ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-17858/2017

г. Красноярск

15 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «08» августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен         «15» августа 2023 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Радзиховской В.В.,

судей: Хабибулиной Ю.В., Инхиреевой М.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: от арбитражного управляющего ФИО2 - ФИО3, представителя по доверенности от  10.01.2023 № 1, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании рассмотрев апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО2  на определение Арбитражного суда Красноярского края от «12» апреля 2023 года по делу  № А33-17858/2017,

установил:

решением суда от 24.04.2018 общество с ограниченной ответственностью «Фирма «Ригор» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано банкротом, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Определением суда от 03.04.2019 по делу №А33-17858-16/2017 ФИО4 отстранён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 15.07.2019 по делу №А33-17858-16/2017 конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Определением суда от 03.07.2020 по делу №А33-17858-17/2017 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 31.07.2020 по делу №А33-17858-17/2017 конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 12.04.2023 в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ФИО2  о завершении конкурсного производства отказано. ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО  «Фирма «Ригор».

Не согласившись с данным судебным актом, арбитражный управляющий ФИО2  обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить. Заявитель жалобы не согласен с судебным актом первой инстанции в силу следующего. В определении от 12.04.2023 суд безосновательно рассматривает вопросы, которые не были поставлены на обсуждение кредиторами ООО Фирма «Ригор», арбитражный управляющий считает, что срок исковой давности по оспариванию письма от 04.04.2018 и соглашения от 03.04.2018 истек 04.04.2019. Суд первой инстанции не дал должную правовую оценку тому факту, что у ФИО6 не было реальной возможности осуществить передачу документов арбитражным управляющим. Заявитель считает, что не несет ответственности за действия иных арбитражных управляющих, которые исполняли обязанности конкурсного управляющего в процедуре банкротства ООО Фирма «Ригор». Арбитражный управляющий считает, что судом неверно истолкованы положения законодательства. По мнению заявителя жалобы, Закон о банкротстве  не предполагает инициирование судом вопроса о признании незаконными действий (бездействия) арбитражного управляющего и отстранении в связи с этим арбитражного управляющего по собственной инициативе суда в отсутствие жалобы (заявления) участвующих в деле лиц.

Отзывы на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, в материалы дела не поступили.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 08.08.2023.

В суд апелляционной инстанции от арбитражного управляющего ФИО2 поступили дополнения к апелляционной жалобе с приложением копий: договора на поставки угля Фирма РигорПроект КУБ; договора перевозки Проект КУБ; договоров на поставку угля Проект КУБ; письма от 04.04.2018 от Фирмы Ригор; платежных поручений об оплате за уголь, перевозку Проект КУБ 1; об оплате за уголь, перевозку Проект КУБ 2; об оплате за уголь, перевозку Проект КУБ 3; об оплате за уголь, перевозку Проект КУБ 4; об оплате за уголь, перевозку Проект КУБ 5; товарных накладных Проект КУБ; решения Арбитражного суда Республики Хакасия от 11.02.2020 по делу № А74-12036/2019.

В нарушение положений части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель не доказал наличие уважительных, объективных причин невозможности представления дополнительных доказательств при рассмотрении дела в суде первой инстанции, в связи с чем у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для приобщения дополнительных доказательств в ходе апелляционного производства и поступившие от заявителя жалобы документы подлежат возвращению ему.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 апелляционная жалоба принята к производству.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК  РФ) (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти"), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, Третий арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 2 статьи 124 Закона о банкротстве срок конкурсного производства может продлеваться по ходатайству лица, участвующего в деле, но не более чем на 6 месяцев.

Поскольку цель конкурсного производства заключается в соразмерном удовлетворении требований кредиторов, конкурсному управляющему необходимо в период конкурсного производства сформировать конкурсную массу, реализовать имущество должника и после получения денежных средств произвести расчеты с кредиторами. Основанием для завершения конкурсного производства является наличие обстоятельств, свидетельствующих об осуществлении всех мероприятий, необходимых для завершения конкурсного производства, установленных Законом о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 124 Закона о банкротстве конкурсный управляющий добросовестно и разумно, должен оперативно осуществлять все необходимые мероприятия, направленные на выявление имущества (имущественных прав) должника с целью осуществления расчетов с кредиторами в пределах общего срока для проведения процедуры конкурсного производства.

Согласно статье 129 Закона о банкротстве на конкурсного управляющего возложено осуществление полномочий руководителя должника и иных органов управления должника в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены этим Федеральным законом.

В силу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

В соответствии с абзацем 8 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Законом.

Согласно п. 3, п. 5 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника; при наличии оснований, установленных федеральным законом, предъявлять требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Законом о банкротстве не установлены определенные сроки для взыскания задолженности третьих лиц перед должником, однако в силу пункта 4 статьи 20.3 названного Закона при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах кредиторов и должника.

Таким образом, Законом о банкротстве установлено, что по общему правилу вся дебиторская задолженность подлежит взысканию, а денежные средства, полученные от ее взыскания, включению в конкурсную массу.

По смыслу статей 130 и 131 Закона о банкротстве инвентаризации, оценке и включению в конкурсную массу подлежит все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, за исключением предусмотренных Законом случаев. Все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу (пункт 1 статьи 131 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае на основании письма от 04.04.2018, должник погасил задолженность перед ООО «Проект КУБ» по договору поставки угля № 2015/9 от 01.09.2015, а ООО «Проект КУБ» погасило задолженность перед должником, возникшую в результате получения ООО «Проект КУБ» за должника денежных средств от Министерства финансов Республики Хакасия по мировому соглашению, утвержденному определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 23.08.2017 по делу №А74-10528/2017.

Суд первой инстанции сделан верный вывод о наличии у должника дебиторской задолженности размере 10559330,96 руб. (арбитражным  судом от 23.08.2017 по  делу А74-10528/2017  утверждено мировое  соглашение), которая в настоящее время не поступила в конкурсную массу, поскольку какие-либо доказательства, подтверждающие факт поставки по договору поставки угля № 2015/9 от 01.09.2015 в материалы дела не представлены. Товарные накладные и товарно-транспортные накладные в материалах дела отсутствуют.

При анализе решения Арбитражного суда Республики Хакасия от 11.02.2020 по делу № А74-12036/2019 судом первой инстанции обоснованно поставлено под сомнение реальность договора поставки угля № 2015/9 от 01.09.2015, однако, какие-либо доказательства, подтверждающие проведение ФИО2 анализа письма от 04.04.2018 и соглашения от 03.04.2018 на предмет обоснованности их заключения, а также обращения конкурсного управляющего ФИО2 в суд с заявлениями об оспаривании указанных сделок, в том числе на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве в материалы дела не представлены.

Учитывая положения п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве, а также требования суда ФИО2 действуя добросовестно и разумно, обязан был провести анализ данных сделок должника и принять меры по формированию конкурсной массы должника путём оспаривания сделок должника по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

По смыслу п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными (пп. 2 и 3 ст. 129, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве).

В силу п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий несет самостоятельную    обязанность   действовать   в   интересах   должника   и   кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника, планирует и реализует прежде всего сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Данные выводы суда подтверждаются позицией Верховного суда РФ, изложенной в "Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2016)" (утв. Верховным Судом РФ 20.12.2016), в определении Верховного Суда РФ от 12.09.2016 N 306-ЭС16-4837.

Принимая  во внимание  положения главы III.1 Закона о банкротстве, разъяснения  изложенные в абзаце 4 пункта 31,  в  абзаце 2  пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)",  суд  первой  инстанции   сделал  правильно  указал, что при  наличии  оснований,  предусмотренных   законом,   действуя разумно и добросовестно, конкурсный управляющий обязан в разумный срок принимать меры, направленные на обжалование сделок должника и возврат в конкурсную массу неправомерно отчужденного имущества. Предоставленное Законом о банкротстве отдельным кредиторам право самостоятельно обжаловать сделки должника не может рассматриваться как основание, позволяющее конкурсному управляющему бездействовать по обжалованию таких сделок, обладающих признаками недействительности, так как он в любом случае обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

В свою очередь, необоснованное бездействие по такому обжалованию может повлечь истечение сроков давности, установленных статьей 61.9 Закона о банкротстве, а также затягивание процедуры банкротства и, как следствие, привести к невозможности формирования конкурсной массы должника в целях ее реализации и погашения требований кредиторов как основной цели конкурсного производства.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, учитывая дату объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом (18.04.2018),  что годичный срок исковой давности для оспаривания вышеуказанных сделок в настоящее время пропущен предыдущими конкурсными управляющими, даже с учетом приостановления течения срока исковой давности.

        При этом, если исковая давность по требованию о признании сделки недействительной пропущена по вине арбитражного управляющего, то с него могут быть взысканы убытки, причиненные таким пропуском, в размере, определяемом судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности (пункт 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона о банкротстве.

        Однако, как  правильно  указал  суд  первой  инстанции какие-либо доказательства проведения конкурсным управляющим ФИО2 анализа оснований взыскания убытков с предыдущих конкурсных управляющих, если они допустили пропуск срока исковой давности для оспаривания сделок, в материалы дела не представлены. Доказательства наличия уважительных причин для такого бездействия, суду не представлены.

        Более того, конкурсным управляющим в материалы дела представлен акт инвентаризации №2 от 14.10.2022, в соответствии с которым у должника имеется дебиторская задолженность в размере 34 695 016,97 руб. Приказом №1 от 14.10.2022 дебиторская задолженность в размере 34 695 016,97 руб. списана по причине окончания срока исковой давности.

        Однако, из представленных в материалы дела документов, в том числе из отчета о проделанной конкурсным управляющим должника работе, следует, что конкурсным управляющим не проведены исчерпывающие мероприятия, проведение которых предусмотрено Законом о банкротстве и возложено на конкурсного управляющего должником, а именно, в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, предъявления требований к дебиторам о взыскании дебиторской задолженности в размере 34 695 016,97 руб. Письма, запросы, претензии и ответы в отношении всей дебиторской задолженности не представлены суду. При этом часть запросов конкурсного управляющего датирована лишь 20.02.2023. Ответы поступили не от всех дебиторов, а поступившие ответы не имеют документального подтверждения. При этом суд учитывает, что значительная часть дебиторской задолженности приходится на бюджетные учреждения, что свидетельствует о финансовой состоятельности данных дебиторов и возможности погашения дебиторской задолженности в пределах исковой давности и как следствие удовлетворение требований кредиторов за счет данного ликвидного актива (дебиторская задолженность). Доказательств обратного не представлено.

         Доводы конкурсного управляющего, что срок исковой давности по дебиторской задолженности истек в апреле 2021 года, не имеют документального подтверждения. Данный довод конкурсного управляющего не основан на первичных документах, которые были исследованы конкурсным управляющим. Указанный вывод можно сделать только располагая знаниями об обязательствах дебитора и сроке его исполнения. Без установления даты наступления срока исполнения обязательства дебитора невозможно сделать вывод о начале течения срока исковой давности и тем более об её истечении.

         При этом исходя из представленных в материалы дела протоколов обыска (выемки) следует, что изъятие документации должника осуществлено правоохранительными органами за период с 2014 года по 2016 год. Какие-либо доказательства, подтверждающие, что документы по дебиторской задолженности в размере 34 695 016,97 руб. были изъяты в составе документации должника за период с 2014 года по 2016 год, не представлены. Учитывая дату изъятия документации (2016 год) суд первой  инстанции сделал  обоснованный вывод, что у конкурсного управляющего было достаточно времени для обращения в правоохранительные органы с целью ознакомления с изъятыми документами. Также, конкурсный управляющий не был лишен возможности обратиться к самим дебиторам с просьбой представить первичные документы по правоотношениям с должником. Одно, доказательства выполнения конкурсным управляющим данных мероприятий, не представлены.

         При этом в отсутствие первичных документов, конкурсным управляющим не мог быть сделан достоверный вывод об истечении сроков исковой давности по взысканию дебиторской задолженности, поскольку к такому выводу можно прийти только по результатам исследования первичных документов.

Довод апелляционной жалобы о том, что заявитель не несет ответственности за действия иных арбитражных управляющих, которые исполняли обязанности конкурсного управляющего в процедуре банкротства должника, является несостоятельным, поскольку действуя добросовестно и разумно, конкурсный управляющий обязан в разумный срок принимать меры, направленные на обжалование сделок должника, на взыскание дебиторской задолженности или убытков с лиц, допустивших пропуск срока исковой давности взыскания дебиторской задолженности (при доказанности его пропуска).

В  силу   положений пунктов 2, 4  статьи 61.11 Закона  о  банкротстве отсутствие первичных документов в отношении дебиторской задолженности может являться основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Кроме того, в письменных пояснениях от 04.04.2023 уполномоченный орган указывает на наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в результате необоснованного расходования денежных средств. В частности, уполномоченный орган указывает, что привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежат следующие лица: ФИО6 (руководитель и учредитель ООО «Фирма «Ригор»), ООО «Проект КУБ» (руководитель и учредитель ФИО6, аффилированная компания), ФИО7 (лицо, на которое выводились денежные средства со счетов ООО «Проект КУБ» поступившие от ООО «Фирма «Ригор»). В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности являются следующие обстоятельства. Согласно выпискам банка на расчетные счета ООО «Проект КУБ» по договору уступки права требования, заключенному с ООО «Фирма «Ригор», поступали денежные средства, которые в последствии были переведены на счета ИП ФИО7, ИП ФИО6, физическому лицу ФИО6, на корпоративную карту ООО «Проект КУБ». ФИО7, являющаяся индивидуальным предпринимателем, зарегистрирована по адресу: 660049, 

<

...>, по которому зарегистрировано ООО «Фирма «Ригор». Согласно данным справок 2-НДФЛ, ФИО7 в 2010 году, 2011 году и по октябрь 2012 года получала ежемесячно доход в ООО «Фирма «Ригор». ФИО7 являлась представителем ООО «Фирма «Ригор» в налоговых инспекциях г. Красноярска и других государственных органах на основании имеющейся в инспекции доверенности, выданной организацией 10.04.2014 сроком на 3 года.

Вместе с тем, доказательства, подтверждающие проведение ФИО2 каких-либо мероприятий по привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, не представлены материалы дела, несмотря на то, что кредиторами на собрании кредиторов принято решение о целесообразности обращения в суд с таким заявлением. На протяжении всего периода исполнения ФИО2 обязанностей конкурсного управляющим им лишь указано на необходимость такого обращения без совершения каких-либо фактических действий по такому обращению.

В свою очередь, как  правильно   указал  суд  первой  инстанции необоснованное бездействие по такому обращению может повлечь истечение сроков давности, установленных статьей 61.14 Закона о банкротстве, а также затягивание процедуры банкротства и, как следствие, привести к невозможности погашения требований кредиторов за счет привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Так, в силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

        Привлечение к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц является крайней мерой, позволяющей кредиторам получить удовлетворение своих требований в рамках дела о банкротстве. Процедура банкротства должника занимает длительное время, кредиторы на протяжении этого времени находятся в ожидании удовлетворения своих денежных требований, следовательно, при удовлетворении судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности необходимо обеспечить возможность своевременного пополнения конкурсной массы за счет средств субсидиарного должника. В противном случае утрачивается экономический смысл привлечения к субсидиарной ответственности (Определение Верховного Суда РФ от 01.04.2016 N 302-ЭС14-1472 по делу N А33-1677/2013).

         Как следует из материалов дела, предположительно вменяемые контролирующим должника лицам нарушения, имели место после 30.07.2017, то есть в период действия субсидиарной ответственности по правилам Главы III.2 Закона о банкротстве.

         Решением арбитражного суда от 18.04.2018 (резолютивная часть от 24.04.2018) общество с ограниченной ответственностью «Фирма «Ригор»  признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4. Определением от 03.04.2019 по делу №А33-17858-16/2017 ФИО4 отстранён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. Определением суда от 15.07.2019 по делу №А33-17858-16/2017 конкурсным управляющим утвержден ФИО5. Определением суда от 03.07.2020 по делу №А33-17858-17/2017 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. Определением суда от 31.07.2020 по делу №А33-17858-17/2017 конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

         В  связи  с  изложенным, суд первой  инстанции   сделал  обоснованный  вывод,  что трехгодичный срок исковой давности для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности мог быть пропущен в настоящее время, т.к. его истечение выпадает предположительно на 24.04.2021, т.е. на период исполнения обязанностей конкурсного управляющего ФИО2 Доводы конкурсного управляющего об обратном отклонены судом как документально неподтверждённые. Иное обоснование срока давности ФИО2 не приведено. При этом ФИО2 объективно лишен возможности обращения в суд с заявлением о взыскании с него убытков, возникших в результате пропуска срока исковой давности. С таким заявлением в данном случае может обратиться правопреемник ФИО2

Системное толкование  пункта  1  статьи 124 Закона  о  банкротстве, с учетом  разъяснений, содержащихся  в абзаце 7 пункта 50 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35,  приводит к вводу, что по общему правилу весь комплекс мероприятий конкурсного производства должен быть выполнен конкурсным управляющим в пределах первоначального срока конкурсного производства и только в исключительных случаях указанной срок может быть продлен арбитражным судом.

Длительное бездействие конкурсного управляющего приводит к затягиванию процедуры конкурсного производства и повышению вероятности того, что по истечении продолжительного времени предпринятые меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц с целью пополнения конкурсной массы должника и удовлетворения требований кредиторов, не приведут к должному результату. Данные обстоятельства также приведут к увеличению текущих расходов на проведение процедуры банкротства, что не соответствует целям конкурсного производства, а также нарушает права и законные интересы кредиторов на наиболее полное удовлетворение требований включенных в реестр требований кредиторов должника.

Судом первой инстанции верна дана оценка действиям (бездействиям) конкурсного управляющего ФИО2, свидетельствующим о нежелании надлежащим образом вести процедуру банкротства. Суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что арбитражный управляющий ФИО2 действовал недобросовестно и допустил длительное (более двух лет - с даты утверждения его конкурсным управляющим) бездействие, противоречащее целям конкурсного производства. Таким образом, из представленных в материалы дела документов, в том числе из отчета о проделанной конкурсным управляющим должника работе, следует, что конкурсным управляющим не проведены исчерпывающие мероприятия, проведение которых предусмотрено Законом о банкротстве и возложено на конкурсного управляющего, а именно, не взыскана дебиторская задолженность, не проведен анализ и оспаривание сделок должника, в результате которых должник как минимум лишился права требования в размере более 10 млн., не предъявлены требования по взысканию убытков с лиц, допустивших пропуск срока исковой давности взыскания дебиторской задолженности, оспаривания сделок должника, не предъявлено требование о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, при наличии очевидных обстоятельств необходимости выполнения данных мероприятий.

Своими действиями (бездействиями) конкурсный управляющий должника нарушает права кредиторов на полноценное формирование конкурсной массы и своевременное погашение их требований.

Совокупность вышеперечисленных обстоятельств со всей очевидностью подтверждает наличие неформальных договоренностей между ФИО2 и лицами, извлекающими выгоду из недобросовестного поведения конкурсного управляющего, которое не раскрыто перед судом. Арбитражным управляющим не представлено каких-либо убедительных и достоверных доказательств беспристрастного осуществления им полномочий конкурсного управляющего. В связи с чем, суд первой  инстанции  пришел  к   правильному  выводу  о том, что в рассматриваемом случае арбитражный управляющий своим поведением поставил под сомнение законность и обоснованность своих действий при ведении процедуры банкротства в отношении должника.

В этих обстоятельствах суд первой инстанции не имел  возможности  удовлетворить ходатайство конкурсного управляющего о завершении конкурсного производства в отношении ООО «Фирма Ригор».

Рассмотрев вопрос об отстранении конкурсного управляющего ФИО2 от возложенных на него обязанностей, суд  первой  инстанции   правомерно   пришел  к  к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно абзацу четвертому пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица конкурсным управляющим, а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица конкурсным управляющим.

Кроме того, по правилам абзаца второго пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве одним из оснований, по которому арбитражный управляющий не может быть утвержден в качестве временного управляющего, административного управляющего, внешнего управляющего или конкурсного управляющего в деле о банкротстве, является заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к должнику и его кредиторам.

В соответствии с пунктом 56 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 5 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" и статья 2 АПК РФ).

В соответствии с абзацем третьим пункта 3 статьи 65, абзацем восьмым пункта 5 статьи 83, абзацем четвертым пункта 1 статьи 98 и абзацем четвертым пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве арбитражный управляющий может быть отстранен судом от исполнения своих обязанностей в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица арбитражным управляющим (пункт 2 статьи 20.2 Закона), а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица арбитражным управляющим.

Из указанных норм следует, что арбитражный суд вправе рассмотреть вопрос об отстранении арбитражного управляющего от исполнения им своих обязанностей по собственной инициативе независимо от решения собрания кредиторов должника или требования кредитора должника. В связи с чем, доводы конкурсного управляющего об обратном, правомерно  отклонены  судом апелляционной  инстанции, как основанные на неверном толковании норм права.

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Указанный вопрос рассматривается судом в судебном заседании, о котором извещаются должник, заявитель (при утверждении или отстранении временного управляющего), арбитражный управляющий либо лицо, кандидатура которого предложена для утверждения таким управляющим, а также саморегулируемая организация арбитражных управляющих, членом которой он является, представитель собрания (комитета) кредиторов, представитель собственника имущества должника - унитарного предприятия или представитель учредителей (участников) должника, орган по контролю (надзору). В определении о назначении судебного заседания участвующим в деле (арбитражном процессе по делу) лицам предлагается сообщить свое мнение по соответствующему вопросу, которое подлежит учету при решении его судом, и представить имеющиеся у них сведения, касающиеся случаев нарушения законодательства арбитражным управляющим.

В пункте 10 информационного письма от 22.05.2012 N 150  Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ разъяснил, что отстранение конкурсного управляющего должно использоваться в той мере, в какой оно позволяет восстановить нарушенные права или устранить угрозу их нарушения. Отстранение конкурсного управляющего должно применяться тогда, когда конкурсный управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства, что проявляется в ненадлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего.

Это означает, что допущенные конкурсным управляющим нарушения могут стать основанием для его отстранения в случае, если существуют обоснованные сомнения в дальнейшем надлежащем ведении им конкурсного производства. При этом не имеет значения, возникли такие сомнения в связи с недобросовестным предшествующим поведением конкурсного управляющего либо в связи с нарушениями, допущенными им в силу неготовности к надлежащему ведению конкурсного производства (недостаточного опыта управляющего, специфики конкурсного производства и т.п.).

Отстранение конкурсного управляющего является самостоятельной мерой защиты нарушенных прав должника или его кредиторов и представляет собой меру, направленную на пресечение действий, составляющих нарушение права, в будущем.

Арбитражный управляющий, допускающий существенные нарушения в какой-либо процедуре банкротства, показывает свою неспособность к ведению процедур банкротства в целом. Таким образом, сомнения в способности лица осуществлять процедуры банкротства с точки зрения его знаний и навыков могут возникнуть при существенных нарушениях, допущенных им в любой из процедур.

Из положений Закона о банкротстве в совокупности с вышеизложенными разъяснениями,  а также правовой  позиции,  изложенной в пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.05.2012 N 150, следует, что для отстранения конкурсного управляющего необходимо наличие трех условий: факт неисполнения или ненадлежащего исполнения им своих обязанностей; нарушение этими действиями (бездействием) прав или законных интересов заявителя жалобы; наличие убытков либо реальной возможности возникновения таких убытков.

Как  правильно указал   суд  первой  инстанции, отсутствие доказательств, подтверждающих точный размер убытков, а равно и фактическое отсутствие убытков не являются препятствием для отстранения конкурсного управляющего, если установлена вероятность причинения таких убытков в результате допущенных им нарушений.

Исследовав и  оценив доказательства, обстоятельства по делу  в  соответствии  со  статьей 71 АПК РФ,  суд первой инстанции сделал  правильный  вывод  о ненадлежащем исполнении конкурсным управляющим ФИО2 обязанностей по пополнению конкурсной массы, по погашению требований кредиторов данное обстоятельство может повлечь за собой убытки для должника и кредиторов. Допущенные конкурсным управляющим нарушения являются существенными, а сомнения суда в независимости арбитражного управляющего ФИО2 не устранены, учитывая аналогичное поведение предыдущего конкурсного управляющего на период исполнения которого предположительно выпадает истечение  срока давности  оспаривания сделок должника и который являлся заинтересованным по отношению к контролирующему должника лицу, учитывая доводы уполномоченного органа.

При указанных  обстоятельствах суд  апелляционной  инстанции   соглашается   с  выводом  суда  первой инстанции  о необходимости отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Фирма «Ригор».

Довод апеллянта о том, что Закон о банкротстве не предполагает инициирование судом вопроса о признании незаконными действий (бездействия) арбитражного управляющего и отстранении в связи с этим арбитражного управляющего по собственной инициативе суда в отсутствие жалобы (заявления) участвующих в деле лиц, отклоняется  судом  апелляционной  инстанции  по  основаниям,  изложенным  в   настоящем  постановлении.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выводов суда первой инстанции не опровергают, подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судом на основании произведенной им оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки суда. Несогласие заявителя жалобы с выводами суда не свидетельствует о нарушении норм права.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Согласно положениям АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «12» апреля 2023 года по делу  № А33-17858/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, вынесший определение.

 

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Ю.В. Хабибулина

 

М.Н. Инхиреева