1002/2019-227576(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ 443045, г.Самара, ул. Авроры,148, тел. (846) 226-56-17 Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

12 сентября 2019 года Дело № А55-6666/2019  

Резолютивная часть решения объявлена "11" сентября 2019 года.  Полный текст решения изготовлен "12" сентября 2019 года.  

Арбитражный суд Самарской области в составе судьи Богдановой Р.М. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Корольковым А.С.,  рассмотрев в судебном заседании 11 сентября 2019 года дело по иску Общества с  

ограниченной ответственностью НПГК "Росгео" 

к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел РФ 

Третьи лица – 1) Министерство финансов Российской Федерации; 2) Публичное  акционерное общество "Самаранефтегеофизика"; 3) Межмуниципальный отдел  Министерства внутренних дел "Нетегорский"  

о взыскании 61 893 360 руб. при участии в заседании 

от истца – ФИО1, дов. от 11.01.2019, ФИО2, дов. от 04.03.2019  от ответчика – ФИО3, дов. от 11.01.2019  

от третьих лиц – не явились, извещены  

Установил:

Общество с ограниченной ответственностью НПГК "Росгео" обратилось в  арбитражный суд с иском, в котором просит взыскать с казны Российской Федерации в  качестве возмещения упущенной выгоды 61 893 360 руб.  

В деле № А55-10260/2019 Общество с ограниченной ответственностью НПГК "Росгео"  обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к Российской Федерации в  лице Министерства внутренних дел РФ, в котором просит взыскать с казны Российской  Федерации в качестве возмещения реального ущерба 6 043 322 руб. 00 коп.  

 Определением от 29.05.2019 № А55-10260/2019 объединено с делом № А55-6666/2019.   В судебном заседании истец заявленные требования поддержал по основаниям,  изложенным в исковом заявлении и дополнительных письменных пояснениях и  возражениях.  

 Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление и  дополнительных письменных пояснениях.  

 Третьи лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.  

 От Управления Федерального казначейства по Самарской области поступил отзыв на  исковое заявление, содержащее ходатайство о привлечении в качестве соответчика  Министерство внутренних дел РФ, которое в силу ст.46 АПК РФ удовлетворению не  подлежит, поскольку иск предъявлен к Российской Федерации в лице Министерства  внутренних дел РФ.  

 Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов,  изложенных в исковом заявлении, отзывах на иск, заслушав объяснения представителей  

сторон, суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения  иска.  

 Как видно из материалов дела, истец является собственником специальной техники  - станций геолого-технологических исследований (ГТИ), установленных на  

автомобильных шасси, № 12 (гос.номер ВС8612 50RUS,  VIN

<

***>), № 14 (гос. номер ВС8616 50RUS, VIN  

<

***>), № 16 (гос.номер 

<

***> 50RUS, VIN  

<

***>), № 19 (гос.номер АС2489 56RUS, VIN  

<

***>) и № 20 (гос.номер АС2488 56RUS, VIN 

<

***>).   Иск мотивирован, что в период времени с сентября 2015 года по апрель 2016 года  вышеуказанная специальная техника находилась на территории, принадлежащей ПАО  «Самаранефтегеофизика», в с. Ветлянка Нефтегорского района Самарской области. В этот  период было совершено хищение значительной части оборудования, входящего в  комплектацию станций.  

 11 апреля 2016 года старшему участковому уполномоченному Межмуниципального  отдела МВД РФ «Нефтегорский» майору полиции ФИО4 было подано заявление  ООО НПГК «Росгео» о хищении материальных ценностей – оборудования,  принадлежащего истцу.  

 14 апреля 2016 года все вышеупомянутые станции ГТИ были изъяты сотрудниками  МО МВД России «Нефтегорский» с места происшествия (с базы Нефтегорской  промыслово-геофизической экспедиции ПАО «Самаранефтегеофизика» - с. Ветлянка  Нефтегорского района Самарской области) и помещены на хранение на  специализированную автостоянку на территории того же населенного пункта.  

 По мнению истца, МО МВД России "Нефтегорский" неоднократно необоснованно  отказывал в возбуждении уголовного дела, соответствующие решения обжаловались со  стороны ООО НПГК «Росгео» и назначались дополнительные проверки. В итоге,  уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. б ч.4 ст. 158 УК РФ,  было возбуждено постановлением от 28.10.2017. Все это время изъятые станции  находились на специализированной автостоянке.  

 Как указал истец, и после возбуждения уголовного дела МО МВД России  «Нефтегорский» длительное время бездействовал в отношении проведения необходимых  следственных мероприятий с изъятым имуществом. Станции были осмотрены (с  обнаружением вещественных доказательств) в следующие даты: станции № 20 (гос. номер  АС2488 56RUS, VIN 

<

***>) и № 19 (гос. номер АС2489 56RUS, VIN  

<

***>) - 31.01.2018; станции № 12 (гос. номер ВС8612 50RUS, VIN  

<

***>), № и (гос. номер ВС8616 50RUS, VIN 

<

***>) и №  16 (гос. номер 

<

***> 50RUS, VIN 

<

***>) - 05.03.2018, после чего  возвращено истцу.  

 Истец считает длительное изъятие специальной техники в рамках уголовного  незаконным и необоснованным: возбуждение уголовного дела и осмотр предметов, на  которые были направлены преступные посягательства, должны были состояться  непосредственно после принятия заявления ООО НПГК «Росгео» от 11.04.2016 о хищении  материальных ценностей. Если бы это было произведено надлежащим образом, то в тот же  момент отпали бы основания для невозвращения имущества законному владельцу, т.е.  Истцу.  

 Истец полагает, что в результате незаконных действий должностных лиц МО МВД  России «Нефтегорский», повлекших затягивание возвращения имущества, оставшееся  оборудование станций ГТИ к моменту возвращения стало несоответствовать требованиям  для дальнейшей эксплуатации. Состояние оборудования до изъятия имущества было  работоспособным, не требующем замены отдельных элементов, ремонта или замены  запчастей. На момент возвращения имущества состояние как автомобильных прицепов,  так и находящегося в них производственного оборудования было непригодным для  дальнейшего использования. Состояние домов-вагонов на момент возвращения не  

соответствовало необходимым требованиям, поскольку множественные следы коррозии,  ржавчины покрытия и креплений, прогнивание утеплителя, прогнивание и проваливание  полов вагонов требуют значительных вложений в ремонт. В ходе осмотров установлено,  что в результате ненадлежащего хранения в период изъятия причинены физические  (коррозионные) повреждения. С целью фиксации скрытых повреждений и более  детального осмотра ООО НПГК «Росгео» заключило договор с ООО «Центр оценки  «Диоль» на проведение независимого технического исследования автомобильных  прицепов и находящегося в них оборудования. Проведенным осмотром установлено, что  оборудование неремонтопригодное, проведение восстановительного ремонта  нецелесообразно, так как затраты в значительной степени превышают стоимость  замещения. Размер ущерба определялся на основании стоимости нового оборудования с  учетом разницы физического состояния на момент изъятия и на момент возвращения  оборудования Истцу.  

 Размер ущерба определен отчетами ООО Центр оценки «Диоль» и составляет 6 043 322 руб. 

 Также истец полагает, что с ответчика подлежат взысканию убытки в виде упущенной  выгоды и мотивирует это следующим образом.  

 В результате незаконных действий должностных лиц МО МВД России  «Нефтегорский», повлекших затягивание возвращения имущества, Истец как его  законный собственник был лишен возможности в период с 14.04.2016 по 31.01.2018 (в  отношении станций № 20 и № 19), по 05.03.2018 (в отношении станций № 12, № 14 и №  16) получать доходы от использования этого имущества, выполняя подрядные работы по  договорам. Таким образом, подлежат взысканию с Ответчика убытки в виде упущенной  выгоды.  

 Возможность извлечения доходов от использования изъятого имущества, если бы  была возможность выполнять подрядные работы в спорный период, доказывается  следующим.  

 В этот период стоимость работы одной станции ГТИ (без НДС) находилась в  следующем ценовом диапазоне по различным договорам (что, по мнению истца,  подтверждается прилагаемыми актами приемки работ): 18 900 руб. за сутки (по договору с  ООО «Степное»); 15 300 руб. за сутки (по договору с ООО «Техойл-Геология»); 12 300  руб. за сутки (по договору с АО «Преображенкснефть»). Среднее арифметическое  значение составляет 15 500 руб. за сутки (без НДС).  

 Период невозможности использования станций № 20 и № 19 - с 14.04.2016 по  31.01.2018, т.е. 657 дней.  

 Таким образом, размер упущенной выгоды по этим двум станциям составляет 20 367  000 руб. (15 500 х 2 х 657).  

Период невозможности использования станций № 12, № 14 и № 16 - с 14.04.2016 по  05.03.2018, т.е. 690 дней.  

 Таким образом, по расчету истца, размер упущенной выгоды по трем станциям  составляет 32 085 000 руб. (15 500 х 3 х 690). Итого - 52 452 000 руб. (без НДС). Сумма  НДС (18%) - 9 441 360 руб. Окончательный размер упущенной выгоды (с НДС) - 61 893  360 руб.  

 Наличие элементов гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков  и упущенной выгоды истец мотивирует следующим.  

 Согласно постановлению от 28.10.2017 старшего следователя СО межмуниципального  отдела МВД России «Нефтегорский» ФИО5 уголовное дело было возбуждено по  результатам рассмотрения материала проверки КУСП 1127 от 14.04.2016. То есть,  первоначальное сообщение о преступлении признано обоснованным, что означает  признание необоснованными последовавших отказов в возбуждении дела.  

 Как указано выше, все станции ГТИ были изъяты сотрудниками МО МВД России  «Нефтегорский» с места происшествия 14 апреля 2016 года. В соответствии с ч.2 ст.81.1  УПК РФ, постановление о признании вещественными доказательствами предметов и  

документов выносится в срок не позднее 10 суток с момента их изъятия. В случае, если  для осмотра изъятых предметов и документов ввиду их большого количества или по  другим объективным причинам требуется больше времени, по мотивированному  ходатайству следователя или дознавателя этот срок может быть продлен еще на 30 суток  соответственно руководителем следственного органа или начальником органа дознания. В  случае, если для признания таких предметов и документов вещественными  доказательствами требуется назначение судебной экспертизы, срок вынесения  постановления о признании их вещественными доказательствами не может превышать 3  суток с момента получения следователем или дознавателем заключения эксперта.  

 В данном случае назначение судебной экспертизы не потребовалось, однако  постановление о признании станций ГТИ вещественными доказательствами было  вынесено только 16.01.2018, а их осмотр осуществлен 31.01.2018 и 05.03.2018. Тем самым,  устанавливаются процессуальные нарушения со стороны сотрудников МВД России,  повлекшие необоснованно длительное изъятие специальной техники.  

 Наличие прямой причинно-следственной связи между незаконными действиями  сотрудников МВД России и возникшего у Истца реального ущерба подтверждается тем,  что до изъятия оборудование использовалось при выполнении работ по подрядным  договорам (то есть, было работоспособным), а следовательно именно необоснованно  длительное изъятие специальной техники, ее простаивание привело оборудование в  негодность.  

 Таким образом, по мнению истца, совокупность элементов состава гражданско- правовой ответственности в виде взыскания убытков, а именно, наличие и размер  убытков, противоправное поведение должностных лиц МВД России, причинивших  убытки, и причинная связь между такими противоправными действиями должностных лиц  ответчика и убытками подтверждена надлежащими письменными доказательствами.  

 В силу пунктов 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо,  право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков,  если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

 При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата  или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы,  которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его  право не было нарушено (упущенная выгода).  

 Поскольку убытки являются мерой ответственности, по делам о взыскании убытков,  возникших как в связи с неисполнением (ненадлежащим исполнением) обязательств, так и  в случае причинения вреда, истец должен доказать наличие таких обстоятельств как  противоправность действий (бездействия) ответчика; факт и размер понесенного ущерба;  причинную связь между действиями ответчика и возникшими убытками. В юридический  состав правоотношения по возмещению ущерба входит также вина причинителя вреда,  бремя доказывания отсутствия которой возлагается на ответчика.  

 По правилам статьи 16 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки,  причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий  (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или  должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или  иному правовому акту акта государственного органа или органа местного  самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим  субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.  

 В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред,  причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный  имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом,  причинившим вред.  

 Согласно пункту 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред,  причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности  

органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий,  предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке,  которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.  

 Исходя из положений статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред,  причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий  (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо  должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего  закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного  самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны  Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны  муниципального образования.  

 Для наступления ответственности, предусмотренной статьями 15, 16, 1064, 1069 и  1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо наличие состава  правонарушения, включающего наступление вреда, вину причинителя вреда,  противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между  действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными  последствиями, доказанность размера ущерба. Отсутствие одного из вышеназванных  элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении  требования о возмещении вреда.  

 Для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо доказать, какие доходы он  реально (достоверно) получил бы, если бы имел возможность использовать спорное  имущество при обычных условиях функционирования рынка, гражданского оборота.  

Размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом  разумных затрат, которые должен был понести предприниматель.  

 Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

 Вместе тем, материалы дела не содержат каких-либо доказательств, подтверждающих  причинение ООО НПГК «Росгео» убытков незаконными действиями должностных лиц  МО МВД России «Нефтегорский».  

 Так, 11.04.2016 в прокуратуру Нефтегоркого района Самарской области поступило  заявление ООО НПГК «Росгео» в лице представителя по доверенности ФИО6 по  факту вскрытия геолого-технологических станций и хищения имущества принадлежащего  указанному Обществу.  

 В этот же день, 11.04.2016, указанное заявление, в соответствии с требованиями ст.  151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, направлено начальнику  МО МВД России «Нефтегорский» для проведения проверки в порядке ст. 144-145 УПК  РФ, которое поступило в МО МВД России «Нефтегорский» 14.04.2016 и в тот же день  зарегистрировано в Книге учета сообщений о преступлении за № 1127.  

 14.04.2016 в МО МВД России «Нефтегорский» поступило аналогичное сообщение о  совершении хищения имущества, принадлежащего ООО НПГК «Росгео», которое в тот же  день зарегистрировано в КУСП МО МВД России «Нефтегорский» за № 1129.  

 В этот же день, 14.04.2016, материал проверки КУСП № 1129 от 14.04.2016 приобщен  к материалу проверки КУСП № 1127 от 14.04.2016, поскольку в указанных материалах  говорилось об одном и том же событии.  

 14.04.2016 следователем следственного отдела МО МВД России «Нефтегорский»  капитаном юстиции ФИО7, в присутствии представителя ООО НПГК «Росгео» и  представителя ПАО «Самаранефтегеофизика», на территории ПАО  «Самаранефтегеофизика» произведен осмотр места происшествия, в ходе которого  осмотрены пять станций геолого-технических исследований (прицепы «вагон-дом»),  которые по итогам осмотра изъяты с территории ПАО «Самаранефтегеофизика» и  помещены на специализированную стоянку с целью обеспечения их сохранности, и  недопущению дальнейшего расхищения имущества, принадлежащего ООО НПГК  

«Росгео».  

 В соответствии с частью 1 статьи 1 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О  полиции" полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан  Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, для противодействия  преступности, охраны общественного порядка, собственности и для обеспечения  общественной безопасности.  

 Изъятие вышеуказанных станций с территории ПАО «Самаранефтегеофизика» и  помещение их на территорию охраняемой специализированной стоянки, расположенной  по адресу: 

<

...>, в первую очередь  обусловлено необходимостью недопущения дальнейшего расхищения материальных  ценностей, поскольку письменная договоренность между истцом и ПАО  «Самаранефтегеофизика» об обеспечении сохранности последним станций геолого- технических исследований (прицепы «вагон-дом») отсутствовала.  

 Согласно письму главного инженера ПАО «Самаранефтегеофизика» ФИО8,  адресованного генеральному директору ООО НПГК «Росгео» ФИО9 (исх. №  5886/20100 от 29.10.2015), ПАО «Самаранефтегеофизика» еще в октябре 2015 года  обращалось с просьбой к истцу вывезти принадлежащие ООО НПГК «Росгео» вагоны- дома с территории базы ПАО «Самаранефтегеофизика».  

 Таким образом, истец не был лишен возможности с октября 2015 года использовать  спорные вагоны-дома, которые вещественными доказательствами признаны не были.  

 Однако в период проведения доследственной проверки ни одного ходатайства со  стороны истца о передаче ему помещенной на специализированную стоянку техники с  целью осуществления с ее использованием предпринимательской деятельности,  направленной на получение прибыли, в адрес сотрудников органов внутренних дел  Самарской области не поступало.  

 Указанное свидетельствует о том, что сам истец не принял своевременных мер для  вывоза своего имущества, чем содействовал возникновению вреда в виде убытков и  упущенной выгоды.  

 28.10.2017 старшим следователем СО МО МВД России «Нефтегорский» майором  юстиции ФИО5 возбуждено уголовное дело   № 11701360017066215 в отношении неустановленного лица, совершившего  хищение оборудования из помещения вагончиков, принадлежащих ООО НПГК  «Росгео», расположенных на территории ПАО «Нефтегеофизика» в с. Ветлянка  

Нефтегорского района Самарской области, чем причинило указанной организации  материальный ущерб в особо крупном размере, на сумму свыше 1 000 000 рублей, то есть  преступление, предусмотренное п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ.  

 Вместе с тем, в период предварительного следствия с 28.10.2017 по 16.01.2018 от  истца также каких-либо ходатайства о передаче ему помещенной на специализированную  стоянку техники с целью осуществления с ее использованием предпринимательской  деятельности, направленной на получение прибыли, в адрес следователя не поступало.  

 Ходатайство о возвращении имущества законному владельцу поступило в адрес  следователя МО МВД России «Нефтегорский» только 16.01.2018, которое было  рассмотрено следователем в этот же день и удовлетворено в полном объеме. Кроме того, в  этот же день законному представителю ООО НПГК «Росгео» в лице ФИО10 было  вручено информационное письмо о необходимости получить принадлежащую указанному  Обществу технику, с предварительным согласованием со следователем точной даты  данного действия.  

 22.01.2018 в адрес генерального директора ООО НПГК «Росгео» ФИО9  повторно было направлено аналогичное информационное письмо (исх. № 84/389).  

27.02.2018 в адрес генерального директора ООО НПГК «Росгео» ФИО9 повторно  было направлено информационное письмо аналогичного содержания (исх. № 84/1202) с  требованием в максимально короткий срок организовать вывоз вагонов-станций с  специализированной стоянки.  

 Таким образом, довод истца о том, что им были понесены убытки в виде реального  ущерба и упущенной выгоды по вине ответчика (т.е. с 14.04.2016 по 31.01.2018 (в  отношении станций № 20 и № 19), по 05.03.2018 (в отношении станций № 12, № 14 и №  16) во внимание не принимается, так как сотрудники МВД России своими действиями  истцу не чинили препятствия и не ограничивали возможность получения своей техники со  специализированной стоянки. Доказательств обратного ООО НПГК «Росгео» не  представлено.  

 Кроме того, согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 3  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2009 № 1 «О  практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального  кодекса Российской Федерации» закон гарантирует участникам уголовного  судопроизводства и иным лицам, в отношении которых допущены нарушения их прав и  свобод, возможность обжалования в суд решений и действий (бездействия) должностных  лиц, осуществляющих уголовное преследование, и определяет чьи решения и действия  (бездействие) могут быть обжалованы в соответствии с частью 1 статьи 125 УПК. При  этом, жалобу вправе подать любой участник уголовного судопроизводства в той части, в  которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные  решения затрагивают его интересы (пункт 5).  

 Однако жалобы на действия сотрудников МО МВД России «Нефтегорский» порядке  статьи 125 УПК РФ истцом не подавались, и действия (бездействие) сотрудников полиции  незаконными не признавались.  

 Как указано выше, согласно письму главного инженера ПАО  «Самаранефтегеофизика» ФИО8, адресованного генеральному директору ООО  НПГК «Росгео» ФИО9 (исх. № 5886/20100 от 29.10.2015), ПАО  «Самаранефтегеофизика» уже в 2015 году обращалось с просьбой вывезти  принадлежащие ООО НПГК «Росгео» вагоны с территории базы ПАО  «Самаранефтегеофизика». Однако, просьба сотрудников ПАО «Самаранефтегеофизика»  выполнена не была, и станции геолого-технических исследований сотрудниками ООО  НПГК «Росгео» вывезены не были, что в свою очередь не может не свидетельствовать о  том, что довод истца о наступлении для последнего негативных последствий в виде  упущенной выгоды в связи с изъятием принадлежащих ООО НПГК «Росгео» станций  является необоснованным, поскольку в случае обращения к истцу Организаций -  подрядчиков, с намерением заключить с истцом договоры подряда на использование  вышеуказанных станций, ООО НПГК «Росгео» уже в октябре 2015 года вывезло их с  территории ПАО «Самаранефтегеофизика» и использовало с целью извлечения прибыли.  

 Истец получил в распоряжение указанные станции от сотрудников органов  внутренних дел еще в июне 2016 года, сразу после того как генеральному директору ООО  НПГК «Росгео» от старшего участкового уполномоченного МО МВД России  «Нефтегорский» майора полиции ФИО4 посредством телефонных звонков  поступило подобное предложение.  

 Также следует отметить, что 21.06.2016, а затем 22.07.2016 начальником МО МВД  России "Нефтегорский" ФИО11 истцу направлен ответ на запрос относительно  предложения забрать технику, в котором разъяснено, что в отдел полиции необходимо  явиться представителю истца с доверенностью и актами передачи имущества данному  представителю, а также представить акт ревизии выявленной недостачи материальных  ценностей; инвентаризационных карт на транспортные средства, описи имущества,  которое находилось в вагончиках и инвентаризационных карт на данное имущество  (л.д.59-60 т.1).  

 Однако истец в письме от 2.07.2016 (л.д.61 т.1) сообщил, что запрашиваемые  документы находятся в стадии подготовки. При этом никаких намерений забрать технику  истец не высказал.  

 Кроме того, документально не подтвержден факт того, что на момент помещения  оборудования на территорию специализированной стоянки оно находилось в  

работоспособном состоянии, не требующем замены отдельных элементов, ремонта или  замены частей. Протокол осмотра места происшествия от 14.04.2016, составленный в  присутствии, в том числе и представителей ООО НПГК «Росгео», не содержит сведения о  техническом состоянии изымаемой техники.  

 Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что истцом не доказан факт того,  что оборудование истца пришло в негодное для дальнейшей эксплуатации состояние в  период нахождения на территории специализированной стоянки МО МВД России  «Нефтегорский», поскольку в период с сентября 2015 по апрель 2016 года станции также  находились, в том числе и в зимний период времени на открытой территории ПАО  «Самаранефтегеофизика».  

 Более того, истцом документально не подтверждено наличие права собственности на  оборудование, находящееся в станциях геолого-технических исследований, которые, по  утверждению истца, пришло в негодное для дальнейшей эксплуатации состояние по вине  сотрудников органов внутренних дел.  

 Так, в качестве подтверждения права собственности на указанные станции - прицепы- дома, были представлены паспорта технического средства на прицепы-дома, а также  договоры купли-продажи транспортного средства: № РГ-2011-06-02 от 20.06.2011, № РГ- 2013-03-01 от 06.03.2013; № РГ-2013-10-03 от 24.10.2013, № РГ-2013-10-03 от 24.10.2013.  

 Согласно договорам купли-продажи транспортного средства № РГ-2013-03-01 от  06.03.2013; № РГ-2013-10-03 от 24.10.2013, № РГ-2013-10-03 от 24.10.2013, заключенным  между ООО «Уралметаллострой», именуемое «Продавец», и ООО НГПК «Росгео»,  именуемое «Покупатель», ООО НПГК «Росгео» приобрело у Продавца транспортное  средство: Прицеп-дом, с указанием в каждом из договоров номера паспорта технического  средства, индивидуального номера, марки, модели, года издания транспортного средства,  и т.д. При этом спецификация, подтверждающая наличие в указанных Прицепах-домах  какого-либо иного оборудования отсутствует.  

 Согласно пункту 1.1 договора № РГ-2011-06-02 от 20.06.2011 заключенного между  ООО «Уралметаллострой», именуемое «Продавец», и ООО НГПК «Росгео», именуемое  «Покупатель», Продавец обязуется продать в собственность Покупателю прицеп-дом  согласно Спецификации и Техническому заданию, которое является неотъемлемой частью  настоящего Договора. При этом указанная Спецификация и Техническое задание в  материалы дела не представлено.  

 Кроме того, согласно пункту 5.3 указанного договора, Продавец гарантирует  безотказную работу прицеп-дома в течение 12 месяцев, его элементов конструкции,  теплоизоляции, внутренних отделочных материалов, состояния окраски и  антикоррозийной обработки кузова и днища, шасси, мебели, состояния инженерных сетей  при условии соблюдения руководства по эксплуатации. Таким образом, производитель не  гарантировал указанным прицеп-домам гарантийный срок безотказной работы более 12  месяцев, а с учетом того, что прицепы выпущены в 2011- 2013 годах доводы истца  относительно их удовлетворительного состояния на 14.04.2016 является  необоснованными и документально не подтвержденным.  

 Более того, истцом не представлено документального подтверждения права  собственности на имущество (справка о нахождении имущества на балансе Организации,  платежные поручения, квитанции, чеки и т.д.), которое, по мнению истца, пришло в  негодное для дальнейшей эксплуатации состояние по вине сотрудников МО МВД России  «Нефтегорский», а также не представлено доказательств того, что указанное имущество  находилось в станциях 14.04.2016.  

 Также суд считает, что истцом документально не подтвержден размер убытков. 

 При этом необходимо учитывать правовую позицию, которая закреплена в пункте 14  Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О  применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» (далее -Постановление Пленума ВС РФ № 25). Истец должен  доказать доход, который он получал при нормальном развитии гражданского оборота  

сопряженное с увеличением имущественной массы. Доказательств в этой части не  представлено.  

 При этом, истец обязан доказать, что возможность получения прибыли существовала  реально, а не в качестве его субъективного представления (Данный вывод изложен в  постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2016 № 13АП- 26355/2016).  

 В пункте 3 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от  24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса  Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее -  Постановление Пленума ВС РФ № 7) указано, что при определении размера упущенной  выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с  этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК).  

 Иными словами, истец должен был доказать, что допущенное ответчиком нарушение  явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду;  все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны.  (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.07.2016 № Ф05-8981/2016  по делу № А40-185273/2015). В этой части истцом доказательств не представлено.  

 Также истцом не представлено доказательств осуществления приготовлений к  получению конкретной выгоды и принятия мер по возврату техники (не представлены  заявки на использование указанной техники контрагентами, неисполнение которых  повлекло причинение убытков).  

 Таким образом, суд приходит к выводу, что ответчик действовал правомерно в рамках  предоставленных полномочий в соответствии с требованиями уголовно-процессуального  законодательства.  

 В то же время истец не представил доказательств противоправности в действиях  ответчика и что именно в результате указанных действий истцу причинен ущерб.  

 Оценив имеющиеся в деле доказательства по своему внутреннему убеждению,  основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их  исследовании, как требует того пункт 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии юридического состава для  взыскания с ответчика убытков и упущенной выгоды.  

 При указанных обстоятельствах иск удовлетворению не подлежит. 

 Расходы по госпошлине относятся на истца в силу ст.110 АПК РФ. Излишне  оплаченная госпошлина в сумме подлежит возврату истцу из федерального бюджета на  основании ст.333.40 Налогового кодекса РФ.  

 Руководствуясь ст.ст.110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л:

В иске отказать. 

 Выдать Обществу с ограниченной ответственностью НПГК "Росгео" справку на  возврат из федерального бюджета госпошлины 53 217 руб.  

 Решение может быть обжаловано в месячный срок в Одиннадцатый арбитражный  апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный  суд Самарской области.  

Судья / Р.М. Богданова  

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 30.05.2019 13:42:11

Кому выдана Богданова Раися Мухамеждановна