/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-28048/2013

г. Краснодар

29 сентября 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2017 г.

            Постановление в полном объеме изготовлено 29 сентября 2017 г.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Илюшникова С.М. и Калашниковой М.Г., при участии в судебном заседании от залогового кредитора – публичного акционерного общества «Центр-Инвест» – Потаповой А.В. (доверенность от 25.07.2017), от должника – закрытого акционерного общества «Строительное управление-5» – конкурсного управляющего Миндрул Юлии Валерьевны (паспорт), рассмотрев кассационную жалобу публичного акционерного общества «Центр-Инвест» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 30.07.2017 по делу № А53-28048/2013 (судьи Емельянов Д.В., Николаев Д.В., Шимбарева Н.В.), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Строительное управление-5» (далее – должник) конкурсный управляющий Миндрул Юлия Валерьевна (далее – конкурсный управляющий)  обратилась в арбитражный суд с заявлением о разрешении разногласий с залоговым кредитором ПАО КБ «Центр-Инвест» (далее – банк), в котором просила установить необходимость и размер подлежащих внесению залоговым кредитором на специальный счет должника разницы денежных средств от суммы реализации предмета залога и залогового требования.

Определением от 27.04.2017 (Соловьев Е.Г.) суд обязал конкурсного управляющего вернуть со специального счета должника залоговому кредитору – банку 1 513 562 рубля, уплаченные по платежному поручению от 21.12.2016 № 1. Судебный акт мотивирован тем, что у конкурсного управляющего не имелось оснований требовать от залогового кредитора уплатить разницу от суммы реализации предмета залога и залогового требования.

Постановлением апелляционного суда от 30.07.2017 определение от 27.04.2017 изменено. Резолютивная часть судебного акта изложена в следующей редакции. Разрешить разногласия, возникшие между конкурсным управляющим                                        должника Миндрул Юлией Валерьевной и залоговым кредитором – банком, разъяснив, что основания для возврата со специального счета должника залоговому кредитору – банку 1 513 562 рублей, уплаченных по платежному поручению от 21.12.2016 № 1, отсутствуют. Судебный акт мотивирован тем, что при установлении требований кредитора закон не запрещает залогодержателю отказываться от части своих прав, вытекающих из залога (в том числе, и частично освободив от возможных правопритязаний часть стоимости заложенного имущества). Банк при установлении своих требований ограничил обеспечение залогом определенной суммы, что не запрещено законом. Кроме того, банк добровольно перечислил на расчетный счет должника разницу, превышающую сумму его требований, обеспеченных залогом. Если кредитор отказался от правопритязания на преимущественное удовлетворение части своего требования за счет выручки от реализации заложенного имущества, то в последующем осуществление этого права не допускается.

В кассационной жалобе банк просит отменить постановление апелляционного суда от 30.07.2017, определение суда первой инстанции от 27.04.2017 оставить в силе. Заявитель указывает, что  обязательство должника признается обеспеченным залогом в целом независимо от упомянутой учетной оценки заложенного объекта (за исключением случая, когда обязательство обеспечивалось залогом не в полном объеме, а только в части). Окончательная стоимость заложенного имущества для целей проведения расчетов формируется в момент его реализации. Поэтому в дальнейшем, в случае продажи заложенного имущества по цене, превышающей оценочную стоимость, объем реально погашаемых требований залогового кредитора зависит от фактически полученной выручки и не ограничен оценочной стоимостью. Банк считает неверным вывод суда апелляционной инстанции о том, что кредитор добровольно ограничил размер предъявляемых к должнику требований, обеспеченных залогом  до 42 477 тыс. рублей, поскольку данный размер учитывался лишь для целей отражения требования банка как залогового кредитора в реестре, для определения объема прав банка при голосовании на собраниях кредиторов должника и при принятии решений в рамках процедур банкротства. При этом объем реально погашаемых требований банка, как залогового кредитора должника-залогодержателя, зависит от фактически полученной выручки и не ограничен оценочной стоимостью заложенного имущества. По мнению банка, оценочная стоимость заложенного имущества, устанавливаемая судом на стадии рассмотрения требований залогового кредитора, носит по своей сути, учетный характер и применяется для целей отражения требований залогового кредитора в реестре, определения объема его прав при голосовании на собраниях кредиторов должника и при принятии решений в рамках процедур банкротства. При этом наличие оценки не означает, что залоговый кредитор утрачивает право на получение удовлетворения за счет всей суммы, вырученной от реализации предмета залога, в случае продажи заложенного имущества по цене, превышающей оценочную стоимость.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит постановление апелляционного суда оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель банка и конкурсный управляющий поддержали доводы жалобы и отзыва.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы и отзыва, выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 03.11.2015 должник признан несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена Миндрул Юлия Валерьевна. Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 07.11.2015 № 205. 

Определением суда от 15.12.2014 требования залогового кредитора - банка включены в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника (далее – реестр) в размере 207 918 043 рублей 18 копеек, в том числе: 205 417 602 рублей  – задолженность по уплате кредита, 2 296 441 рубля 29 копеек – проценты за пользование кредитом,                         204 тыс. рублей – расходы по уплате государственной пошлины, из которых                                 42 477 тыс. рублей  – как требования, обеспеченные залогом имущества должника. Должник в настоящем деле являлся одновременно должником по кредитным обязательствам и залогодателем, обеспечивающим свою обязанность возвратить кредиты.

Таким образом, банк, заявляя требование о включении в реестр, определил сумму требования, которая обеспечена залогом имущества должника, реализовав тем самым право залогового кредитора определить размер требований, которые будут учитываться при голосовании на собрании кредиторов, и требований, обеспеченных залогом. 

15 декабря 2016 года банк – залоговый кредитор изъявил согласие оставить за собой залоговое имущество должника. 

От реализации залогового имущества, включенного в конкурсную массу должника в количестве трех единиц техники, банку перечислено 80% от суммы реализации, что составило 2 777 тыс. рублей. На дату принятия решения 15.12.2016 об оставлении оставшегося залогового имущества за залоговым кредитором – банком непогашенная сумма залоговых требований составила 39 699 400 рублей.

Начальная цена нереализованного залогового имущества, подлежащая оставлению за залоговым кредитором и установленная на повторных торгах, составила                                      45 792 180 рублей.

Таким образом, цена залогового имущества, подлежащая оставлению, составила  41 212 962 рублей. Сумма, подлежащая внесению залоговым кредитором на специальный банковский счет должника в размере 20% стоимости залогового имущества, составила 8 242 592 рубля 40 копеек.

Учитывая разницу суммы залогового имущества, подлежащую передаче залоговому кредитору в размере 41 212 962 рублей, и сумму залоговых требований, непогашенных в реестре по состоянию на 15.12.2016 в размере 39 699 400 рублей, разница от суммы реализации предмета залога и залогового требования в размере 1 513 562 рублей добровольно внесена банком 21.12.2016 платежным поручением № 1 на специальный счет должника. 

28 декабря 2016 года залоговый кредитор – банк обратился с требованием к конкурсному управляющему о возврате денежных средств в размере 1 513 562 рублей как оплаченных в отсутствие соответствующих правовых оснований. 

В связи с возникшими разногласиями о наличии либо отсутствии необходимости доплаты разницы от суммы реализации предмета залога и залогового требования, включенного в реестр, а также установления размера суммы доплаты, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о разрешении разногласий с банком.

В соответствии с пунктом 4.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае признания несостоявшимися повторных торгов конкурсный кредитор по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, вправе оставить предмет залога за собой с оценкой его в сумме на десять процентов ниже начальной продажной цены на повторных торгах. Конкурсный кредитор по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, при оставлении предмета залога за собой обязан перечислить денежные средства в размере, определяемом в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, на специальный банковский счет в порядке, установленном пунктом 3 настоящий статьи, в течение десяти дней с даты направления конкурсному управляющему заявления об оставлении предмета залога за собой.

Суд первой инстанции, обязав конкурсного управляющего вернуть со специального счета должника залоговому кредитору 1 513 562 рублей руководствовался разъяснениями абзаца шестого и восьмого пункта 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009  № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (далее – постановление Пленума № 58), при установлении требований залогового кредитора в деле о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по основному обязательству, их размер определяется как сумма денежного удовлетворения, на которое может претендовать залогодержатель за счет заложенного имущества, но не свыше оценочной стоимости данного имущества. Стоимость заложенного имущества определяется арбитражным судом на основе оценки заложенного имущества, предусмотренной в договоре о залоге, или начальной продажной цены, установленной решением суда об обращении взыскания на заложенное имущество, с учетом доводов заинтересованных лиц об изменении указанной стоимости в большую или меньшую сторону. Если выручка от продажи заложенного имущества превышает размер требований залогодержателя согласно реестру требований кредиторов, определенный на основании приведенных разъяснений, погашение требований залогового кредитора осуществляется за счет указанной выручки в пределах размера требования, обеспеченного залогом. 

Таким образом, оценочная стоимость заложенного имущества принимается во внимание на стадии рассмотрения вопроса об обоснованности требования залогового кредитора, носит, по своей сути, учетный характер и применяется в дальнейшем для целей отражения требования залогового кредитора в реестре, определения объема его прав при голосовании на собраниях кредиторов должника и при принятии решений в рамках процедур банкротства.

Однако обязательство должника признается обеспеченным залогом в целом независимо от упомянутой учетной оценки заложенного объекта (за исключением случая, когда обязательство обеспечивалось залогом не в полном объеме, а только в части).

Окончательная стоимость заложенного имущества для целей проведения расчетов формируется в момент его реализации. В случае продажи заложенного имущества по цене, превышающей оценочную стоимость, объем реально погашаемых требований залогового кредитора зависит от фактически полученной выручки и не ограничен оценочной стоимостью. При этом залоговый кредитор не должен предпринимать меры для изменения учетной оценочной стоимости предмета залога, включенной в реестр требований кредиторов залогодателя, в зависимости от фактической цены продажи имущества, переданного в залог.

Суд первой инстанции не принял во внимание, что разъяснения, на которые он сослался, относятся к ситуации, когда залогодатель не является должником по основному обязательству.

Апелляционный суд, изменяя определение суда первой инстанции, правомерно  руководствовался следующим. 

В абзаце пятом пункта 1 постановления Пленума № 58 разъяснено, что устанавливая требования залогового кредитора, суд учитывает, что в соответствии со статьей 337, пунктом 1 статьи 339 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство должника признается обеспеченным залогом в целом независимо от оценки предмета залога (за исключением случая, когда обязательство обеспечивалось залогом не в полном объеме, а только в части). 

Статьей 337 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)  предусмотрено, что если иное не предусмотрено договором, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в частности, проценты, неустойку, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание заложенной вещи и расходов по взысканию. Из изложенного следует, что требование кредитора к заемщику, являющемуся при этом залогодателем, изначально обеспечено залогом в полном объеме. Вместе с тем при установлении требований кредитора закон не запрещает залогодержателю отказываться от части своих прав, вытекающих из залога (в том числе и частично, освободив от возможных правопритязаний часть стоимости заложенного имущества).

 В то же время в силу пункта 6 статьи 450.1 ГК РФ, пункта 4 части 1 статьи 150, части 3 статьи 151 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), если кредитор отказался от правопритязания на преимущественное удовлетворение части своего требования за счет выручки от реализации заложенного имущества, то в последующем осуществление этого права не допускается.

Таким образом, банк при установлении его требований в реестре добровольно ограничил размер предъявляемых к должнику требований обеспеченных залогом до                  42 477 000 рублей. Кроме того, банк добровольно перечислил 21.12.2016 на специальный счет должника разницу от суммы реализации предмета залога и залогового требования в размере  1 513 562 рублей.

Размер требований, обеспеченных залогом, установлен судом с учетом воли кредитора - банка. При этом соответствующие мотивы залогового кредитора, определившего размер требований, подлежащий включению в реестр, как обеспеченного залогом,  правового значения не имеют, поскольку это относится к правомочиям залогодержателя. Кредитор, требования которого обеспечены залогом, имеет в банкротстве особый (привилегированный) статус, что следует из порядка распределения конкурсной массы (пункт 2 статьи 131, пункт 4 статьи 134, статья 138 Закона о банкротстве). Вместе с тем Закон о банкротстве, следуя основным началам гражданского законодательства, не запрещает залоговому кредитору отказаться полностью или частично от своих залоговых прав, по существу снизив тем самым по своей воле гарантии удовлетворения своих требований не в ущерб другим кредиторам.

Закон о банкротстве допускает также включение в реестр части требований кредитора как обеспеченных залогом, и другой части требований того же кредитора – на общих основаниях. При этом такой кредитор не становится обладателем двойного статуса в отношении одного и того же требования.

Суд апелляционной инстанции оценил в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и пришел к правильному выводу о том, что  требование банка о возвращении денежных средств в виде разницы между размером установленных требований кредитора обеспеченного залогом и фактической стоимостью реализации имущества в размере    1 513 562 рублей необоснованно.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200, части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

Довод кассационной жалобы банка о необходимости применения в данном деле пункта 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 16.02.2017, подлежит отклонению, поскольку в указанном пункте Обзора рассматривалась ситуация, когда предприниматель являлся поручителем и залогодателем, но не являлся должником по основному обязательству, а в настоящем обособленном споре должник одновременно является и должником по основному обязательству и залогодателем, обеспечивающим исполнение основного обязательства.

Иные доводы кассационной жалобы не опровергают выводы апелляционного суда, основаны на ошибочном толковании норм материального права, не являются основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поэтому подлежат отклонению.

Нормы права при рассмотрении дела применены апелляционным судом правильно.  Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Кодекса), не установлены.

Таким образом, основания для отмены обжалуемого судебного акта по доводам кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2017 по делу                        № А53-28048/2013 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

С.М. Илюшников

 

М.Г. Калашникова