ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

26.06.2020

Дело № А40-151918/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 22.06.2020        

Полный текст постановления изготовлен  26.06.2020

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Каменецкого Д.В., Коротковой Е.Н.,

при участии в судебном заседании: 

от  к/у  «АМБ  Банк»  (ПАО) – ФИО1 по  доверенности  от  21.11.2019,  ФИО2 по доверенности от 21.11.2019;

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 26.09.2018;

от ФИО5 – ФИО4 по доверенности от 08.08.2018;

от ФИО6 – ФИО7 по доверенности от 26.09.2018;

рассмотрев 22.06.2020 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего «АМБ Банк» (ПАО) в лице ГК «АСВ»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2019,

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2020

об отказе в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, об отказе в  удовлетворении  заявления  конкурсного  управляющего  «АМБ  Банк»  (ПАО)  о взыскании  убытков  с  ФИО5,  ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО10 в размере 286 789 000 руб.,

в рамках дела о признании «АМБ Банк» (ПАО) несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 14.12.2015 ПАО «АМБ Банк» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто  конкурсное производство,  конкурсным  управляющим  должника  утверждена  Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

Определением  Арбитражного  суда  города  Москвы  от  22.10.2019  было отказано в удовлетворении заявления  конкурсного  управляющего  ПАО «АМБ Банк» в  лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о взыскании убытков в размере 286 789 000 руб. с ФИО5, ФИО8,  ФИО6,  ФИО9, ФИО10.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2020 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2019 было оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и направить спор на новое рассмотрение. В кассационной жалобе управляющий Банка указывает, что являются ошибочными выводы судов о недоказанности виновности ответчиков, отсутствия противоправности в их действиях и причинно-следственной связи между действиями ответчиков по одобрению кредитов и причинения убытков. Управляющий отмечает, что на дату выдачи кредита действовало Положение о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, при этом, приобщенное к материалам дела  кредитное досье в отношении заемщика очевидно свидетельствовало о том, что Банком надлежащая оценка и анализ финансового состояния общества и меры по проверке кредитного риска не осуществлялись. Так, заявитель обращает внимание, что согласно кредитному досье в Компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED на период кредитования численность сотрудников составляла два человека, отсутствуют копии   договоров   заемщика   с   иными   компаниями,   которые свидетельствуют о передаче на аутсорсинг целого ряда операционно-хозяйственных функций заемщика, в т.ч. компании Trident Trust, суды ошибочно проигнорировали данные обстоятельства, равно как и решение Межрайонной ИФНС России № 50 № 14-14/3082 от 13.09.2018, в соответствии с которым на дату принятия решения о кредитовании заемщика, ответчики знали о фактической цели кредитования, которая прикрывала досрочный возврат субординированного займа и действовали по поручению и в интересах ФИО10, как бенефициарного владельца Банка и заемщика. Суды сослались на субординированные займы, заключенные между сторонами, однако, конкурсный управляющий полагает, что фактически отношения между Банком и Компанией RAGINTA INVESTMENTS LIMITED по данным сделкам носили корпоративный (внутригрупповой) характер, в материалах дела отсутствуют какие-либо достоверные доказательства, подтверждающие наличие источников собственных средств у Компании для предоставления подобных займов, таким образом, выводы судов о наличии между «АМБ Банк» (ПАО) и заемщиком действующих договоров субординированного займа основаны на неправильном толковании норм права. По мнению заявителя, одновременный отзыв лицензий у группы Банков, подконтрольных ФИО10, явился основанием для прекращения исполнения обязательств заемщиком, поскольку именно кредитование Компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED и его основного контрагента ООО «Интерком Капитал» в Банках, подконтрольных ФИО10, являлось единственным источником средств для погашения кредита, при этом, собственных средств заемщик не имел, поэтому на балансе Банка учитывался лишь технический актив. Конкурсный управляющий обращает внимание, что ответчики, будучи руководителями Банка, действующими согласно полномочиям, закрепленным в Законе о банках и банковской деятельности (ст. 11.1), в Законе об акционерных обществах (ст. 71), в Уставе и Внутренних положений Банка, при принятии решения о выдаче кредита и заключении кредитного договора не проявили должную степень заботливости, добросовестности, разумности и осмотрительности при решении вопроса о кредитовании данного заемщика, относящегося к компетенции как Единоличного исполнительного органа Банка (Председателя Правления), так и коллегиального исполнительного органа Банка (членов Правления), при этом, негативные последствия для Банка вышли за пределы обычного делового риска и были направлены на нарушение прав и законных интересов как Банка и его кредиторов, а также гражданско-правового сообщества, объединяющего всех заинтересованных лиц. Так, ответчики ограничились лишь рассмотрением кредитной заявки на заседании кредитного комитета Банка, решением вопроса о деятельности заемщика и о классификации кредита во вторую категория качества на заседании Правления Банка только на основании справки по вопросам кредитования Компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED, однако, кредитное досье не содержит комплекта документов, достаточного для определения финансового положения Заемщика на момент выдачи кредита, при этом, ответчики не могли не осознавать, что совершенные ими действия, повлекут убытки для Банка в связи с неспособностью заемщика в полном объеме самостоятельно (без использования схем привлечения денежных средств в иных кредитных организациях, входящих в группу компаний ФИО10), погасить задолженность по кредиту. Также заявитель обращает внимание, что  в приобщенном к материалам дела Промежуточном акте проверки ПАО «АМБ Банк» от 22.07.2015 № А2К-И25-11-11/1320ДСП, Центральным Банком России (Приложение №11 к заявлению) также была отражена информация о показателях управленческой отчетности за период с 01.01.2014 по 01.04.2015, из которой следует, что на 01.10.2014 процент дебиторской задолженности составлял 97.85% (=937 248 тыс. евро (займы выданные)/957 887 (Баланс)* 100) от суммы активов компании заемщика, по результатам проверки Банком России установлены как минимум три обстоятельства, свидетельствующие о возможном отсутствии у заемщика реальной деятельности или осуществлении ее в незначительных объемах, на основании п. 1.2, 1.3, 1.13, указанного в Приложении №5 Положения Банка России №254-П, рабочей группы Банка России также отмечено, что решение Правления Банка о признании деятельности заемщика реальной было необоснованным. Кроме того, конкурсный управляющий полагает, что сам по себе факт наличия многолетней положительной истории деловых взаимоотношений между Банком и заемщиком не исключает необходимость надлежащей осмотрительности, а также применения комплексности и добросовестности подхода ответственных лиц при принятии решения по одобрению и выдачи кредита при отсутствии какого-либо обеспечения, поскольку при рассмотрении кредитной заявки, Банк должен исходить из финансового положения заемщика именно на момент принятия решения о его кредитовании. Таким образом, принятое руководителями Банка - ФИО5, ФИО3, ФИО6 и ФИО9 решение о кредитовании заемщика без наличия какого-либо встреченного обеспечения и в интересах конечного бенефициара заемщика и Банка - ФИО10, а не в интересах Банка, не отвечало требованиям статьи 5 ГК РФ и не соответствовало обычным условиям делового оборота, в связи с чем, заявитель полагает, что выводы судов об обратном ошибочны и противоречат приобщенным к материалам дела доказательствам.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы кассационной жалобы.

От ФИО3, ФИО5 и ФИО6 поступили отзывы на кассационную жалобу, которые судебной коллегией приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ФИО3, ФИО5 и ФИО6 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Выслушав представителей конкурсного управляющего должника и ответчиков, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции считает определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежащими отмене, а обособленный спор направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, в связи со следующим.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено судами, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на неправомерные действия   единоличного исполнительного  органа - бывшего  Председателя  правления  Банка  ФИО5, членов коллегиального исполнительного  органа (членов правления Банка) - ФИО3,  ФИО9,  ФИО6,  выразившиеся  в  одобрении,  согласии  по  выдаче заведомо  невозвратного  кредита  компании  RAGINTA  INVESTMENTS  LIMITED без  какого  либо  экономического  и  документального  обоснования и обеспечения, просил взыскать с ответчиков причиненные Банку убытки в размере непогашенной суммы основного долга по кредиту - 5 000 000 долларов США или 282 450 000 рублей.

Вместе с тем, суды пришли к выводу, что конкурсным управляющим не представлены доказательства  того,  что  на  момент  одобрения  сделок  по кредитованию  соответствующая  задолженность  являлась  заведомо  нереальной  ко взысканию, о чем ответчики знали либо должны были знать исходя из обычной практики банковской  деятельности,  равно  как  и  доказательств, подтверждающих,  что  поведение ответчиков   при   принятии   решений   о   кредитовании   заемщиков   являлось недобросовестным или неразумным.

Судами установлено, что оценка  финансового  положения  заёмщика была проведена Банком на  основании документов из кредитного досье, а также выписок по счетам компания RAGINTA INVESTMENTS LIMITED, открытым в ПАО «АМБ Банк», кроме того, анализ  финансового  положения  компании RAGINTA  INVESTMENTS  LIMITED  показал отсутствие операций, связанных с хозяйственной деятельностью по расчетным счетам в Банке  и  до  момента  отзыва  лицензии  кредит  своевременно  обслуживался  компанией RAGINTA INVESTMENTS LIMITED и частично добровольно (досрочно) погашался.

Доводы конкурсного управляющего  Банка о том, что как следует из  кредитного  досье, компания RAGINTA INVESTMENTS LIMITED на дату выдачи кредита имела убыток в размере 53 488 787 Евро (отчет независимых аудиторов за 2013 год), и что операции  по  кредитованию  заемщика  получили  неоднократную  негативную оценку Банка России, были отклонены судами, поскольку проанализировав  приведенные  положения  нормативных  правовых  актов  Банка России, суды пришли к выводу, что как профессиональное суждения  банка  при  принятии  решения  о  выдаче  кредита,  так  и  позиция  конкурсного управляющего относительно заведомого невозврата выданных ссуд, должны вытекать из единообразной оценки финансового положения заемщика как «хорошего», «среднего» или «плохого» в соответствии с критериями, установленными п. 3.3 Положения № 254-П, ответчиками при принятии решений о выдаче кредитов были соблюдены положения статьи 24 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», Положения об организации внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах (утв. Банком России 16.12.2003 № 242-П),  Положения  о  порядке  формирования  кредитными  организациями  резервов  на возможные  потери  по  ссудам,  по  ссудной  и  приравненной  к  ней  задолженности,  утв. Банком России 26.03.2004 № 254-П.

Суд апелляционной инстанции также учитывал, что  на  момент  выдачи  кредита  компания RAGINTA INVESTMENTS LIMITED являлась крупнейшим  кредитором  Банка  из  числа  юридических  лиц - небанковских  финансовых организаций, в 2009 - 2013 годах компания предоставила Банку три субординированных кредита на общую сумму 600 000 000 руб. сроком на 10 лет каждый, указанные кредиты были  исследованы  и  приняты  Банком  России  для  целей включения  в  дополнительный  капитал  Банка,  суммарные  обязательства  Банка  перед  заемщиком  существенно  (на  четверть) превышали размер обязательств Компании перед Банком, а сроки исполнения обязательств Банка по привлеченным от заемщика кредитам превышали срок исполнения обязательств заемщика перед Банком.

Таким  образом, по мнению судебной коллегии апелляционного суда, с учетом положений статьи  5  Гражданского  кодекса  Российской Федерации, наличие между  «АМБ  Банк»  (ПАО)  и  заемщиком  действующих  договоров субординированного займа  на  дату  предоставления  кредита  должно  безусловно оцениваться  как фактическое  встречное  обеспечение  выдаваемого  заемщику  кредита  и необходимая дополнительная гарантия его возвратности, при этом, поскольку на  момент  принятия  решения  о  выдаче  кредита  «АМБ  Банк»  (ПАО)  поддерживал деловые  взаимоотношения  с  заемщиком  на  протяжении  многих  лет, то данные обстоятельства позволили Банку оперативно осуществить процедуру рассмотрения кредитной заявки заемщика и принять по  ней соответствующее решение, кроме того, в   кредитном   досье   содержатся  следующие  документы:  кредитный договор,  копии  учредительных  документов  компании,  справки  об  участниках  и  органах  управления, документы  бухгалтерской  и  иной  отчетности, данные о деятельности, имуществе и о доходах компании, в связи с чем, доводы управляющего о выдаче кредита в отсутствие необходимых документов являются необоснованными. 

Кроме  этого, суд апелляционной инстанции учитывал, заключенный между компанией TORGRAS ASSETS LTD и  компанией RAGINTA INVESTMENTS LIMITED договор  займа  от  30.07.2013  №  30-07-13,  о предоставлении компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED займа в размере до 25 000 000 долларов США, а также выписки  о  движении  денежных  средств  по расчетным  счетам  компании,  которые, по мнению суда, подтверждают,  что  заемщик осуществлял реальную финансово-хозяйственную деятельность.

Таким образом, суды обеих инстанций пришли к выводам, что заявителем в материалы дела не представлено достоверных и неоспоримых доказательств того, что на момент заключения кредитного договора финансовое положение компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED являлось  плохим, не подтверждена  причинно-следственная  связь  между действиями ответчиков и наличием   задолженности   по   кредитному   договору. 

Между тем, принимая обжалуемые судебные акты, судами не было учтено следующее.

Ответственность единоличного исполнительного органа, арбитражного управляющего, является гражданско-правовой, убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ.

Согласно статьи 15 Гражданского кодекса РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, наличие состава правонарушения, включающего факт виновного нарушения органом или должностным лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия, издания незаконного акта), наличие у заявителя убытков и их размер, а также наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками.

При этом юридическое значение имеет только прямая (непосредственная) причинная связь между противоправным поведением должника и убытками кредитора.

В п. п. 1, 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума № 62), указано на обязанность лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, действовать в интересах общества добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности такое лицо должно возместить причиненные обществу убытки. 

При этом, в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявитель должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, возникновение у юридического лица убытков

Недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной при установлении обстоятельств, указанных в п. п. 2 и 3 Постановления Пленума № 62.

Согласно п. 2 Постановления Пленума № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в ущерб юридическому лицу.

В силу п. 1 ст. 50 ГК РФ, при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли.

Для  наступления  ответственности,  установленной  правилами  названных  статей, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: факт нарушения  другим  лицом  возложенных  на  него  обязанностей  (совершения  незаконных действий  или  бездействия),  наличие причинно-следственной  связи  между  допущенным нарушением и возникшими убытками, а также размер причиненных убытков.

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 14 Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц, на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей.

Данные лица признаются виновными, если их решения или действия (в том числе превышение полномочий), повлекшие за собой возникновение признаков банкротства, не соответствовали принципам добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, обычаям делового оборота.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Конкурсный управляющий в судах первой и апелляционной  инстанций указывал на то, что Банк и заемщик были фактически подконтрольны члену Совета директоров  - ФИО10, согласно показаниям председателя Правления Банка ФИО5, отраженным в решении Межрайонной ИФНС России № 50 № 14-14/3082 от 13.09.2018, компания RAGINTA INVESTMENTS LIMITED предоставила ПАО «АМБ Банк» три субординированных займа за период с 2009-2014 гг., в декабре 2014 года наступил срок погашения первого займа, в связи с чем, должник обратился в Банк России с просьбой разрешить вернуть первый заем, однако, указанная просьба была отклонена, так как организация была приведена в Банк гражданином ФИО10 и являлась его клиентом и именно по указанию ФИО10 была осуществлена выдача кредита Компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED в декабре 2014 года, при этом, Банком фактически управлял член Совета директоров Банка - ФИО10

Кроме того, конкурсный управляющий также предоставлял сведения из открытых источников (распечатки с официального сайта Департамента регистрации и официальной ликвидации компаний), подтверждающие, что бенефициарным владельцем Компании в период исполнения обязательств по погашению части задолженности заемщика, являлся ФИО10

Таким образом, заявитель обоснованно указывает в кассационной жалобе, что названные обстоятельства должны были быть исследованы и учтены судами при рассмотрении настоящего спора, кроме того, управляющий обращал внимание судов, что у всей группы Банков, подконтрольных ФИО10, как и у «АМБ Банк» (ПАО) были отозваны лицензии, и именно одновременный отзыв лицензий у группы Банков, подконтрольных ФИО10, явился основанием для прекращения исполнения обязательств заемщиком, поскольку кредитование Компании и его основного контрагента ООО «Интерком Капитал» Банками, подконтрольными ФИО10, собственно и являлось единственным источником средств для погашения кредита перед «АМБ Банк» (ПАО), фактически возврат денежных средств от компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED по кредиту зависел от воли ФИО10

В силу статьи 9 Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Кроме того, конкурсный управляющий ссылался на  предписание Центрального Банка России от 11.02.2015 № 40-1-10/33102ДСП, согласно которому  было прямо указано на неполноту сведений о заемщике - компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED, в ответе на предписание от 16.03.2015 № 01/597 Банк указал, что по состоянию на 12.03.2015 финансовое положение компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED оценено им как плохое и классификация его задолженности произведена в III категорию качества  с формированием резерва в размере 21% (л.д. 60 т. 28).

Судами не учтено, что Приказом Банка России от 24.07.2015 № ОД-1770 лицензия на осуществление банковских операций у кредитной организации «АМБ Банк» (ПАО) была отозвана с 24.07.2015 как крайняя мера  воздействия  в связи с неисполнением кредитной организацией федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, и нормативных актов Банка России, применением в течение одного года мер, предусмотренных Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», а также принимая во внимание наличие реальной угрозы интересам кредиторов и вкладчиков.  Руководители и собственники кредитной организации не предприняли действенных мер по нормализации ее деятельности, ввиду низкого качества активов кредитной организации.

Принимая решение о признании должника банкротом, суд первой инстанции указал на то, что в результате обследования «АМБ Банк» (ПАО) установлено, что обязательства банка перед кредиторами превышают размер его активов. По сведениям временной администрации на датуотзыва у кредитной организации лицензии стоимость имущества банка составляла 9 717 998 000 руб., тогда как размер обязательств 17 655 159 000 руб.

В обоснование своих требований конкурсный управляющий ссылался на то, что намерение компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED не исполнять обязательства по займу  однозначно следует из одностороннего полного отказа от обслуживания задолженности после даты отзыва у Банка лицензии. В отношении обслуживания задолженности до отзыва лицензии конкурсный управляющий отмечал, что Банк не отслеживал происхождение денежных средств, направляемых на обслуживание выданного займа.

При отсутствии обеспечения, отсутствии у заемщика деловой репутации, отсутствии подтвержденной независимыми источниками информации о взаимодействии заемщика с лицами, осуществляющими реальную хозяйственную деятельность (согласно документам кредитных досье таких сведений не было), а также сведениям из кредитного досье и представленных сведений налоговым органом,  основным средствами заемщика являлись заемные средства, то есть обслуживание ссудной задолженности зависело целиком от воли заемщика (его бенефициара). Выдача от имени Банка кредитов на таких условиях и без обеспечения создала для Банка неоправданно высокие риски, реализовавшиеся после отзыва лицензии. Ответчики, выдавая заем без обеспечения лицу  с неустановленной репутацией и деятельностью, не обеспечили надежного механизма возврата ссудной задолженности в случае одностороннего отказа заемщика от уплаты долга.

Разумные экономические мотивы такого поведения руководства Банка при принятии решений о выдаче средств судами не устанавливались, а ответчиками не раскрыты.

Выводы суда апелляционной инстанции о том, что наличие между  «АМБ  Банк»  (ПАО)  и  заемщиком  действующих  договоров субординированного займа  на  дату  предоставления  кредита  должно  безусловно оцениваться  как фактическое  встречное  обеспечение  выдаваемого  заемщику  кредита  и необходимая дополнительная гарантия его возвратности, не мотивированы ни нормами права, ни ссылками на условия предоставления таких займов.

В том случае, если, как утверждали ответчики, заемщик являлся надежным, возврат Банку денежных средств не составил бы для него труда и после отзыва у Банка лицензии, чего сделано не было.

Между тем, у компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED отсутствует какое либо имущество.

Таким образом, вывод о надлежащем качестве сформированной ответчиками для Банка ссудной задолженности, сделанный судами на основании обслуживания долга до отзыва лицензии, сделан без учета обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств (отсутствие обеспечения по займу, отсутствие деловой репутации заемщика, отсутствие информации о заемщике  в доступных независимых источниках, отсутствие у заемщика контрагентов, осуществлявших реальную хозяйственную деятельность).

Судами не дана оценка представленным конкурсным управляющим в обоснование заявления доказательствам, подтверждающим, по его мнению, нерыночный характер кредитования заемщика, отсутствие у него имущества и доходов в размере, достаточном для надлежащего исполнения обязательств по займу, осуществление им хозяйственной деятельности в незначительных масштабах (либо ее отсутствие); отсутствие у заемщика собственных основных средств или их наличие на незначительную сумму; фактическое отсутствие обоснования выдачи займа; незначительное количество работников в штате заемщиков; отсутствие обеспечительных сделок.

Судами не дана оценка доводам конкурного управляющего о том, что на момент выдачи займа компании RAGINTA INVESTMENTS LIMITED ответчиками намеренно проигнорирована необходимая информация о заемщике, позволяющая достоверно оценить его финансовое положение, реальность осуществляемой им хозяйственной деятельности, гарантии возврата выдаваемого займа, поскольку конечным бенефициаром заемщика являлся ФИО10

Поскольку устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон, суд кассационной инстанции лишен возможности принять новый судебный акт. 

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций сделаны без установления всех фактических обстоятельств дела, подлежащих исследованию в рассматриваемом споре, и оценки имеющихся в деле доказательств и доводов сторон, что в соответствии с частями 1, 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебного акта.

Поскольку для правильного разрешения спора надлежит установить фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дать оценку доводам сторон, суд кассационной инстанции лишен возможности принять новый судебный акт.

С учетом того, что для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по данному спору.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение  Арбитражного  суда  города  Москвы  от  22.10.2019  и  постановление Девятого    арбитражного    апелляционного    суда    от    07.02.2020    по    делу №   А40-151918/2015   отменить,   направить   обособленный   спор   на   новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

          Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано  в  кассационном  порядке  в  Судебную  коллегию  Верховного  Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий – судья Н.А. Кручинина                    

Судьи: Д.В. Каменецкий

Е.Н. Короткова