ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357600, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. (87934) 6-09-16, факс: (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                            Дело № А25-2030/2014

13.09.2022

Резолютивная часть постановления объявлена   06.09.2022

Постановление изготовлено в  полном объеме   13.09.2022

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 11.09.2019), представителя общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Агроторг» - ФИО4 (доверенность от 24.06.2022), конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Комбинат детского питания» ФИО5 (лично), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте проведения  судебного  заседания,  рассмотрев  в  открытом  судебном  заседании  апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Агроторг» и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Комбинат детского питания» ФИО5 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 22.06.2022 по делу № А25-2030/2014, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Агроторг» о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью «Комбинат детского питания» ФИО2, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Комбинат детского питания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

Решением суда от 10.06.2015 общество с ограниченной ответственностью «Комбинат детского питания» (далее – ООО «Комбинат детского питания», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурное производство, определением от 27.08.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Агроторг» (далее – ООО «Торговый дом «Агроторг», общество) обратилось в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 и взыскании в конкурсную массу денежных средств в размере 727 708 439 руб. 71 коп.

Определением от 22.06.2022 суд отказал в удовлетворении заявления.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «Торговый дом «Агроторг» и конкурсный управляющий ООО «Комбинат детского питания» ФИО5 обратились в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование жалобы апеллянты ссылаются на то, что судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта нарушены нормы материального и процессуального права. 

В судебном заседании представители лиц изложили свои позиции по рассматриваемым апелляционным жалобам. Дали пояснения по обстоятельствам спора.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи, с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, отзыва и проверив законность обжалуемого судебного акта  в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение от 22.06.2022 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего. 

Как следует из материалов дела, общество обратилось в суд с ходатайством о назначении бухгалтерско-экономической экспертизы в целях выявления признаков преднамеренного банкротства должника.

Определением от 14.09.2016 суд удовлетворил ходатайство общества и назначил по делу судебную бухгалтерско-экономическую экспертизу, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Паритет-Плюс» ФИО6

В заключении эксперта общества «Паритет-Плюс» ФИО6 N СЭ2016.11/1, сделан вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства.

По результатам проведенного анализа представленных документов экспертом выявлены сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, послужившие причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинившие реальный ущерб должнику в денежной форме. Экспертом также сделаны выводы о том, что генеральным директором ФИО2 допущено намеренное искажение документов бухгалтерской отчетности, и имущество должника, несмотря на формально составленные акты списания, не утилизировано, а намеренно сокрыто генеральным директором по 70 позициям (заключение содержит наименование оборудования, год выпуска и количество); в нарушение очередности, в погашение займов учредителю и генеральному директору перечислены денежные средства в сумме 22 200 000 руб. (заключение содержит номер платежного поручения, дату, сумму поступления и назначение платежа).

Общество, ссылаясь на указанное заключение, обратилось в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске срока исковой давности на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»» (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

До вступления в силу Закона № 266-ФЗ порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам были определены в статье 10 Закона о банкротстве. В указанную статью Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ) и Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) внесены соответствующие изменения. В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 Информационного письма №137, а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Суд первой инстанции установил, что обстоятельства, на которые ссылается кредитор для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, имели место в 2011-2012 годах, то есть до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, а заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, соответственно, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, действовавших на момент спорных правоотношений, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом № 266-ФЗ. Применению подлежат нормы материального права в редакциях Законов № 73-ФЗ и № 134-ФЗ.

Исходя из положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, подлежащей применению), разъяснений, приведенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», пункте 22 постановления № 6/8, пункте 21 раздела «Практика применения законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, суды указали, что согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства).

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. Если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 указанной статьи, невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Несмотря на то, что норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом, наличие объективного срока давности не должно отвлекать от главной идеи давности - ее расчет должен осуществляться основным образом по субъективному критерию, т.е. с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Если же лицо испытывает какие-либо препятствия для предъявления своего требования (неизвестен ответчик, невозможно точно определить размер требования и т.п.), то срок исковой давности может начинать течь не ранее устранения указанных препятствий.

Безотносительно к дате совершения правонарушения контролирующими лицами срок исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности должен исчисляться с момента, когда конкурсному управляющему и кредиторам, стало известно или должно было стать известно о наличии у них реальной возможности для предъявления иска (как правило, этот момент не может быть много позже даты открытия конкурсного производства). При этом начиная с даты вступления в силу Закона № 134-ФЗ (30.06.2013) конкурсные управляющие и кредиторы в делах о банкротстве имели возможность заявлять требования к контролирующим лицам без указания точного размера (он подлежал определению в дальнейшем), установление точного размера ответственности перестало быть обязательным условием для обращения в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Это правило имело процессуальный характер и поэтому распространялось на все процессуальные действия, совершаемые после данного правила, в том числе по возникшим ранее материальным основаниям.

В силу приведенных норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, в рассматриваемом случае срок исковой давности для обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности составляет один год, исчисляемый со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Экспертное заключение общества «Паритет-Плюс» ФИО6 № СЭ2016.11/1 поступило в суд 06.02.2017.

Суд первой инстанции установил, что кредитор, обратившись в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности 26.03.2019, пропустил годичный срок исковой давности, который начал течь с 10.02.2017 (следующий день с даты ознакомления с данным заключением) и истек 10.02.2018. Апелляционным судом установлено, что кредитор также  пропустил трехгодичный срок исковой давности, который начал течь с 04.06.2015 (следующий день с даты объявления резолютивной части о введении в отношении должника конкурсного производства) и истек 04.06.2018. Все обстоятельства, указанные кредитором в качестве оснований для привлечения к бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности (убыточный характер деятельности общества), должны были быть известны лицам, участвующим в деле о банкротстве, из содержания выполненного временным управляющим анализа финансовой деятельности должника и приложенных к нему документов, в том числе бухгалтерской отчетности должника, располагая которыми кредитор, не воспользовался правом на обращение в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в установленные законом сроки.

Довод кредитора о том, что он не знал о наличии экспертного заключения в дату, установленную судом первой инстанции, отклоняется ввиду следующего.

Из картотеки арбитражных дел следует, что экспертное заключение № СЭ2016.11/1 зарегистрировано судом первой инстанции со сканированием текста заключения  в электронной карточке дела 07.02.2017. ООО «Торговый дом «Агроторг» участник дела о банкротстве должника в 2017 году. Согласно Картотеки арбитражных дел данный кредитор активно пользовался правами подачи документов в электронном виде, в частности, подавал заявление о признании действий управляющего незаконными и отстранении его (02.02.2017), следовательно, имел возможность ознакомления в электронном виде с экспертным заключением. Более того 09.02.2017 ООО «Торговый дом «Агроторг» подавало ходатайство о замене эксперта, впоследствии направляло заявление от 09.02.2017 не рассматривать и возвратить ходатайство о замене эксперта.

Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства дела, апелляционный суд полагает, что  ООО «Торговый дом «Агроторг» с февраля 2017 года знакомо с результатами экспертного заключения и с основанием для привлечения контролирующие должника лицо к субсидиарной ответственности, однако в установленный срок свое право не реализовало, с соответствующим заявлением  в суд не обратилось, уважительные причины столь длительного промедления не раскрыло.

Учитывая изложенное, апелляционный суд полагает, что срок для привлечения к субсидиарной ответственности в рассматриваемом случае кредитором пропущен.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.10.2021 № Ф08-10927/2021 по делу № А32-728/2017.

Принимая во внимание изложенное и учитывая, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении настоящего заявления, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отказе в удовлетворении заявления.

Доводы жалоб о том, что ФИО2 должен был обратиться с заявлением о банкротстве должника не позднее 28.10.2011, то есть в течение месяца после установления признаков банкротства по данным бухгалтерского учета, ссылаясь на неисполнение должником обязательств по кредитным договорам, заключенным с АО «Россельхозбанк», отклоняются апелляционной коллегией судей на основании следующего.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

Такое заявление должно быть направлено в арбитражный суд не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 3 статьи 9 Закона о банкротстве), а его неподача в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве влечет субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по принятию решений о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 названного Закона.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 N 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Наличие неисполненных обязательств перед кредиторами также не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Как следует из материалов дела, должник был создан 26.09.2007, и согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц основным видом его деятельности являлась деятельность по производству детского питания и диетических пищевых продуктов.

За период с даты регистрации по 2014 год должник осуществлял покупку зданий, сооружений, оборудования, произвел монтаж оборудования и пуско-наладочные работы. Общая стоимость вложений во внеоборотные активы должника, по данным регистров бухгалтерского учета по состоянию на 31.12.2014, составила 341 565 401,59 руб. Согласно предоставленного отчета о проведении оценки №045/11, выполненного ООО «Фирма «Траст» на 22.09.2011 стоимость имущественного комплекса должника на указанную дату составляла 415 510 000 руб.

В анализируемом периоде должник занимался подготовительными работами по организации производства детского питания (пюре овощное, фруктовое, молочные плодоовощные смеси) на производственной площадке в Краснодарском филиале должника по адресу: Краснодарский край, Ленинградский р-н, ст-ца Крыловская, ул. Победы, д.81.

Деятельность должника, в том числе закупка оборудования финансировались из следующих источников:

-заемные средства, предоставленные генеральным директором ФИО2, ФИО7,

-кредиты, предоставленные АО «Россельхозбанк» (кредитные договоры 

<

***> от 02.04.2010 на сумму 128 000 000 руб., сроком погашения кредита 26.03.2015; №100308/0404 от 13.10.2010 на сумму 52 000 000 руб., сроком погашения кредита 07.10.2015; №110308/0302 от 15.07.2011 на сумму 20 000 000 руб., сроком погашения кредита 13.07.2012), при этом, исполнение обязательств по этим договорам обеспечивалось залоговым имуществом должника.

Согласно проведенному анализу, по состоянию на 31.12.2011 у должника имелась следующая задолженность перед кредиторами:

- общая задолженность по кредитам выданным АО «Россельхозбанк» по состоянию на 31.12.2011, составила 199 967 959,95,00 руб., в том числе просроченная 3 467 978,21 руб.; просроченная задолженность по уплате процентов за пользование кредитами составила 3 682 066 руб.,

- общая задолженность по займам 155 743 384,68 руб., в том числе просроченная не менее 30 568 940 руб., просроченная задолженность по уплате процентов за пользование займом оставила 25 041 419,65 руб.,

- кредиторская задолженность,  отраженная  в  регистрах  бухгалтерского учета 98 858 705,35 руб.;

-кредиторская задолженность не отраженная в регистрах бухгалтерского учета (задолженность по лицензионному договору на товарный знак от 30.05.2011 и по договору аренды доступа и использования доменного имени от 28.09.2011, заключенных с ФИО2) составляла 14 543 000,00 руб.

При этом, по состоянию на 31.12.2011 величина обязательств должника существенно выше величины его активов (в балансовой оценке), о чем свидетельствует отрицательная стоимость чистых активов должника на указанную дату (135 023 тыс. руб.).

Наличие у должника вышеупомянутой просроченной задолженности по кредитным договорам само по себе не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйственной деятельности без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Как и было указано выше, в период с 2008-2014 годы должник осуществлял подготовительные работы по организации производства детского питания (пюре овощное, фруктовое, молочные плодоовощные смеси).

Особенностями деятельности организаций, осуществляющих капитальные вложения (покупку, монтаж оборудования) с целью дальнейшей организации производственной деятельности являются: незначительные доходы от основной деятельности, обычно не покрывающие расходы в периоды осуществления капитальных вложений; привлечение значительных средств (заемные средства собственника, кредитные средства, предоставленные банком) для финансирования затрат на капитальные вложения в строящиеся объекты и на покрытие административных, общепроизводственных расходов; существенные затраты на обслуживание заемных обязательств (уплата процентов, возврат займа (кредита).

В материалах дела имеется бизнес-план производства молочно-овощных и молочно-фруктовых сухих смесей для питания детей мощностью 2 т. в сутки по готовому продукту.

Из пункта 5.3 бизнес плана следует, что планируемая мощность производства (при выходе на конечную мощность) должна была составить: детское питание: - 1,2 млн. баночек плодоовощного пюре в ассортименте; 1,1 млн. шт. упаковок (пакетик 25 г.) в месяц детских сухих плодоовощных смесей; сметана - 1,1 тонны в месяц. Начать выпуск готовой продукции планировалось во 2-м полугодии 2013 года, а выйти на проектные мощности планировалось в 1 -м полугодии 2014 года.

По данным, отраженным в регистрах бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности, в 2008 - 2014 годы должник практически не осуществлял производственную деятельность (объем выпущенной готовой продукции в денежном выражении за 2008¬2014 годы 965 000 руб. (в натуральном - 133,1 тыс. баночек); выручка от реализации продукции за 2008-2014 годы составила 536 000 руб.

Общая стоимость вложений, в соответствии с бизнес планом, должна была составить 436 млн. руб. Основные источники финансирования: привлеченные кредитные средства в сумме 250 млн. руб. (180 млн. руб. на кап. вложения и 70 млн. руб. пополнение оборотных средств); собственные средства в сумме 186 млн. руб., срок окупаемости - 3 года с момента запуска производства.

Согласно предоставленным документам (регистров бухгалтерского учета, кредитных договоров) должнику были предоставлены кредиты на покупку оборудования в сумме 180 млн. руб. (АО «Россельхозбанк») и кредит на пополнение оборотных средств в сумме 20 млн. руб. (АО «Россельхозбанк»), а сумма займов, предоставленных ФИО2 за период с 2010-2014 годы составила 173 000 000 руб.

Из переписки должника с АО «Россельхозбанк» следует, что в октябре 2011 года кредитный комитет Краснодарского филиала АО «Россельхозбанк» принял положительное решение о предоставлении кредитной линии с лимитом в 50 млн. руб. (письмо Управляющего дополнительным офисом КФР АО «Россельхозбанк» исх. №003/08-11-43/2971 от 06.10.2011). При этом, кредитный договор не был подписан и средства не выдавались.

30.11.2012 кредитный комитет Краснодарского филиала АО «Россельхозбанк» принял  положительное  решение  о  пролонгации  сроков  погашения  кредитов  и процентов по договорам 

<

***> от 02.04.2010 г., №110308/0404 от 13.10.2011, №110308/302 от 15.07.2011 (письмо Управляющего дополнительным офисом КФР АО «Россельхозбанк» исх.№006/08/2659 от 07.12.2012г.). Однако, в последующем, дополнительные соглашения к кредитным договорам о внесении изменений в условия кредитных договоров подписаны не были.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности обществом наличия по состоянию на 28.10.2011 обстоятельств, являющихся в силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве основанием для обязательного обращения бывшего руководителя ФИО2 с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В рассматриваемом случае, в материалы обособленного спора не представлены доказательства совершения ФИО2 действий, которые привели к невозможности погашения требований кредиторов.

Доводы жалоб о том, что генеральным директором ФИО2 допущено намеренное искажение документов бухгалтерской отчетности, и залоговое имущество должника, несмотря на формально составленные акты списания, не утилизировано, а намеренно сокрыто генеральным директором, отклоняются апелляционной коллегией судей на основании следующего.

Из пояснений, представленных ФИО2 в материалы дела, следует, что на основании договора аренды от 28.07.2014, все имущество должника, в том числе и залоговое оборудование, были переданы в аренду ООО ТД «Доброго здоровья». Доказательств непередачи и отсутствия перееденного имущества ООО ТД «Доброго здоровья» в материалы дела не представлено.

Кроме того судом первой инстанции было установлено, что по указанным обстоятельствам постановлением старшего следователя СО Отдела МВД РФ по Ленинградскому району ФИО8 от 25.11.2017 прекращено уголовное дело в отношении подозреваемого ФИО2 в связи с отсутствием признаков состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ. В ходе расследования уголовного дела вина ФИО2 не доказана.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд признает указанные доводы жалобы необоснованными.

Относительно списания имущества, поврежденного при обрушении кровли, апелляционный суд приходит к следующему выводу.

В материалы дела представлен акт осмотра зданий (сооружений) от 18.02.2013, согласно которому комиссия в составе главного технолога, главного инженера, техника-технолога и инженера по наладке провела осмотр здания производственного комплекса и выявила факт полного обрушения крыши здания.

Из копии протокола допроса ФИО2 следует, что в результате обрушения кровли было повреждено и впоследствии демонтировано и размещено на хранение на территории предприятия оборудование российского производства, которое не участвовало в процессе производства детского питания.

При этом, факт намеренной порчи и сокрытия имущества должника бывшим руководителем должника ФИО2 не был установлен в рамках расследования по уголовному делу.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд полагает, что неотражение в регистрах бухгалтерского учета актов о списании имущества, само по себе не свидетельствует о сокрытии имущества должника и не может служить достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Доводы жалобы кредитора о том, что бывшим руководителем должника ФИО2 не была исполнена обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, отклоняются апелляционной коллегией судей на основании следующего.

В силу пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В данном случае, материалами дела не подтверждается наличие причинно-следственной связи между непередачей конкурсному управляющему документации должника и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, формирования конкурсной массы и как следствие невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, бухгалтерские и иные документы должника были переданы ФИО2 конкурсному управляющему должника ФИО9 по акту приема-передачи от 12.06.2015.

Таким образом, представленной руководителем должника ФИО2 бухгалтерской документации было достаточно для осуществления процедуры конкурсного производства. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Поскольку материалы дела не указывают на действия ФИО2, направленные на доведение должника до банкротства, а также на причинную связь между такими действиями и последствиями в виде наступления банкротства должника, то апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности наличия совокупности предусмотренных Законом о банкротстве условий, необходимых для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы жалобы конкурсного управляющего о том, что судом первой инстанции необоснованно не объединено в одно производство и не рассмотрено заявление  конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, отклоняются апелляционной коллегией судей на основании следующего.

Согласно пункту 2 статьи 130 АПК арбитражный суд первой инстанции вправе объединить несколько однородных дел, в которых участвуют одни и те же лица, в одно производство для совместного рассмотрения.

Арбитражный суд первой инстанции, установив, что в его производстве имеются несколько дел, связанных между собой по основаниям возникновения заявленных требований и (или) представленным доказательствам, а также в иных случаях возникновения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов, по собственной инициативе или по ходатайству лица, участвующего в деле, объединяет эти дела в одно производство для их совместного рассмотрения.

Как следует карточки дела вы системе «КАД» определением суда 19.01.2017 было приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Комбинат детского питания» ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 и учредителей ФИО10 и ФИО11 до окончания расчетов с кредиторами.

В рамках рассмотрения данного обособленного спора конкурсным управляющим должника было заявлено ходатайство об объединении заявлений в одно производство ввиду аналогичных оснований по привлечению к субсидиарной ответственности ФИО2

Судом первой инстанции в определении от 02.07.2019 было указано, что для рассмотрения заявленного ходатайства управляющему необходимо обратится в суд с ходатайством о возобновлении производства по приостановленному спору ввиду отсутствии у суда полномочий на самостоятельное возобновление спора, поскольку в определении от 19.07.2017 установлены конкретные обстоятельства, до которых приостановлено производство и на момент рассмотрения данного спора указанные обстоятельства не устранены.

Из материалов дела и карточки дела в системе «КАД» следует, что управляющим ходатайство о возобновлении производства по заявлению конкурсного управляющего ООО «Комбинат детского питания» ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 и учредителей ФИО10 и ФИО11 не подано.

Учитывая приостановление производства по заявлению управляющего и как следствие невозможности суда осуществлять процессуальные действия при приостановлении производства по делу, апелляционный суд полагает, что объединение дел в одно производство с заявлением кредитора судом первой инстанции не осуществлено обоснованно.

Кроме того судом апелляционной инстанции установлено, что в споре по заявлению конкурсного управляющего ООО «Комбинат детского питания» ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 и учредителей ФИО10 и ФИО11 имеются различия с данным заявлением, а именно: наличие других ответчиков и иных оснований по привлечению к субсидиарной ответственности.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции не рассмотрено ходатайство об объединении дела ввиду отсутствия процессуальной возможности, в связи с чем доводы жалобы о процессуальном нарушении судом первой инстанции по нерассмотрению требования управляющего являются необоснованными.

При таких обстоятельствах, оснований для переоценки выводов суд первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В целом доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 № 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.   

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 22.06.2022 по делу № А25-2030/2014 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.   

 

         Председательствующий

 

Н.В. Макарова 

 

         Судьи

 

З.А. Бейтуганов

 

Д.А. Белов