АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  ПОСТАНОВЛЕНИЕ

         кассационной инстанции по проверке законности

         и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

     вступивших в законную силу

Дело № А23-9070/2019

г. Калуга

07 декабря 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 декабря 2021 года

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Смотровой Н.Н.,

судей Ивановой М.Ю., Ипатова А.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ГК «АСВ» - представителя ФИО1 по доверенности от 13.01.21 № 77АГ 6148462,

от ООО «Экономикс» - представителя ФИО2 по доверенности от 16.06.20 № 3Д,

от ФИО3 – представителя ФИО4 по доверенности от 12.01.21 № 77АГ4691381, 

от  ООО "ЦентрАгроСпецСтрой" – представителя ФИО5 по доверенности от 28.02.20,

в отсутствие представителей других участвующих в обособленном споре  лиц,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы  общества с ограниченной ответственностью "Многопрофильная Фирма "Экономикс" и акционерного общества коммерческого банка "РосинтерБанк" в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" на определение Арбитражного суда Калужской области от 26.11.2020 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2021 по делу № А23-9070/2019,

УСТАНОВИЛ:

в рамках производства по рассматриваемому Арбитражным судом Калужской области делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Молочные Активы", до переименования – общество с ограниченной ответственностью «Ремпутьмаш-АГРО»  (далее - должник), общество с ограниченной ответственностью «"Многопрофильная Фирма "Экономикс"» (далее – ООО «Экономикс») обратилось в суд с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника (далее - реестр) требования в сумме 2 250 000 000 руб. 

Определением суда первой инстанции от 26.11.20, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.21, ООО «Экономикс» в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с судебными актами, ООО «Экономикс» и акционерное общество коммерческий банк "РосинтерБанк" (далее – КБ «Росинтербанк») в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" (далее –  ГК «АСВ») обратились в Арбитражный суд Центрального округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить их и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Кассационные жалобы с пояснениями к ним мотивированы незаконностью отказа в удовлетворении заявления КБ «Росинтербанк» о включении в реестр, поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций о нереальности заключенного между ФИО3 и КБ «Росинтербанк» кредитного договора от 05.08.13                   № 

<

***>, незаключенности договора поручительства от 05.08.13 № 112-305-08/13 между должником и КБ «Росинтербанк» и мнимости договора цессии от 11.08.16                № Ц-46-05/16 между КБ «Росинтербанк» и ООО «Экономикс» основаны на неправильном применении норм материального и процессуального права, не соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам и сделаны без оценки и исследования всех имеющихся в материалах дела доказательств.

Финансовый управляющий ФИО3 в деле о банкротстве №А40-186546/2020 ФИО6 в отзыве на кассационный жалобы указал, что                     ФИО3 в ответ на его запрос не предоставил ему сведений в отношении обязательств, рассматриваемых в данном деле о банкротстве должника, в том числе по настоящему обособленному спору.  Финансовый управляющий считает, что данные действия ФИО3 направлены на сокрытие имущественных обязанностей, а также незаконное воспрепятствование его деятельности. 

Другие участвующие в обособленном споре лица письменных отзывов на кассационные жалобы не представили.

Кассационные жалобы рассматриваются Арбитражным судом Центрального округа в порядке, установленном гл. 35 АПК РФ.

Участвующие в обособленном споре лица, за исключением подателей жалоб, ФИО3 и ООО "ЦентрАгроСпецСтрой", своих представителей в судебное заседание не направили, о его проведении извещены надлежащим образом, финансовый управляющий  ФИО3 известил суд о возможности рассмотрения жалобы в его отсутствие, в связи с чем и на основании ч.3 ст.284 АПК РФ судебное заседание проводится в их отсутствие.

В судебном заседании представители ГК «АСВ» и КБ «Росинтербанк» настаивали на отмене обжалуемых судебных актов, поддержав приведенные в кассационных жалобах с пояснениями к ним доводы.

Представитель кредитора - ООО "ЦентрАгроСпецСтрой", поддержал кассационные жалобы, просил их удовлетворить.

Представитель ФИО3 по доверенности возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

Проверив правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационных жалоб и отзыва на них, выслушав представителей участвующих в обособленном споре лиц, суд кассационной инстанции, исходя из предоставленных ему ч.1 ст. 268 АПК РФ полномочий и с учетом приведенных в абз. 2 п. 37 постановления Пленума ВС РФ от 30.06.20 № 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции" (далее - постановление Пленума ВС РФ № 13) разъяснений, не нашел оснований для отмены обжалуемых судебных актов об отказе в удовлетворении заявления ООО «Экономикс» в связи со следующим.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ООО «Экономикс» на основании договора цессии от 11.08.16 № Ц-46-05/16 обратилось в суд первой инстанции с заявлением о признании обоснованными и включении в реестр требований к должнику в сумме 2 250 000 000 руб. долга по кредитному договору от 05.08.13 № 

<

***> на основании договора поручительства от 05.08.13 № 112-305-08/13.

При рассмотрении заявления ФИО3 указывал, что по отношению к КБ «Росинтербанк» он является бенефициарным владельцем мажоритарного акционера данного банка с общей долей участия 75,47%, а на 2013 год имел долю эффективного контроля над действиями данного банка  в размере 42,58% общего количества акций.

По отношению к должнику ФИО3 до 09.10.13 являлся его 100% участником, а с 09.10.13 (даты продажи 0,0001% в уставном капитале должника ООО "РСХБ-Финанс") доля его участия составила 99, 9999%.

В обоснование заявления ООО «Экономикс»  ссылалось на следующее.

05.08.13 между КБ «Росинтербанк» (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен кредитный договор № 

<

***> о предоставлении невозобновляемой кредитной линии с лимитом выдачи 2 250 000 000 руб. в целях финансирования хозяйственной деятельности должника сроком до 01.06.19 под 16% годовых на остаток задолженности.

Пунктом 1.7 названного кредитного договора предусмотрено обеспечение исполнения обязательств ФИО3 перед КБ «Росинтербанк» путем предоставления поручительства должником (п. 1.7.1), передачи в залог КБ «Росинтербанк» доли ФИО3 в уставном капитале должника (п. 1.7.2) и принадлежащих должнику объектов недвижимости  (п. 1.7.3-1.7.31) – в срок до 30.09.13.

05.08.13 между КБ «Росинтербанк» и должником во исполнение п. 1.7 указанного кредитного договора заключен договор поручительства № 112-305-08/13, в соответствии с которым должник обязался солидарно отвечать перед КБ «Росинтербанк» по всем обязательствам ФИО3 по кредитному договору в течение 3-х лет с момента наступления срока исполнения обязательств заемщика по возврату основного долга.

05.08.13 решением ФИО3 как единственного участника должника одобрено совершение должником крупной сделки в виде указанного поручительства.

Сведений о заключении договоров залога во исполнение п.п. 1.7.2, 1.7.3-1.7.31 указанного кредитного договора в материалы дела не представлено.

В период с 05.08.13 по 29.05.15 во исполнение условий кредитного договора КБ «Росинтербанк» перечислил 2 250 000 000 руб. на счет ФИО3                                                    № 40817810000000000184, открытый в данном банке,  несколькими траншами:  05.08.13 - 500 000 000 руб., 14.08.13 - 500 000 000 руб., 29.08.14 - 350 000 000 руб., 22.12.14 -                              350 000 000 руб., 29.05.15 - 350 000 000 руб., 12.11.15 - 200 000 000 руб.

В период с 05.08.13 по 11.08.16 согласно выписке по счету № 47427810500005100053       КБ «Росинтербанк» за пользование кредитом начислено 773 073 074,39 руб. процентов, а со счета  ФИО3 № 40817810000000000184 погашено процентов на сумму                            527 101 369,89 руб.

17.12.15 между КБ «Росинтербанк» и ФИО3 заключено дополнительное соглашение № 1 к кредитному договору от 05.08.13 № 

<

***>, в соответствии с которым, начиная с 06.12.15, ежемесячно начисляемые по договору проценты подлежат уплате в день полного погашения кредита (01.06.19).

11.08.16 между КБ «Росинтербанк» (цедент) и ООО «Экономикс» (цессионарий) заключен договор цессии № Ц-46-05/16, согласно которому КБ «Росинтербанк» с даты подписания договора передал ООО «Экономикс» все принадлежащие ему права требования к ФИО3 и должнику по кредитному договору № 

<

***> от 05.08.13 и договору поручительства от 05.08.13 № 112-305-08/13, общая сумма которых на дату заключения договора цессии составила 2 484 136 088,03 руб. (основной долг – 2 250 000 000 руб., проценты – 234 136 088,03 руб.).

Согласно п. 3.1 договора цессии, стоимость уступаемых прав составляет                              2 484 136 088,03 руб. и подлежит внесению в течение 10 дней с даты заключения договора цессии.

12.08.16 платежным поручением № 84 ООО «Экономикс» перечислило КБ «Росинтербанк» в качестве оплаты цессии 2 484 136 088,03 руб. с расчетного счета                                             № 

<

***>, открытого в КБ «Росинтербанк».

19.09.16 приказами Банка России № ДО-3141 и № ДО-3143 у КБ «Росинтербанк» отозвана лицензия на осуществление банковской деятельности и назначена временная администрация с 19.09.16.

04.10.16 определением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-196844/2016  по заявлению  ГУ ЦБ РФ в лице Банка Росии по ЦФО от 26.09.16 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) КБ «Росинтербанк».

07.11.16 решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-196844/2016 КБ «Росинтербанк»  признан  несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ».

25.11.19 определением суда первой инстанции принято заявление ФИО7 от 20.11.19 о признании должника несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу.

20.01.20 (полный текст от 27.01.20) определением суда первой инстанции в отношении должника открыта процедура наблюдения.

08.02.20 сведения о введении в отношении должника наблюдения опубликованы в газете "Коммерсантъ".

06.03.20 ООО «Экономикс»  обратилось в суд первой инстанции с заявлением о признании обоснованными и включении в реестр требований к должнику в сумме 2 250 000 000 руб. долга по кредитному договору от 05.08.13 № 

<

***> на основании договора поручительства от 05.08.13 № 112-305-08/13.

Рассмотрев указанное заявление ООО «Экономикс», суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь ст.ст. 16, 71 Федерального закона от 26.10.02 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – закон № 127-ФЗ), разъяснениями, содержащимися в п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.12 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление Пленума ВАС РФ№ 35), признали данное заявление не подлежащим удовлетворению, сославшись на то, что обоснованность спорного требования не подтверждена надлежащими доказательствами.

В частности, суды пришли к выводу о нереальности  заемных правоотношений между ФИО3 и КБ «Росинтербанк», незаключенности договора поручительства от 05.08.13 № 112-305-08/13 между должником и КБ «Росинтербанк», мнимости договора цессии от 11.08.16 № Ц-46-05/16 между КБ «Росинтербанк» и ООО «Экономикс».

Суд округа не в полном объеме поддерживает приведенные выводы судов.

Согласно ст. 223 АПК РФ, ст. 32 закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - закон № 127-ФЗ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по предусмотренным АПК РФ правилам с особенностями, установленными законом № 127-ФЗ.

Согласно п. 1 ст. 71 закона № 127-ФЗ, для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В соответствии с приведенными в п. 26 постановления Пленума ВАС РФ № 35 разъяснениями, в силу п. 3 - 5 ст. 71 и п. 3 - 5 ст. 100 закона № 127-ФЗ проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (ч. 3 ст. 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими не исполненные должником обязательства, по правилам, установленным АПК РФ.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В рассмотренном судами заявлении, ООО «Экономикс» обосновывает наличие права на включение требований к должнику в реестр  в деле о его банкротстве наличием непогашенной в срок до 01.06.19 задолженности ФИО3 перед КБ «Росинтербанк» в размере 2 250 000 000 руб. по кредитному договору от 05.08.13 № 

<

***>, за погашение которой должник поручился перед КБ «Росинтербанк» по договора поручительства от 05.08.13 № 112-305-08/13, и право требования которой перешло к ООО «Экономикс» от КБ «Росинтербанк» по договору цессии от 11.08.16 № Ц-46-05/16.

Относительно вывода судов первой и апелляционной инстанций о нереальности  заемных правоотношений между ФИО3 и КБ «Росинтербанк суд кассационной инстанции исходит из следующего.

Принимая во внимание, что требование о включении в реестр заявлено ООО «Экономикс» как к поручителю, суды первой и апелляционной инстанций руководствуясь ст.ст. 361, 363 ГК РФ и приведенными в п. 48 постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.12 № 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством" (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 42) разъяснениями, пришли к правомерному выводу о том, что требование к должнику как поручителю может быть установлено в деле о банкротстве лишь при условии, что должником по обеспеченному поручительством обязательству допущено нарушение обеспечиваемого поручительством обязательства, в данном случае – при условии неисполнения условий кредитного договора от 05.08.13 № 

<

***>, заключенного  между КБ «Росинтербанк» и основным должником ФИО3

В ходе рассмотрения заявления, судом первой инстанции на основании ст. 82                 АПК РФ в целях проверки заявления ФИО3 в порядке ст. 161 АПК РФ о фальсификации представленных ООО «Экономикс»  доказательств - кредитного договора              № 

<

***> от 05.08.13, дополнительного соглашения № 1 от 17.12.15 и решения единственного участника должника ФИО3  об одобрении  крупной сделки от 05.08.13 была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено  экспертам ФБУ "Калужская лаборатория судебной экспертизы" Министерства юстиции Российской Федерации (далее – ФБУ «Калужская ЛСЭ»).

Заключением судебной экспертизы № 808/1-3 от 10.11.20  установлено, что в подписи от имени ФИО3 на листах указанных документов выполнены не им, а другим лицом (лицами) с подражанием его подлинной подписи.

Также судом первой инстанции, с учетом ответа ФГБУ «ФКП Росреестра» от 09.10.20, установлено, что поименованные в  п.п. 1.7.3-1.7.31 кредитного договора от 05.08.13  № 

<

***> кадастровые номера объектов должника, подлежащих передаче в залог КБ «Росинтербанк», присваивались данным объектам в период с 07.11.13 по 28.01.14, то есть, после даты заключения кредитного договора.

Таким образом, по мнению суда первой инстанции, выводы экспертов согласуются с представленными в материалы дела доказательствами невозможности существования кредитного договора № 

<

***> от 05.08.13.

Исследовав и оценив данное заключение с учетом материалов дела, суд первой инстанции признал проведенную экспертизу надлежащим доказательством, не нашел предусмотренных АПК РФ оснований для назначения повторной экспертизы и, руководствуясь ст. 161 АПК РФ, исключил из числа доказательств по делу кредитный договор № 

<

***> от 05.08.13, дополнительное соглашение от 17.12.15 № 1 к кредитному договору и решение единственного участника должника ФИО3  об одобрении  крупной сделки от 05.08.13 в связи с их фальсификацией.

Суд апелляционной инстанции поддержал приведенные выводы суда первой инстанции, также отказав в удовлетворении заявленных ему ходатайств о назначении по делу повторной экспертизы по вопросу принадлежности ФИО3 подписей, учиненных от его имени на исключенных судом первой инстанции из материалах дела доказательствах., не найдя для этого предусмотренных ч.2 ст. 87 АПК РФ оснований.

Суд округа, оценив приведенные в кассационных жалобах возражения против оценки судами первой и апелляционной инстанций заключения судебной экспертизы, отказа в назначении повторной экспертизы и исключения из материалов дела указанных доказательств (кредитного договора с приложением к нему и решения единственного участника должника об одобрении сделки), не находит оснований для их удовлетворения.

При совершении обжалуемых процессуальных действий, суды выполнили требования ст.ст. 82, 87, 161, 71 АПК РФ, не допустив их нарушения. 

Как правильно указано судами при отклонении поддержанных в кассационных жалобах возражений, заключение судебной экспертизы не содержит исключающих его достоверность пороков; выполнено в соответствии с обязательными нормативными предписаниями, по надлежащим экспериментальным образцам подписей; составлено при надлежащем разъяснениями экспертам уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; фактически возражения против экспертного заключения представляют собою несогласие подателей жалоб с выводами экспертов.

Основываясь на изложенном суд первой инстанции указал, что установленные им пороки кредитного договора № 

<

***>, в том числе его подписание неизвестным лицом и содержащиеся в нем сведения, объективно не существовавшие на дату 05.08.13, исключают возможность оценки доказательства как подтверждающего действительность принятых на себя сторонами обязательств. Суд апелляционной инстанции приведенный вывод суда первой инстанции поддержал.

При этом, суды первой и апелляционной инстанций правомерно указали на то, что, поскольку в силу ст.ст. 807, 809, 810 ГК РФ договор займа является реальной сделкой, то исключение кредитного договора от 05.08.13 № 

<

***> с дополнительным соглашением к нему из числа доказательств по делу само по себе не исключает возможности существования действительных заемных правоотношений между КБ «Росинтербанк» и ФИО3, обеспечиваемых поручительством должника.

В связи с этим суды правильно сослались на то, что, в связи с исключением из материалов дела названного кредитного договора с дополнительным соглашением, предметом доказывания по настоящему обособленному спору являются факты реального предоставления заимодавцем (КБ «Росинтербанк») заемщику  (ФИО3) суммы займа и невозврата их должником в определенный срок в целях установления наличия между сторонами правоотношений по договору займа.

Применительно к обозначенному предмету доказывания реальности займа, суды первой и апелляционной инстанций указали, что представленные ООО «Экономикс» и ГК «АСВ» выписки о движении денежных средств, представленные в соответствии со ст.ст. 7, 8 65 АПК РФ в подтверждение выдачи КБ «Росинтербанк» и частичного погашения кредита ФИО3, не подтверждают с необходимой достоверностью обстоятельства движения денежных средств применительно к п. 26 постановления Пленума ВАС РФ № 35. 

Суд первой инстанции в обоснование данного вывода сослался на следующее.

ФИО3, возражая против доводов заявителя о реальности движения денежных средств по счетам в КБ «Росинтербанк», указал, что выписки содержат сведения об их изготовлении по запросу МИФНС России №3 по Республике Адыгея. Так, выписка о движении денежных средств по счету № 47423810700005902699 содержит сведения о ее формировании в ответ на запрос от 12.08.16; при этом МИФНС России №3 по Республике Адыгея располагается по адресу, указанному в выписке, только с 18.09.18. Кроме того, п.2 ст. 86 Налогового кодекса Российской Федерации в действовавшей в спорный период редакции не предусматривал направление налоговым органом запросов о движении денежных средств по счетам физических лиц. В ответ на запрос суда МИФНС России №3 по Республике Адыгея сообщила, что сведения о движении денежных средств в КБ «Росинтербанк» не запрашивала.

Вместе с тем, относительно данного вывода суда суд кассационной инстанции отмечает следующее.

Кроме выписки  по счету № 47423810700005902699, суд первой инстанции не указал, в выписках по каким конкретно счетам, имеющимся в материалах дела, приведена информация об их предоставлении по запросу МИФНС России №3 по Республике Адыгея.

При этом, в материалах дела имеются выписки по следующим счетам: счет                          № 40817810000000000184 (т.12, л.д. 4-9, 10-37), счет № 45507810300000000209 (т. 1, л.д. 82-83), счет № 47427810500005100053 (т. 1, л.д. 85-91). В данных выписках, вопреки выводам суда первой инстанции и указаниям ФИО3,  не указано наименование налогового органа, по запросам которого они составлены в отношении ФИО3.

Кроме того, суд первой инстанции не указал, какое правовое значение для решения вопроса о реальности предоставления КБ «Росинтербанк» ФИО3 суммы займа  имеет выписка о движении денежных средств по счету № 47423810700005902699 - специальному банковскому счету, на котором, судя по материалам дела, учитывалась сумма, полученная КБ «Росинтербанк» от реализации ООО «Экономикс» права требования по договору цессии (т.5, л.д. 45).

Суд первой инстанции также указал, что он обращает внимание на отсутствие сведений об исходящем движении денежных средств из КБ «Росинтербанк», что все представленные сторонами документы опосредуют движение денежных средств внутри данного банка, и не могут быть проверены путем сопоставления с иными доказательствами.

При этом суд первой инстанции отклонил довод ООО «Экономикс» о том, что в судебном заседании, состоявшемся 17.06.20, ФИО3 подтвердил, что счет              № 40817810000000000184 в КБ «Росинтербанк» принадлежал ему и находился в его распоряжении, сославшись в обоснование на то, что ФИО3 последовательно настаивал на недостоверности сведений о движении денежных средств по указанному счету (зачисления и списания, отраженные в иных выписках), а также на то, что при этом выписка по указанному счету представлена не была.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции отмечает, что, вопреки приведенному выводу суда первой инстанции, в материалы дела ГК «АСВ» были представлены выписки по открытому на имя ФИО3 счету № 40817810000000000184 в КБ «Росинтербанк», приобщенные судом первой инстанции к материалам дела (т.12, л.д. 4-9, 10-37).

Суд апелляционной инстанции также указал на наличие выписок по данному счету в материалах дела.

Данные выписки не признаны судами недопустимыми доказательствами, не исключены из числа доказательств по делу.

Применительно к выпискам по счету № 408 17 810 0 0000000 0184, вывод суда первой инстанции о том, что все представленные сторонами документы опосредуют движение денежных средств внутри КБ «Росинтербанк» и не могут быть проверены путем сопоставления с иными доказательствами, противоречит имеющимся в материалах дела выпискам по указанному счету, на которые также ссылался и апелляционный суд.

Так, в имеющихся в материалах дела выписках по данному счету, открытому на имя ФИО3, отражены следующие исходящие перечисления с него денежных средств из КБ «Росинтербанк» на счета в другие банки: 

- 14.08.13 перечисление 43 000 руб. на счет получателя ФИО8 в Северо-Западный банк ОАО «Сбербанк России» (т.12, л.д. 8);

- 05.12.13 перечисление 41 000 руб. на счет получателя ФИО8 в Северо-Западный банк ОАО «Сбербанк России»  (т.12, л.д. 28);

- 07.07.14 перечисление 17 000 руб. на счет получателя ФИО8 в Северо-Западный банк ОАО «Сбербанк России» (т.12, л.д. 13);

- 05.12.14 перечисление 54 000 руб. на счет получателя ФИО8 в Северо-Западный банк ОАО «Сбербанк России» (т.12, л.д. 11);

- 11.03.15 перечисление 200 005 000 руб. на счет получателя ФИО3 в ОАО «Сбербанк России» (т.12, л.д. 10 – оборот листа);

- 05.10.15 перечисление 80 000 руб. на счет получателя ФИО9 в ПАО «Сбербанк» (т.12, л.д. 14).

Приняв в качестве основательных доводы ФИО3 о недостоверности сведений о движении денежных средств по счету № 40817810000000000184, суд первой инстанции оставил без оценки приведенные исходящие операции по переводу денежных средств с указанного счета на счета в иных банках и, в том числе, на счет  самого ФИО3 в ПАО «Сбербанк России» с суммой перечисления в размере 200 005 000 руб.

Таким образом, вопреки выводам судов, в материалах дела имеются документы, опосредующие исходящее движение денежных средств по спорному кредиту, в данном случае – со счета № 40817810000000000184, открытого в КБ «Росинтербанк», на счета, открытые в другом банке – ОАО «Сбербанк России». Соответственно, реальность зафиксированных по данному счету исходящих перечислений и их основание объективно возможно проверить путем сопоставления с иными доказательствами, исходящими от другого банка – ОАО «Сбербанк России».

Судами такой проверки проведено не было.

В дополнение к этому, суд первой инстанции не оценил, что в п. 3.8 договора срочного банковского вклада от 01.12.11 № 16376-410-12/11, заключенного ФИО3 с КБ «Росинтербанк», в качестве счета для начисления процентов по договору указан этот же счет (т.13, л.д. 86-87). 

Оригинал данного договора с подписью ФИО3 был представлен и использовался экспертами при проведении судебной экспертизы в качестве документа с образцом подписи ФИО3 После проведения экспертизы договор был возвращен экспертами в числе прочих документов суду – п. 15 приложения к сопроводительному письму ФБК «Калужская ЛСЭ» от 10.11.20 № 808/1-3 (т.13, л.д. 23). Данный договор не исключался судом из числа доказательств по делу.

При этом, в судебном заседании представитель ФИО3 указывал, что его доверитель признает часть операций по счету № 40817810000000000184 в качестве совершенных по его распоряжению, не признавая при этом операции, относящиеся к рассматриваемому в настоящем обособленном споре кредитному договору.

Также в материалах дела имеются выписки по следующим счетам:                                        № 45507810300000000209, № 47427810500005100053, № 47423810700005902699, на которые ссылались суды первой и апелляционной инстанций.

Относительно возможности использования указанных выписок для оценки реальности предоставления займа исходя из отраженных на данных счетах операций, с учетом режима их использования, суд округа отмечает следующее.

Определение предназначения и режима использования счета возможно исходя из его номера в соответствии с действовавшими в спорный период и прошедшими регистрацию в Минюсте России 03.09.12 за № 25350 Приложениями к Правилам ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории Российской Федерации", утвержденным Банком России 16.07.12 № 385-П (далее – Правила № 385-П).

В частности, счет № 455 07 810 3 0000 0000209 в соответствии с п. 4.46. Раздела 4 Главы А Части II Приложения к Положению N 385-П имеет назначение: счет N 455 07 " Кредиты на срок свыше 3 лет" - учет кредитов и прочих размещенных средств (в договоре указывается вид размещенных средств), физическим лицам.

Данный открытый активный счет второго порядка предназначен для учета задолженности по кредитам и прочим размещенным средствам по срокам погашения, для учета задолженности по прочим средствам, предоставленным физическим лицам.

По дебету счета отражаются: суммы предоставленных кредитов и прочих размещенных средств в корреспонденции с банковскими счетами клиента, счетом по учету кассы (для физических лиц), счетами по учету депозитов (вкладов) физических лиц, корреспондентскими счетами, суммы причисленных процентов в корреспонденции со счетом по учету требований по получению процентов.

По кредиту счетов отражаются: суммы погашенной задолженности по предоставленным клиентам кредитам и прочим размещенным средствам в корреспонденции с банковскими счетами клиентов, счетом по учету кассы (для физических лиц), счетами по учету депозитов (для физических лиц), счетом по учету обязательств по выплате краткосрочных вознаграждений работникам, корреспондентскими счетами.

Таким образом, операции по данному счету отражают сумму предоставленного кредита и размер произведенного возврата кредита

Счет № 474 27 810 5 0000 5100053 в соответствии с п. 4.73. Раздела 4 Главы А Части II Приложения к Положению N 385-П имеет назначение: «счет N 474 27 "Требования по получению процентов" - учет начисленных (накопленных) процентов по размещенным средствам, а также по операциям с ценными бумагами, совершаемым на возвратной основе, и причитающихся к получению в установленные договорами сроки либо при наступлении предусмотренных договором обстоятельств. Счет активный.

По дебету счета отражаются суммы начисленных процентов по размещенным средствам, операциям с ценными бумагами, совершаемым на возвратной основе в корреспонденции со счетом по учету доходов.

По кредиту счета отражаются суммы полученных процентов в корреспонденции с банковскими счетами клиента, счетами по учету размещенных средств или привлеченных средств по операциям с ценными бумагами, совершаемыми на возвратной основе, счетом по учету обязательств по выплате краткосрочных вознаграждений работникам, корреспондентскими счетами, кассы (по физическим лицам).

Таким образом, операции по данному счету отражают сумму начисленных и погашенных процентов по кредитному договору.

Счет № 474 23 810 7 0000 5902699 в соответствии с п. 4.70. Раздела 4 Главы А Части II Приложения к Положению N 385-П имеет назначение: «счет N 474 23 "Требования по прочим операциям" - учет операций, не предусмотренных счетами N 47401 - N 47420. Счет N 47422 пассивный, счет N 47423 активный.

По кредиту счета N 47422 отражаются обязательства кредитной организации в корреспонденции с соответствующими счетами.

По дебету счета N 47423 отражаются требования кредитной организации в корреспонденции с соответствующими счетами.

В силу приведенных правил бухгалтерского учета, указанные три счета являются специальными банковскими счетами, на которых КБ «Росинтербанк» велся внутренний учет ссудной задолженности по кредитному договору (№ 455 07 810 3 0000 0000209), учитывались начисленные и оплаченные проценты по кредитному договору                                                 (№ 474 27 810 5 0000 5100053), велся учет выручки по реализации права требования по договору цессии (№ 474 23 810 7 0000 5902699).

С учетом изложенного, отражение на трех указанных счетах движения денежных средств внутри КБ «Росинтербанк», вопреки выводам суда первой инстанции, не является доказательством нереальности выдачи спорного займа, поскольку, в силу правил бухгалтерского учета в кредитных организациях, на данных счетах не могло и не должно было отражаться исходящего движения денежных средств из КБ «Росинтербанк». Эти счета предназначены именно для учета движения денежных средств внутри банка, в котором они открыты.

Суд апелляционной инстанции в дополнение к приведенным выводам суда первой инстанции, отклоняя доводы  ООО «Экономикс» и ГК «АСВ» о том, что факт заключения между  КБ «Росинтербанк» и ФИО3 кредитного договора № 

<

***> от 05.08.13 и выданного по нему кредита в размере 2 250 000 000 руб. подтверждается  представленными в материалы дела банковскими выписками по счету ФИО3                                  № 40817810000000000184 в КБ «Росинтербанк», банковскими ордерами № 594761 от 05.08.13, № 608442 от 14.08.13, № 951927 от 29.08.14, № 15855665 от 22.12.14, № 2698953 от 29.05.15, № 3767412 от 12.11.15 (т. 9, л.д. 153-158), сослался на следующее.

Сами по себе банковские ордера, являющиеся внутренними учетными документами самого банка и отражающие операции по ссудному счету, открытому для учета самим банком операций, согласно Правилам ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, утвержденным приказом Банка России от 18.06.97 (утратил силу с 1 января 2003 года в связи с изданием Указания ЦБ РФ от 05.12.02 N 1216-У, в настоящее время - Положение о Плане счетов бухгалтерского учета для кредитных организаций и порядке его применения, утвержденное Банком России 27.02.17 N 579-П), не могут подтверждать факт предоставления кредита, в отсутствие платежных документов и выписок по счету.

Апелляционный суд также указал, что представленная выписка по счету                                  № 40817810000000000184 как односторонняя запись банка в отсутствие должным образом оформленных оригиналов документов на выдачу кредита не подтверждает наличие у ФИО3 обязанности по возврату денежных средств.

 Вместе с тем, в соответствии с Положением № 385-П, назначение счета: «счет                 № 40817 "Физические лица"» - это учет денежных средств физических лиц, не связанных с осуществлением ими предпринимательской деятельности. Счет открывается в валюте Российской Федерации или в иностранной валюте на основании договора банковского счета. Счет пассивный.

По кредиту счета отражаются суммы, вносимые наличными денежными средствами; суммы переводов денежных средств, поступивших в пользу физического лица со счетов юридических и физических лиц, депозитов (вкладов); суммы предоставленных кредитов и другие поступления денежных средств, предусмотренные нормативными актами Банка России.

По дебету счета отражаются суммы, получаемые физическим лицом наличными денежными средствами; суммы переводов денежных средств физических лиц на счета юридических и физических лиц, на счета депозитов (вкладов); суммы, направленные на погашение задолженности по предоставленным кредитам и другие операции, предусмотренные нормативными актами Банка России.

Таким образом, из приведенных норм Положения № 385-П следует, что счет                     № 408 17 810 0 0000 0000184, открытый в АО КБ «Росинтербанк» на имя ФИО3, является расчетным счетом для осуществления приходно-расходных операций с денежными средствами.

В соответствии с п.1 ст. 845 ГК РФ, по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Согласно п.4 ст. 845 ГК РФ, права на денежные средства, находящиеся на счете, считаются принадлежащими клиенту в пределах суммы остатка, за исключением денежных средств, в отношении которых получателю денежных средств и (или) обслуживающему его банку в соответствии с банковскими правилами и договором подтверждена возможность исполнения распоряжения клиента о списании денежных средств в течение определенного договором срока, но не более чем десять дней.

Однако, определение назначения и режима использования счета                                           № 40817810000000000184 в качестве односторонней записи банка, не имеющей доказательственного значения, сделаны апелляционным судом без учета приведенных выше правил бухгалтерского учета и норм ГК РФ о договоре банковского счета.

В силу изложенного выводы судов первой и апелляционной инстанций о том, что выписки о движении денежных средств, представленные в материалы дела  ГК «АСВ» и ООО «Экономикс» в подтверждение выдачи КБ «Росинтербанк» и частичного погашения кредита ФИО3 не подтверждают с необходимой достоверностью обстоятельства движения денежных средств применительно к п. 26 постановления Пленума ВАС РФ              № 35, сделаны без соответствующей требованиям ст.ст. 65, 71 АПК РФ полной и всесторонней оценки всех имеющихся в материалах дела доказательств, с учетом норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения.

В качестве следующего основания для вывода о недоказанности реальности предоставления КБ «Росинтербанк» займа ФИО3, суды первой и апелляционной инстанций также сослались на то, что, согласно отчетности КБ «Росинтербанк», предоставленной ФИО3 и ООО "РСХБ-Финанс", обороты КБ «Росинтербанк» по счету 45507 "кредиты на срок свыше 3 лет" за 2013-2016 годы были значительно ниже каждого отдельного транша в пользу ФИО3 по кредитному договору; в акте плановой комплексной проверки КБ «Росинтербанк», предоставленном ЦБ РФ, отсутствует информация о факте заключения 05.08.13 кредитного договора с ФИО3; в составе информации о 30 крупных заемщиках (группах связанных заемщиков) в отчетности КБ «РосинтерБанк» по форме 0409118 "Данные о концентрации кредитного риска" на отчетные даты 01.09.13 и 01.01.14 сведения в отношении ФИО3 отсутствуют.

Суд первой инстанции также указал, и с ним согласился апелляционный суд, что сама по себе возможность для ФИО3 влиять на действия КБ «Росинтербанк», в том числе по формированию отчетности перед контролирующими органами, не может служить достаточным подтверждением обоснованности заявленного ООО «Экономикс» требования в отсутствие иных объективных доказательств наличия исходящих денежных средств в заявленной сумме с учетом учтенных в отчетности кредитных обязательств от 15.08.13 и 16.08.13.

Вместе с тем, признавая достоверной указанную отчетность КБ «Росинтербанк», суд первой инстанции привел сведения о том, что у КБ «Росинтербанк», контролируемого ФИО3, приказами Банка России 19.09.16 № ДО-3141 и № ДО-3143 была отозвана лицензия на осуществление банковской деятельности и с 19.09.16 назначена временная администрация. Впоследствии определением Арбитражного суда г. Москвы по делу  № А40-196844/2016  от 04.10.16 по заявлению  ГУ ЦБ РФ в лице Банка Росии по ЦФО от 26.09.16 в возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) КБ «Росинтербанк». Решением суда от 07.11.16 КБ «Росинтербанк»  признан  несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ».

Также суд первой инстанции ссылался на представленную в материалы дела копию письма ГК «АСВ» №01к/9723 от 29.01.19, согласно которому бывшее руководство КБ «Росинтербанк» после отзыва лицензии не обеспечило передачу временной администрации и конкурсном управляющему электронной базы данных банка и кредитных досье, сведений о счетах и движении денежных средств, в том числе в отношении задолженности ФИО3 (т.2 л.д. 137).

Кроме того, суд первой инстанции привел позицию ФИО3 о том, что у ФИО10, действовавшего от имени КБ «Росинтербанк» по доверенности, отсутствовали полномочия на заключение договора цессии от 11.08.16 с ООО «Экономикс».

При этом, определением Арбитражного суда города Москвы от 16.09.20 по делу               № А40-196844/2016 о банкротстве КБ «Росинтербанк», на которое ссылался суд первой инстанции, ФИО10 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам                      КБ «Росинтербанк».

В качестве оснований для привлечения ФИО10, являвшегося заместителем председателя Правления, акционером и членом Совета Директоров КБ «Росинтербанк» к субсидиарной ответственности, суд сослался на следующее.

ФИО10 в нарушение ст. 189.35 закона № 127-ФЗ, согласно составленным временной администрацией Банка в лице Банка России акту об отсутствии запрошенных документов и электронных баз данных от 15.09.16, акту 1 о воспрепятствовании руководством Банка осуществлению ею своих функций по управлению от 20.09.2016, акту об отсутствии документов и электронной базы данных от 16.11.2016, временной администрацией Банка в лице Банка России не были переданы оригиналы документов и электронных баз данных, а именно: автоматизированная банковская система; кредитные договоры; договоры и иные документы, заключенные в обеспечение исполнения обязательств заемщиков по кредитным договорам, в том числе закладные, и дополнительные соглашения к указанным договорам; иные документы, входящие в кредитное досье или связанные с кредитными или обеспечительными договорами; реестр выданных банковских гарантий; базы данных КБ «Росинтербанк» на электронных носителях (резервные копии баз данных), которые содержат информацию об имуществе, обязательствах КБ «Росинтербанк», их движении, и обязанность, ведения которых установлена Федеральным законом "О банках и банковской деятельности", отчетность по форме 0409101, ведомость остатков по счетам на дату назначения временной администрации (кроме обнаруженных временной администрацией).

Кроме того, ФИО10 осуществлены действия, направленные на незаконное воспрепятствование деятельности временной администрации путем сокрытия всей банковской документации и уничтожения серверного оборудования, содержащего электронную базу данных Банка.

По фактам непередачи кредитных досье и электронной базы данных временной администрацией направлено заявление в Следственный департамент МВД РФ от 21.09.16               № 1-1/41913 по ч.3 ст. 195 и ч.2 ст. 274 УК РФ. Согласно указанному заявлению, в результате совершенных действий по повреждению электронной базы данных Банка и сокрытию (либо уничтожению) кредитных досье временная администрация не имеет возможности совершить действия, направленные на взыскание задолженности с заемщиков, что причиняет Банку ущерб.

По результатам рассмотрения заявления 08.11.16 СУ УВД по СВАО ГУ МВД России по г. Москве возбуждено уголовное дело № 11601450200000752 по ч.3 ст. 195 и ч.4 ст. 159 УК РФ  по фактам не передачи кредитных досье и электронной базы данных и хищения денежных средств Банка под видом расходных операций по счетам клиентов Банка.

Также к материалам уголовного дела приобщены направленные 07.12.16 Банком России в МВД России и СК России заявления по ст.ст. 159, 160, 165, 201, 195, 196 УК РФ  по фактам непередачи кредитных досье и электронной базы данных, хищения денежных средств Банка под видом выдачи кредитов юридическим лицам и расходных операций по счетам клиентов Банка, а также возможного преднамеренного банкротства Банка.

Постановлением от 10.11.16 УВД по СВАО ГУ МВД России Банк признан потерпевшим по уголовному делу N 11601450200000752. В тот же день Банк признан гражданским истцом по делу. 

В ходе следствия по уголовному делу получены показания ФИО10 о том, что он, не информируя кого-либо, в период с 13.09.16 по 14.09.16 самостоятельно осуществил вывоз и уничтожение части документов из архива КБ «Росинтербанк», а также уничтожил базы данных. Постановлением от 02.10.18 преследование по уголовному делу                                N 11601450200000752 прекращено в связи с истечением сроков давности по преступлению, предусмотренному ч.3 ст. 195 УК РФ.

С учетом изложенного суд первой инстанции признал доказанным наличие оснований для привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности, поскольку презюмируется, что невозможность удовлетворения требований кредиторов КБ «Росинтербанк» в полном объеме явилась следствием необеспечения ФИО10 сохранности и не передачи (уничтожения) электронной базы данных Банка (резервной копии), а также в результате действий ФИО10 по сокрытию документации КБ «Росинтербанк» и по ее уничтожению. Неисполнение ФИО10 обязанности по передачи финансово-хозяйственной документации и электронных баз данных КБ «Росинтербанк» привело к существенному затруднению проведения процедуры банкротства и конкурсный управляющий не имеет возможности совершить действия, направленные на взыскание задолженности с заемщиков в полном объеме, что причиняет КБ «Росинтербанк» ущерб.

Данное определение Арбитражного суда города Москвы от 16.09.20 по делу               № А40-196844/2016 о банкротстве КБ «Росинтербанк», оставлено без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.12.20 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.03.21.

При этом, в обжалуемых судебных актах по настоящему спору обозначено, что  при рассмотрении заявления ООО «Экономикс» ФИО3 указывал, что по отношению к КБ «Росинтербанк» он является бенефициарным владельцем мажоритарного акционера данного банка с общей долей участия 75,47%, а на 2013 год имел долю эффективного контроля над действиями данного банка  в размере 42,58% общего количества акций.

Также, согласно общедоступной информации из ЕГРЮЛ, ООО "РСХБ-Финанс" 09.10.13 приобрело 0,0001 % доли в уставном капитале должника, а второй участник должника с долей 99,9999 % - ФИО3 Данное обстоятельство также установлено и в настоящем деле о банкротстве в обособленном споре о включении в реестр требований ООО "РСХБ-Финанс".

Однако, обосновывая вывод о недоказанности реальности предоставления КБ «Росинтербанк» займа на 2,250 млрд. руб. ФИО3 как фактически контролирующему его лицу ссылками на отсутствие в представленных ФИО3 и ООО "РСХБ-Финанс" документах сведений о предоставлении данного займа в отчетности КБ «Росинтербанк», на недостаточность оборотов КБ «Росинтербанк», а также указывая на недоказанность использования ФИО3 своего влияния на формирование отчетности                КБ «Росинтербанк», суды первой и апелляционной инстанций не приняли во внимание и оставили без определенной правилами 65, 71 АПК РФ оценки обстоятельства контроля ФИО3 над КБ «Росинтербанк», связь между ФИО3 и ООО "РСХБ-Финанс", обстоятельства уничтожения и сокрытия отчетности подконтрольного ФИО3 КБ «Росинтербанк», образующие состав преступления и основания для субсидиарной ответственности, хотя и сослались на часть из них.

Исходя из приведенных обстоятельств и нормативных положений, суд округа признает вывод судов первой и апелляционной инстанций о недоказанности реальности предоставления КБ «Росинтербанк» займа ФИО3 на сумму 2, 250 млрд. руб. основанным на неполном выяснении судами фактических обстоятельств по делу, неполном исследовании всех имеющихся в материалах дела доказательств в их совокупности и взаимной связи, как это предусмотрено ст. 71 АПК РФ,  а также постановленным без учета регулирующих спорные правоотношения норм материального права и, в том числе, в области банковского счета, правил бухгалтерского учета в кредитных организациях. 

С учетом изложенного, суд кассационной инстанции также не находит оснований для признания доказанным вывода судов первой и апелляционной инстанций о незаключенности договора поручительства от 05.08.13 № 112-305-08/13 между КБ «Росинтербанк» и должником, поскольку в его обоснование суды сослались на отсутствие в нем существенного условия – указания на основное обеспечивающее обязательство, на нереальность обеспечиваемого им обязательства – договора займа между ФИО3 и КБ «Росинтербанк».

Критическая оценка судами приведенных в заявлении от 29.07.20 и в письме от 01.10.13 противоречащих друг другу пояснений бывшего руководителя должника по состоянию на 05.08.13 ФИО11 по вопросу о том, выдавал ли должник поручительства по обязательствам третьих лиц, не свидетельствует о незаконности указанного договора поручительства.

В рамках настоящего обособленного спора участвующими в нем лицами требования о признании договора поручительства недействительным в качестве оспоримой сделки в связи с исключением из числа доказательств по делу решения единственного участника должника ФИО3 от 05.08.13 об одобрении крупной сделки, либо о его ничтожности, либо о его исключении из материалов дела как сфальсифицированного доказательства,  не заявлялось.

Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора суды первой и апелляционной инстанций не установили надлежащим образом, является ли реальным договор займа, и заключен ли договор поручительства, на основании которых подано рассматриваемое в настоящем обособленном споре заявление о включении в реестр.

Вместе с тем, предметом рассматриваемого обособленного спора является проверка обоснованности заявления о включении в реестр требования о возврате суммы займа, которое заявлено не первоначальным кредитором - КБ «Росинтербанк», а лицом, получившим данное право требования по договору цессии - ООО «Экономикс».

С учетом изложенного, сама по себе недоказанность должным образом выводов судов первой и апелляционной инстанций о нереальности наличия между ФИО3 и КБ «Росинтербанк» заемных правоотношений относительно спорной суммы, и, с учетом этого, о незаключенности договора поручительства между должником и КБ «Росинтербанк», не является безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения требования ООО «Экономикс» о включении в реестр, либо для направления обособленного спора в суд первой инстанции в целях проверки реальности выдачи данного займа и предоставления должником поручительства.

В силу приведенных требований ст. 71 закона № 127-ФЗ с учетом приведенных в          п. 26 постановления Пленума ВАС РФ № 35 разъяснений, заявление о включении в реестр требований, полученных кредитором по договору цессии, может быть удовлетворено только лишь при условии доказанности реальности права на предъявление такого требования к должнику непосредственно у цессионария. При недоказанности наличия такого права у цессионария, заявленное им требование о включении в реестр подлежит отклонению даже при условии доказанности реальности права требования, на переходе которого к нему по договору цессии он настаивает.

Лицо, обратившееся с заявлением о включении его требований к должнику в реестр обязано также доказать наличие у него права на обращение с данным заявлением в суд.

С учетом этого, еще одним основанием для отказа в удовлетворении заявления ООО «Экономикс» о включении в реестр послужил вывод судов первой и апелляционной инстанций о мнимости договора цессии № Ц-46-05/16 от 11.08.16, на котором ООО «Экономикс» основывает свое право на обращение в суд с данным заявлением.

Оценив выводы судов по данному поводу и возражения против них ООО «Экономикс» и ГК «АСВ» в кассационных жалобах и пояснениях к ним, с учетом материалов дела, суд округа признал вывод судов о мнимости договора цессии законным и обоснованным.

Так, отказывая ООО «Экономикс» в удовлетворении заявления по данному основанию, суды правомерно положениями п.1 ст. 170 ГК РФ, согласно которому мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

С учетом этого, по смыслу п.1 ст. 170 ГК РФ фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на

третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

При определении подходов к оценке сделки в качестве мнимой, суды также правомерно приняли во внимание сформулированную  в определении ВС РФ от 25.07.16 по делу № А41-48518/2014 правовую позицию, согласно которой фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (ст.ст. 65, 168, 170 АПК РФ). 

Применительно к определению правил распределения бремени доказывания/опровержения мнимости сделки, суды обоснованно учли приведенный в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.05.14 по делу № А41-36402/2012 правовой подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Также суды правомерно приняли во внимание разъяснения, приведенные в п. 20 Обзора судебной практики ВС РФ № 5 (2017), утвержденного Президиумом ВС РФ 27.12.15, и в п. 56 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.17 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по смыслу которых, если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков недействительности у данной сделки, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Отсутствие у лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с чем она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Исследовав и оценив с учетом приведенных правовых позиций и подходов имеющиеся в материалах дела доказательства, относящиеся заключенному между ООО «Экономикс» и КБ «Росинтербанк» договору цессии № Ц-46-05/16 от 11.08.16, на котором ООО «Экономикс» основывает свое прав на обращение в суд с рассмотренным заявлением о включении в реестр к должнику, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о мнимости данной сделки, сославшись на следующее.

По договору цессии ООО «Экономикс» пробрело у КБ «Росинтербанк» право требования к ФИО3 и должнику по номиналу – в размере долга, который существовал на дату заключения договора цессии: 2 484 136 088,03 руб. (2 250 000 000 руб. – основной долг, 234 136 088,03 руб. - проценты).

При этом, в силу условий кредитного договора от 05.08.13 № 

<

***> и дополнительного соглашения к нему № 1 от 17.12.15, ООО «Экономикс» имело право предъявить требование об уплате данной задолженности и процентов (с учетом доначисления) к должнику и поручителю только после 01.06.19, то есть, спустя более 2 лет и 9 месяцев с даты заключения договора цессии и уплаты за данное право 2 484 136 088,03 руб.

Также, в силу условий дополнительного соглашения № 1 от 17.12.15, проценты за пользование кредитом подлежали уплате в день полного погашения основного долга по кредитному договору.

Кроме того, как установлено судами и подтверждается материалами дела, ООО «Экономикс» приобрело за 2 484 136 088,03 руб. право требования возврата суммы кредита в размере 2,250 млрд. руб., с учетом процентов, которое было обеспечено только поручительством должника, участником которого с долей в 99, 9999% был получатель кредита и основной должник по кредитному договору ФИО3

Указанные в кредитном договоре обеспечительные сделки – договор залога доли ФИО3 в уставном капитале должника и договоры залога недвижимого имущества должника в действительности заключены не были.

Также договор цессии был заключен ООО «Экономикс» за 1 месяц до отзыва лицензии у КБ «Росинтербанк» и назначения временной администрации.

При этом, бенефициарным владельцем мажоритарного акционера КБ «Росинтербанк» с общей долей участия 75,47% являлся основной должник по кредитному договору, право требования к которому по номиналу приобрело ООО «Экономикс» - ФИО3

Оценив приведенные обстоятельства в совокупности и взаимной связи, суды первой и апелляционной инстанций пришли к соответствующему данным обстоятельствам выводу об отсутствии у договора цессии для ООО «Экономикс» наличия экономического смысла в выкупе в преддверии банкротства цедента КБ «Росинтербанк» задолженности по полной цене сделки и в заключении сделки по приобретению прав требований по кредиту, по условиям которого выплата процентов отсрочена до даты выплаты основного долга, а также при отсутствии предусмотренного кредитным договором обеспечении кредита путем залога доли в уставном капитале и залога недвижимости, при том, что указанное обстоятельство является существенным для определения ликвидности приобретаемого актива.

Приведенное ООО «Экономикс» в пояснениях к кассационной жалобе обоснование экономического смысла цессии в качестве инвестиции и начисления процентов по сделке в размере 16% годовых не опровергает приведенной оценки экономической целесообразности сделки, данной судам первой и апелляционной инстанций.

При этом, уплатив по договору цессии за уступку права требования 2 484 136 088,03 руб., ООО «Экономикс» просит признать обоснованной и включить в реестр должника меньшую сумму, чем было уплачено – 2 250 000 000 руб. (только сумму основного долга).

Довод ООО «Экономикс» о том, что надлежащей гарантией возврата кредита в установленный срок, несмотря на отсутствие залога недвижимости, было то, что основным должником является ФИО3, идентифицированный ООО «Экономикс» в качестве кредитоспособного и надежного, а также поручительство должника, судом округа оценивается критически.

Кроме того, несмотря на указанный довод о том, что одним из стимулов приобретения права требования по договору цессии для ООО «Экономикс» была личность, финансовая состоятельность основного должника - ФИО3, однако, после наступления срока возврата суммы кредита и процентов – 01.06.19, ООО «Экономикс» предъявило требование об их возврате не к основному должнику - ФИО3, а к поручителю.

Так, согласно сведениям  ООО «Экономикс», 14.05.19 оно направило ФИО3 и  должнику письма с реквизитами счета, на который следует перечислить сумму выданного ФИО3 кредита с процентами; 06.06.19 ООО «Экономикс» направило ФИО3 и должнику претензии с требованием о погашении долга за ФИО3 

Однако, в судебном порядке к должнику как поручителю ООО «Экономикс» обратилось с рассмотренным в настоящем обособленном споре заявлением о включении в реестр 06.03.20, а к ФИО3 с заявлением о включении требований в реестр в деле                № А40-186546/2020 о его банкротстве ООО «Экономикс» обратилось 17.02.21, то есть, спустя более 11 месяцев после обращения в судебном порядке с требованием к поручителю.

Также суд округа отклоняет как неосновательный довод ООО «Экономикс» о том, что обращение с требованием о возврате суммы кредита к основному должнику ФИО3 после предъявления такого требования к поручителю явилось следствием переговоров между ООО «Экономикс» и ФИО3 о возврате кредита.

Документального подтверждения достоверности сведений ООО «Экономикс» о таких переговорах в материалах дела не имеется. Присутствовавший в судебном заседании представитель по доверенности ФИО3 возражал против данного довода.

При этом суд округа также учитывает, что, как разъяснено в п. 13 постановления Пленума ВС РФ от 24.12.20 № 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве", несмотря на свою акцессорную природу, поручительство является отдельным самостоятельным обязательством, в связи с чем в ситуации кредитования группы кредитор в силу положений ст.ст. 323, 363 ГК РФ очевидно имеет право реализовать свое требование не только ко всем, но и к одному из солидарных должников, в том числе поручителей.

Однако названное право, как и любое иное субъективное право, может быть осуществлено только при соблюдении обязанности кредитора действовать добросовестно (п.3 ст. 1, п. 1 ст. 10 ГК РФ). В случае нарушения названной обязанности гражданское законодательство предусматривает возможность отказа в защите принадлежащего кредитору права (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Подобная последовательность предъявления требований ООО «Экономикс» в судебном порядке вначале к поручителю и только спустя более 11 месяцев к основному должнику, не может рассматриваться  в качестве добросовестной реализации ООО «Экономикс» права требования, на наличии которого оно настаивает.

Также суды при оценке реальности договора цессии обоснованно приняли во внимание и то, что оплата за уступку права в размере  2 484 136 088,03 руб. была произведена ООО «Экономикс» на следующий день после даты заключения договора цессии путем перечисления в адрес КБ «Росинтербанк» данной платы с расчетного счета                                         № 

<

***>, открытого ООО «Экономикс» также в КБ «Росинтербанк».

При этом, суды первой и апелляционной инстанций, проверяя доводы о действительности договора цессии от 11.08.16, неоднократно предлагали ООО «Экономикс» представить сведения об источнике происхождения указанных денежных средств в сумме 2 484 136 088,03 руб., из которых оплачена уступка права требования, на счете в КБ «Росинтербанк», в том числе сведения о заключенных заявителем сделках или о распоряжении денежными средствами, находившимися на счетах в иных банках.

ООО «Экономикс» таких доказательств судам не предоставило, источника образования денежных средств в указанном размере на своем счете в КБ «Росинтербанк» не раскрыло.

В кассационной жалобе и пояснениях к ней ООО «Экономикс» также не привело такой надлежащей достоверной информации, позволяющей с достаточной степенью достоверности идентифицировать данный источник, из которого на счет ООО «Экономикс» в КБ «Росинтербанк» поступили денежные средства в указанном размере.

Вместе с тем, как было указано, спустя незначительное время после проведения указанной оплаты за уступку права, ответственное лицо КБ «Росинтербанк», контролируемого ФИО3 уничтожило и скрыло от проверяющих органов отчетность КБ «Росинтербанк» по финансовым операциям, в связи с чем было возбуждено уголовное дело.

Судами также было установлено, что ООО «Экономикс» в обоснование реальности спорной цессии в материалы дела представлены бухгалтерские балансы, отражающие сумму заявленной ко включению в реестр дебиторской задолженности.

Однако, бухгалтерский баланс ООО «Экономикс» за 2016 год, полученный участниками обособленного спора из публичных источников, не содержал сведений об учете дебиторской задолженности в сумме 2 250 000 000 руб., а в соответствии с данными ГМЦ Росстата на конец 2016 года дебиторская задолженность учтена организацией в сумме 374 588 000 руб.

Также при оценке реальности цессии суды приняли во внимание, что ООО «Экономикс» не были доводы участвующих в споре лиц об отсутствии у ФИО10, действовавшего от имени АО КБ "Росинтербанк" по доверенности, полномочий на заключение договора уступки права требования, при том, что проверка полномочий представителей контрагентов входит в стандарт добросовестного поведения участников сделки.

При этом, как уже было указано, в отношении ФИО10 подписавшего от имени КБ «Росинтербанк» договор цессии с ООО «Экономикс», было возбуждено уголовное дело по фактам не передачи кредитных досье и электронной базы данных и хищения денежных средств КБ «Росинтербанк» под видом расходных операций по счетам клиентов КБ «Росинтербанк». В ходе следствия по уголовному делу ФИО10 дал показания, согласнпео которым он, не информируя кого-либо, в период с 13.09.16 по 14.09.16 самостоятельно осуществил вывоз и уничтожение части документов из архива КБ «Росинтербанк», а также уничтожил базы данных. 

Также ФИО10 привечен к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве  КБ «Росинтербанк» в том числе в связи с совершением им действий, направленных на незаконное воспрепятствование деятельности временной администрации путем сокрытия всей банковской документации и уничтожения серверного оборудования, содержащего электронную базу данных КБ «Росинтербанк».

Оценив приведенные документально подтвержденные обстоятельства в совокупности и взаимной связи по правилам ст.ст. 65, 71 АПК РФ, суды первой и апелляционной инстанций пришли к законному и обоснованному выводу о мнимости договора цессии от 11.08.16 № Ц-46-05/16, наличием которого ООО «Экономикс» обосновывает свое право на включение в реестр требований к должнику как к поручителю, ответственному за исполнение обязательств ФИО3 по кредитному договору с КБ «Росинтербанк».

В силу изложенного, вне зависимости от реальности договора займа между ФИО3 и КБ «Росинтербанк», а также заключенности договора поручительства между должником и КБ «Росинтербанк», оснований для удовлетворения рассмотренного в настоящем обособленном споре заявления ООО «Экономикс» о включении в реестр к должнику не имелось по причине отсутствия у ООО «Экономикс» права требования к должнику ввиду мнимости договора цессии, на котором ООО «Экономикс» основывает свое право на обращение в суд.

При указанных обстоятельствах приведенные в мотивировочных частях обжалуемых судебных актов выводы судов первой и апелляционной инстанций о недоказанности реальности договора займа между ФИО3 и КБ «Росинтербанк» и незаключенности договора поручительства между должником и КБ «Росинтербанк», которые не поддерживаются судом кассационной инстанции,  не привели к принятию судами неправильных судебных актов по итогам рассмотрения заявления ООО «Экономикс» о признании требований к должнику обоснованными и их включении в реестр. 

В резолютивных частях обжалуемых судебных актов, с которыми согласен суд кассационной инстанции, суды первой и апелляционной инстанций правомерно указали на отказ в удовлетворении, соответственно, заявления ООО «Экономикс»,  и апелляционных жалоб ООО «Экономикс»  и ГК «АСВ».

Доводы кассационных жалоб не свидетельствуют о необходимости отмены обжалуемых судебных актов.

Согласно приведенным в абз. 2 п. 37 постановления Пленума ВС РФ № 13 разъяснениям, в случае несогласия суда кассационной инстанции только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения, суд кассационной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4  ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

В силу изложенного, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов об отказе ООО «Экономикс» в удовлетворении заявленных требований. Кассационные жалобы отклоняются.

При этом суд округа считает необходимым указать, что он не поддерживает приведенных в мотивировочных частях обжалуемых судебных актов выводов судов первой и апелляционной инстанций о нереальности заемных правоотношений между КБ «Росинтербанк» и ФИО3 относительно спорной суммы займа, а также о незаключенности договора поручительства между КБ «Росинтербанк» и должником от 05.08.13 № 112-305-08/13.

В силу изложенного приведенные выводы судов не имеют преюдициального значения для иных рассматриваемых споров, в том числе, о действительности заключенного между КБ «Росинтербанк» и ФИО3 кредитного договора, о взыскании с ФИО3 в пользу КБ «Росинтербанк» (его правопреемников) задолженности и иных выплат, о включении соответствующих требований в реестр требований кредиторов в делах о несостоятельности (банкротстве), и иных.

Вопросы о реальности договора займа и заключенности договора поручительства подлежат самостоятельному установлению в рамках иных споров, с учетом их предмета, на основании непосредственного исследования и оценки  представленных в материалы дела доказательств, без применения предусмотренных ст. 69 АПК РФ, ст. 61 ГПК РФ,             ст. 64 КАС РФ правил об освобождении от доказывания со ссылкой на приведенные в обжалуемых судебных актах выводы судов первой и апелляционной инстанций по настоящему обособленному спору, о несогласии с которыми суда кассационной инстанции указано в настоящем постановлении.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 26.11.2020 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2021 по делу № А23-9070/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                 Н.Н. Смотрова

Судьи                                                                                                                     М.Ю. Иванова

                                                                                                                               А.Н. Ипатов