АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, 

<

...> http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 января 2026 года	 Дело № А56-49720/2023

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Кравченко Т.В., судей Александровой Е.Н. и Яковца А.В.,

при участии ФИО1 (паспорт),

рассмотрев 15.01.2026 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2025 по делу № А56-49720/2023/сд.8,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.06.2023 на основании заявления автономной некоммерческой организации «Сибирский центр технической диагностики и экспертизы «ДИАСИБ» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью НПЦ «БалтЭнергоРесурс», адрес: 199004, Санкт-Петербург, 6-я линия В.О., д. 49, лит. А, пом. 5Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество).

Определением от 19.10.2023 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением суда от 06.08.2024 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий ФИО2 30.09.2024 обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделками платежей Общества в пользу ФИО1 в период с 20.09.2021 по 02.06.2023 на общую сумму 1 923 887,03 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу Общества указанной денежной суммы.

Определением от 11.02.2025 заявление удовлетворено.

ФИО1 обжаловала определение от 11.02.2025 в апелляционном порядке.

Определением от 18.06.2025 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в соответствии с частью 6.1 статьи 268 Арбитражного

процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), установив наличие предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ оснований для отмены обжалуемого судебного акта, а именно рассмотрение судом первой инстанции дела в отсутствие ФИО1, не извещенной надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Постановлением от 05.09.2025 определение от 11.02.2025 отменено; заявление конкурсного управляющего удовлетворено в полном объеме. Признаны недействительными сделками платежи Общества в пользу ФИО1 в период с 20.09.2021 по 02.06.2023 на общую сумму 1 923 887,03 руб., в порядке применения последствий недействительности сделок названная сумма взыскана с ответчика в конкурсную массу должника.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 11.02.2025 и постановление от 05.09.2025, направить дело на новое рассмотрение.

Податель жалобы полагает ошибочными выводы апелляционного суда о нахождении Общества в кризисном состоянии в спорный период и совершении платежей в пользу ФИО1 в обход независимых кредиторов.

Как указывает податель жалобы, апелляционным судом не учтено, что общество с ограниченной ответственностью «Электросервис» (далее – ООО «Электросервис»), единственным учредителем которого являлась ФИО1, в 2018 году не предъявляло Обществу требований о выплате задолженности по договору поставки от 14.07.2017

№ 08/14-06/17. Податель жалобы полагает, что приведенное обстоятельство в условиях отсутствия на указанную дату задолженности перед иными кредиторами не свидетельствует о наличии у должника признаков объективного банкротства.

Выражая несогласие с произведенной судом апелляционной инстанции квалификацией оспариваемых платежей в качестве возврата компенсационного финансирования, податель жалобы отмечает, что на дату заключения договора займа (05.05.2021) ФИО1 не являлась участником должника, в связи с чем не обладала возможностью единолично исполнить обязательные условия, позволяющие увеличить уставный капитал Общества.

Податель жалобы утверждает, что оспариваемые платежи произведены в качестве возврата задолженности по договору займа от 05.05.2021, заключенного ФИО1 и Обществом; в подтверждение факта соразмерного встречного исполнения ответчиком представлены в материалы дела платежные поручения, свидетельствующие о перечислении ответчиком денежных средств в пользу контрагентов должника, а, следовательно, о выполнении предусмотренных договором условий.

В дополнениях к кассационной жалобе ФИО1 обращает

внимание на то, что определением суда первой инстанции от 30.07.2025 производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) Общества прекращено в связи с утверждением мирового соглашения. На основании указанного податель жалобы считает, что заявленное требование могло быть квалифицировано как требование о признании встречных обязательств прекратившимися зачетом, чего сделано не было.

В уточненной кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 11.02.2025 и постановление от 05.09.2025, дополнив доводы кассационной жалобы ссылкой на то, что стоимость принадлежавших Обществу по состоянию на конец 2018 года активов превышала сумму его обязательств, а также утверждением о том, что признаки неплатежеспособности у Общества возникли не ранее апреля 2023 года. По мнению подателя жалобы, возврат Обществом займов не конкурировал с независимыми кредиторами, поскольку требования данных кредиторов возникли позднее.

В судебном заседании ФИО1 поддержала доводы кассационной жалобы.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Судом кассационной инстанции отказано в приобщении документов, представленных в качестве приложений к уточненной кассационной жалобе, поскольку на стадии кассационного производства новые доказательства не исследуются и не приобщаются к делу (статья 286 АПК РФ, абзац второй пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», далее – Постановление № 13).

Законность постановления от 05.09.2025 проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал на то, что с расчетного счета Общества в период с 20.09.2021 по 02.06.2023 осуществлены платежи на сумму 1 923 887,03 руб. в пользу ФИО1

Конкурсный управляющий, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указал, что спорные платежи произведены Обществом в пользу ФИО3, являющейся аффилированным по отношению к должнику лицом, в отсутствие правового основания и направлены на вывод ликвидного имущества в ущерб интересам кредиторов должника при наличии у последнего признаков неплатежеспособности.

Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего, придя к выводу, что на даты совершения сделок Общество обладало признаками неплатежеспособности. Ввиду непередачи бывшим руководителем Общества документов, подтверждающих обоснованность совершения платежей, равно как и нераскрытия ответчиком наличия между ФИО1 договорного правоотношения, его существа и экономической целесообразности, суд первой инстанции посчитал недоказанной равноценность встречного представления по оспариваемым сделкам. При этом судом принято во внимание, что ФИО1 являлась аффилированным по отношению к должнику лицом.

Обжалуя определение суда первой инстанции в апелляционном порядке, ФИО1, помимо прочего, ссылалась на объективную невозможность представления в суд первой инстанции позиции и доказательств ввиду неполучения судебных актов по настоящему обособленному спору.

Констатировав факт ненадлежащего извещения ответчика о начавшемся судебном разбирательстве, суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции.

Возражая относительно удовлетворения заявления конкурсного управляющего по существу, ФИО1 настаивала, что спорные перечисления совершены должником в рамках исполнения обязательств по договору беспроцентного займа от 05.05.2021, заключенного ФИО1 и Обществом. Отрицая наличие статуса аффилированного по отношению к Обществу лица, ФИО1 обращала внимание, что на дату заключения договора займа она не являлась участником Общества.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев спор по правилам суда первой инстанции, удовлетворил заявленные требования.

Установив факты наличия у Общества признаков объективного банкротства с сентября 2018 года, констатировав доказанность наличия признаков аффилированности сторон оспариваемых сделок, суд апелляционной инстанции с учетом раскрытых ответчиком обстоятельств посчитал, что предоставление ФИО1 займов Обществу фактически представляло собой правоотношения по увеличению уставного капитала должника, что обусловило квалификацию оспариваемых платежей в качестве компенсационного финансирования, возврат которого повлек уменьшение конкурсной массы и, как следствие, причинение вреда имущественным правам конкурсных кредиторов Общества.

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационной жалобы, суд округа пришел к следующим выводам.

Вывод апелляционного суда о наличии безусловных оснований для отмены определения от 11.02.2025 и перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции в кассационном порядке не оспорен.

Указанное обусловило приобщение к материалам дела документов, представленных ответчиком на стадии апелляционного производства.

Правовая позиция ФИО1 сводилась к тому, что

оспариваемые платежи нельзя считать безосновательными, поскольку они были совершены в рамках реально существовавшего обязательства, возникшего ввиду заключения ФИО1 и Обществом договора беспроцентного займа от 05.05.2021.

По условиям пунктов 1.1 и 2.3 названного договора ФИО1 обязалась оплатить за Общество счета перед поставщиками в сумме, не превышающей 2 000 000 руб., а Общество обязалось вернуть сумму займа в полном объеме не позднее 31.12.2022.

В ту же дату (05.05.2021) ФИО1 и Обществом подписано дополнительное соглашение, которым стороны изменили редакцию пунктов 1.1 и 2.3 договора, конкретизировав перечень контрагентов (их наименования), суммы, подлежащие перечислению (общий размер которых составил 2 025 572,91 руб.), а также скорректировав срок возврата займа – до 30.12.2022.

Нахождение в материалах дела документов, подтверждающих наличие между ответчиком и должником договорных обязательств, которыми обусловлены оспариваемые конкурсным управляющим платежи, участвующими в деле лицами не оспаривается.

В то же время указанное обстоятельство, вопреки утверждению ФИО1, не является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Квалифицирующими признаками недействительности сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются убыточность сделки, цель ее совершения – причинение вреда кредиторам и осведомленность контрагента об этой цели.

Исследовав существо возникших между сторонами правоотношений, характер обязательств и обстоятельства их исполнения, суд апелляционной инстанции заключил, что предоставление ФИО1 займов Обществу посредством перечисления денежных средств в пользу контрагентов последнего фактически представляло собой правоотношения по увеличению уставного капитала должника.

Вопреки аргументам подателя жалобы, из содержания договора займа и дополнительного соглашения к нему от 05.05.2021 усматривается, что в качестве займодавца выступала ФИО1, являющаяся учредителем ООО НПЦ «УралЭнергоРесурс», которое, в свою очередь, являлось в указанный период участником Общества (доля участия в размере 75%); заемщиком выступало Общество.

Последующее приобретение ФИО1 у ООО НПЦ «УралЭнергоРесурс» по договору купли-продажи от 15.12.2021 указанной доли участия в Обществе свидетельствует об опосредованном участии ответчика в органах управления ООО НПЦ «УралЭнергоРесурс» и Общества.

Принимая во внимание подконтрольность ООО НПЦ «УралЭнергоРесурс» ФИО1 на дату заключения договора займа от 05.05.2021, вывод суда апелляционной инстанции об аффилированности

сторон оспариваемых сделок является правильным.

По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств апелляционный суд резюмировал, что признаки неплатежеспособности (объективного банкротства) образовались у Общества не позднее сентября 2018 года.

Поскольку доводы об отсутствии у Общества признаков неплатежеспособности на даты совершения оспариваемых платежей на стадии апелляционного производства ответчик не приводил, доводы о несогласии с указанным выводом апелляционного суда не подлежат оценке судом кассационной инстанции в силу положений статей 286, 287 АПК РФ и абзаца четвертого пункта 30 Постановления № 13.

При этом суд округа полагает необходимым отметить, что факты перечисления ФИО1 денежных средств в пользу контрагентов Общества во исполнение договора займа от 05.05.2021, возврат должником заемных средств на протяжении длительного времени (в том числе с просрочкой) в условиях беспроцентного предоставления займодавцем средств и нераскрытия экономической целесообразности таких действий не свидетельствуют о благополучном финансовом состоянии должника и указывают на осведомленность ответчика об указанном обстоятельстве.

Мотивы заключения договора от 05.05.2021, предоставления денежных средств Обществу в качестве займа и объяснения причин финансирования деятельности должника ФИО1, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, в суде апелляционной инстанции не раскрыты.

Более того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Совокупность установленных по результатам рассмотрения спора обстоятельств обусловила правомерный вывод апелляционного суда о том, что оспариваемые платежи, совершенные в пользу аффилированного по отношению к Обществу лица в период неплатежеспособности должника, по своей природе представляют собой возврат компенсационного финансирования.

Отличительной особенностью компенсационного финансирования является его предоставление контролирующим лицом в ситуации имущественного кризиса должника с целью возврата его к нормальной предпринимательской деятельности, преодоления финансовых трудностей, что и имело место в рассматриваемом случае.

Само по себе предоставление такого компенсационного финансирования не является вредоносной сделкой, а напротив, направлено на преодоление кризисной ситуации. Однако действия по изъятию

предоставленного финансирования в период имущественного кризиса с целью минимизации своих экономических рисков в ущерб интересам независимых кредиторов, в том числе путем преимущественного удовлетворения требований аффилированного кредитора подпадает под признаки вредоносной сделки, предусмотренной статьей 61.2 Закон о банкротстве.

В отличие от обычных правоотношений, вытекающих из договора займа, при осуществлении компенсационного финансирования деятельности должника предоставившее такое финансирование лицо не может противопоставлять свое требование о возврате компенсационного финансирования требованиям независимых кредиторов (пункт 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020).

Использование конструкции договора займа, то есть модели поведения, отличной от предписанной Законом о банкротстве, влечет для такого лица все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов.

Как верно указал апелляционный суд, в такой ситуации возврат Обществом заемных денежных средств привел к нарушению прав и законных интересов кредиторов должника, рассчитывающих на соразмерное удовлетворение их требований, о чем ФИО1 не могла не знать.

Иное подателем кассационной жалобы не доказано.

Изложенное блокирует возможность квалификации оспариваемых платежей как совершенных в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Таким образом, суд апелляционной инстанции, оценив в совокупности и взаимосвязи представленные доказательства с соблюдением положений статьи 71 АПК РФ, правильно применил положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и обоснованно удовлетворил заявление конкурсного управляющего.

Утверждения подателя кассационной жалобы об обратном направлены на переоценку фактических обстоятельств, выполненную апелляционным судом с соблюдением норм процессуального права, что выходит за пределы рассмотрения дела кассационным судом, установленные статьей 286 АПК РФ.

Ссылка подателя жалобы на то, что определением суда первой инстанции от 30.07.2025 производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) Общества прекращено, не может быть принята во внимание, поскольку указанное определение не вступило в законную силу на дату объявления резолютивной части обжалуемого постановления апелляционного суда (27.08.2025).

При таких обстоятельствах апелляционный суд, рассмотрев спор по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, и приняв постановление от 05.09.2025 об удовлетворении заявленных притязаний, не допустил нарушений норм процессуального права.

С учетом изложенного основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2025 по делу № А56-49720/2023/сд.8 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий Т.В. Кравченко Судьи Е.Н. Александрова

А.В. Яковец