ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-23433/2019

г. Саратов

19 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «16» мая 2023 года

Полный текст постановления изготовлен «19» мая 2023 года 

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Яремчук Е.В., 

судей Грабко О.В., Колесовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Двенадцатого арбитражного апелляционного суда апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 07 февраля 2023 по делу №А57-23433/2019,

по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании сделки недействительной, 

в рамках дела по заявлению кредитора ООО КБ «БФГ-Кредит»  (ОГРН 

<

***>), в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов», о признании должника – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженца г. Городовиковска Калмыцкой АССР (

<

...>; ИНН 

<

***>; СНИЛС 

<

***>) несостоятельным (банкротом)

при участии в судебном заседании: представителя ФИО3 - ФИО5, действующего на основании доверенности 64 АА 3693422 от 27 апреля 2022 года, представителя финансового управляющего ФИО4 – ФИО6, действующей на основании доверенности от 10 ноября 2022 года, представителя «НВКбанк» - ФИО7, действующей на основании доверенности 77 АД 3657788 от 12 мая 2023 года,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 22.03.2021 по делу №А57-23433/2019 должник - ФИО2 (далее - ФИО2) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее - ФИО4).

09.06.2021 в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление финансового управляющего ФИО4 о признании недействительной сделкой договор от 11.06.2016 купли-продажи жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425), расположенных по адресу: г. Саратов, совхоз «Комбайн», СНТ «Мечта-2001», заключенный между ФИО2 и ФИО8.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 12.07.2021 приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области совершать регистрационные действия в отношении недвижимого имущества.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 17.08.2021 к участию в деле привлечена ФИО3

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 12.01.2022 к участию в деле заинтересованным лицом привлечен ФИО9.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 31.03.2022 были приняты к рассмотрению уточненные требования финансового управляющего: 

1. Признать недействительной сделкой договор от 15.06.2016 купли-продажи жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425), расположенных по адресу: г. Саратов, совхоз «Комбайн», СНТ «Мечта_2001», заключенный между ФИО2 и ФИО8. 

2. Признать недействительной сделкой договор от 05.02.2018 купли-продажи жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425), расположенных по адресу: г. Саратов, совхоз «Комбайн», СНТ «Мечта_2001», заключенный между ФИО8 и ФИО9. 

3. Признать недействительной сделкой договор от 23.04.2021 купли-продажи жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425), расположенных по адресу: г. Саратов, совхоз «Комбайн», СНТ «Мечта_2001», заключенный между ФИО9 и ФИО3. 

Применить последствия недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 31.03.2022 ФИО3 и ФИО9 привлечены к участию в деле в качестве соответчиков.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 07.02.2023 заявление финансового управляющего ФИО4 о признании сделок недействительными и применения последствий недействительности сделок, удовлетворено.

Не согласившись с определением суда, ФИО2, ФИО3 обратились в суд апелляционной инстанции с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда Саратовской области от 07.02.2023 отменить, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении требования финансового управляющего ФИО4 отказать.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 указывает на отсутствие у него на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, а также на заключение сделки на рыночных условиях в отсутствии аффилированности сторон.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО3 указывает о наличии у нее финансовой возможности произвести оплату по оспариваемой сделки. Заявитель полагает, что заключение судебной экспертизы является ненадлежащим доказательством.

Акционерное общество «НВКбанк» представил в порядке статьи 81 АПК РФ письменную позицию по апелляционным жалобам.

Финансовый управляющий ФИО2 в порядке статьи 262 АПК РФ представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержала доводы апелляционных жалоб в полном объеме, просил отменить обжалуемое определение. 

Представители АО «НБК Банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», финансового управляющего ФИО4 возражали против доводов апелляционных жалоб, просили оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 АПК РФ посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ. 

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие. 

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и неявившихся в судебное заседание. 

В суде апелляционной инстанции заявлено ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы.

Рассмотрев заявленное ходатайство, апелляционный суд не нашел оснований для его удовлетворения в силу следующего.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. Вопрос о необходимости проведения повторной экспертизы согласно статьям 82 и 87 АПК РФ относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу.

Удовлетворение ходатайства о проведении повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Повторная экспертиза назначается в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта.

Ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы содержит лишь указание на несогласие с выводами эксперта, однако такие доводы сами по себе не являются достаточными основаниями для назначения повторной судебной экспертизы по правилам части 2 статьи 87 АПК РФ. 

Апеллянтами не представлены относимые, допустимые и достаточные доказательства, подтверждающие недостоверность заключения судебной экспертизы, а равно наличия в нем противоречий, неверных выводов.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266 - 272 АПК РФ.

В соответствии со статьями 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом с особенностями, предусмотренными законодательством, регулирующим вопросы несостоятельности (банкротства). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. 

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершённые должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

При этом сделки должника, совершенные до 01.10.2015, в соответствии с пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29,06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», могут быть оспорены на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23,06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, в ходе процедуры реализации имущества ФИО2 финансовым управляющим ФИО4 был установлен факт совершения должником ряда сделок по единомоментному (июль-август 2016 года) выводу активов.

Финансовый управляющий ФИО4, полагая указанные сделки недействительными, обратился в суд с соответствующим заявлением, с учетом уточнений в качестве правового обоснования недействительности сделок управляющим указаны – статьи 10, 168, Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление финансового управляющего ФИО4, пришел к выводу о доказанности необходимой совокупности условий для признания недействительными сделок по заявленным финансовым управляющим основаниям.

При этом, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Материалами дела установлено, что помимо рассматриваемой в рамках данного обособленного спора сделки, должником в период 2016-2017 г.г., были совершены иные сделки по отчуждению имущества, имеющие признаки подозрительности:

- договор дарения жилого дома, площадью 516,7 кв.м, кадастровый номер 64:48:010127:771, земельного участка, категория земель - земли населенных пунктов, разрешенное использование: под жилую застройку, общей площадью 3 882 кв.м, кадастровый номер: 64:48:010127:95, расположенные по адресу: г. Саратов, ул. им ФИО10, д. 55а в пользу сына Алексея (сделка признана недействительной);

- договор передачи 100 % доли в уставном капитале ООО «АРКАДА-С» (ИНН 

<

***>) в пользу сына ФИО13 (посредством ФИО11) (сделка признана недействительной),

-43 договора купли-продажи недвижимого имущества от 2016 года ФИО11 (сделки признаны недействительными, судебный акт не вступил в законную силу на момент рассмотрения настоящего спора ).

Кроме того, как следует из материалов настоящего обособленного спора 11.07.2016 между ФИО2 (продавец) и ФИО8 (покупатель) был заключен договор купли-продажи жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425), расположенных по адресу: г. Саратов, совхоз «Комбайн», СНТ «Мечта-2001».

Судом установлено, что оспариваемая сделка были осуществлена при наличии следующих обстоятельств.

1. ООО «ГК «Аркада» было образовано 13.05.2014 ФИО2 В период с 19.01.2010 по 05.02.2016 единственным участником Общества выступал ФИО2 (Должник).

Далее, доля участия (100 %) в Обществе последовательно передавалась от Должника сыновьям - ФИО12 (с 05.02.2016 г. по 30.05.2016), ФИО13 (с 30.05.2016 по настоящее время).

13.06.2013 между ООО КБ «БФГ-Кредит» (далее- Банк) и ООО «ГК «АРКАДА» (далее - Заемщик) был заключен Кредитный договор № 

<

***>, согласно п. 1.1 которого Заемщику предоставлен кредит в сумме 499 400 000 руб. на срок по 31.05.2015 под 13 процентов годовых.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 13.06.2013 между ООО КБ «БФГ-Кредит» и ФИО2 заключен договор поручительства № 

<

***>-ДП-2 от 13.06.2013.

Кроме того, в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору 

<

***> от 13.06.2013 между ООО КБ «БФГ-Кредит» и ЗАО «Сартехстройинвест» заключен договор поручительства № 

<

***>-ДП-1 от 13.06.2013 (далее также - Договор поручительства-2).

Условия о сроке возврата кредита неоднократно пролонгировались.

Так, дополнительным соглашением № 110 от 29.05.2015 к кредитному договору № 

<

***> от 13,06.2013 стороны пришли к соглашению о пролонгации срока действия договора, а именно: на срок по 30.11.2015 (включительно) и об установлении с 01.06.2015 процентной ставки за пользование кредитом в размере 23 % годовых.

Далее, дополнительным соглашением № 133 от 30.11.2015 к кредитному договору № 

<

***> от 13.06.2013 стороны пришли к соглашению о пролонгации срока действия договора, а именно: на срок по 30.06.2016 (включительно) и об установлении с 01.12.2015 процентной ставки за пользование кредитом в размере 22 % годовых.

В обозначенный срок заемщик своих обязательств по кредитному договору перед ООО КБ «БФГ-Кредит» не исполнил, в связи с чем, последним было подано исковое заявление в Дорогомиловский районный суд г. Москвы к заемщику и его поручителям.

Дорогомиловским районным судом г. Москвы по делу № 2-3428/2017 вынесено решение от 29.11.2017 о частичном удовлетворении исковых требований: взыскана солидарно с ООО «ГК «АРКАДА», ЗАО «Сартехстроиинвест», Березовского А.А задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 13.06.2016 в размере 179 219 138,70 руб., обращено взыскание на имущество, заложенное по договору № 

<

***>-ДИ об ипотеке (залоге недвижимости), принадлежащее ООО «Группа компаний «АРКАДА», а также взыскана гос. пошлина в равных долях с ООО «Группа компаний «АРКАДА», ЗАО «Сартехстройинвест», Березовского А.А в пользу Банка в сумме 66 000 руб.

Требования указанного кредитора впоследствии включены в реестр требований кредиторов ФИО2 в рамках настоящего дела о банкротстве (определение суда от 04.06.2020).

Кроме того, определением суда от 27.10.2020 в реестр требований кредиторов ФИО2 были включены требования ООО КБ «БФГ-Кредит» к ФИО2, как к поручителю, в размере 244 220 159,98 руб., в том числе: -191 352 756,50 руб. (из них: 83 788 155,69 руб. - проценты по кредиту, 107 542 600,81 руб.- пени, 22 000,00 руб. судебные расходы), 19 805 206, 12 руб. (из них: 9 789 416,79 руб. - сумма просроченных процентов, 10 000 000 руб. штрафные санкции, начисленные на просроченный основной долг и на просроченные проценты, 15 789,33 руб. судебные расходы, 33 062 197, 36 руб. штрафные санкции).

Аналогичная сумма требований ООО КБ «БФГ-Кредит» также включена в реестр требований кредиторов к основному заемщику - ООО «ГК «АРКАДА» (определение Арбитражного суда Саратовской области от 26.08.2019 по делу №А57-6812/2019).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснил ВС РФ в пункте 1 Постановления Пленума № 25. добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующей в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При этом, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению имущества.

При этом наличие осведомленности стороны на момент заключения сделки о неплатежеспособности должника не имеет решающего значения для правильного разрешения настоящего спора.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Как установлено судом, ФИО2 к моменту совершения спорных сделок было доподлинно известно о неудовлетворительном экономическом состоянии заемщика (ООО «ГК «АРКАДА»).

Соответственно, ФИО2, как учредитель и как поручитель, осознавал отсутствие ООО «ГК «АРКАДА» реальной возможности произвести погашение задолженности в установленные сроки (30.06.2016), так и факта предъявления к нему, как поручителю, соответствующих требований о ее погашении.

Вступившие в законную силу судебные акты доказывают, что экономическое состояние заемщика (ООО «ГК «АРКАДА») в период осуществления сделки Должником было неудовлетворительным, и, как следствие, доказывает наличие у Должника умысла на причинение вреда имущественным интересам кредиторов и осведомленность о том, что в результате сделки по передаче спорного имущества будет причинен имущественный вред иным кредиторам должника.

Из изложенного выше следует, что на момент совершения договора от 15.06.2016 купли-продажи жилого дома и земельного участка, ФИО2, будучи бенефициаром ООО «ГК «АРКАДА», имел обязательства по договору поручительства, обеспечивающему возврат значительных сумм, полученных обществом по кредитному договору 

<

***> от 13.06.2013.

ФИО2 не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии заемщика и поэтому не имел разумных ожиданий относительно того, что кредитные обязательства будут исполнены ООО «ГК «АРКАДА».

ФИО2, как аффилированное с ООО «ГК «АРКАДА» лицо и как поручитель, осознавал как отсутствие ООО «ГК «АРКАДА» реальной возможности произвести погашение задолженности в установленные сроки (30.06.2016), так и факт предъявления к нему, как поручителю, соответствующих требований о ее погашении.

Кроме того, ФИО2 был осведомлен о моменте (дате), до которого ООО «ГК «АРКАДА» должно было погасить кредит (30.06.2016).

Осознавая, что такое погашение основным должником не будет произведено, ФИО2, в целях недопущения обращения взыскания на принадлежащие ему жилой дом и земельный участок, в течение короткого промежутка времени, осуществил цепочку последовательно совершенных сделок по безвозмездной их передаче.

При таких обстоятельствах, при совершении указанной сделки с ФИО8 (первой в цепочке сделок) злоупотребление правом со стороны ФИО2 представляется очевидным.

Однако, как установлено судом, объективные признаки злоупотребления правом в данном случае усматриваются не только в действиях самого должника, но и в действиях ФИО8 при совершении сделки купли-продажи.

Так, представленными в материалы дела доказательствами подтверждено, что спорный дом и земельный участок был отчужден должником в пользу ФИО8 по существенно заниженной стоимости (договорная цена 4,8 млн. руб., при рыночной - более 12 млн.руб.), при этом, ФИО8 не представлено достоверных доказательств о том, что расчеты с должником за спорную недвижимость даже в обусловленной договором стоимости производились.

Согласно представленному в материалы дела экспертному заключению, совокупная рыночная стоимость объектов недвижимости, расположенных по адресу: Саратовская область, г.Саратов, совхоз «Комбайн», СНТ «Мечта-2002», составляет на 15.06.2016 - 25 018 000 руб., на 05.02.2018 - 31 188 000 руб., на 23.04.2021 - 35 555 000 руб.

Исходя из условий спорных сделок, недвижимое имущество в пользу заинтересованных лиц было отчуждено по стоимости 4 800 000 руб., тогда как совокупная кадастровая стоимость отчужденных должником в пользу ответчика объектов недвижимости составляет 24 054 971,16 руб. 

В данном случае речь идет о многократном занижении действительной рыночной стоимости имущества по условиям спорных договоров при полном отсутствии доказательств проведения между сторонами расчетов по сделкам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Федерального закона от 03.07.2016 № 237-ФЗ «О государственной кадастровой оценке», кадастровая стоимость определяется для целей, предусмотренных законодательством Российской Федерации, в том числе для целей налогообложения, на основе рыночной информации и иной информации, связанной с экономическими характеристиками использования объекта недвижимости, в соответствии с методическими указаниями о государственной кадастровой оценке.

По общему правилу, кадастровая стоимость признается максимально приближенной к рыночной стоимости, пока в индивидуальном порядке не установлен иной размер рыночной стоимости для целей учета в качестве кадастровой.

Сведения о кадастровой стоимости спорного имущества подлежат учету судами, в том числе, при установлении наличия признаков неравноценности при совершении сделки, поскольку кадастровая и рыночная стоимость имущества взаимосвязаны, при том, что кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной лишь методом ее определения.

Кадастровая стоимость отчужденной должником в пользу ответчика недвижимости составляет 24 054 971,16 руб. (в 5 раз выше цены спорных договоров).

Сведения об оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объектов отсутствуют. Доказательства, свидетельствующие о том, что рыночная стоимость спорных объектов существенно отличается от их кадастровой стоимости, а также о таких характеристиках недвижимости, которые бы свидетельствовали о наличии индивидуальных особенностей, значительно снижающих ее стоимость, в материалы дела не представлены.

ФИО8 не представлено достоверных доказательств наличия у нее на момент совершения спорной сделки финансовой возможности осуществить фактическую оплату недвижимого имущества, как по его рыночной стоимости, так и по заниженной стоимости, указанной в оспариваемом договоре.

Из анализа представленных ФИО8 в материалы дела в обоснование наличия у нее возможности произвести расчеты за спорную недвижимость, копий документов о продаже родственниками ФИО8 ценных бумаг (не относимое доказательство), а также о заключении самой ФИО8 сделок по отчуждению принадлежащего ей имущества, при сопоставлении их со временем заключения спорного договора, следует сделать вывод о недоказанности ФИО8 наличия у нее финансовой возможности произвести оплату земельного участка и дома на момент заключения спорного договора, в частности, по причине большого разрыва во времени между указанными событиями.

Кроме того, как следует из анализа условий договора между ФИО8 и последующим звеном в цепочке - ФИО9, спорные дом и земля в непродолжительный период времени после их приобретения ею (период владения ФИО8 - менее 2х лет) были проданы ФИО9 за цену, аналогичную цене приобретения и так же в отсутствие достоверных доказательств произведения реальных расчетов.

Мотивы совершения сделки по приобретению дома и земли на краткосрочный период (чуть более года) и последующей их реализации за идентичную стоимость ФИО9 суду не раскрыты.

Следует так же учитывать, что как со стороны ФИО2, так и со стороны ФИО8 продажа спорных объектов не являлась открытой, никаких публикаций о предстоящей реализации объектов данными лицами не размещалось. Более того, ФИО8 произвела отчуждения спорных объектов в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица - ФИО9 (которого с должником связывают как родственные, так и длительные рабочие отношения).

В связи с этим, представляется очевидным, что ФИО8 в данном случае выступила в роли внешне независимого приобретателя спорной недвижимости, а фактически мнимого промежуточного звена в сделке должника по передаче актива во владение члена семьи должника. Участие ФИО8 в данной цепочке преследовало цель легализации прямого перехода права собственности от должника к аффилированному лицу (родственнику).

Номинальный характер участия также подтверждается, как уже ранее было указано, приобретением и последующей продажей недвижимости за идентичную (при этом заниженную) стоимость (цена приобретения и продажи совпадали, разумная цель получения какой-либо выручки от перепродажи объекта недвижимости отсутствовала), краткосрочным периодом владения (менее 2х лет), передачей объекта далее по цепочке заинтересованному с должником лицу, о чем ФИО8 не могло не быть известно.

При таких обстоятельствах, следует сделать вывод о том, что сделка купли-продажи недвижимости (договор от 15.06.2016) между ФИО2 и ФИО8 совершена при злоупотреблении правом и на основании статьями 10 и 168 ГК РФ является ничтожной.

Следующий промежуточный приобретатель недвижимости - ФИО9 является лицом, заинтересованным по отношению к должнику (договор купли продажи между ФИО8 и ФИО9 от 05.02.2018).

Материалами дела установлено, что ФИО9 с 2005 года по 2020 года работал в ЗАО «Сартехстройинвест» (входит в группу компаний Аркада, бенефициаром которого, является Должник), а также с 2017 года по 2020 года работал в ООО «Аркада-С» (в настоящее время принадлежит ФИО13 - сыну Должника, сделка по отчуждению ФИО2 доли в УК ООО «Аркада-С» в настоящее время признана недействительной).

То есть, ФИО9 с 2005 года и по настоящее время, в том числе в период своего формального владения спорным объектом недвижимости, осуществляет трудовую деятельность в организации, принадлежащей ФИО2

Кроме того, по сведениям, имеющимся у финансового управляющего, ФИО9, помимо длительных трудовых отношений, с должником связывают также родственные отношения, а именно: ФИО9 с 2013 года является супругом родной племянницы должника — ФИО14.

Как и в первой сделке по оформлению должником недвижимости на ФИО8, в последующей сделке по оформлению недвижимости на ФИО9 усматриваются те же устойчивые признаки злоупотребления: существенно заниженная цена объекта, неизменность цены покупки и реализации, не проведение реальных расчетов сторонами сделки, скрытая от интересов третьих лиц продажа имущества, а также прямая аффилированность по отношению к должнику.

Далее, на основании договора купли-продажи от 23.04.2021 имущество переоформляется с ФИО9 на ФИО3 (конечный титульный владелец) -близкую родственницу должника (мать его супруги).

При оформлении данной сделки сохраняются все те же устойчивые признаки, свидетельствующие о том, что продажа имущества носит исключительно оформительно-документальный характер: существенно заниженная цена объекта, неизменность цены покупки и реализации, не проведение реальных расчетов сторонами сделки, скрытая от интересов третьих лиц продажа имущества, а также прямая аффилированность по отношению к должнику.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, а именно: наличие на момент заключения оспариваемых договоров у должника крупных неисполненных денежных обязательств, учитывая обстоятельства оформления прав на недвижимость в спорной цепочке сделок (закрытая продажа, заниженная цена, которая не изменялась на протяжении всей цепочки, не проведение расчетов между сторонами, непредставление сторонами разумного обоснования для совершения сделок на заявленных условиях, наличие заинтересованности сторон сделок с должником), необходимо сделать вывод о том, что действия сторон сделок являлись согласованными, а целью совершения сделок являлось причинение вреда кредиторам путем отчуждения актива должника (недвижимого имущества) и последующей невозможности пополнения за счет данного актива конкурсной массы, обращения на него взыскания, что нарушает имущественные права кредиторов, и, в свою очередь, свидетельствует о недобросовестности участников всей цепочки рассматриваемых сделок.

В материалы дела представлены достоверные сведения о том, что спорные объекты недвижимости: жилой дом (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельный участок (кадастровый номер 64:48:010127:1425) выбыли из собственности должника, а затем фактически поступили во владение члена его же семьи (то есть, фактически вернулись под контроль должника), а именно: в собственность родственницы должника ФИО3 (матери его супруги) по следующей цепочке сделок: ФИО2 - ФИО8 -ФИО9 - ФИО3 (конечный титульный владелец).

Кроме того, как установлено в решении Арбитражного суда Саратовской области от 22.03.2021 по делу № А57-23433/2019 о банкротстве ФИО2, а также отражено в публикации в едином федеральном реестре сведений о банкротстве № 5943294 от 22.12.2020 в результате проведенного финансового анализа, финансовым управляющим сделан вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства, что так же свидетельствует о недобросовестном поведении Должника.

Согласно финансового отчета и документов, предоставленных в материалы дела финансовым управляющим должника, сумма требований кредиторов, в реестре требований кредиторов должника составляет 1 246 396 387,54 руб., тогда как предварительная стоимость имущества, составляющая конкурсную массу должника и обнаруженная финансовым управляющим составляет явно недостаточную для удовлетворения требований кредиторов, доказательств обратного в материалы дела не предоставлено.

Надлежащих доказательств того, что оспариваемые сделки были оплачены приобретателями имущества, даже по указанной в договорах заниженной стоимости, в материалы дела не предоставлено.

Таким образом, совершение оспариваемых сделок имеет признаки злоупотребления правом.

В данном случае злоупотребление правом носит явный и очевидный характер, цель совершения оспариваемых сделок - безвозмездный вывод имущества должника - поручителя с целью не допустить обращения на него взыскания.

При изложенных обстоятельствах оспариваемые сделки, оформленные договорами купли-продажи от 15.06.2016 между должником и ФИО8, от 05.02.2018 между ФИО8 и ФИО9, а так же 23.04.2021 между ФИО9 и ФИО3 являются недействительными на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Как указано в Определении Верховного Суда РФ от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197 по делу № А32-43610/2015 характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных результатов. Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной (Определение Верховного Суда РФ от 25.07.2016 по делу № 305 -ЭС16-2411, А41-48518/2014).

В соответствии с пунктом 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

По договору купли-продажи от 15.06.2016 жилой дом (64:48:010127:1443) и земельный участок (64:48:010127:1425) были переданы ФИО2 ФИО8.

По договору купли-продажи от 05.02.2018 жилой дом (64:48:010127:1443) и земельный участок (64:48:010127:1425) были переданы ФИО8 ФИО9

По договору купли-продажи от 23.04.2021 жилой дом (64:48:010127:1443) и земельный участок (64:48:010127:1425) были переданы ФИО9 ФИО3.

ФИО3 и ФИО2 находятся в отношениях свойства (ФИО3 -теща ФИО2).

Не может быть случайностью то обстоятельство, что конечным владельцем дома и земельного участка является именно ФИО3

Все обстоятельства дела указывают именно на то, что ФИО2 путем цепочки сделок намеревался вывести дом и земельный участок, обезопасив их от взыскания в пользу кредиторов. Для того, чтобы сразу заключать подозрительную сделку со своей тещей, ФИО3, ФИО2 привлек технических контрагентов в лице ФИО8 и ФИО9

Таким образом, вся цепочка сделок должна рассматриваться именно как мнимая сделка между ФИО2 и ФИО3

Так как стороны не намеревались реально передавать недвижимость по оспариваемым сделкам в собственность иных лиц, а лишь таким образом оформляли вывод имущества в период сложной для ФИО2 финансовой ситуации, при этом сохранив это имущество в его фактическом владении, то оспариваемая сделка также имеет признаки мнимой сделки.

Кроме того, в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» закреплено, что в процедуре банкротства суд вправе самостоятельно квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную с применением соответствующих последствий.

Изложенные выше обстоятельства в совокупности, как верно указал суд первой инстанции, свидетельствуют о наличии признаков недействительности указанных сделок по основаниям, предусмотренным в статьях 10, 168 и 170 ГК РФ.

Таким образом, суд первой инстанции, исследовав в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, пришел к правомерному выводу об удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4

Доводы апелляционных жалоб об отсутствии у ФИО2 признаков банкротства противоречит обстоятельствам дела, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции. 

Как следует из материалов дела, договор от 15.06.2016 купли-продажи жилого дома и земельного участка между ФИО2 и ФИО8 был заключен за несколько дней до возникновения невозможности удовлетворения требований кредиторов должника.

В соответствии с анализом финансового состояния на 06.11.2020 у ФИО2 имелось в собственности лишь 5 объектов недвижимого имущества на примерную рыночную стоимость 16 790 549 руб.

Это же подтверждается и инвентаризационной описью, в соответствии с которой у должника имеется в собственности лишь 4 здания, общей рыночной стоимостью 76 352,70

руб.

Судом апелляционной инстанции отклоняется довод апелляционных жалоб о заключении сделок на обычных рыночных условиях, как противоречащий обстоятельствам дела.

- Цена договора от 15.06.2016 купли-продажи жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425), расположенных по адресу: г. Саратов, совхоз «Комбайн», СНТ «Мечта-2001», заключенного между ФИО2 и ФИО8, составила 4 800 000 руб.

В то же время, в соответствии с экспертным заключением № 08/22-30 от 10.10.2022 общая рыночная стоимость указанных жилого дома и земельного участка составляет по состоянию на 15.06.2016 - 25 018 000 руб.

Таким образом, стоимость жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425) по договору купли-продажи от 15.06.2016 между ФИО2 и ФИО8 более чем в 5 раз меньше их рыночной стоимости.

- Цена договора от 05.02.2018 купли-продажи жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425), расположенных по адресу: г. Саратов, совхоз «Комбайн», СНТ «Мечта-2001», заключенного между ФИО8 и ФИО9, составила 4 800 000 руб.

В то же время, в соответствии с экспертным заключением № 08/22-30 от 10.10.2022 общая рыночная стоимость указанных жилого дома и земельного участка составляет по состоянию на 15.06.2016 - 31 188 000 руб.

Таким образом, стоимость жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425) по договору купли-продажи от 05.02.2018 между ФИО8 и ФИО9 в 6,5 раз меньше их рыночной стоимости.

- Цена договора от 23.04.2021 купли-продажи жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425), расположенных по адресу: г. Саратов, совхоз «Комбайн», СНТ «Мечта-2001», заключенного между ФИО9 и ФИО3, составила 4 800 000 руб.

В то же время, в соответствии с экспертным заключением № 08/22-30 от 10.10.2022 общая рыночная стоимость указанных жилого дома и земельного участка составляет по состоянию на 23.04.2021 - 35 555 000 руб.

Таким образом, стоимость жилого дома (кадастровый номер 64:48:010127:1443) и земельного участка (кадастровый номер 64:48:010127:1425) по договору купли-продажи от 23.04.2021 между ФИО9 и ФИО3 более чем в 7 раз меньше их рыночной стоимости.

Таким образом, условия сделки явно отличаются от рыночных, что не могло не быть известно для сторон оспариваемого договора.

Суд оценил представленное в материалы дела заключение и установил, что оно не содержит каких-либо противоречий и сомнений в его достоверности. Оснований считать, что данное доказательство получено с нарушением действующего законодательства, не имеется.

Заявители жалоб доказательств недостоверности сведений, отраженных в экспертном заключении, не представили, при проведении экспертизы в суде первой инстанции отводов эксперту в установленном законом порядке заявлено не было.

При этом наличие правовых оснований, предусмотренных статьей 87 АПК РФ, для назначения повторной экспертизы судом первой инстанции не установлено.

В судебном заседании эксперт, проводивший экспертизу дал пояснения относительно проведенного экспертного исследования. 

В данном случае, принимая во внимание пояснения, данные экспертом в судебном заседании, суд обоснованно пришел к выводу о том, что изложенные в заключении выводы не противоречивы и в достаточной степени мотивированны, и оснований для проведения повторной экспертизы не имеется. Несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не является основанием для вывода о недостоверности экспертного заключения.

Доводы заявителя жалобы о том, что экспертное заключение не содержит подписки экспертов о предупреждении их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения в соответствии со статьей 307 УК РФ, судебной коллегией отклоняется, так как опровергается материалами дела (т.7 л.д.11). Согласно подписке эксперт предупрежден  об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения в соответствии со статьей 307 УК РФ 10.08.2022, экспертное заключение № 08/22-30 подготовлено 10.10.2022.

Каких-либо иных доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда, апелляционные жалобы не содержат.

С учетом изложенного, у суда апелляционной инстанции не имеется предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства ФИО2 о назначении повторной судебной экспертизы отказать.

Определение Арбитражного суда Саратовской области от 07 февраля 2023 года по делу № А57-23433/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение. 

 

Председательствующий судья                                                                  Е.В. Яремчук 

 

Судьи                                                                                                           О.В. Грабко

 

Н.А. Колесова