ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

11.07.2023 года

Дело № А40-6815/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04.07.2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 11.07.2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Паньковой Н.М., Каменецкого Д.В.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – представитель ФИО2 (доверенность от 23.08.2022)от ООО «Литера Легис» - представитель ФИО3 (доверенность от22.09.2022)

от ООО «ТМИ» - представитель ФИО4 (доверенность от 19.01.2023)

от ООО «НОМОКО» - представитель ФИО4 (доверенность от 28.09.2023)

от ООО «Моральный Кодекс» - представитель ФИО4 (доверенность от 28.09.2023)

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Юдичева ИгоряВладимировича,на определение Арбитражного суда города Москвы от 12.12.2022,на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023(№09АП-2661/2023; № 09АП-4105/2023; № 09АП-94243/2022),

по объединенному заявлению конкурсного управляющего и Юдичева ИгоряВладимировича о взыскании с ФИО5, ООО «Телеком иМикроэлектроник Индастриз», ООО «Моральный Кодекс», ООО «НОМОКО»убытков в размере 224 473 732 руб. 50 коп.,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Кибертехника», 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.01.2021 возбуждено производство по делу по заявлению ООО «Литера Легис» о признании АО «Кибертехника» (далее – должник, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2021 в отношении АО «Кибертехника» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6, о чем в газете «Коммерсантъ» от 11.06.2021 № 100 опубликовано сообщение.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2022 АО «Кибертехника» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена                ФИО7, о чем в газете «Коммерсантъ» от 28.05.2022 № 93 опубликовано сообщение.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2022 объединены в одно производство заявления временного управляющего должника о взыскании убытков с ФИО5 и Юдичева ИгоряВладимировича о взыскании убытков солидарно с ФИО5, ООО «Телеком и Микроэлектроник Индастриз» (далее - ООО «ТМИ»), ООО «Моральный Кодекс», ООО «Номоко» для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.12.2022 заявления конкурсного управляющего АО «Кибертехника» и единственного акционера АО «Кибертехника» ФИО1 удовлетворено частично. Взысканы с ФИО5 в конкурсную массу АО «Кибертехника» убытки в размере                 224 473 732, 50 руб. В удовлетворении остальной части заявлений отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 (в части отказа в удовлетворении требований к ООО «Телеком и Микроэлектроник Индастриз», ООО «Моральный Кодекс», ООО «Номоко») и ФИО5 (в части удовлетворения заявления к нему) обратились с апелляционными жалобами.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023 определение Арбитражного суда г. Москвы от 12.12.2022 в части взыскания с ФИО5 в конкурсную массу АО «Кибертехника» убытков в размере 224 473 732, 50 руб. отменено, в указанной части в удовлетворении заявлений отказано. В остальной части определение суда оставлено без изменения.

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023 изменить, удовлетворить требования в полном объеме, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела. 

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru 

От ФИО5 поступил отзыв с возражениями на кассационную жалобу

(приобщен к материалам дела).

В судебном заседании представитель ФИО1 и кредитора ООО «Литера Легис» поддержали доводы кассационной жалобы.

Представитель ООО «Телеком и Микроэлектроник Индастриз», ООО «Моральный Кодекс», ООО «Номоко» возражал на доводы кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзывах (приобщены к материалам дела).

            Надлежащим  образом извещенный о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы заявитель, своего представителя в заседание суда кассационной инстанции не направил, что в силу ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

            Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены постановления суда от 15.03.2023 по следующим основаниям.

Как установлено судами и следует из материалов дела, что протоколом                от 12.09.2017 № 12/09-СД заседания Совета директоров АО «Кибертехника» генеральным директором должника был избран ФИО5

Протоколом № 22/02/18-СД заседания Совета директоров АО «Кибертехника» от 22.02.2018 полномочия генерального директора общества ФИО5 были прекращены досрочно.

Должность генерального директора должника ФИО5  занимал в период с 12.09.2017 по 22.02.2018.

Обращаясь в суд с заявлениями, временный управляющий и акционер ссылались на то, что основанием для взыскания убытков с ответчиков являются

- заключение АО «Кибертехника» с ООО «ТМИ» дополнительного соглашения № 2 от 01.12.2017 к договору поставки от 28.04.2017 № 004/0412, по условиям которого исключены штрафные санкции;

- заключение АО «Кибертехника» с ООО «Моральный кодекс» дополнительного соглашения от 01.12.2017 № 1 к договору поставки от 28.04.2017№ 005/0412, по условиям которого исключены штрафные санкции;

- заключение АО «Кибертехника» с ООО «Номоко» дополнительного соглашения от 01.12.2017 № 1 к договору поставки от 08.06.2017 №1620187346311412539005687/015-0411, по условиям которого исключены штрафные санкции.

Исключение вышеуказанных штрафных санкций, по мнению заявителей, причинили АО «Кибертехника» убытки, т.к. бывшим генеральным директором АО «Кибертехника» ФИО5 указанные сделки были совершены в интересах конкретной группы лиц на заведомо невыгодных для общества условиях.

Удовлетворяя заявленные требования в части взыскания убытков с  ФИО5, суд первой инстанции пришел к выводу, что данные дополнительные соглашения заключены на заведомо невыгодных для АО «Кибертехника» условиях, что привело к существенному уменьшению возможного размера ответственности контрагентов без какого-либо встречного предоставления с их стороны. Действия генерального директора ФИО5 по заключению дополнительных соглашений, которые либо исключали, либо значительно уменьшали ответственность контрагентов без наличия каких-либо правовых оснований и встречных экономически соразмерных предоставлений привели к причинению должнику убытков.

Между тем, судом не установлено оснований для удовлетворения заявления о взыскании убытков с ООО «ТМИ», ООО «Номоко», ООО «Моральный кодекс», поскольку суд не установил признаков аффилированности ответчиков с АО «Кибертехника», общности экономических интересов, а также получения какой-либо выгоды.

Отменяя определение Арбитражного суда г. Москвы от 12.12.2022 в части взыскания с ФИО5 в конкурсную массу АО «Кибертехника» убытков в размере 224 473 732,50 руб., суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что

заключение дополнительных соглашений, по условиям которых штрафные санкции были уменьшены, в настоящем случае не образуют состава для взыскания убытков по смыслу ст.ст. 15, 393 ГК РФ, главы III.2 Закона о банкротстве, кроме того, признаны необоснованными и документально не подтверждёнными выводы суда первой инстанции, что заключение дополнительных соглашений в декабре 2017 года привело к несостоятельности АО «Кибертехника» в мае 2020 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Пунктом 3 ст. 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Из содержания п. 53 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (п. 3 ст. 53 ГК РФ, ст. 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Требование о возмещении должнику убытков может быть предъявлено от имени должника арбитражным управляющим по своей инициативе в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ, в силу пунктов 1, 2 которой, лицо, чьи права нарушены, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, при этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода), и для привлечения лица к ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать факт наступления вреда, наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика, вину причинителя вреда (статья 65 АПК РФ).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в т.ч., при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Как установлено судами, деятельность АО «Кибертехника» с момента учреждения связана с исполнением гособоронзаказа (ГОЗ), в рамках которого должник выступал головным исполнителем в интересах головного заказчика - АО «Воентелеком».

В целях исполнения договора с АО «Воентелеком», должником в рамках ГОЗ задач заключались сделки с поставщиками товаров и услуг, в т.ч., с ООО «ТМИ», «Моральный кодекс» и «Номоко».

Так, 31.03.2017 между АО «Воентелеком» (Заказчик) и АО «Кибертехника» (Исполнитель) был заключен Договор на изготовление и поставку комплекса технических средств (далее - Основной договор 1), Договор на изготовление и поставку узла комплексного инфотелекоммуникационного оснащения (далее - Основной договор 2) во исполнение условий государственного контракта от 23.09.2016 №1620187346311412539005687.

В соответствии с п. 1 Основного договора 1, 2 предметом договора является изготовление и поставка продукции в соответствии со Спецификацией, требованиями к Продукции, указанными в Техническом задании, являющимися неотъемлемой частью настоящего Договора.

Частью 9 Основного договора 1, 2 предусмотрена ответственность сторон, в том числе п. 9.3 предусмотрено, что в случае нарушения Исполнителем обязательств по настоящему договору Заказчик имеет право взыскать штраф в размере 5% от цены договора за каждый факт нарушения срока, качества, гарантийных и иных обязательств, предусмотренных договором, или неустойку за каждый день исполнения обязательств с нарушением настоящего договора.

Неустойка устанавливается в размере 0,1% от цены Продукции, в отношении которой допущены нарушения.

Также согласно п. 4.10 Основного договора 1, 2 в случае неисполнения Исполнителем обязательств, предусмотренных Договором, в срок, он лишается права на экономическое стимулирование (бесплатное пользование авансом), и к авансу (или его соответствующей части), в случае его выплаты Заказчиком, применяются правила статьи 823 ГК РФ о коммерческом кредите. Проценты за пользование коммерческим кредитом в виде аванса (или его соответствующей части) уплачиваются, начиная со дня, следующего после дня получения аванса (или его соответствующей части) по день фактического исполнения обязательств. Плата за пользование коммерческим кредитом устанавливается в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день уплаты процентов, от суммы выданного аванса (или его соответствующей части) за каждый день пользования авансом (или его соответствующей частью), как коммерческим кредитом. Днем получения аванса (или его соответствующей части) Исполнителем считается день списания денежных средств с отдельного счета Заказчика.

Во исполнение Основного договора-1, 28.04.2017 АО «Кибертехника» был заключен договор поставки № 004/0412 с ООО «Телеком и Микроэлектроника Индастриз» (ООО «ТМИ»).

В соответствии с п. 1.1 договора поставки ООО «ТМИ» (поставщик) обязался поставить АО «Кибертехника» (покупатель) продукцию в ассортименте, составе, количестве и по цене согласно Спецификации, указанной в Приложении  N 1 к Договору.

В соответствии с п. 3.1 договора его цена составила 70 994 419 руб. 48 коп.,  срок поставки продукции, не позднее 17.07.2017.

В соответствии с п. 7.1.6 договора поставки в первоначальной редакции в случае неисполнения Поставщиком сроков поставки Продукции, он лишается права на экономическое стимулирование (бесплатное пользование авансом), и к авансу (или соответствующей его части) в случае его выплаты Покупателем, применяются правила статьи 823 ГК РФ о коммерческом кредите. Проценты за пользование коммерческим кредитом в виде аванса (или его соответствующей части) уплачиваются, начиная со дня следующего, после получения аванса (или его соответствующей части) по день фактического исполнения обязательств. Плата за пользование коммерческим кредитом устанавливается в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день уплаты процентов, от суммы выданного аванса (или его соответствующей части) за каждый день пользования авансом (или его соответствующей части), как коммерческим кредитом.

Ответчиком 01.12.2017 было подписано дополнительное соглашение N 2 к договору поставки N 004/0412, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению об исключении п. 7.1.6 договора поставки.

АО «Кибертехника» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы к ООО «ТМИ» с исковым заявлением о взыскании процентов за пользование коммерческим кредитом в размере 2 876 326,76 руб. (в порядке п. 7.1.6 договора поставки).

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 24.06.2021 по делу N А40-76942/2020 в удовлетворении исковых требований было отказано ввиду того, что дополнительным соглашением от 01.12.2017 № 2 стороны исключили п. 7.1.6 из условий договора поставки.

Далее, во исполнение Основного договора-1, 28.04.2017 между АО «Кибертехника» (покупатель) и ООО «Моральный кодекс» (поставщик) был заключен договор поставки от 28.04.2017  №005/0412, согласно которому поставщик обязался поставить покупателю продукцию в ассортименте, составе, количестве и по цене согласно Спецификации, указанной в Приложении N 1 к договору.

В соответствии с п. 3.1 договора следует, что цена договора составляет              106 032 300 руб.

В соответствии с п. 7.3, 7.7, 7.8, 7.9 договора поставки в первоначальной редакции за просрочку поставки товара поставщик уплачивает покупателю пени (штраф) в размере 5% от цены договора за каждый день просрочки (п. 7.3), за непредставление отчетной документации и материалов, подтверждающих исполнение обязательств в соответствии с договором о ходе изготовления и поставки продукции - 25% от цены договора за каждый факт нарушения (п. 7.7), за непредставление информации, предусмотренной п. 2.2.8 Договора - 1,5% от цены договора за каждый день просрочки (п. 7.8), а также 25% - за каждый факт нарушения гарантийного обязательства (п. 7.9).

В соответствии с п. 7.16 договора поставки в первоначальной редакции в случае неисполнения поставщиком сроков поставки продукции, он лишается права на экономическое стимулирование (бесплатное пользование авансом), и к авансу (или соответствующей его части) в случае его выплаты Покупателем, применяются правила статьи 823 ГК РФ о коммерческом кредите. Проценты за пользование коммерческим кредитом в виде аванса (или его соответствующей части) уплачиваются, начиная со дня следующего, после получения аванса (или его соответствующей части) по день фактического исполнения обязательств. Плата за пользование коммерческим кредитом устанавливается в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день уплаты процентов, от суммы выданного аванса (или его соответствующей части) за каждый день пользования авансом (или его соответствующей части), как коммерческим кредитом.

Ответчиком 01.12.2017 было подписано дополнительное соглашение № 1 к договору поставки №005/0412, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению об исключении п. 7.8, 7.9, 7.16, а п. 7.3 изложить в следующей редакции: «В случае нарушения сроков поставки Продукции, предусмотренных Договором, Покупатель вправе потребовать, а Поставщик обязан уплатить неустойку (пени) в размере 1/300 действующей на день уплаты неустойки ставки рефинансирования ЦБ РФ от цены, не поставленной Продукции за каждый календарный день просрочки поставки Продукции».

АО «Кибертехника» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы со встречным исковым заявлением к ООО «Моральный кодекс» о взыскании неустойки в размере 845 125 627,50 руб.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 02.06.2021 по делу №А40-324605/2019 иск был удовлетворен частично. Судом было установлено, что с учетом дополнительного соглашения N 1 от 01.12.2017 размер штрафных санкций за нарушение срока поставки за период с 17.07.2017 по 24.12.2017 составляет             726 965 120,07 руб.

Учитывая положения ст. 333 ГК РФ, размер неустойки был уменьшен, исходя из размера неустойки 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ от стоимости не поставленного товара в день за весь период просрочки поставки, и составляет            4 842 744,16 руб.

В данной части заявители не требовали взыскания убытков, поскольку размер неустойки был снижен судом в порядке ст. 333 ГК РФ.

Однако, заявители ссылались на то, что АО «Кибертехника» также заявляло о взыскании с ООО «Моральный кодекс»: процентов за пользование коммерческим кредитом в размере 3 874 950 руб.; штрафа за нарушение обязательств по предъявлению документации в размере 26 508 075 руб.; штрафа за нарушение обязательств по предоставлению информации в размере 26 508 075 руб.; штрафа за неисполнение гарантийных обязательств в размере 159 048 450 руб.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 02.06.2021 по делу № А40-324605/2019 в указанной части было отказано.

При этом суд установил, что с учетом условий дополнительного соглашения и установленного судом размера неустойки за просрочку поставки, подлежащего удержанию в соответствии с п. 7.10 договора, право требования по встречному иску неустойки за просрочку поставки в размере 845 125 627,5, процентов за пользование коммерческим кредитом в размере 3 874 950,4 руб., штрафа за нарушение обязательств по предоставлению документации, материалов в размере 26 508 075 руб., штрафа за нарушение обязательств по предоставлению информации в размере 26 508 075 руб. отсутствует.

Поскольку судом при рассмотрении размера подлежащих удержанию штрафных санкций установлено отсутствие оснований удержания штрафа за неисполнение гарантийных обязательств в размере 159 048 450 руб., самостоятельные требования встречного иска в указанной части не были удовлетворены.

Кроме того, во исполнение Основного договора-2 28.04.2017 между АО «Кибертехника» (Покупатель) и ООО «Номоко» (Поставщик) был заключен Договор поставки N 1620187346311412539005687/015-0411 от 08.06.2017 (далее- Договор поставки).

В соответствии с п. 1.1 Договора поставки Поставщик обязался поставить Покупателю продукцию в ассортименте, составе, количестве и по цене согласно Спецификации, указанной в Приложении N 1 к Договору.

В соответствии с п. 7.3 Договора поставки в предыдущей редакции за нарушение Поставщиком обязательств Покупатель имеет право взыскать, а Поставщик при этом обязан будет оплатить неустойку за каждый день исполнения обязательства с нарушением настоящего Договора.

Неустойка устанавливается в размере 0,15% от цены продукции, в отношении которой допущены нарушения.

Однако 01.12.2017 Ответчиком было подписано Дополнительное соглашение N 1 к Договору поставки 1620187346311412539005687/015-0411, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению внести следующие изменения в Договор поставки:

Изменить содержание Спецификации продукции в Приложении N 1 к Договору, изложив Спецификацию продукции в редакции Приложения N 1 к Соглашению";

Изменить пункт 7.3, изложив его в следующей редакции: "7.3. В случае нарушения Поставщиком обязательств по настоящему Договору Покупатель имеет право взыскать, а Поставщик при этом обязан будет уплатить неустойку за каждый день исполнения обязательств с нарушением настоящего Договора. Неустойка устанавливается в размере 0,15% от цены Продукции, в отношении которой допущены нарушения";

Пункты 7.4 и 7.12 исключить.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 26.07.2021 по делу N А40-334015/19 отказано АО «Кибертехник» в удовлетворении исковых требований в части взыскания с ООО «Номоко» штрафных санкций за нарушение условий Договора поставки в размере 5 657 864,45 руб.

При этом суд также установил, что согласно п. 5 Дополнительного соглашения N 1 от 01.12.2017 к договору N 1620187346311412539005687/015-0411, а также Спецификации, являющейся приложением к указанному Дополнительному соглашению, стороны согласовали дату поставки оборудования 29.12.2017, следовательно, ООО «Номоко» исполнило обязательство в срок, предусмотренный соглашение сторон, и у АО «Кибертехника» отсутствуют основания для начисления неустойки за просрочку исполнения обязательства по договору   №1620187346311412539005687/015-0411.

Также указанным решением по делу N А40-334015/19 было установлено, что п. 5 Дополнительного соглашения N 1 от 01.12.2017 к Договору поставки, а также Спецификации стороны исключили п. 7.12 договора поставки, устанавливающий санкции в виде применения к авансу положений о коммерческом кредите ст. 823 ГК РФ. Соответственно, основания для применения рассматриваемых санкций отсутствуют.

В связи с установленными выше фактами, Арбитражным судом г. Москвы было отказано в удовлетворении исковых требований АО «Кибертехника» в части взыскания неустойки за нарушение сроков поставки в размере 4 612 661 руб. (так как Дополнительным соглашением N 1 срок доставки был увеличен), а также в части взыскания процентов за пользование коммерческим кредитом в размере                1 045 194, 74 руб. (т.к. п. 7.12 Договора поставки был исключен).

Кассатор полагает, что ФИО5 своими необоснованными действиями частично исключил ответственность ООО «ТМИ», ООО «Моральный кодекс» и ООО «Номоко» за нарушение условий договоров, а также снизил размер неустойки (штрафов) за нарушение сроков поставки продукции, что привело к существенному уменьшению возможного размера ответственности указанных обществ.

Заявители также указали, что ООО «ТМИ», ООО «Моральный кодекс» и ООО ООО «Номоко» входят в одну группу лиц, действуют в рамках банкротства должника согласованно, являются мажоритарными кредиторами; действия ФИО5 были направлены на причинение убытков обществу в интересах конкретной группы лиц.

Оценив представленные доказательства, с учетов состоявшихся указанных судебных актов, апелляционный суд пришел к выводу, что обстоятельства заключения дополнительных соглашений к договорам поставки об изменении их условий в части неустойки, не свидетельствуют о причинении убытков должнику, поскольку не установлена совокупность обстоятельств, необходимых для вывода о причинении убытков должнику заключением дополнительных соглашений об изменении условий договоров в части штрафных санкций. Из условий договоров не следует неизбежность взыскания неустойки и штрафа в заявленном размере.

В соответствии со ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Требования заявителей направлены на взыскание убытков в виде упущенной выгоды в соответствии со ст. 15 ГК РФ.

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что допущенное ответчиком нарушение обязательства явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить выгоду, в то время как все остальные и необходимые приготовления для ее получения были им совершены, и что он принял меры к предотвращению этих убытков или уменьшению их размера.

Отклоняя доводы ФИО1, суд апелляционной инстанции указал, в частности, что не доказано причинение убытков должнику вследствие заключения дополнительного соглашения к договору поставки от 28.04.2017 № 005/0412, заключенного между должником и ООО «Моральный кодекс».

Как было указано ранее, в Арбитражном суде города Москвы рассматривалось дело №А40-324605/2019 по исковому заявлению ООО «Моральный кодекс» к АО «Кибертехника» о взыскании задолженности по договору поставки от 28.04.2017 № 005/0412.

АО «Кибертехника» обратилось со встречным исковым заявлением об обязании представить информацию о каждом случае заключения договора в рамках кооперации, а также о привлеченном соисполнителе, об обязании предоставить отчетную документацию с расшифровками, о взыскании: - процентов за пользование коммерческим кредитом в размере 3 874 950 руб.; - штрафа за нарушение обязательств по предъявлению документации в размере 26 508 075 руб.; - штрафа за нарушение обязательств по предоставлению информации в размере              26 508 075 руб. - штрафа за неисполнение гарантийных обязательств в размере            159 048 450 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.06.2021 по делу №А40-324605/2019 требования ООО «Моральный кодекс» удовлетворены частично, в удовлетворении встречных требований АО «Кибертехника» отказано в полном объеме.

Отказывая в удовлетворении заявленных АО «Кибертехника» требований, суд указал не только на наличие заключенного дополнительного соглашения от 17.12.2017 №1 к договору поставки от 28.04.2017 №005/0412, которым исключены основания для удовлетворения встречного требования АО «Кибертехника», но и на отсутствие на стороне ООО «Моральный кодекс» нарушений договора от 28.04.2017 № 005/0412.

Более того, суд применил положения ст. 333 ГК РФ применительно к заявленной к взысканию АО «Кибертехника» неустойки с ООО «Моральный кодекс».

Таким образом, ООО «Моральный кодекс» были исполнены обязательства по предъявлению документации, а АО «Кибертехника» не доказан факт неисполнения гарантийных обязательств, что исключает наличие состава убытков.

Таким образом, указанным судебным актом было установлено, что ООО «Моральный кодекс» исполнены обязательства по предоставлению документации, соответственно начисление штрафных санкций необоснованно, АО «Кибертехника» не доказало наличие оснований для наступления гарантийного случая, соответственно отсутствует событие, на основание которого можно применять начисление штрафных санкций.

Учитывая, что ООО «Моральный кодекс» исполнило свои обязанности в полном объеме, основания для начисления штрафных санкций в размере               212 064 600 руб. отсутствовали независимо от наличия/отсутствия дополнительного соглашения.

Таким образом, выводы суда первой инстанции в рамках настоящего спора по данному эпизоду не основаны на Законе и фактических обстоятельствах.

Также, из материалов дела следует, что АО «Кибертехника» обратилось с исковым заявлением к ООО «ТМИ» о взыскании денежных средств по договору поставки от 28.04.2017 № 004/0412.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.06.2021 по делу N А40-76942/2020, вступившем в законную силу, в удовлетворении исковых требований АО «Кибертехника» отказано в полном объеме.

Отказывая в удовлетворении иска, суды указывали на наличие заключенного между АО «Кибертехника» и ООО «ТМИ» дополнительного соглашения № 2 от 01.12.2017 к договору поставки от 28.04.2017 № 004/0412.

С учетом, отсутствия нарушений со стороны ООО «ТМИ», а также наличия заключенного дополнительного соглашения N 2 к договору поставки N 004/0412 от 28.04.2017, суды пришли к выводу, что заявленные АО «Кибертехника» требования удовлетворению не подлежат.

Апелляционный суд также установил отсутствие убытков для должника, вследствие заключения дополнительного соглашения от 01.12.2017 к договору поставки от 08.06.2017 №1620187346311412539005687/015-0411, между должником и ООО «Номоко».

В Арбитражном суде города Москвы рассматривалось дело №А40-334015/2019 по исковому заявлению ООО «Номоко» к АО «Кибертехника» о взыскании задолженности по договорам поставки от 08.06.2017 №1620187346311412539005687/016-0385 и от 08.06.2017 №1620187346311412539005687/015-0411.

В рамках указанного дела АО «Кибертехника» обратилось со встречным исковым заявлением по договорам по договорам поставки от 08.06.2017 №1620187346311412539005687/016-0385 и от 08.06.2017 №1620187346311412539005687/015-0411, в том числе с требованиями: об обязании предоставить в адрес АО «Кибертехника» по договору поставки от 08.06.2017   №1620187346311412539005687/015-0411 информацию о каждом случае заключения договора в рамках кооперации, а также о привлеченном соисполнителе (третьем лице) с указанием полного наименования соисполнителя (третьего лица), его адреса (места нахождения), номера телефона руководителя, идентификационного номера налогоплательщика и кода причины постановки на учет в налоговом органе; об обязании предоставить в адрес АО «Кибертехника» отчетную документацию по договору поставки от 08.06.2017 №1620187346311412539005687/015-0411 с расшифровками; о взыскании с ООО «Номоко» в пользу АО «Кибертехника» штрафных санкций за нарушение условий договора поставки от 08.06.2017 №1620187346311412539005687/015-0411 в размере 5 657 864,45 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.07.2021 по делу №А40-334015/2019 исковые требования ООО «Номоко» удовлетворены в полном объеме, требования АО «Кибертехника» удовлетворены частично, по договору от 08.06.2017 №1620187346311412539005687/016-0385, в остальной части, в частности требования АО «Кибертехника» по договору поставки от 08.06.2017                                 № 1620187346311412539005687/015-0411 оставлены без удовлетворения.

Суд первой инстанции по настоящему делу, удовлетворяя заявление о взыскании убытков в указанной части, не учел, что указанные суммы являются штрафными санкциями, соответственно по заявлению стороны подлежит применению ст. 333 ГК РФ, а также не учел договорные обязательства с основным контрагентом Должника - АО «Воентелеком».

Суд апелляционной инстанции отметил, что изменение дополнительным соглашением сроков поставки по дополнительному соглашению с ООО «Номоко», не причинило убытков должнику, поскольку должник неоднократно изменял и сроки поставки с АО «Воентелеком», что установлено в деле №А40-138976/2019.

Более того, фактически заключением дополнительного соглашения, не устранены полностью штрафные санкции, а приведены в соответствии с договором уровнем выше (между АО «Кибертехника» и АО «Воентелеком»).

Так, как установлено в деле №А40-138976/2019 в договоре между АО «Кибертехника» и АО «Воентелеком» согласно п. 9.3 договора, в случае нарушения Исполнителем обязательств по договору Заказчик имеет право взыскать, а Исполнитель при этом обязан будет оплатить по усмотрению Заказчика штраф в размере 5% от цены Договора за каждый факт нарушения срока, качества, гарантийных и иных обязательств, предусмотренных Договором, или неустойку за каждый день исполнения обязательств с нарушением Договора. Неустойка устанавливается в размере 0,1% от цены Продукции, в отношении которой допущены нарушения.

Дополнительным соглашением, которое, по мнению суда первой инстанции в настоящем случае, привело к образованию на стороне АО «Кибертехника» убытков в размере штрафных санкций, установлены штрафные санкции в размере 0,15% от цены продукции.

Таким образом, и продление сроков поставки дополнительным соглашением и изменения размера штрафных санкций фактически продиктовано и приведено в соответствии с положениями договора уровнем выше, заключенного между АО «Воентелеком» и АО «Кибертехника».

В связи с чем, выводы суда первой инстанции в названной части противоречат фактическим обстоятельствам, ввиду чего, не установлена совокупность для взыскания убытков.

Суд апелляционной инстанции посчитал неправильным вывод суда первой инстанции о том, что из-за нарушений сроков поставки контрагентами должника АО «Кибертехника» нарушило условия перед АО «Воентелеком», в связи с чем, последний удержал и взыскал с должника штрафные санкции.

Вместе с тем, указанные выводы документально не подтверждены, из судебных актов по спорам между должником и государственным заказчиком такие выводы не следуют.

Судом апелляционной инстанции не установлено причинно-следственной связи между действиями по заключению дополнительных соглашений и нарушению исполнений обязательств АО «Кибертехника» перед головным исполнителем, поскольку, контрагенты-ответчики исполнили свои обязанности по предоставлению отчетной калькуляции, сведения о соисполнителях, по гарантийным обязательствам, в связи с чем, действия контрагентов по указанным эпизодам не могли явиться основанием для возложения штрафных санкций на Должника со стороны АО «Воентелеком».

При этом, в Арбитражном суде города Москвы рассматривалось дело №А40-156156/2019: по иску АО «Кибертехника» (Истец) к ответчику АО «Воентелеком» (ответчик) о взыскании денежных средств по договору от 31.03.2017                                 №1620187346311412539005687/ВТК-366/17-0412.

При рассмотрении указанного дела судами было установлено, что АО «Кибертехника» поставило оборудование - в августе 2018 года и сентябре 2019, тогда как контрагенты исполнили свои обязанности в 2017 года, т.е. поставка оборудования в более поздний период со стороны АО «Кибертехника», не связана с неправомерными действиями контрагентов.

В силу ст. 16, ч. 2 ст. 69 АПК РФ установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. При этом, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда также являются обязательными.

Нарушений своих обязательств со стороны контрагентов Арбитражным судом при рассмотрении споров между АО «Кибертехника» и ответчиками не установлено.

В связи с чем, вывод суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи между заключением дополнительных соглашений и, якобы наступившими убытками для должника, является неправомерным.

В соответствии со ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

Однако, в соответствии с указанными нормами, кассатором не представлены в материалы дела надлежащие доказательства, опровергающие установленные судом апелляционной инстанции обстоятельства по исполнению ответчиками обязательств перед должником, что могло явиться непосредственным следствием неисполнения обязательств должником перед АО «Воентелеком» и причинением убытков должнику.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, руководствуясь положениями действующего законодательства, пришел к обоснованному выводу об отсутствии доказательств того, что действия бывшего генерального директора и ответчиков-контрагентов причинили убытки Обществу.

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023 по делу № А40-6815/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 О.Н. Савина 

Судьи:                                                                                            Н.М. Панькова

Д.В. Каменецкий