АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 кассационной инстанции по проверке законности 

и обоснованности судебных актов арбитражных судов, 

вступивших в законную силу 

«

Дело № А35-6823/2020

г. Калуга

13» мая 2022 года

Резолютивная часть постановления оглашена «12» мая 2022 года  Постановление изготовлено в полном объеме «13» мая 2022 года  

Арбитражный суд Центрального округа в составе:  председательствующего Серокуровой У.В.  

судей Нарусова М.М.   Смирнова В.И.  

при участии в заседании:  

от общества с ограниченной ответственностью «Штурвал+»: генеральный  директор ФИО2 предъявлен паспорт,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «Штурвал+» на решение Арбитражного суда  Курской области от 21.09.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 09.12.2021 по делу № А35-6823/2020,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Штурвал+» (далее - ООО  «Штурвал+», истец) обратилось в Арбитражный суд Курской области с  исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Штурвал  плюс» (далее - ООО «Штурвал плюс», ответчик) о признании  недействительной (ничтожной) сделки - договора купли-продажи  транспортного средства автобуса IYEGO DAILY, модель 2227UU, YIN  XUS2227UUF0003365, государственный регистрационный знак Н1620В 46,  2015 года выпуска, паспорт транспортного средства серии 520К N 073502, и  автобуса IYEGO DAILY, модель 2227UU, YIN XUS2227UUF0003366,  г.р.з.Н1640В 46, 2015 года выпуска, паспорт транспортного средства серии  520К N 073503 (далее - спорные автобусы), заключенного между ООО  «Штурвал+» и ООО «Штурвал плюс», от 05.04.2018; признании  недействительной (ничтожной) сделкой соглашения об оплате обязательств по  

договору лизинга и обязанности заключения договора купли-продажи от  21.09.2017 между ООО «Штурвал+» и ООО «Штурвал плюс» (с учетом  уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  ФИО1 (далее - ФИО1, третье лицо),  общество с ограниченной ответственностью «Балтийский лизинг» (далее - ООО  «Балтийский лизинг», третье лицо).  

Решением Арбитражного суда Курской области от 21.09.2021,  оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 09.12.2021, в удовлетворении исковых требований  отказано.  

Истец обратился в Арбитражный суд Центрального округа с  кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить,  принять по делу новый судебный акт. Кассатор не согласен с оценкой, данной  судами имеющимся в деле доказательствам, и сделанными на ее основе  выводами. Считает, что соглашение об оплате обязательств по договору  лизинга и обязанности заключения договора купли-продажи от 21.09.2017  является крупной сделкой. Утверждает, что суды двух инстанций при оценке  крупности сделки ошибочно руководствовались бухгалтерским балансом ООО  «Штурвал+» за 2016 год, поскольку необходимо исходить из данных  бухгалтерского баланса за 2017 год. Полагает, что ФИО2 и ФИО2  о проведении общего собрания не извещались, на собрании не присутствовали,  в связи с чем, данное собрание нельзя признать правомочным. Не согласен с  выводами судов об отсутствии доказательств причинения ущерба ООО  «Штурвал+» оспариваемыми сделками и доказательств недобросовестности  генеральных директоров ООО «Штурвал+» и ООО «Штурвал плюс» при их  заключении. Ссылается на необоснованность вывода о пропуске срока исковой  давности.  

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы  кассационной жалобы  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о  времени и месте судебного разбирательства, своих представителей в судебное  заседание суда округа не направили. Судебная коллегия считает возможным  провести судебное заседание в порядке ч. 3 ст. 284 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей  указанных лиц.  

Проверив в порядке, установленном главой 35 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения  судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов  судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы,  

суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы в  связи со следующим.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, 15.09.2008  согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее  - ЕГРЮЛ) ООО «Штурвал+» было зарегистрировано в качестве юридического  лица Инспекцией ФНС России по г. Курску.  

Участниками ООО «Штурвал+» на момент создания являлись ФИО3 с долей в обществе равной 1/2 и ФИО4 с долей в обществе равной  1/2.  

10.02.2012 ФИО4 вышел из состава участников общества, его доля  была продана обществом ФИО5 по договору купли-продажи от  17.07.2014, а 22.08.2014 из состава участников общества вышел ФИО3, его доля приобретена ФИО6 по договору купли-продажи от  04.12.2014.  

16.12.2014 внеочередным общим собранием ООО «Штурвал+» при  участии ФИО5 и ФИО6 принято решение о прекращении права  ФИО5 на долю в уставном капитале в размере 1/2 по его заявлению о  выходе из состава участников, доля вышедшего участника приобретена  ФИО7 по договору купли-продажи от 17.02.2015.  

Согласно протоколу внеочередного собрания участников от 03.03.2015,  ФИО6 вышла из состава участников ООО «Штурвал+» на основании  собственного заявления, ее доля на основании решения единственного  учредителя общества ФИО7 приобретена по договору купли-продажи от 21.04.2015 ФИО8, ФИО8 по 1/4.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Курской  области от 14.03.2016 по делу N А35-3777/2015 по иску ФИО6 к ООО  «Штурвал+» о признании недействительным решения внеочередного общего  собрания участников ООО «Штурвал+», оформленного протоколом от  03.03.2015, о прекращении права ФИО6 на долю в уставном капитале  общества исковые требования ФИО6 удовлетворены в полном объеме.  

Определением от 29.08.2017 по делу N А35-3777/2015 произведена  процессуальная замена взыскателя на стадии исполнительного производства -  ФИО6 на ФИО2  

Согласно свидетельству 46АА 1068229 от 02.10.2017, ФИО2  является наследником имущества ФИО6 на имущество - 1/4 доли в  уставном капитале ООО «Штурвал+». Свидетельством 46АА 1068230 от  02.10.2017 подтверждено возникновение права общей долевой собственности  ФИО2 на наследство, состоящее из 1/12 доли в уставном капитале  ООО «Штурвал+».  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Курской  области от 15.02.2018 по делу N А35-12291/2016 признаны недействительными  решения внеочередного общего собрания участников ООО «Штурвал+»,  оформленные протоколом от 17.02.2015, о продаже доли в уставном капитале  

ООО «Штурвал+» в размере 50% номинальной стоимостью 5000 руб.  генеральному директору ФИО7  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Курской  области от 19.02.2018 по делу N А35-4906/2015 за ФИО2 признано  право на долю в уставном капитале ООО «Штурвал+» в размере 41,67%, за  ФИО2 признано право на долю в уставном капитале ООО  «Штурвал+» в размере 8,33% с одновременным лишением права на доли в  уставном капитале общества ФИО8 и ФИО8  

21.09.2017 между ООО «Штурвал+» в лице генерального директора  ФИО7 и ООО «Штурвал плюс» в лице генерального директора  ФИО8 было заключено соглашение об оплате обязательств по  договору лизинга и обязанности заключить договор купли-продажи, согласно  которому ООО «Штурвал плюс» приняло на себя обязательство по оплате  задолженности ООО «Штурвал+» перед ООО «Балтийский лизинг» по  лизинговым платежам по договору лизинга N 34/15-ВРН от 19.02.2015 в  отношении двух автомобилей модели 2227UU.  

Согласно условиям данного соглашения после проведения оплаты ООО  «Штурвал плюс» в полном объеме, ООО «Штурвал+» обязалось заключить в  течение одного месяца договоры купли-продажи с ООО «Штурвал плюс»  спорных автобусов.  

05.04.2018 между ООО «Штурвал плюс» в лице генерального директора  ФИО8 и «Штурвал+» в лице генерального директора ФИО7 был заключен договор купли-продажи указанных выше транспортных  средств.  

Ссылаясь на то, что соглашение об оплате обязательств по договору  лизинга и обязанности заключения договора купли-продажи от 21.09.2017 и  договор купли-продажи транспортных средств от 05.04.2018 являются  недействительными (ничтожными), истец обратился в арбитражный суд  Курской области с исковыми требованиями.  

Отказывая в удовлетворении иска, суды первой и апелляционной  инстанций обоснованно руководствовались следующим.  

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее - ГК РФ) установлено, что сделка недействительна по основаниям,  установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая  сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за  исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и  недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, сделка, нарушающая  требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на  публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц,  ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны  применяться другие последствия нарушения, не связанные с  недействительностью сделки.  

По мнению истца, спорные сделки являются крупными. Принятие  решения о совершении крупной сделки в соответствии с положениями устава  ООО «Штурвал+» относится к исключительной компетентности общего  собрания участников общества. Однако договоры купли-продажи и соглашение  об оплате обязательств по договору лизинга были подписаны без  соответствующего решения общего собрания участников ООО «Штурвал+».  

На основании пункта 4 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 N  14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - ФЗ «Об  обществах с ограниченной ответственностью») крупная сделка, совершенная с  нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть  признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 ГК РФ по иску  общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его  участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего  числа голосов участников общества.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 173.1 ГК РФ, сделка, совершенная без  согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного  органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения  которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не  следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица,  управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может  быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных  в законе.  

В пункте 71 постановления Пленума Верховного суда Российской  Федерации от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела  I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» разъяснено, что  оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает  права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том  числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2  статьи 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных  последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье  173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом  интересов лица заключается соответственно в отсутствие согласия,  предусмотренного законом.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 «Об оспаривании  крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»  при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как  совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от  26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и Федеральным законом от  08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» порядка  совершения крупных сделок, подлежит применению статья 173.1 ГК РФ, а с  нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется  заинтересованность, - пункт 2 статьи 174 ГК РФ (пункт 6 статьи 79, пункт 1  статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи  

46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) с учетом  особенностей, установленных указанными законами.  

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 «О некоторых вопросах, связанных с  оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъяснялось,  что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на  основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных  сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:  наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной  сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка  одобрения соответствующей сделки (статьи 78 и 81 Закона об акционерных  обществах); нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов  общества или его участников (акционеров), то есть факт того, что совершение  данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков  обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо  возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166  ГК РФ, абзац пятый пункта 6 статьи 79 и абзац 5 пункта 1 статьи 84 Закона об  акционерных обществах).  

Таким образом, суды сделали правомерный вывод о том, что соглашение  об оплате по договору и обязанности заключения договора купли-продажи от  21.09.2017 не является для истца крупной сделкой, поскольку в соответствии с  пунктом 1 статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной  ответственностью» крупной сделкой считается сделка (несколько  взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной  деятельности и при этом связанная с приобретением, отчуждением или  возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, цена  или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов  балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его  бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.  

Судами установлено, что балансовая стоимость активов ООО  «Штурвал+» по состоянию на 31.12.2016 (дату бухгалтерской отчетности,  предшествующей совершению соглашения от 21.09.2017) составляет 7980000  руб., сумма сделки (соглашения об оплате от 21.09.2017) составляет 1168405,17  руб., в связи с чем соотношение суммы сделки к балансовой стоимости активов  ООО «Штурвал+» по состоянию на 31.12.2016 составляет 14,65%, в то время  как порог крупной сделки определен от 25%.  

Доводы истца о том, что соглашение об оплате по договору и обязанности  заключения договора купли-продажи от 21.09.2017 совершено в результате  недобросовестных действий ответчика и ООО «Штурвал+» причинен ущерб,  сделка совершена на заведомо невыгодных условиях, о которых стороны  сделки знали, обоснованно отклонены судами первой и апелляционной  инстанции, поскольку противоречат материалам дела и не имеют  документального обоснования (статьи 65 и 9 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 1.2 соглашения об оплате от 21.09.2017, ООО «Штурвал  плюс» приняло обязательство оплачивать за ООО «Штурвал+» лизинговые  платежи по договору лизинга N 34/15-ВРН от 19.02.2015 с момента заключения  соглашения (21.09.2017) до полного исполнения ООО «Штурвал+» обязанности  по договору лизинга (20.03.2018).  

ООО «Штурвал плюс» своевременно исполняло обязанности по уплате  лизинговых платежей по договору лизинга. Кроме лизинговых платежей в  сумме 1164224,40 руб. ООО «Штурвал плюс» уплатило ООО «Балтийский  лизинг» пени, начисленные за несвоевременное исполнение ООО «Штурвал+»  обязательств по договору лизинга, и выкупную цену автобусов в размере 1 000  руб.  

Принимая во внимание, что лизинговые платежи за истца по договору  лизинга N 34/15-ВРН от 19.02.2015 уплачивал ответчик, при этом транспортные  средства находились во владении истца (пункт 1.4. соглашения об оплате),  ООО «Штурвал+» пользовалось транспортными средствами, осуществляя свою  уставную деятельность, извлекая прибыль, суды двух инстанций пришли к  обоснованному выводу о том, что спорное соглашение заключено не в ущерб  интересам ООО «Штурвал+», а, напротив, на условиях выгодных для истца.  

Судами первой и второй инстанции установлено, что истцом не доказана  недобросовестность ООО «Штурвал+» в лице генерального директора  ФИО7 и ООО «Штурвал плюс» в лице генерального директора  ФИО8 при заключении обжалуемых сделок. Обстоятельств,  свидетельствующих о действиях сторон сделки в ущерб интересам ООО  «Штурвал+», а также подтверждающих факт возникновения у общества  убытков в связи с совершением сделок либо возможность их возникновения  истцом не приведено. При этом, само по себе наличие родственных связей  между генеральными директорами ООО «Штурвал+» и ООО «Штурвал плюс»  не свидетельствует об убыточности оспариваемых сделок.  

Доказательств наличия потенциальных сделок по реализации  транспортных средств по цене выше, указанной в договоре купли-продажи от  05.04.2018, в материалах дела не имеется, равно как не представлено  доказательств осведомленности ООО «Штурвал плюс» о наличии явного  ущерба, причиненного заключением соглашения об оплате от 21.09.2017. Сам  по себе факт отсутствия решения общего собрания участников с участием  ФИО2 и ФИО2 о предоставлении согласия на совершение  сделок не свидетельствует о причинении ущерба обществу.  

Кроме того, учитывая то обстоятельство, что истцом не заявлено  требование о применении последствий недействительности сделки, суды  первой и апелляционной инстанции верно указали, что действия истца не были  направлены на сохранение рабочей деятельности ООО «Штурвал+». Так,  27.11.2018 ФИО2 был назначен на должность генерального директора  ООО «Штурвал+», однако, с 27.11.2018 в деятельности генерального директора  ООО «Штурвал+» не усматривалось действий по сохранению и развитию  работоспособности общества. Как установлено судами, ООО «Штурвал+» в  

лице генерального директора ФИО2 заключило договор купли-продажи  автобусов IYEGO DAILY, модель 2227UU от 25.04.2019 с ФИО1, в  связи с чем действия генерального директора ООО «Штурвал+» ФИО2  нельзя квалифицировать как действия, направленные на сохранение  работоспособности общества, основным видом деятельности которого  являются транспортные перевозки.  

Довод заявителя о том, что суды при оценке крупности сделки ошибочно  руководствовались бухгалтерским балансом ООО «Штурвал+» за 2016 год,  крупность сделки необходимо определять на дату продажи автотранспортных  средств - 05.04.2018, исходя из бухгалтерской отчетности истца за 2017 год,  правомерно отклонен судами двух инстанций на основании следующего.  

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 26.06.2018 N 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в  совершении которых имеется заинтересованность» разъяснено, что сделку  признают крупной, если одновременно соблюдены два условия: цена или  балансовая стоимость предмета сделки составляет не менее 25 процентов  балансовой стоимости активов общества, определенной по данным  бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату  (количественный признак сделки); истец доказал, что сделка приведет к  прекращению деятельности общества или к существенному изменению  масштабов деятельности (качественный признак сделки).  

Устанавливая наличие качественного признака сделки следует учитывать,  что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее  наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их  причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за  пределы обычной хозяйственной деятельности.  

Таким образом, соглашение об оплате на дату его заключения для истца  не являлось крупной сделкой и не требовало одобрения общим собранием  участников. Тем самым, правовые основания для признания соглашения об  оплате недействительным по основанию отсутствия одобрения общим  собранием участников истца отсутствуют.  

Довод о необоснованности вывода о пропуске срока исковой давности,  правомерно отклонен судами, поскольку руководствуясь материалами дела  суды установили, что генеральный директор ООО «Штурвал+» ФИО2  обратился в суд с исковым заявлением 31.08.2020, то есть, спустя 1 год и почти  8 месяцев с того момента (09.01.2019), когда должен был узнать об  обстоятельствах, являющихся основанием для признания оспоримых сделок  недействительными, тем самым пропустил годичный срок исковой давности в  отношении требований о признании оспоримых сделок недействительными  (статьи 45, 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной  ответственностью», часть 2 статьи 181, часть 2 статьи 199 ГК РФ).  

Убедительных доводов, основанных на доказательной базе и  позволяющих отменить или изменить оспариваемые решение и постановление,  кассационная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.  

В соответствии с положениями ст. 286, ч. 2 ст. 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной  инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические  обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную  оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать  доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или  постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной  инстанции.  

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное  значение для разрешения спора, были предметом рассмотрения арбитражных  судов двух инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, нарушений норм  процессуального права при принятии обжалуемых решения и постановления не  выявлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.  

Согласно ст. 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, ст. 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации, п.п. 4, 12 п.  1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, с заявителя жалобы  подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей в доход  федерального бюджета, поскольку при подаче кассационной жалобы истцу  была предоставлена отсрочка ее оплаты.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Курской области от 21.09.2021 и  постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от  09.12.2021 по делу № А35-6823/2020 оставить без изменения, а кассационную  жалобу - без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Штурвал+»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета  государственную пошлину за рассмотрение кассационной жалобы в размере  3000 руб.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской  Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий  двух месяцев.  

Председательствующий У.В. Серокурова  

Судьи М.М. Нарусов  

 В.И. Смирнов