ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-42419/21

05 марта 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 марта 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Кручининой Н.А., Перуновой В.Л.,

при участии в заседании:

от ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ»: ФИО1, доверенность от 28.11.2023; ФИО2, доверенность от 28.11.2023;

рассмотрев 21 - 27 февраля 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 14 декабря 2023 года

о признании недействительными договоров купли-продажи от 03.08.2020 № 31/07, № 32/07 и № 33/07, заключенных между ООО «ЛИФТЕК» и ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ», и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЛИФТЕК»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы 16.08.2021 ООО «ЛИФТЕК» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление АО «ЩЛЗ» о признании недействительными договоров купли-продажи от 03.08.2020 № 31/07, № 32/07 и № 33/07, заключенных между ООО «ЛИФТЕК» и ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» (далее - ответчик), и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14 сентября 2023 года в удовлетворении заявления АО «ЩЛЗ» отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 декабря 2023 года определение суда первой инстанции отменено, признаны недействительными договоры купли-продажи от 03.08.2020 № 31/07, № 32/07 и № 33/07, заключенные между ООО «ЛИФТЕК» и ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ», применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» денежных средств в размере 1.115.605 руб. в конкурсную массу должника.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит постановление отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебный акт незаконным и необоснованным, как принятый с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» поддержали доводы кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ», проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, кассационная инстанция находит определение и постановление подлежащими отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы по следующим основаниям.

Суд первой инстанции указал, что в обоснование своего заявления АО «ЩЛЗ» ссылалось на то, что должник совершил сделки по отчуждению автотранспортных средств с ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» и реализовал ему автомобили: Рено Логан VIN 

<

***>, 2012 года выпуска, цена договора 100.000 руб., договор от 03.08.2020 № 31/07; Лада Ларгус VIN 

<

***>, 2015 года выпуска, цена договора 200.000 руб., договор от 03.08.2020 № 32/07; Лада Ларгус VIN 

<

***>, 2014 года выпуска, цена договора 200.000 руб., договор от 03.08.2020 № 33/07.

Полагая, что указанные договоры купли-продажи причиняют вред имущественным правам кредиторов, АО «ЩЛЗ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что определением Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве должника, оспариваемые сделки совершены 03.08.2020, то есть в подозрительный срок, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспоримые сделки возникли вследствие заключения между ООО «ЛИФТЕК» и ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» следующих договоров: договор от 02.09.2019 № 49 на выполнение работ по монтажу и пуско-наладке пассажирских лифтов; договор от 02.09.2019 № 50 на выполнение работ по монтажу и пуско-наладке пассажирских лифтов; договор строительного подряда от 09.01.2020 № 8-Л/20, согласно которым ответчик обязался выполнить комплекс строительно-монтажных, пусконаладочных работ пассажирских лифтов, произвести полное техническое освидетельствование лифтов, оформить декларации соответствия и регистрации в Едином реестре деклараций соответствия Росстандарта, сдать лифтовое оборудование в эксплуатацию.

Обязательство по вышеуказанным договорам ответчик исполнил надлежащим образом,  однако выполненные работы оплачены должником частично.

Общая сумма задолженности должника согласно расчету, предоставленному в отзыве ответчика, по вышеуказанным договорам составила 727.135,91 руб. Данная задолженность должника перед ответчиком погашена путем зачета встречных денежных обязательств.

Указанные документы, как указал суд первой инстанции, подтверждают реальность хозяйственных операций, ввиду чего факт причинения вреда кредитором совершенными сделками не доказан.

Аффилированности между сторонами сделки судом первой инстанции не установлено, доказательств обратного суду не представлено.

Доказательств того, что в результате совершения оспариваемых сделок причинен явный ущерб, о чем ответчик (вторая сторона сделки) знал или должен был знать, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителей сторон сделки в ущерб интересам должника, суду первой инстанции не представлено.

Суд первой инстанции заключил, что в результате совершения оспариваемых сделок должник получил встречное соразмерное представление, что свидетельствует об отсутствии факта уменьшения конкурсной массы должника и, как следствие, факта причинения вреда имущественным правам его кредиторов.

Таким образом, суд первой инстанции отказал АО «ЩЛЗ» в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров купли-продажи и применении последствий недействительности сделки.

Апелляционный суд с выводами суда первой инстанции не согласился, определение суда первой инстанции отменил и признал недействительными договоры купли-продажи от 03.08.2020 № 31/07, № 32/07 и № 33/07, заключенные между должником и ответчиком, применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств в размере 1.115.605 руб. в конкурсную массу должника.

При этом апелляционный суд указал, что решением Арбитражного суда города Москвы 16.08.2021 о введении в отношении ООО «ЛИФТЕК» процедуры конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника установлено, что должник с 05.03.2021 находился в стадии ликвидации. По условиям договоров купли-продажи от 03.08.2020 (пункт 3.2) покупатель (в лице ФИО4) выплачивает сумму договора безналичными платежами при оформлении сделки, не позднее 5 дней с момента подписания договоров.

Апелляционный суд отметил, что материалами дела подтверждено, что к моменту совершения сделок должник обладал признаками неплатежеспособности.

Таким образом, апелляционный суд заключил, что целью продажи является передача собственного имущества контрагенту за соразмерное встречное представление.

Однако, как указал апелляционный суд, из материалов спора следует, что покупатель (ответчик) не уплачивал денежные суммы по вышеперечисленным договорам купли-продажи, а должник уведомлением от 04.08.2020 сообщил ответчику о зачете взаимных требований в порядке статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации. Определенная сторонами договоров выкупная стоимость имущества была значительно ниже его рыночной стоимости, что подтверждается представленным кредитором заключением эксперта от 28.02.2023 № 10.

При этом апелляционный суд отметил, что доказательств обратного не представлено, указанное заключение эксперта не опровергнуто ответчиком надлежащими доказательствами.

Поскольку для критической оценки выводов о рыночной стоимости спорных транспортных средств, содержащиеся в указанном заключении эксперта, не имеется, доводы заявителя о реализации должником транспортных средств по явно заниженной стоимости, признаны судом апелляционной инстанции обоснованными и свидетельствующими о причинении действиями должника вреда имущественным правам кредиторов.

Представленные ответчиком экспертные заключения от 15.02.2023 не приняты апелляционным судом во внимание в связи с тем, что из заключений следует, что дата осмотра - 13.02.2021, договор на оказание услуг заключен 15.02.2023, экспертиза проводилась 15.02.2023, то есть спустя два года, а акты осмотра составлены 03.08.2022.

При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к выводу о том, что материалами дела подтверждено наличие условий для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку в результате их совершения причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции установил, что оспариваемые сделки совершены в течение трех лет (чуть более года) до принятия заявления о признании должника банкротом, в связи с чем подпадают под период подозрительности, указанный в Законе о банкротстве.

Как указал суд апелляционной инстанции, в результате совершения оспариваемых сделок отчуждено имущество должника, являвшееся его активом. Совершение должником оспариваемых сделок представляет собой заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав и явно направлено на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, в результате их совершения из конкурсной массы выбыл ликвидный актив (транспортные средства), за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, признал оспариваемые сделки недействительными по заявленным кредитором основаниям.

Доводы ответчика о том, что он получил транспортные средства возмездно, поскольку на момент заключения договоров купли-продажи транспортных средств у должника перед ответчиком имелась задолженность, которая впоследствии зачтена (уведомление ООО «ЛИФТЕК» от 04.08.2020 о зачете в порядке статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации) в счет оплаты по договорам купли-продажи, отклонен апелляционным судом в связи с тем, что по оспариваемым договорам не производилась оплата в соответствии с условиями пунктов 3.1 - 3.2, при этом условиями договоров не предусмотрен тот порядок расчетов (зачет задолженности), на который ссылался ответчик.

Апелляционный суд указал, что ответчик ссылался на отсутствие оплаты по договору от 02.09.2019 № 49 на выполнение работ по монтажу и пуско-наладке пассажирских лифтов, договор от 02.09.2019 № 50 на выполнение работ по монтажу и пуско-наладке пассажирских лифтов, договор строительного подряда от 09.01.2020 № 8-Л/20, однако доказательств того, что в отсутствие оплаты со стороны должника ответчик предпринимал действия по взысканию задолженности, материалы спора не содержат.

При этом апелляционный суд отметил, что на момент заключения договоров от 03.08.2020, при наличии якобы задолженности со стороны должника, сторонам условия договора по оплате определены как безналичное перечисление, и возможность зачета взаимных требований не оговорена.

Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу о том, что заключение спорных договоров и последующее их исполнение имело место на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Оснований для применения положений статьи 61.4 Закона о банкротстве и отнесения сделок, как совершенных в рамках обычной хозяйственной деятельности, апелляционный суд не установил.

Довод ответчика о пропуске кредитором срока исковой давности отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку в рассматриваемом случае с заявлением в арбитражный суд 23.09.2022 обратился кредитор, требования которого включены в реестр определением от 09.12.2021; кредитор не является стороной оспариваемых сделок, поэтому срок исковой давности следует исчислять с даты осведомленности заявителя о негативных для него последствиях, вызванных поведением нарушителя.

Принимая во внимание время приобретения заявителем статуса кредитора в настоящем деле, апелляционный суд пришел к выводу о том, что срок исковой давности на момент обращения в суд с заявлением (23.09.2022) не пропущен.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции отменено апелляционным судом, договоры купли-продажи признаны недействительными и применены последствия недействительности сделок.

Между тем, судами не учтены и не получили оценки доводы ответчика, которые имеют существенное значение для разрешения спора.

По мнению ответчика, судом апелляционной инстанции неверно применены последствия недействительности сделки.

Так, признавая спорные сделки недействительными, суд применил последствия в виде взыскания с ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 1.115.605 руб., что является нарушением пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Ответчик отметил, что в рассматриваемом деле спорные транспортные средства до настоящего момента находятся в собственности ответчика. Факт владения ответчиком транспортными средствами исследовался судом первой инстанции в судебном заседании 25.08.2023, подтвержден представленными ответчиком в материалы дела копиями паспортов транспортных средств.

В такой ситуации, по мнению ответчика, единственно применимым последствием недействительности сделок должен быть возврат в конкурсную массу транспортных средств в натуре.

Суд апелляционной инстанции, как указал ответчик, проигнорировав установленные материалами дела фактические обстоятельства, взыскал с ответчика денежные средства, не обосновав причины противопоставления своей позиции нормам Закона о банкротстве.

Ответчик считает, что судом апелляционной инстанции нарушены нормы статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, отклоняя доводы ответчика о возмездном характере совершенных сделок, судом апелляционной сделан вывод о возможности применения зачета исключительно в случаях, прямо предусмотренных договором.

Утверждения суда апелляционной инстанции, как полагает ответчик, прямо противоречат содержанию статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

В соответствии со статьей 411 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускается зачет требований в случаях, предусмотренных законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 63 Закона о банкротстве, с даты вынесения арбитражным судом определения о введении в отношении должника наблюдения, не допускается прекращение его денежных обязательств путем зачета встречного однородного требования.

Ответчик обратил внимание на то, что гражданское законодательство не ставит возможность проведения зачета в зависимость от согласования его применения в качестве способа расчетов при заключении договора, наоборот, статьей 411 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен закрытых перечень случаев, препятствующих его совершению.

Основанием для признания заявления о зачете как односторонней сделки недействительным может являться нарушение запретов, ограничивающих проведение зачета или несоблюдение условий, характеризующих зачитываемые требования (отсутствие встречности, однородности, ненаступление срока исполнения) (постановление Арбитражного суда Московского округа от 12.10.2023 по делу № А40-208967/22).

Согласно позиции ответчика, рассматривая обстоятельства совершения зачета, произведенного между должником и ответчиком 04.08.2023, суд апелляционной инстанции не выявил нарушений запретов на совершение зачета, предусмотренных статьями 411 и 412 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако сам зачет, как надлежащий способ исполнения встречного обязательства, отклонен судом апелляционной инстанции.

Также ответчик считает, что судом апелляционной инстанции разрешено по существу требование, не являющееся предметом спора.

Ответчик указал, что конкурсный кредитор, инициируя спор, просил признать недействительным договоры купли-продажи транспортных средств, заключенные между должником и ответчиком 03.08.2020, ссылаясь на отсутствие встречного представления.

По мнению ответчика, встречное представление подтверждено уведомлением о зачете встречных требований от 04.08.2020; наличие зачитываемых в счет оплаты по спорным договорам обязательств подтверждено представленными ответчиком в материалы дела договорами подряда, подписанными и не оспоренными никем из лиц, участвующих в деле актами о приемке выполненных работ КС-2, справками о стоимости выполненных работ КС-3.

Отклоняя все представленные ответчиком доказательства, суд апелляционной инстанции, как указал ответчик, критически оценил предоставленные документы и доказательства, из анализа текста оспариваемого постановления невозможно установить, является ли отклонение судом апелляционной инстанции доводов о проведенном зачете квалификацией его в качестве недействительной сделки.

Однако, как отметил ответчик, примененные судом апелляционной инстанции последствия недействительности в виде взыскания с ответчика рыночной стоимости всех транспортных средств исключают иное толкование выводов суда.

Между тем, ответчик указал, что зачет как самостоятельная сделка не оспаривался заявителем.

Ответчик полагает, что судом апелляционной инстанции при принятии оспариваемого постановления сделан целый ряд документально не подтвержденных утверждений, повлекших за собой полное искажение обстоятельств совершения сделок между должником и ответчиком, а именно: по мнению суда апелляционной инстанции, сделки совершены при наличии признаков неплатежеспособности должника, должник и ответчик являются фактически аффилированными лицами, поскольку сделки по отчуждению транспортных средств совершены по заниженной стоимости, недоступной независимым участникам рынка; выкупная стоимости транспортных средств была значительно ниже их рыночной стоимости; судом апелляционной инстанции поставлен под сомнение факт наличия встречных обязательств должника перед ответчиком; судом апелляционной инстанции признан зачет признан недопустимым способом расчетов между участниками договорных отношений в отсутствие прямого указания на его применение в договоре; по мнению суда апелляционной инстанции, срок на оспаривание зачета не пропущен.

Ответчик обратил внимание на то, что оспариваемые сделки совершены 03.08.2020, и к этой дате в информационной системе «Картотека арбитражных дел» имелась информация о рассмотренных спорах, с участием должника в качестве ответчика, в частности, дела № А40-34757/19 (определением Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2019 утверждено мировое соглашение), № А40-112471/19 (определением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2019 утверждено мировое соглашение), № А40-299545/19 (решением Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2020 в удовлетворении иска отказано), № А40-50135/20 (решением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2020 исковые требования удовлетворены частично, взыскана задолженность в сумме 179.88 руб.). Более того, даже производство по делу о банкротстве возбуждено в связи с наличием у ООО «ЛИФТЕК» перед физическим лицом ФИО5 просроченной свыше трех месяцев задолженности в размере более 300.000 руб., подтвержденной вступившим в законную силу судебным приказом судебного участка № 16 Воскресенского судебного района Московской области от 14.12.2020 по делу № 2-2455/20, которым с должника в пользу кредитора взыскана задолженность в размере 436.432,99 руб.

Также ответчик указал, что анализируя содержание судебных актов, принятых по делу о банкротстве ООО «ЛИФТЕК», он не нашел ни одного определения суда первой инстанции или постановления судов апелляционной или кассационной инстанций в деле № А40-42419/21, содержащих констатацию момента возникновения признака неплатежеспособности.

Ответчик отметил, что к декабрю 2020 года действительно уже состоялись судебные акты о взыскании с ООО «ЛИФТЕК» задолженности и перед заявителем по делу о банкротстве ФИО5 (14.12.2020) и перед кредитором АО «ЩЛЗ» (28.12.2020). Однако констатация наличия у должника признаков неплатежеспособности по состоянию на август 2020 года, когда состоялись спорные сделки с ответчиком, сделана судом первой инстанции произвольно.

Согласно позиции ответчика, должник и ответчик не являются и никогда не являлись аффилированными между собой лицами. Ни одно из лиц, участвующих в деле о банкротстве, включая заявителя и конкурсного управляющего ООО «ЛИФТЕК», ни в одном документе не приводило ни одного аргумента, свидетельствующего о наличии между ООО «ЛИФТЕК» и ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ» каких-либо взаимных связей помимо договорных отношений, взаимоотношения между которым раскрыты в рамках настоящего обособленного спора.

Однако, как отметил ответчик, судом апелляционной инстанции в оспариваемом постановлении высказано утверждение об обратном. Аргументируя выявление признаков аффилированности между должником и ответчиком, суд апелляционной инстанции руководствовался двумя аргументами: отчетом об оценке стоимости транспортных средств, подготовленным по заказу конкурсного кредитора - АО «ЩЛЗ», и отсутствием в заключенных между должником и ответчиком договорах купли-продажи способа расчета путем проведения зачета.

Отчету об оценке, подготовленному ответчиком, противопоставлено три самодостаточных аргумента, оставленных судом апелляционной инстанции без оценки:

1. Экспертные заключения об определении рыночной стоимости транспортных средств, подготовленные ретроспективно по заказу ответчика, после возбуждения производства по настоящему обособленному спору. Судом апелляционной инстанции расчеты, произведенные экспертом, под сомнение не поставлены.

2. В материалах спора имелся отчет об оценке транспортных средств № 17-22/ТС, подготовленный профессиональным оценщиком по заявке конкурсного управляющего ООО «ЛИФТЕК» 31.03.2022, то есть за год до оспаривания кредитором сделки с ответчиком. Данный отчет составлен применительно ко всем транспортным средствам, ранее зарегистрированным за должником, и отчужденных им по различным основаниям. Содержание отчета подтверждает заключение должником и ответчиком сделок в отношении транспортных средств на рыночных условиях.

3. Ответчиком при подготовке отзыва на заявление о признании сделок недействительными представлена информация о ценах на продажу аналогичных транспортных средств на свободном рынке с крупнейших «Интернет»-платформ, специализирующихся на продаже транспортных средств.

Ответчик считает, что в отличие от любого оценочного заключения информация об условиях продажи товара на свободном рынке носит объективный характер, однако судом апелляционной инстанции проигнорирована полностью.

Также ответчик обратил внимание на отсутствие в договорах купли-продажи предусмотренного способа расчетов путем проведения зачета.

Суд апелляционной инстанции, по мнению ответчика, произвольно исказил его утверждение о пропуске конкурсным кредитором срока исковой давности на оспаривание сделки.

Кредитор, первоначально обращаясь с заявлением о признании сделки недействительной, ссылался на нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Иных оснований для оспаривания сделки заявление конкурсного кредитора ООО «ЩЛЗ» не содержит. В последующем ООО «ЩЛЗ» начало дополнять свое заявление утверждениями о наличии у оспариваемых сделок признаков преимущественного удовлетворения, недопустимости зачета в наблюдении и так далее.

Эти доводы, по мнению ответчика, выходили за пределы доказывания по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, и представляли собой новое требование, состав которого попадает под квалификацию недействительности сделок, предусмотренную пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Между тем, ответчик считает, что срок на обращение в суд с заявлением об оспаривании сделки истек.

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63)).

Решение о признании должника несостоятельным (банкротом) принято 16.08.2021. Требование кредитора - ООО «ЩЛЗ» включено в реестр требований кредиторов определением от 09.12.2021. В течение всего периода времени ни конкурсный управляющий, ни кредитор не обращались в суд с заявлениями об истребовании у бывшего руководителя должника информации и документов относительно оспариваемых сделок. Более того, располагая информацией о договорах купли-продажи от 03.08.2020 № 31/07, № 32/07 и № 33/07, кредитор не обратился с запросом и к приобретателю имущества - ООО «ИННОВАЦИОННЫЕ ЛИФТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ».

Исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника - унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности (пункт 32 Постановления № 63).

Ответчик указал, что в случае если кредитор предоставит в материалы дела заявление об изменении основания заявленного требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчик заявляет о пропуске срока исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Более того, ответчик отметил, что даже если исключить возражения ответчика относительно пропуска срока исковой давности, спорные договоры в любом случае не подлежат оспариванию на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве. Сделки с предпочтением могут быть признаны недействительными в пределах полугодового периода, предшествующего возбуждению в отношении должника дела о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9.1 Постановления № 63, если же сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств (с учетом пунктов 5 - 7 Постановления № 63). При этом, применяя такой признак наличия цели причинить вред имущественным правам кредиторов, как безвозмездность оспариваемой сделки, необходимо учитывать, что для целей определения этого признака платеж во исполнение как денежного обязательства, так и обязательного платежа приравнивается к возмездной сделке (кроме платежа во исполнение обещания дарения).

Ответчик считает, что в рассматриваемом случае, договоры от 03.08.2020 № 31/07, № 32/07 и № 33/07 совершены более чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а потому могут быть оспорены только по первоначально указанным заявителем основаниям - статья 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций вопреки требованиям процессуального законодательства не установлены все фактические обстоятельства дела и не дана надлежащая правовая оценка представленным доказательствам и всем доводам сторон, следует признать, что выводы судов сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.

Ввиду того, что для принятия законного и обоснованного решения требуется установление обстоятельств, исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, предусмотренные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, принятые судами по данному делу определение и постановление подлежат отмене, а обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении суду в соответствии со статьей 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует оценить все доводы лиц, участвующих в деле, имеющиеся в деле доказательства, установить все имеющие значение для дела обстоятельства, правильно применить нормы процессуального и материального права, принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 14 сентября 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 декабря 2023 года по делу № А40-42419/21 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            Н.А. Кручинина

 

В.Л. Перунова