что суды первой и апелляционной инстанций при расчете сальдо встречных обязательств необоснованно учли платеж за пользование имуществом, который не может быть отнесен к встречному предоставлению лизингодателя по смыслу разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», в том числе в пунктах 3.1-3.3. При расчете сальдо необоснованно учтена предусмотренная пунктом 9.3.3 договора лизинга плата за пользование имуществом в размере 0,1% от стоимости предмета лизинга по договору купли-продажи, которая по расчетам ответчика составляет 2 999 150,00 рублей. Согласно пункту 1 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 лизинговые платежи невозможно разделить на плату за пользование предметом лизинга и его выкупную стоимость. В данном случае по условиям договора лизинга плата за пользование финансированием начисляется и уплачивается в структуре лизинговых платежей. Следовательно, уплачивая лизинговые платежи, лизингополучатель также оплачивает владение и пользование предметом лизинга. Плата за пользование предметом лизинга противоречит положениям пункта 5 статьи 17 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее также – Закон о лизинге), согласно которым если лизингополучатель не возвратил предмет лизинга или возвратил его несвоевременно, лизингодатель вправе требовать внесения платежей за время просрочки. В случае, если указанная плата не покрывает причиненных лизингодателю убытков, он может требовать их возмещения.  В силу пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю. Заявитель также указал, что включение в расчет сальдо наряду с платой за финансирование платы за пользование предметом лизинга противоречит принципу недопущения получения лизингодателем благ, ставящих его в лучшее имущественное положение чем в то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также выводов, содержащихся в обжалуемых решении и постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что кассационная жалоба подлежит удовлетворению, обжалуемые решение и постановление подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Доводы истца были отклонены судами без надлежащей оценки, однако его доводы заслуживают внимания и оценки судов.

Суд первой инстанции, разрешая спор по существу, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, отказывая в иске, суд апелляционной инстанции, оставляя решение без изменения, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, исходили, в частности, из следующего.

22.01.2018 между ООО «РЕСО-Лизинг» (лизингодатель) и ООО «Регион» (лизингополучатель) был заключен договор лизинга №886КМ-РГН/02/2018, согласно которому лизингодатель приобрел и передал во временное владение и пользование лизингополучателю автомобиль тягач КМУ 780535 VIN: 

<

***>, а должник обязался осуществлять оплату лизинговых платежей на условиях, предусмотренных приложением № 1 к договору лизинга. Согласно пункту 2.1 договора имущество передается лизингополучателю на срок до 28.02.2021. В соответствии с пунктом 9.2 приложения №4 к договору лизингодатель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору и расторгнуть его в одностороннем внесудебном порядке без возврата лизингополучателю всех полученных от него денежных средств и/или без возмещения лизингополучателю каких-либо убытков, вызванных этим расторжением и потребовать возмещения убытков, письменно уведомив об этом лизингополучателя, в случае если лизингополучатель в течение срока действия договора два раза или более уплатил лизингодателю лизинговые платежи с нарушением сроков, установленных договором, или уплатил их не полностью. Договор считается расторгнутым по истечении 10 дней с момента отправки уведомления о расторжении договора.

ООО «РЕСО-Лизинг» отказалось от исполнения договора лизинга в одностороннем порядке, направив в адрес лизингополучателя уведомление о расторжении договора лизинга №886КМ-РГН/02/2018. Принимая во внимание пункт 9.2 приложения №4 к договору и дату направления уведомления - 13.06.2019, договор лизинга №886КМ-РГН/02/2018 расторгнут 23 июня 2019 года. Цена приобретаемого имущества составила 6 650 000,00 рублей, авансовый платеж - 1 995 000,00 рублей. Предмет лизинга был возвращён 16 сентября 2020 года. Цена по договору купли-продажи №АРЛ/200-2021/146 от 16.02.2021 предмета лизинга составила 4 970 000,00 рублей, оплата подтверждается копией платежного поручения от 19.03.2021.

  Обращаясь в суд, истец ссылался на то, что расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга у лизингополучателя порождает необходимость соотнести взаимные представления сторон по договору лизинга, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств) и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Истец указывает, что после расторжения договора лизинга имело место удержание лизингодателем оплаченной части выкупной цены без предоставления лизингополучателю в части, касающейся выкупа, встречного исполнения – передачи предмета лизинга, что свидетельствует о наличии на стороне лизингодателя неосновательного обогащения в размере 1 281 812,41 рублей, которое заявляет к взысканию. Истец также настаивает на взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19.03.2021  по 31.03.2022 - 102 141,56 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактической уплаты.

Ответчик в своем расчете применяет иные показатели. 

По расчетам ответчика сальдо взаимных расчетов 8 584 338,41 - 10 622 655,31 = -2 038 316,90 в пользу лизингодателя.

Суд, проверив сальдо встречных требований, рассчитанных лизингодателем и лизингополучателя, признав расчет лизингополучателя неверным пришел к выводу, с которым согласился суд апелляционной инстанции, об отказе в иске. 

Между тем суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций сделаны преждевременно, суды не установили все существенные для дела обстоятельства и не дали им надлежащую правовую оценку, что привело к неправильному применению норм материального права.

Суд первой инстанции верно указал, что согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой. 

Суд первой инстанции указал, что, проверив сальдо встречных требований, рассчитанных лизингодателем и лизингополучателем, находит неверным расчет лизингополучателя. Суд также отметил, что материалами дела подтверждается представленный ООО «РЕСО-Лизинг» расчет сальдо встречных обязательств, в соответствии с которым итоговое сальдо встречных обязательств складывается в сумме -2 038 316,90 рублей в пользу лизингодателя, следовательно, истец (лизингополучатель) не доказал факт возникновения на его стороне неосновательного обогащения на указанную им сумму. При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявленных требований у суда не имеется.

Следует также отметить, что суд первой инстанции установил, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2021 по делу №А65-29414/2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2022 по делу А65-29414/2020, установлены обстоятельства по спорному договору, в том числе: цена приобретаемого имущества составила 6 650 000,00 рублей, авансовый платеж 1 995 000,00 рублей, предмет лизинга был возвращён 16 сентября 2020 года, цена по договору купли - продажи №АРЛ/200-2021/146 от 16.02.2021 предмета лизинга составила 4 970 000,00 рублей, оплата подтверждается копией платежного поручения от 19.03.2021.

Между тем указанным определением установлено, что отсутствует неосновательное обогащение на стороне лизингополучателя, в связи с чем было отказано обществу с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг» во включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Регион».

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»,  судам также следует иметь в виду, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, данная судом оценка обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы. 

В настоящем случае суду также следовало указать мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к иным выводам, нежели выводы, к которым пришел суд в определении Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2021 по делу №А65-29414/2020, в том числе с учетом того, что указанным определением установлено отсутствие неосновательного обогащения на стороне лизингополучателя.

Суд кассационной инстанции считает преждевременным вывод суда первой инстанции о том, что материалами дела подтверждается представленный ООО «РЕСО-Лизинг» расчет сальдо встречных обязательств, в соответствии с которым итоговое сальдо встречных обязательств складывается в сумме -2 038 316,90 рублей в пользу лизингодателя, следовательно, истец (лизингополучатель) не доказал факт возникновения на его стороне неосновательного обогащения на указанную им сумму.

Суд первой инстанции указал, что разумный срок для реализации предмета лизинга подлежит исчислению с момента передачи лизингополучателем предмета лизинга лизингодателю до даты реализации предмета лизинга (получения денежных средств по договору). Учитывая, что в лизинг было передано дорогостоящее транспортное средство - специализированная техника, предмет лизинга реализован в разумный срок (6 месяцев), при этом лизингополучатель не доказал, что имущество можно было реализовать быстрее. Так, предмет лизинга возвращен 16.09.2020, денежные средства за реализацию поступили 19.03.2021. 

Вывод суда первой инстанции о разумном сроке (6 месяцев) должен быть мотивированным с учетом того, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2021 по делу №А65-29414/2020 установлено, что разумный срок на реализацию спорного предмета лизинга не может превышать трех месяцев с момента изъятия.

При проверке расчета сальдо истца суд первой инстанции принял доводы ответчика о том, что срок финансирования исчисляется с даты заключения договора лизинга по дату получения денежных средств от реализации, а именно с 22.01.2018 по 19.03.2021. 

Между тем, как разъяснено в пункте 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, по общему правилу финансирование по договору выкупного лизинга в случае его расторжения считается возвращенным в соответствующем размере лизингодателю с момента продажи предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого для его реализации. Расчет платы за предоставленное лизингополучателю финансирование не может производиться только до момента изъятия предмета лизинга, поскольку само по себе данное обстоятельство не приводит к возврату финансирования в денежной форме. В то же время исходя из свободы выбора контрагента лизингодателем и свободы определения ими условий соглашения купли-продажи, а также с учетом принципа относительности обязательства на лизингополучателя, не участвующего в их соглашении, не может быть возложен риск ненадлежащего исполнения обязательств контрагентом лизингодателя и ему не могут быть противопоставлены условия договора купли-продажи предмета лизинга, определяющие срок уплаты покупной цены (пункт 3 статьи 308, статья 421 ГК РФ). В связи с этим моментом возврата финансирования также не может считаться день фактического получения выручки от продажи предмета лизинга. 

Таким образом, суду первой инстанции надлежало установить момент продажи предмета лизинга, дату заключения договора купли-продажи или иных сделок, направленных на реализацию изъятого предмета лизинга. Исходя из установленной даты продажи лизинга произвести расчет платы за предоставленное лизингополучателю финансирование, определить размер завершающего обязательства лизингополучателя, который зависит от установленного периода пользования финансированием.

Суд первой инстанции при расчете сальдо учел плату за пользование предметом лизинга. 

В обоснование учета указанной платы при расчете сальдо суд первой инстанции указал, что истцом не оспорено, что предмет лизинга изъят лизингодателем 18.09.2020, тогда как договор лизинга расторгнут 24.07.2019, истец фактически пользовался предметом лизинга в указанный период. В силу пункта 9.3.3 приложения № 4 к договору лизинга в случае нарушения лизингополучателем срока возврата лизингополучатель обязан в порядке статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации за каждый день просрочки возврата оплатить плату за пользование имуществом за период с даты расторжения договора по дату возврата имущества, стороны согласовали, что плата за пользование имуществом составляет 0,1 % от стоимости имущества по обязательному договору (договор на приобретение лизингодателем предмета лизинга) за каждый день просрочки возврата имущества.

Также судом первой инстанции приведен довод ответчика о том, что спорный предмет лизинга мог быть сдан в аренду лизингодателем в период с даты расторжения договора до даты возврата предмета лизинга лизингодателю, следовательно, за период просрочки возврата имущества сумма 5 986 800,00 рублей составляет сумму убытков лизингодателя.

Данный довод ответчика надлежащей оценки суда первой инстанции не получил.

Суд первой инстанции указал, что договор финансовой аренды (лизинга) является подвидом договора аренды (статья 625 ГК РФ), поэтому к нему применяются общие положения об аренде, не противоречащие установленным правилам о договоре финансовой аренды. В силу статьи 622 ГК РФ если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

Таким образом, судом первой инстанции плата за пользование предметом лизинга квалифицирована в качестве арендных платежей.

Между тем судом первой инстанции не учтены разъяснения, содержащиеся в пункте 3 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, в силу которых договор выкупного лизинга не является смешанным, а относится к самостоятельному, отличному от купли-продажи типу гражданско-правовых договоров (исходя из положений статьи  665 ГК РФ, статьи 2, пункта  1 статьи 19 и пункта 1 статьи  28 Закона о лизинге). Посредством заключения такого договора удовлетворяются имущественные интересы участников оборота по приобретению вещи в собственность. В пункте 4 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, указано на то, что, как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 17, особенностью договора выкупного лизинга является то, что право собственности на предмет лизинга, перешедшее лизингодателю от продавца, сохраняется за лизингодателем временно как способ обеспечения того, что лизингополучатель исполнит свое обязательство по возврату (возмещению) предоставленного лизингодателем финансирования и выплате соответствующего вознаграждения (платы за финансирование). В связи с этим по смыслу статьи 309 ГК РФ и пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге уплата лизингополучателем всех лизинговых платежей в согласованные сторонами сделки сроки полностью удовлетворяет материальный интерес лизингодателя в размещении денежных средств. С названного момента в силу пункта 4 статьи 329 ГК РФ право собственности на предмет лизинга переходит от лизингодателя к лизингополучателю автоматически, если иной момент не установлен законом (пункт 2 статьи 218, статья 223 ГК РФ).

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, платежи по договору выкупного лизинга по общему правилу включают в себя сумму предоставленного лизингодателем финансирования и вознаграждение за названное финансирование, зависящее от продолжительности пользования им. Данные платежи не могут быть разделены на плату за пользование предметом лизинга и его выкупную стоимость. 

Суд апелляционной инстанции квалифицировал плату за пользование предметом лизинга за спорный период в качестве упущенной выгоды лизингодателя, отметив, что плата за фактическое пользование является упущенной выгодой лизингодателя согласно статье 15 ГК РФ, указанная плата включена в расчет сальдо в полном соответствии с вышеназванными пунктами 3.1, 3.2, 3.3, 3.6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17. 

При проверке расчета сальдо истца суд первой инстанции принял доводы ответчика о том, что срок финансирования исчисляется с даты заключения договора лизинга по дату получения денежных средств от реализации, а именно с 22.01.2018 по 19.03.2021. 

При этом отклоняя доводы истца о двойном начислении, суды указали, что доводы не имеют фактического подтверждения, в расчёт сальдо включена плата за финансирование, то есть плата за денежные средств, предоставленные лизингодателем. При этом судами указано, что необходимо учитывать, что лизингополучатель не возвращал имущество после расторжения договора в течение 15 месяцев (451 день). 

В обоснование учета указанной платы при расчете сальдо суд первой инстанции указал, что  истцом не оспорено, что предмет лизинга изъят лизингодателем 18.09.2020, тогда как договор лизинга расторгнут 24.07.2019, истец фактически пользовался предметом лизинга в указанный период.

При этом срок финансирования определен судом с даты заключения договора лизинга по дату получения денежных средств от реализации, а именно с 22.01.2018 по 19.03.2021. 

Между тем согласно пункту 5 статьи 17 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» если лизингополучатель не возвратил предмет лизинга или возвратил его несвоевременно, лизингодатель вправе требовать внесения платежей за время просрочки. В случае, если указанная плата не покрывает причиненных лизингодателю убытков, он может требовать их возмещения.

Таким образом, с учетом того, что период пользования предметом лизинга является частью (включается) периода финансирования (срока финансирования), размер завершающего обязательства лизингополучателя зависит от установленного периода пользования финансированием, а также с учетом того, что по смыслу статьи 309 ГК РФ и пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге уплата лизингополучателем всех лизинговых платежей в согласованные сторонами сделки сроки полностью удовлетворяет материальный интерес лизингодателя в размещении денежных средств (пункт 3 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021), указанный материальный интерес лизингодателя при расторжении договора выкупного лизинга учитывается при определении завершающего обязательства лизингополучателя, поэтому вывод о наличии либо отсутствии убытков, наличии совокупности обстоятельств, необходимых в силу статьи 15 ГК РФ для применения ответственности в виде взыскания убытков (упущенной выгоды), должен быть сделан с учетом указанных выше обстоятельств.

Между тем вывод суда апелляционной инстанции о том, что плата за пользование предметом лизинга является упущенной выгодой лизингодателя согласно статье 15 ГК РФ не подтвержден установлением наличия совокупности обстоятельств, необходимых в силу статьи 15 ГК РФ для применения ответственности в виде взыскания убытков (упущенной выгоды).

Так, в пункте 26 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, применительно к указанию недопустимости включения в договор лизинга условия договора об уплате лизинговых платежей, причитающихся до окончания действия договора, несмотря на его расторжение и досрочный возврат финансирования, разъяснено, что лизингодатель не лишен права доказывать на общих основаниях (статьи 15, 393 ГК РФ), что ему в результате ненадлежащего исполнения договора лизингополучателем были причинены убытки в форме упущенной выгоды. Для определения размера убытков могут быть приняты во внимание следующие факторы: период, в течение которого лизингодатель понес потери, связанные с неразмещением денежных средств иному лицу на сопоставимую сумму по другому договору лизинга; снижение средних ставок платы за финансирование по аналогичным лизинговым операциям и др.  

Учитывая, что обстоятельства дела являются неисследованными в полном объеме, вся совокупность доказательств не была предметом оценки судов, суд кассационной инстанции считает судебные акты подлежащими отмене в силу положений частей 1 и 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а дело направлению на новое рассмотрение в силу пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, оценить доказательства в их совокупности, проверить доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; на основании этого установить имеющие значение для дела юридически значимые обстоятельства; принять законное и обоснованное решение.

Вопрос о распределении расходов по оплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы судом кассационной инстанции не рассматривается. В силу абзаца 2 части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 05 октября 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08 февраля 2023 года по делу № А40-129114/2022 отменить.  

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

 

Председательствующий судья

 

Ю.В. Архипова

 

Судьи

 

Н.Н. Колмакова

 

Н.Н. Кольцова