﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8490/16 

Екатеринбург

22 апреля 2021 г.

Дело № А50-5545/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 апреля 2021 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе: 

председательствующего Тихоновского Ф.И., 

судей Плетневой В.В., Соловцова С.Н. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк России, ответчик) на определение Арбитражного суда Пермского края от 01.11.2020 по делу № А50-5545/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2021 по тому же делу. 

В судебном заседании приняли участие:

представитель Сбербанка России – Сафин Т.М. (доверенность от 26.07.2019); 

конкурсный управляющий закрытым акционерным обществом «Промышленная лизинговая компания» (далее – общество «Промлизинг», должник) Власова Людмила Николаевна и ее представитель – Полянский М.С. (доверенность от 18.08.2020);

представитель Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган) – Слукина И.В. (доверенность от 27.01.2021) посредством системы «Онлайн-заседание». 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились. 

 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 01.06.2015 общество «Промлизинг» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Гараев Айдар Асгатович.

Определением суда от 10.09.2019 конкурсным управляющим обществом «Промлизинг» утверждена Власова Л.Н.  

Конкурсный управляющий 23.07.2020 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительным договора залога от 03.07.2014 № 1/17, заключенного между обществом «Промлизинг» и Сбербанком России, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств в размере 28 492 060 руб., полученных в результате частичной реализации предмета залога (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 01.11.2020 заявление удовлетворено, признан недействительным договор залога от 03.07.2014 № 1/17, применены последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующим права Сбербанка России на преимущественное удовлетворение требований за счет реализации имущества, являющегося предметом залога по вышеуказанному договору, с ответчика взысканы денежные средства в размере 28 492 060 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе и дополнении к ней Сбербанк России просит обжалуемые судебные акты отменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать. По мнению заявителя, судами сделан ошибочный вывод относительно даты, с которой конкурсному управляющему стало известно о совершении сделки, в связи с чем необоснованно отклонен довод ответчика о пропуске срока исковой давности. Судами неверно квалифицирована сделка как совершенная со злоупотреблением правом, в основу данного заключения положены ошибочные выводы суда о том, что предоставление дополнительного обеспечения несвойственно для должника; кроме того, суды не приняли во внимание пояснения Сбербанка России относительно наличия объективных причин для заключения договора залога. Само по себе отсутствие в деятельности должника практики предоставления дополнительного обеспечения не может являться достаточным основанием для установления в действиях банка признаков злоупотребления правом. Заявитель также полагает, что выводы судов об осведомленности ответчика о негативном финансовом состоянии должника являются ошибочными и необоснованными, поскольку мотивированы только лишь длительностью финансово-хозяйственных связей должника и банка. При мотивировании выводов суд первой инстанции опирался на материалы иных обособленных споров, вместе с тем, банк, являясь конкурсным кредитором и не принимающий непосредственного участия в ряде обособленных споров, не был ознакомлен с их материалами и, соответственно, не мог изложить свою позицию, представить возражения по ним; такие действия привели к нарушению принципа равенства сторон в арбитражном процессе. Кассатор также указывает, что основания для признания сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствовали, по общему правилу, установленному сложившейся судебной практикой, обеспечительные сделки могут быть оспорены как сделки с предпочтением или на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), однако суды, признавая сделку недействительной по общегражданским основаниям, не указали, какие именно обстоятельства ее совершения выходят за пределы специальных оснований. 

Конкурсный управляющий Власова Л.Н., уполномоченный орган в отзывах просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель Сбербанка России поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе; конкурсный управляющий, его представитель, а также представитель уполномоченного органа просили в удовлетворении кассационной жалобы отказать.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Пермского края от 28.04.2015 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Финансовый консультант» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества «Промлизинг». 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 01.06.2015 общество «Промлизинг» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. Определением суда от 10.09.2019 конкурсным управляющим обществом «Промлизинг» утверждена Власова Л.Н. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.12.2015 в реестр требований кредиторов должника включены требования Сбербанка России, в том числе требования по кредитным обязательствам, обеспеченные залогом имущества должника на основании договора от 03.07.2014 № 1/17, в размере 113 902 725 руб. 

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным вышеуказанного договора залога, при рассмотрении которого судами установлены следующие обстоятельства. 

Между Сбербанком России (залогодержатель) и обществом «Промлизинг» (залогодатель) 03.07.2014 заключен договор залога № 1/17 с целью обеспечения исполнения обязательств должника по двадцати четырем кредитным договорам и договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенным в период с 22.07.2011 по 27.02.2013. По условиям договора, предметом залога является движимое имущество должника: кран KOBELKO СКЕ2500, кран с заводским номером 254-0347 1997 г. в., кран с заводским номером ССН1000-90232, кран с заводским номером 90219.

Согласно решениям Арбитражного суда Пермского края по делам №А50-20875/2014, №А50-20865/2014 по искам ОАО «Сбербанк России» с должника взыскана задолженность по кредитным договорам за период с августа 2014 года, обращено взыскание на залоговое имущество.

Имущество, являющееся предметом залога по договору от 03.07.2014, в ходе конкурсного производства реализовано частично. Денежные средства, вырученные от реализации залогового имущества, направлены Сбербанку России.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 13.08.2018 по настоящему делу признаны недействительными сделками действия по перечислению денежных средств ЗАО «Промлизинг» в погашение требований ПАО «Сбербанк России», совершенные 02.10.2014 на общую сумму 60 044 749,43 рублей. Применены последствия недействительности сделок. Признано отсутствующим право ПАО «Сбербанк России» на преимущественное удовлетворение требований по обязательствам, возникшим из кредитного договора от 19.09.2012 №85120071, как обеспеченных залогом имущества должника по договору залога от 03.07.2014 №1/17. Взысканы с ПАО «Сбербанк России» в пользу ЗАО «Промлизинг» денежные средства в размере 12 800 781 рубль 02 копейки.

Впоследствии, конкурсный управляющий, полагая, что договор залога заключен в период наличия у должника финансовых затруднений с целью дополнительного обеспечения исполнения им обязательств перед Сбербанком России в ущерб интересам иных кредиторов должника, а также указывая на то, что данный договор не соответствует сложившейся между сторонами сделки практике взаимоотношений, в рамках которых общество «Промлизинг» получает кредитные средства в банке, приобретает предметы лизинга и предоставляет Сбербанку России право залога на них, просил признать сделку недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сбербанк России против удовлетворения заявленных требований возражал, при этом ссылался на то, что передача должником имущества по договорам залога соответствует ранее совершаемым им сделкам, в том числе с другими контрагентами, на момент заключения договора залога должник не обладал признаками неплатежеспособности, целью заключения оспариваемого договора залога являлось обеспечение основных обязательств должника. Кроме того, ответчик заявил об истечении срока исковой давности для обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной.

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, исходили из того, что Сбербанк России, находясь в длительных финансово-хозяйственных связях с должником и являясь профессиональным участником рынка, знал о прекращении обязательств перед должником крупнейшими лизингополучателями в мае-июне 2014 года, накапливающемся разрыве в оборотных средствах должника и наличии обязательств перед другими кредиторами, в связи с чем, действуя недобросовестно, принял меры к получению дополнительного обеспечения исполнения обществом «Промлизинг» обязательств перед ним, тем самым поставив себя в наиболее выгодное положение по сравнению с другими кредиторами и лишив последних возможности получить удовлетворение своих требований, в том числе потому, что имущество, находящееся в залоге у банка, фактически утратило свою ликвидность; с учетом изложенного суды признали доказанным наличие оснований для признания договора залога недействительным в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Между тем судами не учтено следующее. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

В силу пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. 

При этом с учетом разъяснений, содержащихся в постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

С целью квалификации сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения, однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В рассматриваемом случаи суды пришли к выводу о том, что на момент заключения сделки должник находился в тяжелом финансовом положении, о чем Сбербанку России было достоверно известно ввиду продолжительности финансово-хозяйственных связей с должником, кроме того, заключение сделки привело к невозможности передачи имущества должника в качестве предмета лизинга, а также к созданию для ответчика наиболее выгодного положения по сравнению с иными кредиторами, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов. 

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В данном случае суды, квалифицируя сделку в качестве ничтожной в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вместе с тем не указали, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Обращение за судебной защитой в том или ином порядке не является исключительно формальным подходом к соблюдению правовых норм, так как каждый из способов влечет различные правовые последствия, в частности, по-разному исчисляется начало течения срока исковой давности.

В рассматриваемом случае надлежащая правовая квалификация сделки будет иметь значение в том числе и для разрешения вопроса о пропуске срока исковой давности, о котором банк заявлял в суде первой инстанции. 

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что судами дана неверная квалификация оспариваемой сделке, судебные акты, вынесенные по результатам рассмотрения настоящего обособленного спора, подлежат отмене, дело – направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции (пункт 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть обозначенные правовые подходы, оценить представленные в материалы дела доказательства и установить обстоятельства, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки, исходя из чего квалифицировать сделку с приведением соответствующего обоснования. В случае недоказанности указанных обстоятельств – разрешить вопрос о признании сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц. 

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 01.03.2021 ходатайство Сбербанка России о приостановлении исполнения судебных актов с учетом предоставления банком встречного обеспечения признано обоснованным: исполнение определения Арбитражного суда Пермского края от 01.11.2020 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2021 приостановлено до окончания производства в арбитражном суде кассационной инстанции. 

Поскольку вынесением настоящего постановления кассационное производство оканчивается, приостановление исполнения подлежит отмене, внесенные в качестве встречного обеспечения денежные средства – возврату заявителю с депозитного счета Арбитражного суда Уральского округа. 

Руководствуясь ст. 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 01.11.2020 по делу № А50-5545/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2021 по тому же делу отменить. 

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края. 

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Пермского края от 01.11.2020 по делу № А50-5545/2015 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2021 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 01.03.2021. 

Возвратить публичному акционерному обществу «Сбербанк России» с депозитного счёта Арбитражного суда Уральского округа встречное обеспечение в сумме 28 492 060 руб. 55 коп., внесённое на основании платёжного поручения от 22.01.2021 № 420411. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий 						Ф.И. Тихоновский 

Судьи 									В.В. Плетнева 

С.Н. Соловцов