АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4026/19 

Екатеринбург

22 апреля 2022 г.

 

Дело № А76-32823/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 апреля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Соловцова С.Н., Плетневой В.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение  Арбитражного суда Челябинской области от 15.09.2021 по делу № А76-32823/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Челябинской области, приняли участие представители:

ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 10.08.2021);

открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» – ФИО4 (доверенность от 10.06.2021).

конкурсного управляющего публичным акционерным обществом «Челябэнергосбыт» ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 30.07.2020). 

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.11.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве публичного акционерного общества «Челябэнергосбыт» (далее – общество «Челябэнергосбыт», должник).

Определением суда от 08.04.2019 в отношении общества «Челябэнергосбыт» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда от 22.07.2019 должник признан банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительным пункт 3.1 трудового договора от 20.03.2019 № 20/03-28, заключенного между обществом «Челябэнергосбыт» и ФИО2 (далее –  ответчик); применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника 1 958 797 руб.  30 коп. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 15.09.2021 (судья Гладышева В.И.) заявление удовлетворено.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 (судьи Матвеева С.В., Кожевникова А.Г., Румянцев А.А.) определение суда первой инстанции от 15.09.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального, нарушение процессуального права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В обоснование кассационной жалобы ответчик указывает на то, что, делая выводы о несоразмерности выплат, суды не учли, что предшественники ФИО2 получали в качестве оплаты труда сопоставимые или большие суммы. Кассатор также отмечает, что обстоятельство утраты должником статуса гарантирующего поставщика в период выплаты спорной заработной платы не может свидетельствовать о чрезмерности выплат и несоразмерности предоставления, поскольку утрата указанного статуса существенным образом не изменила объем и сущность работы ответчика, которая согласно должностной инструкции включала деятельность, не привязанную к наличию статуса гарантирующего поставщика. Кассатор указывает, что объем выполненной работы значителен, а выводы судов о том, что выполнение дополнительных мероприятий не привело к экономически оправданному результату, не учитывают то обстоятельство, что с ФИО2 был заключен трудовой договор, оплата которого не связана с получением результата. Кассатор также полагает, что судами не была дана оценка его доводам относительно соответствия полученной заработной платы среднему уровню заработной платы аналогичных должностей и индексации, не учтена правовая позиция, согласно которой наличие в законодательстве о банкротстве специальных правил об оспаривании сделок не означает, что само по себе ухудшение финансового состояния работодателя, его объективное банкротство ограничивают права обычных работников, в том числе на оплату труда.

Конкурсный управляющий ФИО5 и открытое акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (кредитор) по доводам ответчика возражают, просят оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 12.02.2019 между ФИО2 (работник) и обществом «Челябэнергосбыт» (работодатель) заключен трудовой договор № 12/02-25, по условиям которого ФИО2 принят на должность заместителя директора по сбытовой деятельности с установлением должностного оклада за выполнение трудовых обязанностей 206 000 руб. в месяц.

Далее, 20.03.2019 между ФИО2 и обществом «Челябэнергосбыт» заключен трудовой договор № 20/03-28, по условиям которого ответчик принят на должность заместителя генерального директора по экономике и финансам с установлением должностного оклада в размере 700 000 руб., а также поощрительных выплат (премия), размер, порядок и сроки которых определены в соответствующих локальных нормативных актах (пункты 3.1, 3.2 трудового договора).

Должностные обязанности работника установлены в разделе 5 договора, а также в должностной инструкции.

За период работы в должности заместителя генерального директора по экономике и финансам с 20.03.2019 по 19.08.2019 ФИО2 выплачена заработная плата в общей сумме 4 360 538 руб. 78 коп. 

Указанные выплаты произведены ФИО2 исходя из ежемесячного оклада в размере 700 000 руб., а также премий, начисляемых в соответствии с Положением о назначении менеджеров высшего звена и их премировании, утвержденным советом директоров общества «Челябэнергосбыт» (протокол от 20.03.2019 № 38).

Полагая, что ФИО2 перечислена оплата в отсутствие встречного предоставления, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании пункта 3.1 трудового договора от 20.03.2019 № 20/03-28 недействительным.

Рассматривая заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались тем, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками (действиями), которые могут быть оспорены по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии трудовым законодательством.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной может быть признана сделка (действия по исполнению обязательств), совершенная в годичный период подозрительности при неравноценном встречном исполнении обязательств, то есть сделка, по которой исполнение, предоставленное должником, в худшую для него сторону отличается от исполнения, которое обычно предоставляется при сходных обстоятельствах. При этом не требуется доказывать факты, указывающие на недобросовестность другой стороны сделки (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 8 Постановления № 63, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Рассматривая заявленные требования, суды исходили из того, что оспариваемые выплаты совершены в период с 20.03.2019 по 19.08.2019, то есть  в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При рассмотрении спора судами учтено, что в соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с положениями статей 132 и 135 Трудового кодекса Российской Федерации установление работнику размера заработной платы относится к исключительным полномочиям работодателя.

Заработная плата каждого работника согласно положениям статей 132, 135 Трудового кодекса Российской Федерации зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда действующей у работодателя.

По смыслу указанных выше норм, вступление в трудовые правоотношения должно предусматривать получение предприятием положительного эффекта для его деятельности в виде результата работы и оплату труда работника, соразмерную выполненной им работе; заработная плата, выплата премий является встречным исполнением по отношению к исполнению работником своих должностных обязанностей.

Исследовав материалы дела в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доводы и возражения сторон, и установив, что трудовые договоры заключены с ФИО2 12.02.2019, 20.03.2019, то есть после возбуждения дела о банкротстве общества «Челябэнергосбыт» (22.11.2018) и после лишения должника статуса гарантирующего поставщика электрической энергии (01.07.2018), отметив значительный размер неисполненных обязательств общества «Челябэнергосбыт» перед кредиторами, суды констатировали, что на момент заключения спорного трудового договора должник не мог осуществлять свой основной вид экономической деятельности, который и составлял главную доходную часть. 

Проанализировав представленные ответчиком сведения о доходах ФИО7 (предшественницы ФИО2 на его должности) и иных топ-менеджеров общества «Челябэнергосбыт» за 2017-2018 годы, суды установили, что размер заработной платы руководящих сотрудников должника являлся значительным, доход ФИО7 в 4,2 раза в 2017 году и в 1,9 раза в 2018 году превышал доход ФИО2; вместе с тем указанные обстоятельства ввиду изменений масштабов и характера деятельности должника, обусловленных утратой статуса гарантирующего поставщика в сфере энергоснабжения на территории Челябинской области, не признаны в качестве свидетельствующих о соответствии установленного ответчику оклада в размере 700 000 руб. обычно выплачиваемому вознаграждению за выполнение аналогичных трудовых обязанностей; возражения ФИО2 о целесообразности установления оклада в оспариваемой сумме в силу значительного расширения выполняемых должностных функций, в том числе в связи увольнением части топ-менеджеров, отклонены судами, так как не подтверждены соответствующими доказательствами, более того, не установлено, что указанная работа ответчика привела к экономически оправданному результату.

Доводы ответчика о доходе своей предшественницы ФИО7, который существенным образом превышал выплаченное ему вознаграждение, были отклонены судами с указанием на то, что основную часть такого дохода ФИО7 составляли премии. В то же время, суды отметили, что в 2018 году наблюдалось существенное снижения уровня заработной платы, в том числе и в связи с утратой должником статуса гарантирующего поставщика, и, как следствие, констатировали невозможность выплаты работникам премии по итогам производственной деятельности общества.

При этом, доказательств наличия экономической и финансовой целесообразности в установлении оклада в сравнении с ФИО7 более чем в 2,5 раза (с 275 000 руб. до 700 000 руб.) в материалы дела не представлено.

Суды исходили также из того, что должностные обязанности ФИО2 при сравнении их с аналогичными обязанностями ФИО7 не изменились, что следует из должностных инструкций обоих лиц. Каких-либо дополнительных существенных функций, по сравнению с функционалом, ранее выполняемым ФИО7, должностной инструкцией ФИО2 не предусмотрено. Более того, должность генерального директора по экономике и финансам введена в штатное расписание ПАО «Челябэнергосбыт» только лишь 20.03.2019 - в день заключения трудового договора с ответчиком. 

Доводы ответчика о выполнении руководством ПАО «Челябэнергосбыт» плана мероприятий по преодолению негативных последствий в связи с утратой статуса гарантирующего поставщика были отклонены судами, поскольку они не нашли своего подтверждения представленными в материалы дела доказательствами. По аналогичным основаниям были отклонены доводы ответчика о выполнении им широкого спектра дополнительных работ, в том числе по разработке биллинговой и других корпоративных систем для восстановления платежеспособности должника. 

Вопреки указанию кассатора на отсутствие оценки судами доводов о наличии у него учёной степени, такие доводы были оценены судами в совокупности с иными приводимыми ответчиком доказательствами и не были признаны подтверждающими необходимость столь значительного увеличения оклада.

Таким образом, установив, что ФИО2 за весь период исполнения трудовых функций в должности заместителя генерального директора по экономике и финансам выплачено 4 360 538 руб. 78 коп., целесообразность в установлении оклада в сравнении с ФИО7 более чем в 2,5 раза (с 275 000 руб. до 700 000 руб.) в условиях неплатежеспособности не раскрыта, с учетом того, что в рассматриваемой ситуации ответчик был принят на должность заместителя генерального директора по экономике и финансам, то есть относился к категории руководящего состава должника, после возбуждения дела о банкротстве общества «Челябэнергосбыт», суды признали 275 000 руб. соразмерным окладом в месяц для ФИО2, а пункт 3.1. трудового договора от 20.03.2019 № 20/03-28, устанавливающий оклад заместителя генерального директора по экономике и финансам должника в размере 700 000 руб., и выплату заработной платы в части, превышающей 275 000 руб., - неравноценным встречным исполнением обязательств (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) 

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6 Закона о банкротстве, приняв во внимание отсутствие правовых оснований для получения ФИО2 от общества «Челябэнергосбыт» 1 958 797 руб. 30 руб. (заработной платы исходя из оклада, превышающего 275 000 руб. ежемесячно), суды первой и апелляционной инстанций правомерно применили последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника неправомерно выплаченных денежных средств.

Таким образом, удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела суд округа считает, что суды в полном объеме исследовали и оценили все приведенные сторонами спора доводы и доказательства, верно установили имеющие существенное значение для его правильного разрешения фактические обстоятельства, дали им надлежащую и мотивированную правовую оценку, на основании которой пришли к правильным выводам об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, судом округа рассмотрены и отклоняются, поскольку они дублируют аргументы, ранее приводимые ответчиком при рассмотрении спора по существу, исследованные и оцененные судами, не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт конкурсного оспаривания сделок в деле о банкротстве, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, по сути, выражают несогласие ФИО2 с выводами судов о фактических обстоятельствах, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение  Арбитражного суда Челябинской области от 15.09.2021 по делу № А76-32823/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                            С.Н. Соловцов 

 

                                                                                             В.В. Плетнева